33

В первый момент Киаре показалось, что сердце просто остановилось. И жизнь тоже, и весь мир замер. Она стояла в оцепенении несколько секунд, которые показались ей вечностью.

– Кая… – шептал Филип, прижимая ее к себе. – Создатель… Кая…

Девушка попыталась отстраниться, но руки не гнулись. Движения получались неуклюжими и рваными.

Филип шептал какие-то извинения, что-то спрашивал.

Что вообще происходит? Он под гипнозом… это гипноз?

– Так, ну все, хватит. – Амоа вышел вперед, грубо оттащив герцога за шкирку в сторону. Тот не сопротивлялся, продолжая удивленно смотреть на Киару. – В общем, вот. У парня вроде есть талант к руководству. По крайней мере, как мы знаем, заговоры он плести умеет. Так что чем не кандидат?

Голос нианца звучал едко.

– О Создатель… заговор! – Юноша спрятал лицо в ладонях. – Что же я натворил… Мне так жаль… Простишь ли ты меня когда-нибудь?

– Что ты с ним сделал? – Голос Киары дрожал, хотя она изо всех сил пыталась не поддаваться эмоциям.

– Всего лишь вернул память. О тебе. – Амоа не выдержал ее взгляда и отвернулся, добавив, чтобы было слышно: – О том, что он любил тебя.

– И сейчас люблю! – горячо воскликнул Филип, вдруг опустившись на колени, дрожащими руками цепляясь за ладони Киары. – Даже когда забыл обо всем… Я любил и тогда. Но неправильно понял это чувство. Ты стала моим наваждением, но я… такой глупый. Кая, я не понимал, что ты пыталась меня защитить. А сейчас наконец картинка сложилась. Больше не надо меня защищать. Я сам готов ради тебя на что угодно. Я ведь обещал быть вместе с тобой. Навсегда. На всю жизнь…

Киара начала задыхаться от переполнявших ее чувств. И они, эти чувства, совсем ей не нравились. Девушка вырвала ладони из рук герцога, краем глаза заметив, как расслабились при этом плечи Амоа и как чуть смягчилось выражение его лица.

А ведь он мог предупредить! Хотя бы подготовить! Должен был обсудить с ней этот план. Но нет, господин Сама Секретность все делает скрытно!

– Мне надо поспать, – сипло произнесла она.

– Я тебя провожу.

– Я провожу.

Филип вскочил, Амоа вскинул голову.

– Не стоит, – натянуто улыбнувшись, Кая покачала головой.

– Мне в любом случае в ту же сторону, – попытался пошутить нианец, но она прервала его жестом.

– Ты где-то летал всю ночь. Лучше полетай еще.

Развернувшись, девушка выбежала из кабинета, захлопнув за собой дверь и сразу накинула невидимость, добавив еще несколько чар, отвлекающих внимание. Она понятия не имела, сработает ли. Помешает ли это Амоа понять, где она? Или связь, возникшая из-за ритуала, будет сильнее?

Через несколько секунд нианец быстрым шагом прошел мимо. Не заметил. Сработало. Еще через какое-то время выбежал Филип.

Киара постояла в тишине, зашла в кабинет для аудиенций и заперлась изнутри. Здесь ее искать в ближайшее время не будут. Она тихонько сползла по обратной стороне двери, ощущая себя вконец опустошенной. Хотелось плакать, жалеть себя. Но даже слезы не шли.

А в ушах все еще звучало «люблю», сказанное Филипом. Неужели это действительно произошло? Филип вспомнил Киару, их дружбу? Слова, что говорил ей когда-то? Их общие чаяния и надежды…

А ведь она уже пережила эту боль. Сумела отпустить его. Двигаться дальше с пониманием, что без нее Филипу будет лучше. Да и ей лучше одной, чтобы не было больше этой душераздирающей боли…

И вот теперь… что? Что теперь будет? Раньше Кая легко смогла бы доверить Филипу свою жизнь – и не только свою… А теперь? Готова ли снова впустить его в свою жизнь? Имеет ли право? Если юноша действительно вспомнил, что любил ее, если любит до сих пор… не слишком ли это жестоко будет по отношению к нему?

