15

Чем больше читал Амоа о разработках Диагона, тем больше удивлялся. Артефакты подчинения были, по сути, магическими приборами, которые широко использовались в стране, где эту самую магию на дух не переносят. Изготовление артефактов было поставлено на поток, и работорговцы скупали их в невероятных количествах. При этом для того, чтобы их применять и устанавливать, даже магом быть необязательно.

Изначально Амоа думал, что подчиняют браслеты – та полоска кожи, которую Киара носила на руке до ритуала. Но нет. Браслет оказался лишь элементом управления. Основная часть артефакта каким-то образом вживлялась то ли в шею, то ли в спину.

Установленный артефакт извлечь было не так-то просто даже опытному волшебнику, но зато действовал он недолго: год-два – и то ли прибор разряжался, то ли просто у человека происходило привыкание, но результат был одним и тем же.

Но Амоа не был бы собой, если бы просто решил дождаться этого светлого момента. Кроме того, помимо подчинения оставался еще и «поводок», который нацепила на него ведьма.

Есть ли шанс, что, избавившись от артефакта, он избавится и от «поводка»? И тогда останется только реакция, заставлявшая Амоа сходить с ума каждый раз, когда ведьма близко. Но тут уже ей, а не ему, нужно будет переживать о последствиях.

Ника он поймал в одном из переходов. Слуга просто сам выбежал навстречу, несясь по какому-то, несомненно, безумно важному поручению для одного из местных снобов.

– Господин Хранитель… – Парень резко затормозил и опустил голову, когда Амоа перегородил ему дорогу. – Позвольте…

– Не позволю, – ухмыльнулся Амоа, дожидаясь, пока парнишка поднимет взгляд.

– Если вам что-то надо – только скажите, – пролепетал слуга с опущенной головой, – я всегда рад помочь.

Обычно Амоа нравилось чувствовать чужой страх, но тут к этому страху примешивалось что-то еще.

Зависть?

– О да. Ты мне поможешь, – изрек нианец и, встав вплотную, взял парня за шею, вынуждая поднять голову. Стоило только их глазам встретиться, как слуга тут же расслабился, перестал дрожать, взгляд затянуло поволокой. Удовлетворенно хмыкнув, Амоа скомандовал: – Иди за мной.

Подгорный король побрал бы Киару, которая запретила выносить книги из библиотеки. То, чем он сейчас планировал заняться, было бы куда удобнее делать в более укромном месте. Впрочем, местные жители ценителями знаний не были. Аристократы в связи с последними событиями старались проводить во дворце как можно меньше времени, слуги же были в основном неграмотными.

Заклинанием двери также нельзя было закрыть – об этом сразу узнала бы Кая, так что пришлось просто подставить стул к ручке.

– Снимай одежду и ложись на стол лицом вниз, – приказал он Нику, когда они оказались внутри.

На рассеянном лице слуги не отобразилось ни одной эмоции. Амоа редко прибегал к гипнозу – куда интереснее, когда люди делали что-то помимо своей воли с полным осознанием собственного ничтожества, но сейчас не время развлекаться.

Книгу, которая была нужна, Амоа отложил уже давно и, пока Ник укладывался, раскрыл ее на нужной странице, еще раз сверился с описанием.

Магия, которая применялась для обнаружения артефакта, была совсем иного толка, чем та, которой он привык пользоваться.

Все равно что взяться за резьбу по дереву после того, как всю жизнь работал только топором. Вроде бы и то, и то – режущие инструменты; и то и то – работа с древесиной… Вот только навык совершенно разный.

Амоа уже несколько дней отрабатывал пассы, надеясь, что, по крайней мере, не убьет парня, когда будет тренироваться на нем. Не то чтобы он имел к нему какую-то личную неприязнь, чтобы ставить опыты именно на Нике. Хотя то, с какой жалостью и участием на него смотрела Кая, Амоа определенно не нравилось.

