Глава 27

Гай сразу же отшатывается в недоумении.

Я понимаю его замешательство, то же самое испытала я сама, когда доктор, наконец, открыл мне правду. Сперва я не поверила, но сложно не верить, когда ты видишь нечто совершенно невероятное своими глазами.

Вспоминаю то, что открылось мне вчера в больнице.

— Прежде чем я сообщу вам результаты, вы должны пройти со мной, — говорит доктор и я слышу в его голосе волнение, которое он еле-еле сдерживает.

Я встаю и, как в тумане, следую за ним, пытаясь не обращать внимания на боль в голове.

За нами толпой идут врачи что-то громко обсуждая. Фрай Диммельс ведет меня, мягко держа за предплечье, куда-то по бесконечным коридорам.

Наконец, мы приходим к огромной лаборатории, в которой мне еще не доводилось бывать, хотя мне до этого момента казалось, что я прошла вообще все возможные обследования в этом здании. Доктор Диммельс открывает массивные глухие двери, которые больше похожи на двери в банковском хранилище и заводит меня внутрь, оставляя всех остальных докторов снаружи.

— Сядьте, пожалуйста, в это кресло, мисс Риджит, — говорит доктор.

Он указывает на большое кресло, отдаленно похожее на стоматологическое. Возле него стоит три мага и заряжают внушительных размеров кристалл, таких больших я никогда еще не видела. Маги похожи на адептов из академии, и насколько я могу судить, скорее всего, высшего порядка.

— Мы выяснили природу воздействия на вас, мисс Риджит, — говорит Диммельс, закрепляя на моих руках и ногах ремни.

— Пожалуйста, положите голову ровно, — говорит доктор.

Я послушно кладу голову, и он закрепляет ее широкими мягкими ремнями. Теперь я не могу пошевелить ни руками, ни головой.

— Сначала мы думали, что нечто воздействует на вас изнутри, что-то, что и является причиной ваших головных болей и вашего… Помутнения. Но после вчерашнего анализа и после того, как боль вернулась к вам, стоило забрать у вас аналитический артефакт, мне в голову пришла невероятная мысль, которая впоследствии подтвердилась.

Доктор умолкает и что-то негромко говорит магам. Один из них подходит ко мне и кладет руки мне на голову. По глазам мага я вижу, что он является драконом, что огромная редкость. Кажется, я впервые вижу в этом здании настоящего мага дракона. Хотя магов тут было предостаточно. Это уже само по себе было удивительно.

— Сделайте глубокий вдох, — говорит доктор.

Я вдыхаю и вижу, что он кивает магу дракону, что держит руки у меня на голове, словно командуя тому начинать.

Вдруг,, внутри меня взрывается ослепительная вспышка. Я чувствую, что и лаборатория, в которой я нахожусь и все ее обитатели, и само здание и даже весь остров исчезают. Все погружается в ослепительный белый свет, который постепенно начинает тускнеть и превращаться в яркий огонь, подобный огню вв кузнечном горне. И центром этого огня являюсь я сама.

— Сейчас, — слышу крик Диммельса, — и в эту секунду, как будто что-то трещит у меня в груди, как будто ломается какой-то замок, высвобождая нечто новое, удивительно теплое, одновременно знакомое и неизведанное.

Я слышу свой собственный крик, и вместе с ним пламя внутри меня нарастает, пока не превращается в чистую энергию. Шум и грохот у меня в голове становится невыносимым, как будто что-то извне пытается проникнуть в то, что является моей сутью.

Сперва я сопротивляюсь, и мне даже начинает казаться, что у меня получается. Но спустя еще целую вечность я сдаюсь и безжалостная энергия проникает на самую глубину, то ли разрушая меня, то ли излечивая, то ли все это разом.

И вдруг все схлопывается.

В одно мгновение. Словно выключают свет.

Я снова осознаю себя, привязанной к креслу лаборатории. Доктор Диммельс ошарашенно смотрит на меня, а маги в изнеможении, пошатываясь, отходят от моего кресла, словно только что совершили титанически тяжелую работу.

— Получилось, — благоговейно шепчет доктор.