Киара сделала тяжелый вдох, на некоторое время задержав дыхание.

Он. Она. Все это не имеет значения.

Рука скользнула к животу. Срок еще слишком маленький, чтобы почувствовать хоть что-то, но сейчас казалось, что она на магическом уровне ощущает новую жизнь внутри себя.

Долгий шумный выдох.

Если они с Амоа уедут, в ее отсутствие формально править будет Стивен, но он будет не один. Уже сейчас Киара может вновь созвать Совет, назначить недостающих Хранителей Диагона. Филип стал бы Хранителем тайн, чтобы следить за внешней политикой, а заодно она дала бы ему полномочия курировать и другие направления…

С трудом подавив зевок, девушка поудобнее прислонилась к двери.

Но как же Амоа мог в очередной раз все сделать за ее спиной? Ведь он должен был сказать ей, спросить…

Она посидит всего пару минут, а потом обязательно пойдет спать в другое место. Всего пару минут.

Сознание путается, плавится, сливается с чужим. Его желания больше не принадлежат ему, тело тоже. Странные руны на руках, словно нити, за которые дергает умелый кукловод.

Кукловод ведет его… куда? Осознавать происходящее удается с трудом.

Вот он… или они? Сворачивают в левое женское крыло дворца. Прогоняют слуг, которые дежурят у входа. Открывают дверь.

За окном светит яркое солнце, но занавески на окнах такие плотные, что комната погружена во мрак. Лишь полоски света между тканями говорят о том, что сейчас день.

– Адара. Ты спишь? – Голос больше не принадлежит ему, послушный чужой воле.

– Пришел пошутить надо мной? Сказать «я же предупреждал»? – слабо откликается женщина, не вставая с кровати.

В комнате горят свечи, пахнет благовониями, от которых сознание начинает окончательно ускользать, но он изо всех сил цепляется за него. Ему нужно предупредить Адару. Ведь это не он пришел к ней сейчас, а ее палач.

– Расскажи, что ты сделала, – властно и холодно произносит он, но Адара будто не замечает подмены.

– Ничего из того, что хотела.

– Тебя подозревают в заговоре против короля.

– Я невиновна. – Она вдруг резко вскакивает с кровати и подходит. – Я невиновна хотя бы потому, что он – не король.

Глаза блестят безумием в неровном свете свечей. Женщина проводит кончиками пальцев по его лицу, по рукам с появившимися на них рунами, но словно не замечает этих узоров.

– Истинный король – ты. Только ты, слышишь? А этот мерзкий, злобный, черствый…

Его руки хватают женщину за горло, сильно встряхивают, но, кажется, это лишь приводит ее в экстаз.

– Да, – шепчет она.

– Так, говоришь, это я король?

Неужели Адара действительно не замечает подмены? Неужели не чувствует ярости и злобы в каждом обращенном к ней слове?

– Да… мой король…

– Расскажи мне, Адара, – голос внезапно приобретает вкрадчивые нотки, – а что ты намеревалась сделать? Чтобы я стал королем?

Эти фразы выдают «мы» с головой, но влюбленная, ослепленная желанием женщина не чувствует подвоха, лишь доверчиво жмется к нему всем телом.

– Убить бы твоего брата не вышло, – послушно рассказывает она. – В нем, как в правителе, заключена вся магия Валаада. Магия, которая должна принадлежать тебе. Но я нашла способ лишить его разума, навсегда обратить в чудовище и низвергнуть из этого мира.

– Хм… Что-то вроде этого я и предполагал…

Адара тем временем расстегивает ему рубашку, чувствительно царапая ноготками кожу. Сначала боязливо, неспешно, но, не встречая сопротивления, ее движения становятся смелее и увереннее.

