Глава 35.2

Глава 35. Зеркало Судеб и рождение двух пар, часть 2.

ЛЕСЯ

Я была собой. Настоящей… Настоящей! В своём женском теле. Созданном магией этого места из энергии связи, из отголоска души Леона и моей собственной, чужеродной сущности. Это было не тело как у принцессы или то, каким я его ощущала в моем том мире. Это было моё новое тело. Новое, но такое давно знакомое старое…

Рядом на ложе Лесения тоже зашевелилась. Она медленно открыла глаза. Они были ярко-зелёными, без золотых искр, но полными такой древней, глубокой мудрости и юной растерянности одновременно. Она села, огляделась, её взгляд скользнул по мне, по моему новому облику, и в её прекрасных глазах мелькнуло понимание. Потом посмотрела на световой корень, на конце которого всё ещё сияла душа Леона, но теперь уже тусклее, будто отдавшая часть себя.

— Леон… — её голос был хриплым от долгого молчания, но мелодичным.

Золотой шарик дрогнул. Из него вытянулся призрачный контур — рука. Он коснулся её щеки. Она прикрыла глаза, и по её лицу скатилась слеза.

— Его душе всё ещё нужна плоть, — сказал Марник, нарушая заворожённую тишину. — Но теперь… теперь у нас есть два сосуда. Оригинальный, — он кивнул на Лесению, — и… вновь созданный. Оба связаны с ним.

Все посмотрели на меня. Я поняла, что он имел в виду. Моё новое тело было буквально выткано из энергии, в которую была вплетена часть сущности Леона. Оно могло стать для него временным домом так же, как Древо-Рана. Но это значило… снова делить своё пространство с кем-то?..

— Нет, — твёрдо сказала я. — Я только что обрела себя. Он этого не хочет. И она, — я посмотрела на Лесению, — не заслуживает снова делить его с кем-то еще. Ему нужно его тело.

— Но его тело… это ведь теперь ты… — тихо сказала Лира.

Мы все замерли в логическом тупике. И тут заговорила сама Лесения. Она оторвала взгляд от призрачной руки и посмотрела прямо на меня.

— Ты носила его форму. Ты сражалась в его коже. Ты… сохранила его суть, когда я не смогла. Ты стала мостом. — Она медленно поднялась с ложа, её движения были неуверенными, но полными грации. — Это место… Исполин… оно не просто дало тебе форму. Оно дало тебе отражение. Ты — его зеркало, но не копия. Ты — то, чем он мог бы стать, если бы… если бы наша история пошла иначе. Сильная. Самостоятельная. Связанная с другим. У тебя есть своя пара. — Она посмотрела на Дэмиана, и в её взгляде была печальная улыбка. — И у меня — своя.

Она протянула руку к световому корню, к душе Леона.

— Его тело не потеряно. Оно переродилось. Помогло тебе. А его душе… его душе нужна новая плоть. Но не чужая. Наша. Общая.

Она взяла золотой шарик в ладонь. Свет был таким ярким, что пришлось зажмуриться. Когда я снова открыла глаза, Лесения стояла, обняв… его.

Леона.

Не призрака. Плотного, реального, дышащего молодого человека с моими (его!) прежними зелёными глазами, но без боли, без искажений. Он был одет в простые одежды из света и листьев, которые быстро материализовались в обычную ткань. Он смотрел на Лесению, и в его взгляде была тоска и любовь всей Вселенной.

Затем он обернулся и посмотрел на меня. И… улыбнулся. Это была улыбка благодарности, освобождения и… прощания с той частью себя, что навсегда осталась со мной.

— Спасибо, моя дорогая названная сестра из другого мира, — сказал он, и его голос был тёплым и живым. — За дом. За защиту. За то, что дала мне шанс вернуться к ней.

Я не могла говорить. Я только кивнула, чувствуя, как по моему новому лицу текут слёзы. Слезы бесконечного счастья, облегченности и надежды на светлое будущее для всех нас.

