Глава 11

Свесив ноги с кровати, я растерла глаза и озадаченно осмотрелась. В спальне никого, кроме меня не было. За окном царили сумерки. Я не сразу сообразила, раннее утро сейчас или вечер.

Но мысли быстро привелись в порядок, и скоро все встало на свои места.

Метнувшись к шкафу, где хранила все свои вещи, я принялась искать шкатулку с украшениями. Нужно было поскорее найти венчальное кольцо, чтобы воспользоваться порталом до того, как вернутся близняшки. В библиотеке они, обычно, на долго не задерживаются.

— Вот оно! — подарок Барта лежал поверх всего остального, даже не смешавшись с бижутерией.

Схватив кольцо, захлопнула шкатулку и убрала ее на место. Надела золотую дужку на палец, собираясь повернуть ее камнем к ладони, но остановилась. Осмотрела себя.

Я так торопилась увидеть истинного, что готова была прыгать в пространстве без верхней одежды и с всклокоченными волосами!

И когда они успели так спутаться?..

Наскоро расчесавшись, я соорудила на голове высокий хвост. Сняла ученическую мантию, поправила форменную юбку с блузкой и схватила с вешалки пальто. Хорошо бы переодеться в более теплое платье, но времени нет. Всяко на холоде пробуду не долго, а может вообще перемещусь сразу в дом Вармира.

Решительно повернув кольцо, снова замерла. Спохватилась:

— Обувь!

Отыскав сапожки, обулась.

За дверью послышался шум разговора и стук каблучков по каменному полу. Ада с Леоной что-то громко обсуждали. Иногда вклинивался голос Евы. Вот уж с кем точно не хотелось сейчас встречаться!

Глубоко вздохнув для смелости, крепко сжала пальцы в кулак и зажмурилась.

Я готова была к рывку в солнечном сплетении и чувству стремительного полета, но ничего из этого не случилось. Просто в какой-то момент исчезли все звуки, а потом рухнули на меня шумом волн и воем ветра.

Наотмашь ударила вьюга.

Открыв глаза, плотнее запахнула пальто и осмотрелась. Я оказалась на каменном утесе, врезающемся в море подобно обломанному клинку великана. О его неровные бока бились волны, окатывая меня ледяными брызгами. Они взметались высоко-высоко и, казалось, превращались в горевшие на небе звезды.

Да, хлестала меня вовсе не метель, а слезы моря.

Сообразив, в какую сторону мне нужно, я побежала по усыпанной битым камнем тропе. Далеко впереди маячили желтые огни знакомого дома. Его окна, подобно маяку, освещали путь.

Меня переполняло удивительное чувство: смесь радости от скорейшей встречи с Бартом, предвкушения его объятий и волнения, скручивающего узлом внутренности. Богиня, как же хотелось ощутить на себе любимые руки! Прижаться к истинному, поцеловать и никогда больше не расставаться.

И как мне в голову пришло, что я смогу выкинуть его из памяти? Вырвать из сердца, потушить истинную связь какой-то сомнительной экспериментальной мазью?

Глупая! Что еще сказать.

Когда дом уже был близко, сквозь шум морской стихии пробился другой звук — свист разрезающегося крыльями воздуха. Над головой проплыла тень, накрыв дорожку света, что лился из окон.

Я сразу же поняла, кто это.

Живот скрутило горячим узлом, сердце забилось чаще. Я замедлила шаг, а затем остановилась. Задрала голову, без труда узнавая звериную ипостась Барта.

Даже в темноте ночи.

Даже на большой высоте, что сейчас нас разделяла.

Дракон без единого звука сделал разворот, перекрывая луну и звезды. Странно, но эта тишина сгущала вокруг необъяснимую тревогу…

На мгновение он словно завис в воздухе, остановившись — ровно над моей головой. А затем камнем устремился вниз.

Крылатая тень становилась все больше и больше, но даже не думала замедляться. Зверь падал прямо на меня.

Да, именно падал!

Я сообразила это, когда разглядела, что крылья практически не движутся. Вскрикнула, закрыв голову руками, и отбежала в сторону. В ту же секунду тишину взорвал звук падения — вверх и в стороны полетели обломки скалы вперемешку с комьями влажной земли.

В мгновение ока я выставила перед собой магический щит, едва успевая накрыться им полностью. В невидимый купол врезались каменные осколки, создавая протяжное гудение в моем укрытии.