Просто парень был единственным, про кого нианец точно знал, что он когда-то был рабом. А поскольку извлекать артефакты подчинения, как Амоа понял, слишком трудоемкая работа, можно было утверждать с гарантией, что артефакт все еще на служке. Или в нем.

Когда первый раз Амоа вложил в плетение слишком много силы, библиотеку огласил истошный крик. Пришлось срочно прекращать опыт, ставить заглушающие чары и лишь затем пробовать снова.

Где-то через час безуспешных попыток наконец получилось. После очередного пасса по спине парня проступили синие и красные нити, уходившие куда-то под волосы. Они причудливо сплетались определенным образом и, если верить тому, что маг прочитал, контролировали все органы человека. Схема в книге практически полностью совпадала с той, какую Амоа видел сейчас перед собой, и это было отлично. Если и дальше все пойдет по плану, то, потренировавшись на этом парне, он сможет сначала извлечь его артефакт, а затем и свой.

Чтобы закрепить навык, Амоа несколько раз проявил и скрыл сине-красные нити, а затем, чуть поразмыслив, призвал из угла помещения зеркало, магией повесив его повыше, наколдовал второе напротив и снял рубашку с себя.

Сосредоточенно изобразив пальцами руну, направил строго дозированную порцию магии…

И ничего.

Амоа нахмурился, проделал все действия несколько раз. Ничего. Почему ничего не получается?

Или здесь то же самое, что произошло с браслетом? Но… как такое возможно?

Амоа еще несколько раз повторил чары, искренне надеясь, что что-то напутал. Снова проверил их на покорно лежавшем перед ним слуге – на спине парнишки линии послушно появлялись и исчезали, но на его собственной ничего не было.

Амоа облизнул пересохшие губы, пытаясь понять, что это значит.

В этот момент ему показалось, что шею что-то сдавило. Его резко потянуло в сторону, пришлось даже шагнуть несколько раз и ухватиться за одну из полок.

Поводок. До этого Киара никогда не позволяла себе ничего подобного, но он сразу понял, что именно это было.

Это разозлило, но вместе с тем он ощутил легкое беспокойство. Видимо, случилось что-то действительно серьезное, раз королева, не терявшая надежды с ним договориться и заставить добровольно сотрудничать, прибегла к такому методу вызова. Главное, чтобы у нее это в привычку не вошло.

Нужно было скорее заканчивать. Амоа, все еще пребывая в легкой растерянности от результатов своего эксперимента, убрал книгу на полку.

– Можешь подняться и одеться, – приказал он Нику, подходя почти вплотную к парнишке.

Топорные манипуляции с памятью были чреваты проблемами, а слуга мог вызвать ненужные вопросы, поэтому для обеспечения молчания Амоа решил ограничиться легким внушением.

Но не успел он приподнять парнишке голову и установить зрительный контакт, как за спиной послышалось грохотание множества падающих предметов.

Амоа развернулся – позади стояла как всегда растрепанная Вайоли, с ужасом смотря то на Амоа, то на упавший стеллаж.

– Ой, – пискнула она, попятившись, и наткнулась на какую-то полку.

Снова грохот. Неуклюжая девица уронила и ее.

– И давно ты тут стоишь? – с обманчивой добротой спросил Амоа.

Ситуация начинала напрягать. В другие времена он бы просто убил тех, кто посмел помешать ему, но сейчас все время приходилось оглядываться. Что ж, сделает внушение и ей. Одним больше, одним меньше.

– Я никому ничего не скажу. – Девушка закрыла рот руками и отчаянно затрясла головой. – Я ведь уже доказала это. Я вас не выдала. И не выдам.

– Разумеется, не выдашь, – ухмыльнулся он, вытягивая вперед руку.

В этот момент горло вновь сдавило, и его снова шатнуло в сторону. Перед глазами потемнело от резкой нехватки воздуха. Из-под пальцев сорвался поток чар, но, кажется, угодил куда-то в сторону. А его просто потащило к выходу из библиотеки.

