Глава 34. Семья Морелли

К восьми часам вечера я хоть и ощущала себя уставшей, но выглядела, как настоящая столичная принцесса. Крутилась перед зеркалом, с восторгом рассматривая свой роскошный бархатный наряд изумрудного цвета. Несмотря на тяжёлую ткань, длинное платье казалось безумно воздушным, а черные кружева с золотой нитью, что обрамляли вырез в декольте и длинные рукава, смотрелись очень-очень дорого.

– Я все же спрошу ещё раз, ба… Где ты взяла это платье?

– Где взяла, там больше нет, – отмахнулась старушка и убрала от моего лица закрученный локон. Покрутила его в руках и отпустив, добавила: – С распущенными волосами все же лучше. Так пойдешь.

– А если серьезно? – я повернулась к бабуле. – Откуда оно? Мне важно это знать, чтобы в случае чего – я была готова ко всему… Признайся, ты его где-то украла?

Сощурив глаза, я вглядывалась в морщинистое лицо, надеясь, что бабуля все же выдаст себя.

До самого обеда мы перебирали все шкафы в доме в поиске подходящего наряда, но так его и не нашли… Бабушке все было «не то!».

Потом она просто ушла из дома, приказав мне не думать о платье и заняться другими полезными делами. А уже через четыре часа притащила домой этот королевский наряд.

– Ну скажи, ба… Ты его украла?

– Ты за кого меня принимаешь? За воровку? – фыркнула она возмущённо и обиженно отвернулась.

Только я хотела извиниться перед ней за свое нелепое предположение, как бабуля снова повернулась ко мне и хитро улыбнулась:

– Я его одолжила у королевской дочери.

Из меня словно вышибли дух. Я не мигая смотрела на бабулю и жадно глотала воздух, как бедная рыбка, выброшенная на берег.

Позор! Я опозорю Листара на весь столичный мир! Ведь дочь короля определенно узнает свой наряд! Меня окрестят воровкой!

– Зачем? – мой голос дрогнул, и я была в шаге от того, чтобы разрыдаться…

– Эй, ну ты чего милая! – оживилась бабуля, когда увидела мою реакцию.

– Ты украла платье у дочери короля! Как ты его вообще… – я замялась, когда поняла, кто помог бабушке провернуть это дело. – Это Филипп помог, да? Зачем вы его украли?!

– Не украли, а безвозмездно одолжили! В магазине не было красивых платьев! Ни одного особенного! Вот мне и пришлось…

Я отскочила к окну и попыталась дотянуться до маленьких застежек, что располагались на спине. Хотелось быстрее избавиться от позора.

– Ты чего творишь?! – возмутилась бабуля и шлепнула меня по руке, чтобы я не трогала застежки. – Нет, ну вся в отца! Ты хоть бы дослушала сперва!

– Что тут слушать?!

– А то, что дочь короля твоя – вобла настоящая! Худющая, как наш Ленни! Мне пришлось тридцать золотых портнихе заплатить, чтобы она срочно платье переделала! Тут от королевского наряда остался только дорогой бархат! А фасон я сама придумала! – бабуля выглядела обиженной до глубины души. – И ещё семьдесят золотых сверху за кружева отдала!

– Семьдесят?! – ахнула я, понимая, что ни одно кружево, даже королевское, не стоит таких денег.

– Да!

– Почему оно такое дорогое?!

После этого вопроса бабуля расплылась в такой довольной и хитрой улыбке, что мигом стало понятно – это сделано не просто так…

– Эти кружева сегодня выбрала Карисия Перр. Портниха уже почти дошила ей платье на новогодний бал, что состоится завтра.

– Бабушка!

– Что?! Я их просто перекупила! Портниха сама сказала, что так можно! Правда, цену заломила сумасшедшую! Ну ничего, это стоило того. Ты представь лицо этой змеи, когда она увидит тебя!

Я рассмеялась и обняла бабулю. Поняла, что ее любовь и забота порой способны снести любые преграды на своем пути.

