Глава 7

Утром меня разбудило пение ранних пташек, доносившееся через открытое окно да проказник-солнечный лучик, который, пробиваясь в щель между занавесками, упрямо светил мне в лицо, как бы старательно я от него ни отворачивалась. Он был настолько ярок, что я не сумела сразу открыть глаза и несколько мгновений валялась в постели, прикрываясь рукой от его слепящего света. Вставать совсем не хотелось, но, памятуя о вчерашнем дне, я заставила себя это сделать.

Чара спокойно сопела в своей корзинке, сплетенной из тонкого тальника, на мягкой флисовой подушке. Она всегда спит по утрам, так как в основном активна в дневное и в вечернее время. К тому же она взяла на себя бремя ночного дежурства у постели дракона, великодушно предоставив мне возможность отдохнуть, за что я была ей очень благодарна.

Потратив несколько минут на утренний туалет, я привела себя в порядок и, с некоторым волнением, отправилась на первый этаж. С каждым следующим шагом волнение внутри меня нарастало все сильнее. А вдруг мы что-то не так сделали? Хоть и сварили зелье строго по рецепту, но мало ли… Однако мое беспокойство оказалось совершенно напрасным; заглянув в комнату к пациенту я с облегчением вздохнула – пациент находился в полном сознании и, судя по внешнему спокойствию, буянить не собирается. Правда вид был немного подавленный: он неподвижно лежал на постели и смотрел в потолок немигающим взглядом. Давно высохшая салфетка свалилась с его лба и валялась рядом на подушке.

– Доброе утро, – поздоровалась я с ним и снова внутренне напряглась. Откуда мне было знать наверняка как именно он воспримет мое появление и что последует за ним.

Войти в палату я побоялась и осталась стоять у открытых дверей, на случай, если мужчине опять торкнет в голову на меня наброситься. Так хоть выбежать успею и на помощь позвать смогу.

Пациент невозмутимо повернул голову в мою сторону, оглядел внимательным взглядом тёмных глаз и ответил:

– Смотря для кого доброе.

Фух, ну хоть адекватность к нему вернулась. А то совсем как дикий был.

– У вас что-то болит? – продолжила я интересоваться.

– Да. Голова болит и есть хочу, аж кишки сводит.

– Завтрак я вам принесу, а от головной боли прямо сейчас можете выпить лекарство.

– Как? Сковали меня словно узника! – возмутился он и побрякал цепью.

– Извините, но нам пришлось это сделать, Вы были слишком агрессивны.

– Но сейчас-то я спокоен. Отпустите уже, – и шёпотом добавил: – мне бы по нужде отлучиться.

– Обещаете вести себя хорошо?

– Даю слово дракона.

Напоминание о том, что мой пациент – дракон, заставило меня, невольно, улыбнуться, если учесть обстоятельства, при которых мне стало это известно. В тумбе у кровати незнакомца находился набор вещей, состоящий из чистого махрового халата, полотенца и ряда гигиенических принадлежностей. Я давно собрала его на случай, если появится тяжелобольной пациент, которому придется находиться в лечебнице круглосуточно.

Я вынула набор из тумбы и произнесла:

– Вот вам чистые вещи и средства гигиены. Когда оденетесь, в конце коридора найдёте санузел и душ. Завтрак я принесу вам сюда… и да, вот тут таблетка от головной боли. – Из ящичка тумбы я извлекла маленький контейнер, в котором была заранее подготовлена соответствующая пилюля.

Несмотря на вполне обоснованные опасения, я вынула из кармана ключ и сняла с пациента браслеты с цепью. Отвратительный звон металла подгонял меня и, завершив манипуляции с замками я поспешила уйти, забрав с собой этот звенящий атрибут пленения. До сих пор мне было не по себе от того, что пришлось его использовать, но у меня и правда не было выхода, иначе бы этот дракон на всю голову легко мог кого-нибудь убить.

В кои-то веки я забралась на чердак, бросила цепь в старый бабушкин сундук и заперла на замок. Надо будет как-нибудь разобрать всю эту рухлядь, заполонившую чердак, и избавиться от всего лишнего.

Что ж, пока мой подопечный проходит водные процедуры, я приняла решение отправиться в лавку и купить что-нибудь к завтраку. К слову сказать, готовить я умею, но, оказавшись в этом мире и испробовав местных блюд – не могу удержаться от соблазна приобрести что-нибудь из местной кухни. Благо идти совсем недалеко: через дом от меня располагается гостиница Мии, а напротив неё живёт кондитерша, которая каждое утро продаёт с лотка на улице различные пироги и всевозможные сладости.