Магия вынуждала Амоа двигаться, буквально бежать. Он не разбирал дороги, но точно знал, что идет кратчайшим путем, который ведет его к той, что сейчас натянула свой поводок. Все разумные мысли куда-то исчезли, остались только злость, ненависть и боль. Амоа чувствовал, как нагреваются руны на коже, но не мог обратиться.

А когда пришел в себя, то понял, что стоит у дверей тронного зала. В одних штанах, без рубашки, которая так и осталась в библиотеке. Да что она себе позволяет?! Волочь его, как дикого зверя, через весь замок! Да даже если Киара там умирает, это не оправдание.

Амоа даже не стал приводить себя в порядок, а просто толкнул дверь. Что бы сейчас ведьме ни было нужно, он воздаст ей сторицей.

Киара почувствовала, что дверь сейчас откроется, за несколько секунд до того, как она действительно распахнулась. Сердце сжалось в недобром предчувствии. В проеме стоял Амоа – без рубашки, слегка растрепанный, с часто вздымавшейся грудью, блестевшим от пота обнаженным торсом. Он что, правда только что…

– Добрый вечер, господа, – громко поздоровался Амоа. – Я не опоздал к высокому собранию?..

Нианский посол дернулся при звуках его голоса, словно услышал как минимум рычание тигра или льва. Замер, боясь спровоцировать. Даже, кажется, дышать перестал.

– Ваше Величество, – продолжил тем временим Амоа. – Рад, что вы в добром здравии. Пожара нет, потолок не рушится… Ничего, что я в таком виде?

Голос казался спокойным, даже каким-то скучающим, разве что глаза недобро горели, и Киара буквально чувствовала его напряжение, хотя между ними было расстояние во всю длину зала. И пусть в его тоне, казалось, не было ничего оскорбительного, Кая прекрасно понимала, что это обманчивое впечатление: Амоа взбешен до крайности. Не рад, что она его прервала? Недоволен способом, которым притащила его сюда?

Киара чуть прищурилась и повела бровью, без слов показывая нианцу, что обо всем этом думает.

– Смотри, какие глаза злые, – шепнул Стивен. – Разбаловала ты его. Как пить дать разбаловала.

– Проходите, господин Ди Малех, – величественно взмахнула она рукой. – Надеюсь, вы не всех слуг еще у меня в замке замучили? Бедняжка Ник после вас не начнет заикаться?

Успевший пройти вперед нианец сбился с шага и посмотрел на нее с подозрением. Киара натянуто улыбнулась. Что, котенок, гадаешь, откуда информация? А руки сами собой сжались в кулаки. Точно ведь был с этим самым Ником. Создатель, как только она останется с Амоа наедине, устроит ему!

Тем временем посол воскликнул:

– Это неслыханно! Преступники разгуливают у вас… так… тут…

– Преступник? – перебил его Ди Малех, очевидно, решивший, что перепуганный соотечественник отлично подойдет для того, чтобы сорвать на нем злость. – Как интересно… И в чем же мои преступления?

– Вы… вы…

Нианец заметно побледнел. Кая видела, как у него задрожали не только руки, но и ноги. Того и гляди на колени упадет.

Королева свела брови к переносице. Как они собрались везти Амоа обратно, если так его боятся?

Посла Ниана между тем выручила высокая женщина из Триленда – задвинула за себя смуглого человека и гордо вскинула голову.

– Вы обвиняетесь в злодеяниях у себя на родине: вы убивали невинных, разворовывали чужие богатства, присваивали себе то, что вам не принадлежит, обесчестили женщин! Ни один достойный правитель не станет укрывать такую грязь у себя в стране!

Ни один достойный правитель? Киара почувствовала, как от возмущения внутри поднимается волна магии. То есть, по их мнению, она – недостойный правитель?