Внутри поднимается удушающая волна. Это не его гнев. Это гнев его брата. Ярость мешается с возбуждением и смывает все посторонние мысли.

Сознание окончательно теряется во времени и пространстве.

Он пытается остановить это. Перехватить власть над собственным телом. Но ничего нельзя изменить. Кукловод уверенно дергает за нитки, получая от этого представления истинное удовольствие.

Сплетение тел, шепот желания. Его грубость и злость, ее податливость, готовность отдать всю себя. Чадящие благовония наполняют комнату легким дымом. Перед глазами вспыхивают и гаснут звезды, он чувствует охватившее его наслаждение и предвкушение брата.

В какой-то момент, кажется, руки слишком сильно сжимают горло Адары. Но она недолго трепыхается в его смертельных объятиях и почти сразу обмякает…

Киара проснулась от ноющей боли в висках. Спина и шея затекли. Она не сразу поняла, где находится. Еще и сон, такой странный, изматывающий. В нем она душила какую-то женщину. «Мерзость какая», – подумала Кая, с трудом поднимаясь и оглядываясь.

Правую руку неприятно покалывало, спина гнулась с трудом. Вот Бездна! Похоже, она уснула прямо на полу комнаты для аудиенций. Как же ее так угораздило?

– Делегация! – в ужасе воскликнула она, вспоминая про вчерашнюю свадьбу.

Сколько же сейчас времени? Она все проспала? Почему ее не нашли, не разбудили, не доложили? И тут же сама себе дала ответы на все эти вопросы. Чары невидимости и отвода внимания. Бездна!

Выбежав из комнаты, девушка на ходу скинула с себя все колдовство. Вышло не сразу. После сна на полу правая рука затекла и плохо слушалась. Сложить нужную руну на пальцах получилось с четвертого раза.

Затем косметические чары – королева всегда должна выглядеть идеально. Создатель благослови того, кто их придумал.

– Ваше Величество!

Она недовольно обернулась на голос, но тут же смягчилась – это был один из слуг. Ник.

Он низко почтительно кланялся, отводя взгляд.

– Где сейчас гости? – строго спросила королева, надеясь, что парень в курсе.

– Еще спят, Ваше Величество. Король Сайер после того, как отправился в комнаты, несколько раз гонял слуг за добавкой к вину. Так что, если позволите, думаю, спать он будет еще долго.

Замечательно, она не проспала.

– А молодые? – с заметным облегчением уточнила Кая.

– Принцесса и принц сейчас в малой столовой, изволят завтракать, Ваше Величество, – с заметной заминкой добавил парень.

– Спасибо, Ник, – поблагодарила Киара и улыбнулась ему.

Что ж, раз они уже проснулись, да еще и едят не в своих комнатах, можно их проведать.

Услышав свое имя из уст королевы, слуга вскинул голову с сияющим лицом и закивал, как болванчик.

– Все, что вам будет угодно, Ваше Величество. Если вдруг вам что-то будет угодно…

Но Кая уже не слушала его, направляясь в столовую.

Надо же, молодожены проснулись первыми. «Плохо провели ночь? Успели выспаться?» – ухмылялась она про себя. Думать об этом было лучше, чем о собственной ночи и тех двоих, из-за которых ее собственная голова сейчас мстительно раскалывалась на части от давящей боли.

Несмотря на это, Киара нашла в себе силы довольно бодро произнести, входя в столовую:

– Доброго и светлого утра!

В малой столовой в окружении выставленных на стол блюд, оставшихся нетронутыми со вчерашнего дня, сидели двое – Анна и Стивен. Оба повернулись на ее голос.

Анна замерла, держа в пухлой руке вилку, с которой обратно на тарелку шлепнулся кусочек пирожного.

Стивен же, не замечая ничего, сидел рядом с принцессой и с блаженной улыбкой поглаживал складочки на ее боках.