Взглянув на неподвижного дракона в нескольких шагах от меня, едва удержалась от того, чтобы подбежать к нему. Но с неба еще падал мелкий гравий, взметнувшийся особо высоко. Когда дождь из камней закончился, я сняла защиту.

Зверь начал исчезать, превращаясь в мерцающую сапфировую пыль. Она медленно кружила, оседая и формируя фигуру человека.

Превращение так зачаровало меня! Я даже не сразу сообразила, что вместо дракона теперь стоит Барт. На одном колене, опираясь кончиками пальцев на землю и склонив голову. Черные волосы взлохмачены ветром, плечи вздымаются в такт тяжелому дыханию.

Меня сразу же потянуло вперед. Словно к сердцу была привязана лента, за которую сейчас ощутимо дернули.

— С тобой все в порядке? — осторожно проговорила я.

Медленно двинулась к нему, не понимая, откуда в теле взялась нарастающая слабость. Кажется, со следующим шагом подогнутся колени. Вместе с тем, в животе скручивался горячий узел и неимоверно хотелось поскорее упасть в объятия истинного.

Он поднял голову, устремив на меня взгляд темных глаз.

— Офелия… Тебе нельзя быть здесь, — голос сухой и ломаный, словно после долгого молчания. — Уходи. Быстро.

— Я воспользовалась кольцом. Мне так хотелось тебя увидеть… Как только прочитала письмо, так сразу…

— В дом! — вдруг прорычал он, вновь склонив голову.

Ударил кулаками землю, задышав чаще.

Но в моей голове поселился кто-то другой, разогнав все мысли. Я не пошевелилась, продолжая смотреть на Барта сверху вниз.

— Офелия, прошу тебя… Беги от меня как можно дальше. Сейчас же.

Вместо того чтобы послушаться, я сделала последний шаг, разделяющий нас. Внутри что-то взорвалось, и я глотнула холодный воздух, дабы остудить этот пожар. Протянула руку, зарылась пальцами в темные густые волосы и сжала их, оттянув назад.

Барт запрокинул голову. Его глаза были беспросветно черными.

Выпрямившись, он рывком сгреб меня за бедра и притянул еще ближе. Вжался лицом в мой живот, шумно вдыхая.

— Мне не хватало тебя. Как мне тебя не хватало.

Его гуляющие по телу руки оставляли жаркие следы. Пальцы подрагивали от перенапряжения. Рывком поднявшись на ноги, Барт обхватил мое лицо ладонями и впился в губы поцелуем. Горячим, жадным, требовательным.

Где-то внутри зародилось сопротивление этой слепой страсти.

Его прикосновения были необходимы, как свежий воздух, но несли с собой лишь пламя, без малейшей нежности.

Он отстранился на секунду, распахнул пальто и дернул блузку на моей груди. Послышался треск и стук пуговок, разлетевшихся по камням.

Словно поток ледяной воды в лицо.

Я вынырнула из омута, ощутив всю неправильность происходящего. Схватилась за плечи Барта, прошептав на выдохе:

— Подожди. Что ты делаешь?

— Ты нужна мне, — бормотал он, словно в трансе, покрывая мою шею и грудь поцелуями. — Вся. Целиком и полностью. Прямо сейчас.

— О, боги… — я едва держалась на ногах. — Мы на скале, посреди зимы.

— Плевать. Важна только ты. Здесь и сейчас.

Его руки пробрались под одежду, ощутимо сминая грудь, вдавливаясь пальцами в кожу, оставляя горящие следы.

— Барт! — дернулась я, стукнув его по плечам. — Это ненормально. Мне больно.

Он будто не слышал, вновь обрушиваясь на меня поцелуем.

Я едва не задохнулась, обмякая в лишенных мягкости объятиях, как в стальном капкане.

«Беги от меня как можно дальше», — вдруг прозвучало в мыслях. Я наконец осознала смысл этих слов.

Окатило холодом во второй раз.

Голова прояснилась.

Собрав все силы, я вырвалась из крепких рук и отскочила назад. Попыталась поймать непослушными пальцами края пальто, дабы запахнуть их на груди, но никак не могла схватиться за ускользающую ткань.

— Это не ты, — выдохнула я дрожащим голосом. — Это колдовство, Барт. Вспомни, что писал мне.

Он стоял, покачиваясь, будто вот-вот рухнет без опоры.

— Иди сюда, милая, — двинулся вперед, не сводя темных глаз с моего лица.

На мгновение я вновь попалась в ловушку чар, качнувшись навстречу, но быстро пришла в себя. Мотнула головой, попятившись.