– Прости, что обвинила…

– Да чего уж там, – отмахнулась она и хохотнула. – Репутация у меня такая.

– А что папе скажем?

– Пускай Баладар отдыхает. Меньше знает – крепче спит.

– Конечно, крепче… После того, что ты ему в чай намешала…

– Он и не поймет. Решит, что просто крепко уснул. В первый раз что ли это делаю?

– А разве не в первый? – уточнила, изогнув бровь.

– Нет, конечно!

Я поделилась с бабулей своими предположениями о том, что отец в курсе моих отношений с Листаром. И весьма этим недоволен… Поэтому, бабуля решила «обезвредить папу». Как она пояснила – ему полезно отдохнуть после «плена» Голденыша, да и так он точно ничего не испортит своей правильностью.

Дверь в комнату открылась с лёгким скрипом, и в спальню ввалился Ленни.

Играя сигарой между зубов, он кивнул в сторону выхода. Пошевелил руками, изображая взмах крыльев, и галантно поправил свою новую шляпу.

– Видать, дракон твой пожаловал, – растолковала бабуля жесты Ленни. – Пошли…

Она оказалась права. Листар стоял в вестибюле, ожидая меня.

Красивый и мужественный, как мечта любой женщины. В дорогом зимнем плаще, расшитом серебристой нитью, с собранными в высокий хвост темными волосами. Его драконья татуировка, что начиналась от виска и пряталась под плащом, лишь усиливала впечатление мужественности.

При виде меня его необычные голубые глаза стали ярче. В них застыл неподдельный восторг.

И видя такую реакцию, я не смогла остаться равнодушной… Во мне словно проснулась женщина, которая прекрасно осознает свои достоинства и красоту.

– Смотри, глаза вывалятся, – хохотнула бабуля, подтрунивая над Листаром. – А нам слепые драконы ни к чему.

У Листара, по-видимому, выработался устойчивый иммунитет к любой шутке бабушки. Кажется, она нашла себе достойного соперника в этих шуточных боях.

– Зато, я не буду видеть, как вы целуете молодых стражников или дарите им трёх дочерей, Эдит, – обворожительно улыбнулся он, и старушка заливисто расхохоталась.

Когда я оказалась рядом с Листаром, мое настроение достигло высшей точки.

– А как же отреагирует дочь короля на то, что ее жених явился на пир с другой?

– Я – не ее жених. И им не стану, – он смотрел на меня так, как никто и никогда раньше. Восторг, желание, немое обещание хорошего и страстного вечера – все эти эмоции отражались в глубине его глаз. – Ты выглядишь, как королева, Аномалия. Я поражен…

– Благодарю, – игриво промурлыкала я, позволяя Листару надеть на меня женский зимний плащ.

– А где Баладар? Я хотел с ним переговорить, перед тем, как мы уйдем. Мне необходимо сказать ему что-то очень важное. Вернее, спросить…

Я посмотрела на бабулю. Она – на меня. И почему-то в этот момент мне показалось, что мы с ней что-то испортили.

– Он спит, – нахмурилась бабуля.

– Может, вы его разбудите, Эдит? Я не отниму у него много времени.

– Он крепко спит…

– А может все же попробуете? – настаивал Листар. – Дело очень важное.

– Бабуля его травами снотворными опоила, – созналась я. – Поэтому, разговора сегодня точно не выйдет. Завтра утром или к обеду – возможно.

– Хм… Понял, – как ни в чем не бывало ответил он, словно странности нашей семьи для него стали нормой, и подставил мне руку. – Тогда идём?

34.1

Я представляла пир по-другому. Уж точно не таким помпезным, шумным и роскошным! От количества ярких дорогих одеяний из шелка, атласа и бархата, у меня зарябило в глазах… Казалось, что в замок Листара съехалась вся столичная знать.

Именно поэтому, когда мы вошли в огромный тронный зал – на меня накатила сильнейшая паника.

Я в ужасе обвела глазами огромные длинные столы, выставленные в два ряда, что ломились от неимоверного количества различной еды. В центре зала ловко прыгали жонглеры. У стены пританцовывали музыканты, что развлекали гостей веселой музыкой.