– Доброе, – сипло поздоровалась Анна, – Ваше Величество.

– Кая! – принц дернулся, будто только заметил ее. – А мы тут с моей Пироженкой пироженки кушаем.

– Приятного аппетита…

Идиллия между этими двумя выбила из колеи.

Слуга, стоявший в углу комнаты, проворно подскочил, отодвигая для королевы стул. Киара величественно опустилась на него, но тут же прижала пальцы к вискам, собираясь с мыслями.

– Может быть, по кусочку… тортика? – невинно предложил Стивен.

Кая с отвращением окинула взглядом все это пиршество и, не сдержавшись, поморщилась. От запахов еды начинало мутить.

– Анна, позвольте, я украду у вас жениха… то есть мужа. Я хотела созвать королевский Совет.

– Выспаться не получится, да, птенчик? – пробасила принцесса, небрежно потрепав Стивена по щеке. – Иди работай. А ты… – на этих словах она ткнула пухлым пальцем в слугу, – положи мне вон тех колбасок.

Стивен звонко чмокнул жену в руку и с явной неохотой поднялся.

– Птенчик? – переспросила Киара, когда они уже выходили из столовой.

– Я ей не говорил… пока, – смутился принц. – Как думаешь, ей понравится? Жаль, что я такой маленький, не смогу летать вместе с ней.

Перед глазами встала картинка огромной принцессы верхом на тощей облезлой птице неизвестной породы с выпученными от натуги глазами. Пришлось проморгаться, чтобы прогнать воображаемую картинку.

Сновавшие слуги почтительно кланялись, встречая королеву. Кае было непривычно видеть в замке столько людей. Для проведения свадьбы пришлось набрать больше слуг, да и многие аристократы, съехавшиеся на праздник, ночевали в выделенных им комнатах здесь же – во дворце.

Герцоги, лорды, леди… Многие чувствовали себя неуютно, памятуя о недавних казнях, и порой королеве казалось, что в воздухе витает страх. И боялись ее – Киару.

– А что насчет «выспаться»? Поздно легли? – осторожно уточнила Киара, но этот невинный, на первый взгляд, вопрос заставил Стивена стать просто пурпурным.

– Мы не ложились, – прошептал он.

– Оу, как любопытно… И чем же вы занимались?

Что-то все это нравилось ей все меньше и меньше. Если бы Кая не выслушивала ранее тонны истерик кузена о «розовой жабе», то может быть, и поверила бы, что первая брачная ночь прошла вполне мирно, и молодожены решили строить дружеские отношения. Но то, что она видела в столовой… Принц выглядел так, словно… влюбился?!

– Чем там обычно занимаются, – буркнул явно недовольный вопросом Стив.

– Хм… И что ты теперь думаешь о принцессе Анне? – осторожно уточнила Кая.

– Ах! Она – идеальна! – с чувством произнес принц, словно действительно так думал.

Мечтательный взгляд, улыбка.

Ее невестка – ведьма? Стивена опоили? Что вообще произошло?

– Идеальная, в смысле… шар? Круглая, толстая?

Кая до последнего предполагала, что это очередной глупый розыгрыш сумасшедшей птички.

– Как не стыдно! Ты ведь говоришь о моей жене!

– Оу… – произнесла Кая озадаченно, мысленно обдумывая, как бы проверить Стивена на посторонние чары. – Ну ладно. Рада, что у тебя все хорошо.

– Лучше всех, – принц моментально расплылся в улыбке. – И вообще у Анны такая красивая улыбка, зубы, рот… все вместе!

– Уволь меня от подробностей, – поспешно вставила Киара, приподнимая руки.

– Киара! – сердце успело пропустить удар, прежде чем Кая обернулась на голос.

Филип.

Королева улыбнулась, не уверенная, как правильно теперь себя с ним вести.

– Рада, что вы здесь, герцог Кейн. Пока наши гости спят, не могли бы вы созвать королевский Совет и присоединиться к собранию? – скороговоркой спросила она, отступая чуть в сторону.

