Глава 8
Два с половиной года назад
Это случилось на первом курсе…
Риана сидела в пустой аудитории, за стенкой полным ходом шёл зачёт по прикладной магиматике.
Препод, магистр Рашшайн, молодой амбициозный дракон, угодивший в преподаватели из-за какого-то своего прокола при императорском дворе, в тот день особенно зверствовал. Адепты шептались, что это всё мистрис Агнес виновата, нагиня, ну да это их дела.
Как итог дурного настроения препода — из двадцати «рискнувших» — два зачёта, пятнадцать пересдач и три «дубля-два». То есть тех, кому позволено было выйти, «собрать мозги в кучку» и попытаться попробовать снова уже сегодня. После остальных.
Риана оказалась в числе последних. Можно сказать, повезло. Пересдачи она допустить не могла, ещё одна — и на доп. стипендию в этом семестре можно было не рассчитывать. Поэтому она постаралась максимально сосредоточиться, последовав издевательскому совету магистра.
Что до «мозгов в кучку» — с этим у неё проблем не возникло. Ум заострился, словно бритва Оккама. А вот с магией… с этим было сложнее.
Весь резерв она израсходовала за предыдущую попытку. Иначе магсимволы, из которых требовалось вывести формулу, было не удержать. Слёту не пролетела, как большинство — и то сахар. Но что она будет делать во время «дубля-два»?! Магии-то совсем не осталось.
Остальным хорошо, у них у всех фамильяры. Да и опыта побольше. Хотя бы даже в силу возраста. В Драакх поступают после других магических заведений, также у аристократов принято сперва научиться управлять поместьем, волостью, а потом уже вся эта магия…
Но даже будь ты сильнейшим магом, поступить в Драакх в шестнадцать — и не мечтай! Если ты не феникс, конечно. Справедливости ради, Риана от вступительных три месяца отходила. Весь ресурс выдоили и со всех амулетов-накопителей — браслетов, кулонов, заколок тоже пришлось магию задействовать. Вот когда она оценила предусмотрительность Наставника! Это дома, в лесу она сильным магом была. Сильным — потому что сравнивать не с кем. А оказавшись в Драакх, среди таких же, как сама, а чаще и посильнее, Риана поняла, почему Наставник настоял именно на Драакх. Если она хочет чему-то научиться — должна учиться с лучшими и среди лучших.
И всё же… вот что теперь делать? Добровольно проситься на пересдачу, даже не попытаться рискнуть? В смысле не попытаться опозориться…
— М-м, какие люди, — дракон, войдя в пустую аудиторию, прикрыл за собой дверь. — То есть фениксы.
Риана оторвала взгляд от планографа и настороженно посмотрела на вошедшего.
Драконы, а точнее, мужская половина академии ей проходу не давала. Наставник предупреждал, что так и будет. Но этот вроде был нормальный… С учебниками помог в первый же день, докторуса привёл, когда ей на первом же практикуме крепко от декана прилетело… В целом, Конор раздражал чуть менее остальных.
Временами, глядя на его гордый профиль, Риана даже думала о несправедливости мироустройства, о том, как жаль, что они по разные стороны баррикад. Он дракон, она — феникс. Им никогда не быть вместе. Что бы там их драконьи законы ни говорили…
Выглядел Конор как всегда отпадно. Виски, выбритые по последней моде, густые смоляные волосы небрежно торчат рваными прядями. На первый взгляд — художественный беспорядок, на второй — тем более, только вот дракону такая причёска очень идёт. Делает ещё более гармоничным, что ли… Подчёркивает высокие, красиво вылепленные скулы, впалые щёки, хищный подбородок, длинную жилистую шею. Нос у дракона крупный, прямой. Зелёные глаза с вертикальными зрачками широко расставлены. Губы — полные. Кончики ушей, опять же, как у всех чешуйчатых, чуть заострены, что только добавляет изюминку его хищной красоте. Роскошный разворот плеч и широкая грудная клетка… Риана видела его вчера на тренировке, приходила поглазеть на боевиков на арене…
Конор выделялся. И это мягко сказано. Быстрый, стремительный, собранный, он передвигался по арене с очешуительной скоростью, презрев все законы гравитации, бил боевыми заклинаниями в цель легко, играючи, как дышал. Растрёпанный, чёрные пряди извиваются в воздухе, как змеи, пока дракон в прыжке меняет позицию. Зелёные глаза горят яростью и азартом, рубашка распахнута, видно, как по груди перекатываются мускулы, напрягаются кубики пресса.