– Почему все женщины так на меня смотрят? – спросила я у Листара, заметив недобрые и пристальные взгляды, что кидали на меня присутствующие дамы, ожидавшие начала пира.

– Ты безупречна, Аномалия. Это и портит им настроение, – он лучезарно улыбнулся и мои щеки вспыхнули от смущения.

Листар потянул к одному из коридоров, ведущих в левую часть замка. Всем, кто пытался с ним заговорить, он просто кротко кивал и даже не пытался поддержать беседу или задержаться.

– Куда мы? – не выдержала я.

– Сниму с тебя это платье, – подмигнул мне Листар, и я ахнула от возмущения.

– Что?!

– Шучу, – улыбнулся он, останавливаясь у одной из дверей. – Я хочу тебя кое с кем познакомить. Платье я сниму с тебя позже, Аномалия…

Я не успела ответить этому наглецу что-либо подходящее, потому как он открыл дверь и подтолкнул меня вперед.

Между высоких рядов длинных книжных полок стоял статный мужчина лет пятидесяти пяти. Он сурово смотрел на двух молодых мужчин, что стояли смиренно опустив головы.

– Если это ещё раз повторится – вас отрекут от двора и отправят в самую задницу королевств! Я ясно выразился?! – прогремел он так громко и грозно, что вздрогнули не только его собеседники, но и я.

Мигом спряталась за спину своего красивого дракона, боясь того, что гнев незнакомца случайно обрушится и на меня.

Как трусливая мышка я выглядывала из-за широкой спины Листара и разглядывала этого угрюмого мужчину. Изучала глазами аккуратно подстриженные седую бороду и усы. Его белесые волосы, зачесанные назад, открывали взгляду суровый профиль и глубокую прорезь морщин.

– Это король? – спросила испуганно, понимая, что мне совсем перехотелось знакомиться с такими величественными особами.

– Нет, это Одрис Морелли. Мой отец, – улыбнулся Листар, и потащил меня вперёд. – Он главный советник короля.

Я едва не бросилась бежать из библиотеки, когда на моей персоне остановился заинтересованный взгляд карих глаз. Огненный проблеск появившийся во взгляде Одриса Морелли подсказал мне, что отец Листара – огненный дракон.

– Пошли прочь отсюда, – заявил он громко и его собеседники бросились к двери…

И я вместе с ними.

– Это не нам, Амалия, – рассмеялся Листар, хватая меня за руку.

Когда дверь за беглецами захлопнулась я поняла, что путь к бегству мне окончательно отрезан.

Поэтому мне пришлось стоять под пристальным взглядом Одриса, рассматривающего меня с огромным интересом.

– А я уже подумал, что мой сын решил сбежать с пира, – губы Одриса тронула лёгкая улыбка, и мое напряжение понемногу начало спадать.

– Отец, это Амалия Дарлинг.

В карих глазах напротив промелькнуло удивление и лёгкая насмешка.

– Я сразу понял, что вы кого-то мне напоминаете, – усмехнулся Одрис, и подошёл к нам ближе. – Вы очень похожи на свою бабушку, Амалия.

– С-спасибо, – протараторила растерянно.

Вот бы у меня ещё нрав был бабушкин! Тогда бы я точно сейчас не дрожала как перепуганный кролик.

– Одрис Морелли, – представился родитель Листара. – Отец этого сумасшедшего дракона, решившего, что его голова ему не дорога.

Листар рассмеялся, и по-дружески хлопнул отца по плечу.

– Может этот дракон просто свободолюбив?

– Или он не понимает всей опасности? – выгнув свою кустистую бровь, Одрис взглянул на сына. – Король спустится в зал с минуты на минуту, чтобы сделать объявление. Твой зеленоглазый бриллиант стоит того, чтобы потерять голову и власть?

– Я уже потерял голову. А власть… Что ж… Значит, так тому и быть.