Появилось ощущение, что она опять все делает неправильно. Следовало не отстраняться от него, а поговорить наедине. Объясниться… Но в мыслях все буквально протестовало против того, чтобы теребить эти старые раны и вспоминать то, что случилось несколько лет назад.

А ведь Филипу намного тяжелее, чем ей.

– Да, конечно. Я все сделаю, – с готовностью кивнул герцог и, чуть поклонившись ей и кивнув принцу, умчался выполнять поручение.

– А он почему не под гипнозом? – таким серьезным, как сейчас, Киара не видела Стивена, кажется, со времен его смерти.

– Амоа вернул ему память, и Фил вспомнил, что мы с ним… друзья, – последнее слово далось с трудом.

Принц вдруг схватил ее за рукав, затаскивая в одну из комнат поблизости. Это оказалась небольшая зала с огромной нелепой люстрой на несколько сотен свечей и двумя каминами.

– Бездна, Стив! Ты что себе позволяешь? – вырвав руку, Кая недовольно уперла руки в бока.

– И ты ему доверяешь? – Кузена ее грозный вид нисколько не смутил.

– Кому? Амоа? – Киара на секунду задумалась. – Смотря в чем…

А действительно? Доверяет ли она нианцу? Скорее да, чем нет. Даже с учетом того, сколько тайн скрывает его прошлое, в настоящем она может на него положиться. Пусть иногда он и выкидывает такое, от чего хочется хорошенько его ударить.

– Да нет же! Кейну!

– Филипу? – Кая растерялась. – Мы с ним дружили с самого детства, я знаю его…

– Вот именно. Дружили. Он стоял за заговорами против тебя. То, что у тебя рука не поднялась отправить его на казнь, конечно, очень мило…

– Так, все. Я не собираюсь это выслушивать.

– И вообще, с чего ты решила, что знаешь его? – не сдавался Стив. – Я вот его совсем не знаю.

– Я не понимаю, к чему это? Да и почему бы ты должен его знать? С вашей компанией отпетых садистов он не водился, – воспоминания о прошлом были не самыми радужными.

– И это очень подозрительно, – надулся принц. – Я бы на твоем месте отправил его на охрану границы куда-нибудь в сторону Хейлема…

– Смотри, чтобы я тебя туда не отправила, – холодно отчеканила королева, показывая, что разговор закончен.

Стивен открыл рот, намереваясь что-то возразить, но вместо этого вдруг странно напрягся, а затем, буквально в один момент, его тело дрогнуло, словно было желеобразным, и он снова стал птицей.

– Ну вот, переволновался, – раздосадованно произнес принц. – И как я теперь покажусь моей Пироженке?

– Зато мне ты таким больше нравишься, – хмыкнула Киара, подходя к дверям.

Позади раздался какой-то звук, похожий на приглушенный хлопок. Кая обернулась – Стив снова стал человеком.

– Получилось. – Он удивленно себя ощупал. – Ну-ка, а если снова… Еще мгновение, и вместо молодого принца снова страшная, искаженная черной магией птица с желтыми глазами и торчащими во все стороны перьями. – Да я просто чародей года!

– Определенно. Так тебе идет больше, – задумчиво выдала Кая, – не забудь про собрание.

Стоило Киаре выйти в коридор и подняться на этаж, как ей показалось, что мир задрожал – ее качнуло. Королева попыталась схватиться за перила лестницы, но держаться почему-то было нечем. Она хотела позвать слуг, но из горла вырвалось лишь шипение.

Понадобилось несколько минут, чтобы понять, что произошло. Лишь когда вышедшая из-за поворота служанка выронила белье и с криками убежала, Киара наконец осознала – она превратилась в змею. Неужели опять? Неконтролируемое превращение? Она так задумалась о Стивене и его птицеформе, что не заметила, как призвала магию?