— К чему сопротивление, — добавил истинный, протягивая руки.

Я дернулась в сторону, избегая прикосновения.

И побежала.

Взлетев по ступеням, я схватилась за ручку двери и попыталась открыть. Не получилось. Заперто? Глянула через плечо. Барт неукротимо приближался. Бежать ночью в заснеженный лес глупо, потому я решила сперва постучать, надеясь, что все же откроют.

Забарабанила кулаком, ощущая себя мышкой, загнанной в угол большим голодным котом. И о чем только думала, срываясь к дракону на встречу? Он же предупреждал в письме, что рядом с ним сейчас быть опасно. Даже улетел из академии, чтобы оказаться от меня как можно дальше.

Но прошло ведь достаточно времени, чары должны развеяться! Или значительно ослабнуть. А может, дело уже не только в Барте? Откуда во мне этот необъяснимый огонь, что тянет к истинному прямо сейчас?

Я не мчу, куда глаза глядят, а стою на крыльце перед запертыми дверьми и спиной ощущаю приближение дракона.

Мне не хочется убегать.

Здравый смысл мечется загнанной птицей. Я понимаю, что происходящее жутко неправильно, может иметь плачевные последствия, и все же…

Опустив руки, я обернулась. Как раз в тот момент, когда Барт переступал последнюю ступень.

Он снова обрушился на меня, вдавливая в твердую поверхность за спиной. Жадно впился в губы поцелуем, сорвал с плеч пальто и отшвырнул его в сторону.

Мороз не ощущался.

И ветер.

И снег, что начал срываться с неба, залетая порывами воздуха на крыльцо. Я горела изнутри и снаружи, плавясь подобно свече, повисшей над костром.

В какой-то момент опора за спиной исчезла, и мы ввалились в дом. Барт так крепко прижимал к себе, что я даже не ощутила движения. Кажется, он просто занес меня, безвольно повисшую в его руках.

Сознание окончательно затуманилось и все последующее воспринималось смазанным сном.

Почему двери открылись именно сейчас, где в данный момент Вармир, пытался ли он вмешаться… Вопросы мелькнули слабым всплеском и тут же развеялись, словно дым.

Барт бросил меня на что-то мягкое. Сам он вроде бы отстранился, но руки его никуда не делись — они срывали одежду. Треск ткани, обжигающие полосы на коже от слишком резких, раздевающих движений.

Мне было все равно. Я цеплялась подрагивающими пальцами за мужчину над собой, словно он держал меня над ревущей пропастью, готовой поглотить нас.

Чувства обострились.

Каждое касание, движение, стук сердца — на максимум.

Боль пронзила стрелой, разорвав на части. Наполненность лишила воздуха в легких. Я задохнулась, обратившись в один пульсирующий нерв. Тело будто забыло, как это — дышать.

Мир превратился в бескрайнее море, подбрасывающее мое тело на штормовых волнах. И длилось это бесконечно долго.

Когда в голове проясняется, я осознаю, что плачу. Легкие и низ живота горят, а ноги дрожат, как после длительного бега.

Мужчина, сдавивший меня своим весом, не двигается. Он тяжело дышит, уткнувшись лбом пониже обнаженной груди. Быть может поэтому мне не хватает воздуха.

Я понимаю, что это Барт. И в полной мере проникаюсь произошедшим.

Становится еще хуже, физическая боль затмевается чем-то более невыносимым.

Множество противоречивых чувств борются внутри меня, разбивая сердце на мелкие осколки. Я не знаю, как поступить, что сказать… Кого винить и стоит ли вообще это делать. В конце концов, я сама пришла. И сама решила не убегать. А по какой причине — это уже другой вопрос, на который у меня нет ответа.

Проходит целая вечность, прежде чем я набираюсь смелости вдохнуть поглубже, дабы заговорить. В этот самый момент Барт вдруг встает и, не глядя на меня, уходит.

Я чувствую легкость и в то же время опустошение. Она бьет наотмашь, давая понять насколько я беззащитная и маленькая в этом огромном, полном магии и злых людей мире. Здесь так легко попасться в паутину лжи, стать жертвой колдовства и чужих амбиций.

Как же горько!

Медленно повернувшись на бок, поджимаю колени к груди, не замечая ломоту в теле. Физическая боль сейчас ничего не значит. Это такая мелочь на фоне того, что мы с Бартом друг с другом сделали.

Чувство вины и разодранное в клочья доверие — вот стены нашей новенькой совместной клетки. Сможем ли мы когда-нибудь из нее выбраться?