Светловолосая девушка по имени Влада, слегка полноватая, но очень обаятельная, заприметила меня ещё на другом конце улицы и приветственно помахала рукой. Она, подобно ранней пташке, всегда встаёт на рассвете и, к восходу солнца, на ее прилавке уже благоухает дразнящими ароматами великолепная выпечка и иные свежеприготовленные блюда, накрытые чистейшими салфетками.

– Смотри, что у меня есть. Королевская ватрушка, – задорно улыбаясь, проговорила девушка и подвинула ближе ко мне одно из блюд.

С гордым и самодовольным видом она сорвала с него салфетку и продемонстрировала круглый ароматный горячий пирог.

– Вла-а-а-а-да, – протяжно произнесла я. – Ты просто прелесть. Это именно то, что мне сейчас нужно. А рецепт можно узнать?

Влада с воодушевлением начала рассказывать. Быстро, ёмко, ничего лишнего. Я лишь внимательно слушала и запоминала.

– Вот видишь, всё просто, – завершила девушка, улыбнувшись.

– Это ты интересно рассказываешь. Тебе бы курсы кулинарные вести.

– Я подумываю над этим, – ответила она, рассмеявшись.

– Забегай вечерком отдохнуть в массажном кресле, – предложила я.

– Ага, наслышана. Приду обязательно.

Расплатившись за пирог, я отправилась в свою лечебницу. Надо бы ещё пациента накормить, но ему пока нельзя тяжёлую пищу. Сделаю бульончик, и, если будет всё нормально, чуть позже пирогом угощу. Вернувшись в дом я поставила тарелку с королевской ватрушкой на стойку и отправилась готовить завтрак для больного.

Кухня моя, ввиду отсутствия большого количества свободных помещений, располагалась в той же комнате, что и лаборатория, и потом, необходимость использования как нагревательных так и охлаждающих приборов и в приготовлении пищи и в изготовлении снадобий, сыграла, пожалуй, решающую роль в пользу именно такого симбиоза. Когда я попала в этот дом, здесь вообще не было никаких бытовых приборов, не знаю, как тут моя бабушка обходилась без технологических новинок. Неужели на одной магии? Для этого надо быть большим мастером. Надеюсь, что когда-нибудь и сама дорасту до такого же высокого уровня.

Поставив на поднос тарелку с горячим бульоном, ложку, кружку с компотом и пиалу с сухариками я отправилась в комнату к пациенту. К этому времени он уже должен был успеть помыться и привести себя в порядок. И все же, резонно предполагая, что он может быть до сих пор не одет, я вежливо постучала в дверь. Однако, на мой стук никто не откликнулся и тогда, я набралась смелости и осторожно приоткрыла дверь – комната была пуста. Заинтригованная отсутствием незнакомца я водрузила поднос на тумбу и пошла искать «беглеца».

Каково же было моё удивление, когда я обнаружила его, сидящего в холле на диване и аппетитно улетающего пирог. Более того, рядом с ним на журнальном столике сидела Чара и, с неменьшим удовольствием, лопала кусочек королевской ватрушки. Пациент ещё и запивал пирог горячим бодрящим напитком из контейнера, который я накануне заказала в кофейне «На злобу дня». Конечно же, я умею и сама варить кофе, но именно в этом заведении его готовят по-особенному. Поглощение этого напитка дарует не только бодрость на весь день, но и подпитку магии. Так как он достаточно дорогой, я заказываю его не часто, а по необходимости, когда чувствую, что устала не только физически, но и ослабла, как ведьма. Видимо, курьера встретил сам пациент, пока я в лаборатории ему завтрак готовила.

Мужчина довольно причмокнул и, заметив меня, произнёс:

– Спасибо, хозяйка, отличный завтрак. Вот только пирог маловат. Ещё есть что-нибудь?

От удивления у меня отвисла челюсть. То есть, ему целый пирог маловат?! Да эта ватрушка была весом в полтора килограмма, не меньше!

– Вам бы не стоило столько есть после отравления, – несмело заявила ему.

Мужчина удивлённо поднял свои тёмные брови.

– После какого отравления?

Этого-то я и боялась. Последствия отравления хоть и частично, но до сих пор сказываются. Значит надо ещё зелье варить.

– Вы ничего не помните?

– Почему же не помню. Я – принц империи Хесвиутон. Зовут меня…

– Аха-ха-ха… – захохотала крыска и повалилась на спину. Держась лапками за свой круглый животик она каталась по столу и приговаривала: – Ой, не могу! Принц, етить-мадрить.