Пока они вели между собой эти странные беседы, я смотрела на двух Морелли, ища сходства. Вот только не находила…

– Вот вы где! – дверь в библиотеку распахнулась и в комнату всплыла красивая высокая женщина. Ее бордовое струящееся платье подчеркивало пышные формы, которым могла бы позавидовать любая молодая девица.

Незнакомка не нуждалась в представлении, потому что я сразу поняла, что это мать Листара. Вот тут сходство было видно невооруженным глазом. Нос, губы, разрез глаз… И улыбка! Чарующая и добрая!

Ее темные волосы, с лёгкой проседью, были собраны в высокую прическу, а яркие голубые глаза сразу же устремились на мою персону.

– Ой, вы тут не одни! – прощебетала она довольно, и протянула мне ладошку, затянутую в белую перчатку. – Алэйн Морелли.

– Амалия Дарлинг, – произнесла растерянно, удивляясь тому, как в этой женщине одновременно уживается такая простота и грациозность.

– Дарлинг? О, Святая Нолли! Вы из той самой семьи Дарлингов, да? Архан очень любил вашу семью! – широкая улыбка Алэйн не могла оставить меня равнодушной.

– Да из той самой. Мой отец был другом Архана.

– Ой, как замечательно, что теперь и наши дети дружат! – всплеснула она руками и обратила взгляд к своему мужу. – Правда, Одрис?

– Мне кажется, что они больше, чем дружат, Алэйн, – прокашлялся отец Листара и сурово взглянул на сына. – От чего король и невеста Листара будет не в восторге.

– Ну, она ему ещё не невеста! – возразила мужу Алэйн и успокаивающе погладила меня по плечу. – Объявление ещё не состоялось. Поэтому пусть Листар сам решает. Он в конце концов, сам способен отвечать за свои поступки. Правда, сын?

На лице Листара расплылась широкая улыбка. Было видно, что с матерью он находит общий язык гораздо чаще, чем с отцом.

– Но вот последствия… – продолжал Одрис.

– Я сам разберусь с последствиями, – отрезал Листар. – И сам сообщу свое решение королю.

– Я все понимаю, сын… Ты молод, горяч, но есть вещи, о которых порой необходимо задумываться. Или хотя бы обдумать, как сделать это правильно. Рубить с плеча легко – последствия устранять трудно.

– Ну, вы тут пока побеседуйте, а мы с Амалией пойдем, – Алэйн приобняла меня за плечи и потащила к двери. – Не задерживайтесь! Я видела, что король и его молодая невеста уже на полпути в тронный зал.

Я растерянно шагала рядом с матерью Листара, совсем не понимая, что только что произошло. Она напомнила мне бабулю… Такой же неуправляемый вихрь, который притягивает к себе каждого, кто окажется в зоне его досягаемости.

Как только мы покинули библиотеку, чтобы не мешать мужскому разговору, Алэйн нагнулась ко мне и тихо произнесла:

– Я так и знала, что мой сын не просто так изъявил желание остаться в Хабурне. Материнское сердце не обманешь.

– Все совсем не так… – я смутилась и попыталась оправдываться, но Алэйн не дала сказать мне и слова.

– Амалия, а расскажите мне о своей семье. Как вы познакомились с Листаром? А ваша бабушка ещё жива? Мне говорили, что она умеет гадать и колдовать? Может вы нас познакомите, и она найдет управу на моего угрюмого супруга?

Уже через две минуты этого добродушного женского щебетания, мое напряжение окончательно исчезло, и я с удовольствием болтала с матерью Листара.

Но когда мы вошли в тронный зал, я замерла на пороге, снова ощутив себя не в своей тарелке. Гости уже начинали занимать свои места, и я с ужасом поняла, что совсем не знаю столичных правил этикета. Не сочтут ли меня невеждой?

– А вот и Рой пожаловал, – шепнула мне на ухо Алэйн. – Ох, знали бы вы, Амалия, сколько нервов он испортил Листару еще в столице. Завистливый, наглый, трусливый…

– И со странными предпочтениями в одежде, – вырвалось у меня, и я улыбнулась. – А почему, кстати, они так друг друга не любят?