Но девушка не успела вставить и слова, как в опустившейся на зал тишине прозвучал елейный голос Амоа:

– Вам следует извиниться.

– Извиниться? Перед вами? – Женщина перекинула косу с плеча за спину и произнесла с каким-то пафосом. – Лучше убейте.

– Убить вас я всегда успею. – Амоа сделал шаг, обходя ее по кругу. – Но только что вы оскорбили королеву Диагона. Назвали ее недостойным правителем. Хотя, по-моему, единственный недостаток королевы Киары – в ее добросердечии. Так, например, ваши страны все еще суверенны, потому что она слишком добра. Просто святая женщина. Даже публичных казней не устраивает.

– Не смотрите ему в глаза, – прошептал дрожащий от страха посол Ниана.

– Расскажи мне, мой друг, – Амоа вдруг опустил руки на плечи посла, чуть понизив голос до шепота, – а Ниан соскучился по публичным казням, или нынешний правитель любит их так же нежно, как и я?

Киара смотрела за этой сценой с детским восторгом. В какой-то момент она даже поняла Амоа, когда тот говорил, что ему нравится внушать страх. Это было неправильно, этим восторгом был выложен путь прямо во тьму. Но девушка не могла ничего поделать со своей улыбкой.

– Бездна, тебе тоже это нравится, да? – хихикнул Стивен. – И ведь заметь, сказали-то про женщин, не мужчин. Так что, может, со слугой… ну, с этим, Ником… мало ли. Попутал просто.

– Ваше Величество, – впервые за этот странный прием подал голос один из Хранителей, стоявших рядом. – Что тут вообще происходит?

– А на что это, по-вашему, похоже, Адам? – Кая повернулась к альбиносу. – К нам пришли два человека и, представившись послами соседних стран, по сути, объявили войну. Не делегация, не какое-то собрание. Два человека, которых кинули нам на расправу как гонцов с плохой вестью.

– Мы не можем сейчас ввязаться в войну. Еще и на два фронта, – тихо-тихо добавил седовласый Ирил. – У нас просто не хватит ресурсов.

– А у нас есть выбор? Нам поставили ультиматум, – хмыкнула Киара, поднимаясь с трона.

– Мы можем отдать… – Адам Герэ мельком взглянул на Амоа, который пугал гостей.

– Вас, например? – Кая чуть сощурилась, понизив голос до шепота. – Не подскажете, как так вышло, что я узнала о том, что в составе гостившей у нас делегации была целая королева, только сейчас? Что это? Некомпетентность или сознательное сокрытие фактов?

– Ваше Величество… – Мужчина затравленно скользнул взглядом на Ирила, ожидая поддержки. – Нам не представляли ее как королеву, и я…

– Мне не нужны оправдания. А насчет выполнения требований… Думаете, лучше показать свою слабость и ждать следующего ультиматума? – жестко ответила Киара, и ее голос эхом прокатился по залу.

– Так, значит, это ваш ответ? – посол Триленда выглядела уже не такой уверенной, как в начале разговора, краем глаза следя за ухмылявшимся Ди Малехом. – Если это так, то нам нечего здесь больше делать. Нас ждет корабль.

Киара повела бровью и, повернувшись к Ирилу, кивнула, прошептав лишь одно слово:

– Задержать.

Мужчина моментально понял и покинул зал через боковой выход. Кая очень надеялась, что он успеет. Нельзя позволить кораблю покинуть порт.

– Видимо, извиниться все-таки придется, – почти пропел Амоа.

– Прошу прощения, если оскорбила словом или действием, – скороговоркой проговрила женщина. – Если королева Киара действительно добра так, как о ней сейчас сказали, она меня простит.