Самое ужасное во всей этой ситуации, что сколько бы Киара ни пыталась превратиться обратно, никак не получалось.

Ближайшей комнатой оказалась подсобка с полками, набитыми простынями, аккуратно сложенными гардинами, еще какими-то тряпками, откуда и вышла служанка. Места было мало, и, крутясь вокруг своей оси, Кая дважды роняла на себя все это богатство. От злости на собственное бессилие тьма внутри распалялась. В какой-то момент девушке показалось, что она вновь видит темные тягучие капли черной магии.

В коридоре за дверью то и дело раздавались шаги. И Кая каждый раз приходила в ужас от того, что сейчас дверь откроется, и ее в таком состоянии застанут слуги, поползут какие-нибудь нелепые слухи, а если после этого она уедет из страны, вообще начнется непонятно что…

В какой-то момент показалось, что кто-то подошел совсем вплотную к двери, но отчего-то мешкал, не открывая. Сила наконец послушалась ее, возвращая в прежнюю форму. Когда дверь распахнулась, Киара уже была собой и тяжело дышала, прислушиваясь к ощущениям.

– Ваше Величество…

Ник удивленно хлопал глазами. И видимо, от удивления даже не стал привычно кланяться. Должно быть, это было последнее место, где он ожидал увидеть королеву.

– Ревизия содержимого кладовок, – кашлянула Киара, стараясь скрыть растерянность.

После того как она крутилась здесь змеей, комната была полностью разгромлена.

– А я… – юноша потряс перед ее носом тряпками. – Увидел, что белье валяется в коридоре, решил сюда занести, чтобы… не лежало…

– Молодец, – скупо похвалила она, выходя в коридор.

Создатель, сколько времени она провела в этой проклятой подсобке?

– Все собрались на Совет, ждут только вас, – тихо добавил Ник ей вслед. – Ваше Величество, меня как раз отправили найти вас.

– Спасибо, – величественно кивнула Киара и, сделав глубокий вздох, отправилась на королевский Совет.

И что это такое было? С каких пор она не контролирует свою силу?

Память тут же услужливо подсунула ей собачку на деревенском празднике, которую Кая обратила тварью, поляну в лесу после показа драконов на границе, которую заполнила черная магия. С этим всем определенно надо было что-то делать.

В комнате для аудиенций собрались все, кого она хотела видеть: близнецы; Вайоли с кучей бумаг, чтобы вести протокол заседания; несколько генералов, назначенных ответственными за воинские части, базирующиеся в городе. Стивен был тих и задумчив и то и дело смотрел на Филипа с неприязнью. Сам герцог сидел напротив Киары за дальнем углом стола. Амоа, вопреки обыкновению, он казался хмурым и тихим.

– Вот вы где, Ваше Величество, – негромко произнес он.

– Хранитель магии, вы меня искали? – с деланым удивлением приподняла она брови.

– Искал, – не стал скрывать мужчина, придвигая стул к ней поближе.

Киара заметила, как нианец недовольно взглянул в сторону Филипа. Чем же он недоволен, если сам вернул герцогу память?

– Господа, поприветствуйте нашего нового Хранителя тайн. Герцог Филип Кейн. – Возражений это не вызвало, только сам Фил удивленно посмотрел на Каю и робко улыбнулся. Девушка кашлянула, отворачиваясь. – Герцог Кейн будет не только в качестве Хранителя тайн следить за внешней политикой, заодно я даю ему полномочия курировать и другие направления. Соответствующий приказ будет вынесен уже сегодня вечером. Следующее назначение: Хранитель казны с сегодняшнего дня – Вайоли.

Киара замолчала, ожидая возражения. Но для себя считала ее идеальным кандидатом на эту должность. Та, кажется, была единственной во всем Диагоне, кто ценил книги и знания больше, чем золото, и не был заинтересован в деньгах и растрате.

