Глава 39.2

Глава 39. Пиво, пироги и политика, часть 2.

ЛЕСЯ

Мы въехали в туман. Мир вокруг изменился. Звуки приглушились, краски померкли. Лес действительно был живым.

Ветви шевелились без ветра, корни на тропинке медленно ползли, освобождая или, наоборот, закрывая путь. Я ехала впереди, доверяясь внутреннему компасу, и замечала, что там, куда я смотрю, ветви расступались чуть шире, а корни уползали под землю.

— Похоже, ты им нравишься, — заметил Дэмиан.

— Может, они чувствуют во мне родственное? — предположила я. — Всё-таки моё тело… из подобной магии.

Через несколько часов бесконечной, утомительной езды сквозь мистический лес туман начал редеть. И перед нами открылась долина. Небольшая, идеально круглая, как чаша. В центре её на небольшом холме стоял Храм.

Вид был одновременно величественным и печальным. Храм Первого Корня действительно был разрушен. От колонн остались лишь основания, покрытые мхом. Крыша обрушилась. Но стены… стены стояли. И не просто стояли. Они были живыми. Из камня прорастали настоящие, могучие деревья, их стволы и ветви составляли единое целое с кладкой, образуя причудливый, прекрасный симбиоз камня и дерева. Храм не был мёртв. Он мирно спал. И снилось ему, наверное, время былого величия.

Мы спешились и осторожно подошли ближе. Воздух здесь был чистейшим и наполненным тишиной, в которой слышалось биение самого сердца земли.

— Ну что, легендарные герои, — раздался голос Кайла, нарушая благоговейную тишину. — Кто первый полезет в это древнее, кишащее призраками развалище? Я, как старший брат, любезно уступаю честь.

— Трус, — беззлобно бросил Дэмиан и сделал шаг к арке, где когда-то были двери.

И в этот момент из-за обломка колонны вышла… кошка.

Не простая. Огромная, размером с небольшую пуму, с шерстью цвета старого мха и глазами, светящимися изумрудным внутренним светом. Она села, обвила хвостом лапы и посмотрела на нас оценивающе.

Мы замерли. Зверь был явно магическим и, судя по размерам, вполне мог позавтракать одним из нас.

Кошка облизнулась, сверкнув клыками, которые точно не были предназначены для молока. Потом её взгляд упал на мою сумку. Точнее, на торчащий из неё угол вощёной бумаги с пирогом.

Она мяукнула. Звук был низким, как урчание медведя, и полным несомненного требования.

Я осторожно, не делая резких движений, достала пирог (с мясом и лесными травами, Илва знала толк) и отломила большой кусок. Положила на камень перед собой и отступила.

Кошка подошла, обнюхала, и… начала есть. С большим аппетитом и громким мурлыканьем, от которого дрожала земля. Съев кусок, она посмотрела на меня и мяукнула снова, явно намекая на продолжение банкета.

— У нас, похоже, появился новый член экспедиции, — прошептал Кайл. — И у него отличный вкус. Отдай ему все пироги, может, он нас до трона доведёт.

Пока кошка (которую Кайл немедленно окрестил «Мурлоком») уплетала второй пирог, мы осмотрелись. В центре храма, под открытым небом, где когда-то был алтарь, росло дерево. Не такое огромное, как Исполин, но невероятно древнее. Его корни уходили глубоко в землю, а ветви, сплетаясь с остатками каменных арок, образовывали естественный купол. В его стволе зияла глубокая расщелина, и из неё струился мягкий, золотистый свет.

— Сердцевина, — прошептала я. — Или то, что от неё осталось.

Мы подошли. Мурлок, закончив трапезу, лениво последовал за нами, как пёс, нашедший новых хозяев с запасами еды.

Внутри расщелины, на небольшом естественном возвышении, лежал камень. Не большой. Размером с две ладони. Он был похож на кусок янтаря, но внутри него не было насекомого. Там был свет. Мерцающий, тёплый, живой. И вокруг камня, на камнях пола, были высечены сложные круги и руны.

— Это и есть алтарь, — сказал Дэмиан, изучая руны. — Или то, что его заменяет. Камень — сердце места. Ритуал, должно быть, проводился здесь. Нужно было, чтобы пары встали внутри кругов и… что-то сделали.

— Традиционно соединили кровь, — сказал сзади голос.

Мы обернулись. В арке храма стояли Леон и Лесения. Они были без охраны, в дорожных одеждах, покрытой пылью.

— Не смогли усидеть, — объяснил он, видя наши удивлённые лица. — Отец сказал: «Идите. ваше место — с ними. Там пишется история». — Он подошёл ближе, посмотрел на камень.

— Ритуал Объединения Кровей… он начинался с призыва к Первому Корню. К этому камню. Пары должны были коснуться его и позволить ему… прочувствовать их связь. Если связь была истинной, сильной, достойной объединения кланов — камень отвечал. Он связывал их души не только друг с другом, но и с землёй их домов. Создавал нерушимый союз.

— А если связь была недостойной? — спросила я.

— Говорят, камень молчал. Или… обращался против них. Но это легенды.

Мы стояли в кругу, глядя на крошечное, пульсирующее сердце былой империи. Две пары. Одна — возрождённая судьбой. Другая — рождённая из хаоса и выбора. Сможем ли мы разбудить его? И что он скажет?

— Ну что, — раздался голос Кайла. — Будем стоять и смотреть, или попробуем? Я за попробовать. А то Мурлок тут уже на всех, как на пироги, посматривает. Нам нужно успеть до того, как он решит, что мы — следующее блюдо.

Мы рассмеялись. Напряжение спало. Было страшно. Было неизвестно. Но мы были вместе. И это главное.

Леон посмотрел на нас с Дэмианом, потом на камень.

— Готовы, герои?

Я взяла Дэмиана за руку. Его пальцы сомкнулись с моими в тёплом, уверенном пожатии.

— Всегда, — сказали мы почти одновременно.

И сделали шаг вперёд, к свету, к истории, к нашему общему, безумному и прекрасному будущему.

А Мурлок устроился поудобнее на обломке колонны, сверкнул изумрудными глазами и громко замурлыкал, как будто давая старт самому важному представлению в мире.