– Господин Герэ, подготовьте, пожалуйста, вежливый письменный ответ на это послание, – сказала Кая Хранителю тайн, спускаясь по ступенькам от трона. Мужчина кивнул и вышел вслед за Нестом. – А что насчет вас, господа… – продолжила королева, когда послы поспешили к выходу, но, повинуясь ее кивку, стража перекрыла дверь, – вам придется остаться.

– Вы хоть представляете, что этот монстр… творил? – Женщина сглотнула и посмотрела с вызовом – похоже, уже смирилась с судьбой. – Вы совершаете ошибку, Ваше Величество. Он – лис в вашем курятнике.

– Курятнике? – Это уже было просто смешно. Нужно закончить весь этот пафосный фарс как можно быстрее. – Вы только что назвали Диагон курятником?

– Вы поняли, о чем я.

– Да вам-то откуда знать, какие злодеяния творил Амоа? Зачем вообще Триленд в это ввязывается? – Киара искренне не понимала, какая может быть здесь связь.

– О, а он вам не говорил? – рассмеявшись, спросил посол.

– Не говорил о чем? – Кая подозрительно окинула взглядом стоявшего рядом нианца.

Амоа выглядел расслабленным, но королева прекрасно знала, что этот человек – хищник. Стоит только позволить, и он будет долго и со вкусом мучить их пленников.

– А вы думаете, кто помог Ниану свергнуть этого тирана? Мы. Потому что наша страна для него должна была стать следующим трофеем.

Что?

От неожиданности Киара даже улыбаться перестала. В каком смысле следующим? Между Нианом и Трилендом лежит Малахитовое море – это огромное расстояние… Неужели Амоа действительно планировал помимо своей родной страны захват еще и других?

– Она лжет, – сказал Ди Малех и пожал плечами, будто речь шла о погоде.

– Это правда. Он жаждал мирового господства, – тихо-тихо подтвердил второй посол. – Но видимо, все действительно так, как говорила королева Рене. Диагон уже в его власти.

– Королева Рене? – глухо отозвался Амоа и, вдруг схватив мужчину за шею, приподнял того над полом. – Расскажи-ка мне… что там у вас происходит?

Посол выпучил глаза, и Киара всерьез забеспокоилась, что он сейчас душу отдаст Создателю.

– Отпусти его, – приказала она, используя магию.

С каждой минутой происходящее нравилось ей все меньше. Еще и стражники – потенциальный источник слухов. Создатель, кажется, у нее уже паранойя.

Амоа, несмотря на принуждение, даже не шевельнулся. Киара видела, как на его шее вздулась жилка, как он напряжен, как чуть задрожала рука, которой он удерживал шею посла. Он снова сопротивлялся ей!

– Королева правит мудро и взвешенно, народ любит ее… – начал было отвечать посол хриплым от нехватки воздуха голосом, и по его полуприкрытым глазам и ставшему вдруг безразличным ко всему лицу Кая поняла, что тот под гипнозом. – Но подгорные твари… такого никогда не было прежде…

– Так он умрет раньше, чем ответит тебе. – Киара перехватила запястье Ди Малеха, посылая в него разряд молнии и еще раз мысленно приказывая разжать руку. – Ты переходишь границы.

Она встала между Амоа и послами, надеясь взглядом выразить сжигавшее ее негодование.

– Что-то мне не нравится все это, – тихонько сказал Стивен на ухо, озвучивая ее мысли. – Даже мне уже уйти хочется.

– Я всего лишь хотел защитить честь своей королевы. – Амоа чуть склонил голову, его волосы свесились, закрыв лицо, но Киара могла руку на отсечение дать, что он в этот момент улыбался. – Прошу прощения. Чуть увлекся.

– С другой стороны, – вновь подал голос принц, – ради этого ты его и позвала, разве нет? Чтоб не марать руки самой.

– Они не должны умереть. – Кая почувствовала, как от того, что собирается сказать, у нее начинают дрожать пальцы. – Не должны умереть, пока не расскажут все, что знают.

Сказав это, она шагнула в сторону.