В воцарившейся тишине раздался грохот – сама Вайоли упала со стула. Королева сделала вид, что не заметила этого, озвучивая перестановки дальше. Хранителем оружия она назначила одного из генералов, того, кто был в составе пехоты, расстрелявшей по ее приказу предателей.

Говоря об этом, Киара ярко вспомнила бледного испуганного парня. Новобранца, первого пустившего стрелу в мятежников, сделавшего это случайно, но изменившего так много.

Оставались еще ответственные за продовольствие и врачевание. И последняя должность определенно требовала специальных навыков, знаний, связей.

– Думаю, Хранителем продовольствия, а также врачевания, назначим нашего всеми любимого дорогого принца Стивена. Не помню, были ли прецеденты в Диагоне, когда один человек занимал сразу два поста… – Она вопросительно взглянула на близнецов, неуверенная, кто из них Хранитель законов, который должен, по идее, знать такие нюансы. – Но думаю, как временное решение это всех устроит. Надеюсь, в своих заботах наш принц сможет положиться на остальных членов Совета? – Королева внимательно оглядела каждого из присутствующих, дождавшись кивка. – Замечательно, если вопросов нет, то…

– Правильно ли я понимаю… – подал голос Стивен. – Ты распределила все должности, но при этом герцог Кейн у нас поставлен во главе Совета… после тебя, разумеется?

– Да, все верно, – холодно произнесла она, ожидая от принца бурю негодования или какой-нибудь выходки.

Но этого не последовало.

Когда все рабочие моменты были улажены и составлен примерный план того, как в ближайшее время будет тратиться приданое Анны и какому курсу следовать, Киара наконец объявила:

– Через два дня я вместе с Хранителем магии покидаю Диагон по государственно важным делам. Меня не будет около месяца. На это время руководить страной остается королевский Совет. В руках каждого из вас будет огромная власть и ответственность. И я надеюсь, что вы исполните свой долг. – И пристально посмотрев на каждого, холодно добавила с ощутимым нажимом: – Я так понимаю, возражений нет?

Когда Совет разошелся, в кабинете остались только Стивен и Амоа. Уже без свидетелей принц обратился в птицу и, взмахнув крыльями, перелетел на спинку стула Киары.

– Я смотрю, ты освоился? – хмыкнул нианец. – Как птичка ты определенно симпатичнее.

– А я смотрю, ты сидишь здесь, а не идешь догонять Кису, – буркнул принц, отворачиваясь.

– Мы еще успеем друг другу надоесть. У нас впереди долгое путешествие. А у тебя впереди медовый месяц. Как вчерашняя ночь с Анной? – внезапно перевел тему мужчина.

– Знаешь… она не такая, как я думал, – неожиданно отозвалась птичка. – Она тоже носит маску, как и я. И за ней Анна совсем не такая…

– Не такая толстая? – хохотнул Амоа.

– Да ну тебя! У самого лицо как у крокодила, а все туда же, – захлопал крыльями Стив. – Что меня действительно беспокоит, так это то, как Киса вручила этому… предателю все королевство! Нет, я понимаю – я слишком долго притворялся глупым, чтобы она меня простила, и теперь это накладывает определенные рамки, но все же… Кейн?! Серьезно?! Его единственная заслуга в том, что он знал ее в детстве. Киса должна была оставить меня главным! Меня!

– Из вас двоих я бы точно поставил на тебя, – улыбнулся Амоа, подливая масла в огонь. – Руководитель заговора во главе государства! Что подумают о нас соседи?

– Вот именно! – принц издал что-то, напоминающее громкое карканье. – Надо было повесить его вместе с остальными.

– Не стоит переживать по этому поводу раньше времени, мало ли что может случиться с этим Филипом, пока нас здесь не будет… – хмыкнул дракон, придвигаясь поближе.

– На что это ты намекаешь? – взъерошенная птица склонила голову набок и внимательно посмотрела на нианца.

– Никаких намеков. Так, всего пара интересных предложений…