А потом Леон и Лесения обернулись друг к другу, и между ними вспыхнуло сияние. Не ослепительное, а мягкое, тёплое, как первый луч солнца после долгой ночи. Они не целовались. Они просто стояли, лоб ко лбу, их руки сплетённые, и свет, исходивший от них, заполнял зал, смывая всю скорбь, всю боль, что веками копилась в этих камнях.

Они были целы. Они были вместе. Преодолев, казалось бы, такое сильное проклятие.

И в этот момент случилось ещё одно чудо. От их соединённых фигур отделились две тонкие нити энергии. Одна алая, как кровь и пламя. Другая — зелёная, как весенняя листва и изумруд. Они потянулись через зал и обвили меня и Дэмиана.

Я почувствовала, как что-то щёлкает внутри, на самом глубинном уровне. Как будто последний замок, удерживавший мою душу на положении «гостьи-чужестранки», сломался. Я стала не просто собой в новом теле. Я стала здесь своей. Принятой этим миром. Закреплённой в его ткани. И закреплённой рядом с Дэмианом. Связь между нами, всегда бывшая сильной, теперь зазвенела. Как натянутая струна совершенного инструмента. Я видела то же осознание, то же потрясение в его взгляде.

Мы были не просто влюблёнными по обстоятельствам или легенде. Мы были парой. Признанной самой древней магией этого места. Связью, которая родилась из хаоса и выбора, и теперь была столь же неоспоримой, как связь Леона и Лесении, рождённая из судьбы и крови.

Сияние вокруг первой пары стало угасать. Они стояли, теперь просто держась за руки, но выглядели… законченными. Целыми и такими идеальными в своей сплоченности.

— Кассиан мёртв, — сказал Леон, и в его голосе не было торжества, лишь констатация. — Но трон Нефритового Пламени осквернён его временным правлением. Нам нужно вернуться. Очистить его. И… — он посмотрел на Дэмиана, — мы слышали, о чём говорил ваш брат. Холодная Сталь не остановится. Нам нужен союз. Настоящий. Не из страха. Из памяти о том, чем мы когда-то были. И ради того, чем можем стать.

Дэмиан обменялся со мной взглядом. В его глазах горел тот же огонь, что и в моей душе. Огонь не просто защиты. Созидания.

— У нас есть Убежище, — сказал Дэмиан. — И люди, которые верят в нечто большее, чем вражда кланов. У нас есть вы. И у нас… — он взял мою руку, его пальцы сплелись с моими в идеальном, новом для нас обоих, но ощущаемом как вечное, замке, — есть будущее, которое мы построим. Все вместе.

В зале крипты, под сводами, хранившими вековую скорбь, родилось нечто новое. Две пары. Четыре сердца. И одна цель — защитить этот мир от надвигающейся зимы, которая жаждала уничтожить саму суть жизни, любви и выбора.

Но прежде, чем строить будущее, предстояло выиграть грядущую снежную войну. И первый шаг к этому был сделан здесь и сейчас.

Мы вышли из Крипты на уступ, где уже светало. Леон и Лесения шли впереди, их силуэты на фоне багряного неба выглядели как воплощение древней легенды. Дэмиан и я — следом, как их последователи.

Наши руки были сцеплены. Моё новое тело было лёгким, сильным и таким моим… Его прикосновение было электризующим, как никогда.

Кайл, наблюдавший за нами с каменного выступа, усмехнулся своей старой, едкой усмешкой, но в его глазах было одобрение.

— Ну что, брат, — сказал он Дэмиану. — Похоже, ты нашёл не просто союзницу. Ты нашёл свою истинную половину. И, кажется, она даже страшнее тебя.

Дэмиан фыркнул, но не стал спорить. Он знал, что Кайл прав.

Мы стояли на краю новой эры. С проклятием было покончено. Истинная пара обрела друг друга. А мы, избранная легендой пара, обрели себя окончательно.

Впереди была битва с Холодной Сталью. Впереди было объединение кланов, строительство империи, о которой совсем недавно мы могли только мечтать.

Но в этот момент, в лучах восходящего солнца, смотря на профиль моего дракона и чувствуя его руку в своей, я знала одно: какой бы трудной ни была дорога, мы пройдём её вместе.

А это было главнее любых тронов, любых империй и любых легенд.