Угодив в последнюю мишень пульсаром из чёрного пламени, Конор тряхнул роскошной гривой, отбрасывая волосы назад.
И в тот момент их взгляды встретились.
Риана словно окаменела, застыла с открытым ртом. Сердце ёкнуло и пропустило удар, щёки и губы запылали, точно угли. Стоит, пялится на дракона — и поделать с собой ничего не может. Ни глаз отвести, ни пошевелиться.
И он это понял! Мигом сообразил, какое произвёл впечатление на сопливую девчонку! Сверкнул белозубой улыбкой, а потом многообещающе подмигнул, гад!
И, прежде, чем Риана успела прийти в себя и как следует рассвирепеть — по большей части на себя, конечно… Наставник же предупреждал, так какого нестабильного пламени, спрашивается, вылупилась?!
Но… Она ведь совсем юная была, только-только шестнадцать лет стукнуло.
Для феникса — даже не юность, так, младенчество. Да и для дракона тоже.
В родном лесу драконов не водилось.
И Наставник, понятно, не действовал на неё подобным образом. Временами вызывал злость своей придирчивостью, чаще — благодарность. За то, что спас. Вырастил. Обучил магии. Для него она была дочерью и ученицей.
Для драконов же…
Сказать по правде, Риану не так пугала их назойливость и преследования, как собственная реакция на этих странных существ, по совместительству — заклятых врагов её народа.
Она и представить не могла, что собственное тело, разум, эмоции способны играть с ней в такие грязные игры. Ментальные щиты она, конечно, держала, так что драконы и не догадывались, что творится в её душе. Нет, преподы, скорее всего, понимали. И не провоцировали. И, конечно, ограждали юного феникса от домогательств, преследований.
Ей сразу сказали, что одно её слово — и любой, кто осмелится причинить ей вред, принудить к чему-то, заставить делать то, чего она не хочет — отчисляется из Драакх. Вопрос в другом. Судя по собственной реакции на драконов, Риана понимала, что её не надо принуждать. Она не сразу поняла, о чём говорил Наставник, когда говорил, что труднее всего будет сохранять самообладание в присутствии проклятых ящеров. А когда поняла, было уже поздно.
Она уже была в Драакх, была адепткой. Фениксом. Лакомым куском для любого из них. Нет, её не принуждали. И всё же преследовали. С осторожностью, зная, что одно её слово обеспечит им вылет нахрен из академии. Её искушали. Помощью, попытками ухаживания. Взглядами. Пристальными. Глубокими. Пронзительными. Вызывающими толпы предательских мурашек по телу, обжигающими нутро, заставляющими сердце пропускать удары, один за другим.
Тогда она ещё не научилась с этим справляться. Это сейчас она может заталкивать эту мерзкую, слабую сторону своей натуры поглубже, в самые потаённые уголки души, умеет более-менее сладить с собственным телом, с предательством собственной природы. Тогда… тогда она только начала делать свои первые шаги в большом враждебном мире.
Смешно подумать, что научил её справляться с собой именно Конор. Именно он преподал ей пару самых незабываемых уроков. Правда, неосознанно. Он-то планировал кое-что другое.