Мужчина недовольно сдвинул к переносице брови.

– Я принц! – заявил он и ударил кулаком по столу так, что Чара подпрыгнула вместе с посудой и громко икнула.

Вмиг успокоившись, крыска приняла деловитую позу, уперев свои передние лапки в бока и со строгостью завила:

– Но-но! Полегче тут. А то опять свяжем. Дракон ты на всю голову, а не принц.

– Да! Я дракон! И наследный принц империи!

– Да ладно заливать-то! Если ты императорский отпрыск, то где твоя свита? Почему один по чужим мирам болтаешься?

Мужчина задумался и через пару секунд спросил:

– А где я сейчас?

– Ну наконец-то! Хоть один здравый вопрос! – воскликнула Чара.

– Вы в мире Нестреорис, на улице Ядов, – ответила я.

– Где-где? – переспросил незнакомец и недоверчиво посмотрел мне в глаза..

– То есть, как Вы сюда попали и с какой целью, не помните.

Мужчина опять задумался.

– Где моя одежда? – вдруг спохватился он, посмотрев на свой халат.

– В стирке твои шмотки, – ответила крыска.

– Я требую вернуть мне одежду! – громко проговорил пациент, поднимаясь с дивана.

– Ваши вещи в сушилке. Давайте сначала успокоимся и поговорим, – как можно мягче произнесла я и приблизилась к нему.

– Ты сама-то хоть завтракала? – проявила обо мне беспокойство Чара и нечаянно рыгнула. – Ой, простите, – извинилась она, прикрыв лапкой ротик.

– Не успела, – мой красноречивый взгляд на оставшиеся на столе крошки от пирога, явно смутили незнакомца.

– Так это что, разве не для меня? – виновато произнёс он.

Я осуждающе посмотрела на Чару, ведь она тоже в этом завтраке участвовала.

– А что я-то? – возмутилась крыска. – Я проснулась, чую запах приятный отсюда идёт. Ну я прибежала, а тут и ящер этот заявился, говорит: «Есть хочу!» Ну я ему и сказала, что для тебя, наверное, пирог принесён – ешь. Ну и сама угостилась, уж очень вкусно от него пахло.

– Ясно, – со вздохом ответила я, выслушав Чару.

– Прошу прощения, – проговорил мужчина и виновато отвёл взгляд в сторону.

– Ничего страшного. Главное, чтобы Вам от такого плотного завтрака плохо не стало. А я сейчас себе ещё один пирог куплю.

– Позвольте мне вас угостить! – вызвался мужчина. – Простите, не знаю вашего имени.

– Лора! А Вас как зовут?

– Принц… – начал он говорить и сердито посмотрел на Чару, так как она опять прыснула от смеха. Решив на этот раз её проигнорировать, мужчина продолжил: – Федриетан, близкие зовут меня Федри.

– Ага, Федька короче, – произнесла Чара и опять расхохоталась.

– Чара, – сделала я ей шёпотом замечание.

– А что я-то?! – опять возмутилась она. – Дракон на всю голову сочиняет тут, а ты веришь. Может он это… бредит ещё. – Крыска покрутила лапкой у своего виска.

– Я не сочиняю! – гаркнул на неё Федри.

– Я Вам верю, – поспешила я успокоить его. – Давайте Вы пока пройдёте в свою комнату, Вам отдыхать надо.

– Какой тут может быть отдых? Я Вас завтрака лишил! Сейчас пойду и сам куплю этот пирог.

– Не надо! – воскликнули хором я и крыска.

– Почему? – недоумевал дракон, глядя то на меня, то на Чару.

– Ам-м-м, Вам пока нельзя выходить из лечебницы, солнечный свет может плохо повлиять на ваше выздоровление. – Единственное, что я смогла с ходу придумать, чтобы он на улицу и носа не показывал.

Не стоит ему пока знать про покушение, а то ещё рванёт преступников искать, а сам толком, пока, не выздоровел. Либо дров наломает, либо его опять попытаются убить. И кто знает, может в этот раз убийцам удастся завершить начатое.

Мужчина сел обратно на диван и, судя по плотно сдвинутым бровям и взгляду в никуда, глубоко задумался.

– То, что я в лечебнице, это я понял по запаху лекарств, но как я сюда попал? И про какое-такое отравление вы говорите?

В этот момент раздался стук в дверь. Я и крыска слегка встрепенулись.