— Что это было? — задыхаясь спрашиваю я и ловлю себя на том, что дышу так, словно без остановки бежала несколько часов к ряду.

— Избавление, — говорит доктор.

— Избавление от чего?

Доктор подносит к моему лицу зеркало, и я вижу плещущийся в моих глазах огонь, точно такой же, как в глазах любого из виденных мной драконов.

Я в ужасе закрываю глаза и пытаюсь отвернуться, сжаться в комок, убежать, но я привязана, и у меня нет такой возможности.

— Не пугайтесь, мисс Риджит, — мягко говорит доктор, — в этом нет ничего не правильного. Скажите, что вы чувствуете?

Я пытаюсь успокоиться и прислушаться к своим чувствам.

Первое, что я понимаю — боли больше нет, совсем, она исчезла, как тогда, когда артефакт был вшит в мое тело. Но вместе с этим появилось что-то еще. Какая-то новая часть меня, которую раньше я не осознавала.

— Я не чувствую боли, — говорю я со смесью восторга и ужаса перед чем-то новым, — что вы со мной сделали?

— Вернее будет сказать не что МЫ с вами сделали, а что с вами сделали те, кто хотел скрыть вашу истинную суть, мисс Риджит. И этот вопрос куда важнее.

— Какую истинную суть, — непонимающе говорю я, все еще не в силах признать очевидное.

— Вы дракон, мисс Риджит, — говорит доктор и я слышу по его голосу, что он ошарашен этой новостью не меньше моего.

— Но как это возможно, — пытаюсь я покачать головой, но не могу, поскольку моя голова крепко зафиксирована в кресле.

— Воздействие на вас было и изнутри, и снаружи, мисс Риджит. Только так можно было провернуть это. Ваша истинная суть была заблокирована кем-то злонамеренно. И то, что мы сделали сегодня — с помощью точечного генератора магических импульсов, сломали, уничтожили артефакт, который был спрятан глубоко в вашем теле. Примерно вот здесь.

Он указывает куда-то в область моей груди.

— В тот момент, когда вы рассказали мне, что ваша головная боль почти проходила, когда вы находились рядом с вашим истинным, с вашим драконом, я не придал этому значения. Но когда вчера высший маг не смог снять вашу головную боль, мне в голову закралась сумасшедшая гипотеза. И чем больше я думал об этом, тем более разумной она мне казалась. И сегодня утром, когда я получил данные от аналитического артефакта, все, наконец, встало на свои места. Кто-то излучает на вас мощнейшую персональную блокирующую магию, и она так сильно воздействовала на вас благодаря зловредному артефакту, что был в вашем теле все это время. Возможно многие годы, возможно, с самого вашего рождения. Именно поэтому я на свой страх и риск решился провести эту операцию предельно быстро и в условиях строжайшей секретности. Попросив о помощи адептов из академии, которым я доверяю, как самому себе.

Доктор указывает на сидящих в изнеможении адептов.

Я слушаю доктора и чувствую, одновременно огромное облегчение, словно я многие годы находилась в тюрьме, и даже не знала об этом, а теперь меня, наконец, освободили, и страх, оттого что я понятия не имею, как такое могло произойти.

Я и вправду дракон? Но кто же лишил меня знания об этом?

Возвращаюсь из воспоминаний и смотрю на ошарашенного Гая.

— Чему ты так удивлен, милый? — спрашиваю я, глядя на него, и на всякий случай разжигаю внутри себя искру драконьего огня, как уже научили меня адепты. Принимать форму дракона я еще не умею, но это лишь вопрос времени, как они заверили меня.

— Это невозможно, — говорит Гай ошеломленно.

— Прости, любимый, но мне нужно ехать, — говорю я, залезая в машину, — нужно срочно кое с кем переговорить как раз на эту тему.

Он мощной рукой хватается за дверь, не давая мне захлопнуть ее.

— Лилит! — говорит он, удивительно быстро взяв себя в руки— поехали со мной. Я привез сына в город, он скучает по тебе. Возвращайся.

— Нет, Гай, я уже сообщила тебе о своем решении. Нам не быть вместе. Убери руку.