Глава 57
Они слышали, как переговариваются охраняющие их Братья.
— Вот же дрянь! Думала надуть нас! Думала, мы не распознаем иллюзию?! Жаль, селения фениксов не найти без проводника…
— Убивать их всех, и дело с концом! Свои знания они никогда не передадут людям. Только равным, видите ли! А не станет драконов — вымрут и эти огненные твари. Невелика потеря для мира…
— Молчи, придурок! Услышат старшие, что ты буровишь…
— И что?
— И больше нечем тебе будет. Болтать. За такие разговоры языки вырывают. Или не встречал среди Братьев тех, кто "дал обет Молчания"? Договорились…
— Только лишь договорились?
…Стражники переходили к другим темам, более насущным. О том, как тяжело нынче кормить семью из шести ртов, и какие бабы лучше — толстые и мягкие, как гусячья перина или наоборот, гибкие, как тростинки, они, опять же, и орут громче… Затем снова о том, как заработать лишние копейки, ведь не выжить на десятину от того, что отдают со своих заработков "гражданские"… рано или поздно приходили к тому, что во всём виноваты драконы и песня заводилась по новой.
Риана слушала и цепенела. Обычные люди, со своими семейными проблемами, старыми, немощными родителями, семьями, бытом… И как запросто они рассуждают о смерти целой расы… Для них чужая кровь вообще ничего не значит. Потому что чужая. Не своя.
Как же страшно…
А потом земляной пол глухо отразил новые шаги.
Риана поняла, что за ними пришли. Сжала изо всех сил руку дракона, тот ответил пожатием.
— Я люблю тебя, мой огненный феникс, — говорил его взгляд.
— И я тебя люблю, мой дракон, — отвечали её глаза.
Она вздрогнула всем телом, когда за спиной раздался знакомый голос. Он приказал стражникам отойти, потому что "ему надо поговорить с преступниками по делу, которое не предназначено для их ушей". Стражники, разумеется, встали в позу, заспорили… А потом Риана поняла, что они не слышат друг друга. У него всегда отлично получались чары звукового отражения, которые, если наложить их правильно, обеспечивают глухоту, только сам "подопытный" не подозревает об этом.
За спиной лязгнул засов и когда Риана обернулась, столкнулась взглядом со своим Наставником.
Как всегда, собранный, деловитый, со священным пламенем в глазах. Только сейчас Риана вместо служения высшей идее, видела в этом пламени безумие. И прогнившую насквозь душу.
— Дитя!
Она шарахнулась от него, как от зачумлённого. Но Наставник неверно понял её порыв, подумал, что она закрывает таким образом дракона.
— Тебе не уберечь его, девочка, — сказал Наставник. — Дракон обречён. Да и какое нам с тобой до него дело? Почему мне сказали, что ты отказываешься забрать у него Печать? Неужели это правда и ты хотела обмануть меня иллюзией?
Голос драконоборца был чистым мёдом, глаза же при этом оставались холодными, въедливыми. И во взгляде всё больше сквозило безумие.
Риана не отвечала, не так просто это оказалось справиться с омерзением, но Наставник истолковал её молчание, как нерешительность.
— Решайся, дитя, — сказал он. — Чем быстрее ты сделаешь это…
— Тем быстрее вы убьёте меня, — закончила за него Риана и по потемневшему лицу драконоборца поняла, что попала в яблочко.
— Неужели ты думала, что я позволю тебе умереть? — возмутился Наставник. Он живо закатал рукав, показывая на магическую татуировку. — Я буду рядом! И открою портал в любой момент! Если хочешь, уйдём прямо сейчас! Уйдём со мной! Только возьми Печать — и я сам договорюсь с Братьями! Сам назначу им встречу. На наших условиях, девочка… С твоей головы и волоска не упадёт!
Риана покачала головой.
— Нет никаких "наших" условий. Я верила вам. Думала, то, что вы говорите о драконах — правда. Хорошо, что я поняла, пусть и поздно: никогда нельзя выносить приговор, не выслушав другой стороны… Неужели я была такой же слепой фанатичкой, как вы?!
— Нет, детка, — вмешался Энар. — Тебе до фанатизма как до Долины Фей без волшебной пыльцы. Мозгов слишком много.
— Возьми Печать, Риана! — Наставник даже топнул в сердцах. — Сейчас же! И уходим! Пойми, здесь опасно для тебя, а я хочу тебя спасти!
— Я не верю.
— Я не вру тебе, упрямая девчонка!
— Вы за всю жизнь не сказали ни единого правдивого слова, — горько покачал головой феникс. — По-крайней мере, мне.
— Но сейчас я говорю правду…
— Как вы могли?! — прошептала Риана. — Вы ведь знали, что драконы нам не враги. И людям тоже.
— Это они не враги?! — возопил Наставник, брызгая слюной. — Эти адские твари, эти порождения Бездны?!
— Может они и вышли из Бездны, — с улыбкой проговорила Риана. — Но с тех пор, как фениксы отдали им часть себя, своё Пламя, они изменились.
Джошуа не слушал её. Он вопил, брызгал слюной, размахивал руками и тыкал пальцем в лежащего на земляном полу Энара:
— Они убийцы! Убийцы! Ты забыла, что они уничтожили твою деревню?! Забыла, что я спас тебя! Если бы не они, твоя семья была бы жива! Твоя сестра — такая милая, одарённая девочка — была бы жива!!
Сердце пропустило удар. Риана сжала зубы.