…В тот день, оставшись с тем самым драконом наедине, в пустой аудитории, Риана перво-наперво проверила ментальные щиты, торопливо натянула на лицо непроницаемую маску, не выдающую эмоций, и только после этого сказала:
— Я к зачёту готовлюсь. Если нужна пустая аудитория, здесь их полно.
— Рашшайн вымотал? — понимающе усмехнулся дракон, сверкнув белыми зубами. — Настоящий вампирюга.
— Сделай одолжение, дай сосредоточиться, а? — почти любезно попросила Риана. — Мне магматику пересдавать.
— Дубль-два? — проявил чудеса догадливости Конор.
Риана хмуро кивнула.
— И магии нет? — вглядываясь в её ауру, предположил Конор.
Риана даже отвечать не стала. Надо же, капитан догадливость… Ауру он её не разглядит, щит сам Наставник ставил. Но о том, как Рашшайн «выдаивает» адептов досуха, в Драакх легенды ходят.
Так что Риана даже отвечать не стала.
— Ну так ты же феникс, — не унимался чешуйчатый. — Тебе восполнить резерв, как мне два пальца об… об этот самый, в общем неважно.
— И что, что феникс? — пожала плечами Риана. Как будто она не знает! — На всё требуется время.
«И спокойствие», — этого она не стала добавлять вслух.
И ни того, ни другого у неё нет. Быстро восполнять магический резерв у неё пока выходило плохо. Она старалась, пламень нестабильный, как же она старалась!
Но природа феникса — проводник, медиум. Быстрее всего он восполняет запас, насыщая магией другого. Наставник говорит, что со временем она научится управлять своим магическим даром. Тогда восполнять собственный магический запас для неё будет, как дышать. Но сейчас, чтобы восстановить резерв, тем более, выжженный под ноль, нужно сотворить энергетический слепок своей ауры, абстрагироваться, сублимировать энергию на него… Для этого тоже нужна магия. И концентрация, виверны её дери!
Чему, понятно, паника из-за недостатка времени и сил не способствует…
— А я дракон, — снова продемонстрировал безукоризненно ровную и белоснежную улыбку на смуглом лице Конор. — И у меня Игры сегодня. Поможем друг другу?
Риана насторожилась. Это о какой-такой помощи он говорит?
— Только не говори, что ничего не знаешь, — сказал Конор. — Вы же проводники. А мы реципиенты. Если передашь мне магию — сама зарядишься лучше любого накопителя. И намного быстрее.
— Передачу на первом курсе не проходят, — буркнула Риана.
И, кстати, правильно. А то адепты напередаются… только успевай откачивать.
Конор отмахнулся.
— Ерунда, — сказал он. — Главное — контакт.
Он чуть распрямил плечи, поиграл мускулами на груди, которые просматривались, несмотря на плотную ткань формы. Красивый, глаз не отвезти… гад!
— Какой ещё контакт? — насторожилась Риана.
В голосе дракона появились нотки чарующей хрипотцы.
— Как какой, детка? Физический.
Вот если бы Риана могла сейчас шарахнуть пульсаром изо всей силы прямо ему в голову — не задумалась бы даже!
Но прежде, чем она сумела отреагировать должным образом, Конор добавил:
— Достаточно поцелуя, детка.
— Я не стану с тобой путаться, — процедила она сквозь зубы.
— А я и не прошу со мной путаться, — возразил дракон, ничуть не обидевшись и всё с той же бесящей ухмылкой. — Всего один поцелуй, феникс. После чего ты — сдаёшь свой зачёт, я — надираю задницу Мэйблу. Всё по-честному.
— Нет.
Бровь Конора иронично приподнялась.
— Не хочешь сдать зачёт? Имей ввиду, на пересдачах Рашшайн и вовсе перекидывается в зверя. Фигурально, но лучше б по-настоящему. Пристрелить бешеную тварь легче и гуманнее, поверь. И, кстати, одной пересдачей, как правило, от него не отделаться.