— Откуда вы знаете, что у меня была сестра? — медленно спросила она.
И Наставник отвёл взгляд.
С диким воплем Риана выбросила перед собой руки. С пальцев закапало чёрное пламя, разъедая земляной пол. Но, к сожалению, его оказалось недостаточно, чтобы убить. Невидимый Призрак взобрался на плечо, принялся передавать ей силы… Но увы, и их оказалось недостаточно. Отдав всё, что мог, мангуст замерцал в воздухе, стал видимым.
Риана чувствовала, что она может пробить завесу, блокирующую магию… ещё чуть-чуть постарается, и сможет. Но пока лишь темнело перед глазами, и звенело в ушах, и колени подкашивались…
— Нет, Риана!! — вывел её из полуобморочного состояния крик Энара. — Нет! Не делай этого!
— Я… — хрипло прошептала она. — Мне показалось, что я смогу…
Девушка тяжело дышала.
— Я знаю, — серьёзно ответил Энар. — Я верю тебе, детка. Но не убивай его. Не надо.
— Но он… он…
— Тварь, — согласился дракон. — Подлая, мерзкая тварь. Избавить мир от него — всё равно что уничтожить ядовитую гадину. Но ты не убийца, детка. Только не ты…
Риана всхлипнула и обессилено рухнула на колени.
Энар узнал её лучше, чем знала себя сама. Природа феникса отдавать. Не брать. Тем более, чью-то жизнь. У неё дрожали губы, тряслись руки.
Пламень нестабильный… А ведь она и в самом деле только что готова была убить человека. Своего Наставника. Того, кто вырастил её, заботился, как мог. Того, кто отравил её своими идеями… но разве не отравили когда-то и его, возможно, также как и её, ребёнком? Неважно. Сейчас он уже не человек, он чудовище. Миру станет легче, когда он уйдёт на Звезду… И всё же… не руками феникса, нет. О поддержании равновесия в мире должны заботиться драконы.
Озарение было внезапным, ослепительным, выворачивающим наизнанку душу и сердце.
Она беспомощно оглянулась на Энара.
"Я знаю, для чего были созданы драконы, — говорил её взгляд. — Чтобы поддерживать равновесие в мире. Мы, фениксы, не можем. Мы умеем только отдавать. Но если накачать мир магией под завязку, он превратится в кошмарный сон…"
Энар нахмурился. Что-то он уловил во взгляде любимой. Что-то важное, пронзительное, озарившее её аметистовые глаза таким ослепительным светом, что на мгновение он зажмурился. Но чтобы связь, магическая сонастройка окрепла настолько, чтобы слышать мысли друг друга… На это нужны годы, десятилетия. Даже Тиана с Гэлом пока не слышат друг друга, хоть и понимают с полуслова…
— Посмотри на следы от его сапог, Риана, — тихо сказал Энар.
Риана недоумённо покосилась на земляной пол. Наставник — ещё более недоумённо — тоже. И выражение лица его осталось прежним, в отличие от лица Рианы.
— Узорчатая подошва! — простонала она. — Ведь точно! А я всё думаю, где же видела такую…
Громкий лес. Отвратительные механизмы, производящие на свет гигантских кровососов-каннибалов… Следы от сапог с узорчатой подошвой рядом… Ими истоптано всё вокруг. Пропавший механик, который устанавливал в Громком лесу "ловушки" на комаров…
Вспомнились ещё слова Тианы. О том, что она расскажет о гибели их деревни позже, когда точно будет знать, что Ри не наделает глупостей… Гэл не знал об этих словах Тианы. И он как-то обмолвился, что когда они с Ти облазили всё пепелище и окрестности, обнаружили несколько гаек и рычагов. А ещё следы механизма на земле… Именно с той стороны на деревню фениксов "напали"…
И жажда крови, жажда возмездия, справедливости — всего того, что ей с детства внушал Наставник в один миг возобладала!
Наивный, хоть и хитрый, Джошуа… Иногда оружие оборачивается остриём прямо в руках мастера… И наносит смертельный удар в самое сердце того, кто его создал. Создал, сам не догадываясь об истинной силе сотворённого оружия…
Пронзительно, страшно закричав, Риана бросилась на драконоборца с голыми руками. Неизвестно каким чудом взявшаяся магия появилась позже. Выскочила поверх ногтей острыми ледяными когтями, принялась рвать того, кого Риана называла Наставником, заживо.
Она обезумела, нанося удар за ударом, захлёбываясь в брызгах крови, задыхаясь от ярости и отвратительного запаха выпущенных кишок. Просто била, наотмашь, рвала магическими когтями, вкладывая в каждый удар всю свою боль по утраченным близким…
Кто осудит… пусть сперва сам проживёт смерть дорогих существ… боль, которая затмевает сердце и разум… а там посмотрим…
И всё же Риане не удалось убить драконоборца. Точнее сказать, добить, потому что раны, нанесённые ею, были смертельными. После таких не выживают даже сильнейшие маги.
Её оттащили.
То ли временная глухота стражников спала и они позвали подмогу, то ли просто драконоборцы решили, что пора…
Но камера в мгновение ока оказалась наводнена Братьями.
Риану скрутили, поволокли куда-то вместе с Энаром.
Она кричала, брыкалась, кусалась, сопротивляясь, как дикая кошка.
Сквозь завесу голосом и лязганья цепей пробивался слабый голос умирающего Наставника:
— Что ты наделала, девочка! Что ты наделала! Теперь они убьют тебя, а я не смогу тебе помочь!..