ГЛАВА 28. Ведьма и дракон пускаются в погоню.

Дэниал Гордерсо путешествии вПодземное пространство: «Видишь ли,Людвин, самым главным испытанием стало то, что я уже был готов представить себя женатым человеком. И самое удивительное, меня эта мысль не отвращала, а казалась привлекательной. Как думаешь, может, ворона и накаркала?»

Дэниал сидел спиной к их извозчику. Дэза и Лидия дремали на сиденье напротив. А мужичок позади Дэниала начал разговор:

– Повезло вам, господин, что с женой путешествуете, а иначе бы – ух! Отсюда вы бы уже не выбрались. Плохо у нас с мужчинами дело обстоит. Вот и дочка у меня на выданье: семнадцать лет уже. А суженого – здорового да красивого – днём с огнём не найдёшь.

– Что же, у вас мужчин не берегли?

– Кто же знает! – вздохнул он. – Много чего болтают. Говорят, проклято наше мужское племя. Чем уж так мы прогневили кого-то, не знаю. Но Королева тут бессильна, а она может многое. Сильная колдунья, да-а-а.

Рассуждать с ним на тему их проклятия, Дэниалу казалось не то что странно, а просто неприлично. А уж после того, как три местные девицы его едва не разорвали на куски, он решил, что последует народной мудрости: молчание – золото.

– Бывает ли у вас плохая погода? Дождь?

– А как же, как по расписанию: Королева всё предусмотрела. Есть у нас дни, когда дождь пойдёт, иначе урожая не будет. Ла-а-адно… Детишки-то у вас есть?

Дэниал поперхнулся. И ведь никто не усомнился в их словах. Их и вправду считают парой. Ведьма спала, а ворона, вцепившись лапами в сиденье, даже похрапывала.

– Мы активно работаем над этим.

– Правильно, – грустно сказал он. – Если родится парень, то добро пожаловать к нам.

Потом они замолчали и не заговорили до самого приезда в Пракс. В мире, где он и Лидия родились, это называлось «дорого-богато». Сами ворота были невообразимо роскошны: высокие, уходящие в небо, с длинными наконечниками, как стрелы, яркого бордового цвета. Вокруг здания, дорожки и наряды людей переливались всеми красками радуги. «Лидия права, здесь всё слишком», – подумал дракон.

Он осторожно дотронулся до руки Лидии, поглаживая её пальчики. Она была очень трогательной. Такой же она была и на той лестнице, где ей было и душно, и страшно. Отчего-то это было одним из самых приятных его воспоминаний: она легко и просто приняла его заботу тогда.

– Лидуша, – вырвалось у него. Девушка открыла глаза и с удивлением посмотрела на него. Он назвал её так, как называл бы в их доме, в том мире, куда они хотели вернуться. Наверное, так он называл бы её, если бы на самом деле женился.

Она улыбнулась и сжала его руку в ответ.

– Меня так никто очень давно не называет. Вернее, ты меня не называл, – поправилась она, вспомнив их «легенду» о семейной паре.

– Наверное, вас в гостиницу отвезти надо, – громко сказал их провожатый.

– Нет-нет, – в один голос сказали Дэниал и ведьма. – Пожалуйста, остановитесь как можно ближе к городской ратуше.

– Как скажете. Там и магазинов полно, вы же без вещей, как я посмотрю.

– Багаж потерялся, когда мы лишились нашей повозки, – объяснила сообразительная Лидия. – Благодарю вас за понимание: без магазинов и лавок нам сейчас никак не обойтись.

– Ещё бы неплохо заглянуть в харчевню, – подала голос Дэза. – Конечно, я могу заморить червячка, но мой желудок плохо воспринимает уличную еду. Бывает, так пучит, что просто ужас.

Лидия тихонько посмеялась и показала Дэзе кулак.

– Странные вы люди, – на прощание сказал им их провожатый. – Без багажа, без помощников, которых всем путешественникам по приказу королевы приставляют, зато с вороной. Да и ворона у вас чудна́я.

Он высадил их у так называемого Лабиринта – любимого среди столичных жителей парка аттракционов. «Лабиринт» там был тоже – конструкция из живой изгороди. Оглядевшись, Дэниал увидел, что за парком виднелась та самая ратуша с часами.

– Надеюсь, стрелка при вас, – напомнил он ведьме.

Лидия раскрыла ладонь и показала стрелку.

– Вы что, держите её в кармане?

– С вас достаточно той информации, что она всегда при мне.

Дэза очень спешила и торопила их; перехватив с ладони Лидии пару раскрошенных для неё хлебцев, она продолжала печалиться по поводу того, что нужно плотно поесть. Она летела впереди, оглядываясь, успевают ли в нужном темпе Дэниал и ведьма, и вела их к городской ратуше.

На них обращали внимание: на общем пёстром фоне столичных жителей они в своей одежде сдержанных тонов, конечно, выделялись. Но им приветливо улыбались и твердили: «Хорошего путешествия».

На площади, выложенной красным кирпичом, возвышалось большое белое здание с башнями и колоннами. На самой высокой башне были часы с черными длинными стрелками. Это и была ратуша. Около нее был фонтан: вода била прямо из-под земли.

– Когда королева приезжает в столицу, здесь обязательно проводятся балы и приёмы, – сообщила Дэза.

– Ты откуда знаешь? – удивлялась ведьма.

– Пока добиралась до площади и приглядывала за вами, слушала и схватывала всё самое интересное на лету.

У ратуши не толпились люди, но были мужчины или парочки, как он и Лидия, которые рассматривали всё вокруг. «Туристы, путешественники», – понял Дэниал.

Лидия, развернувшись корпусом к часам на башне, протягивала ладонь со стрелкой.

– Вы Часовщика на стрелку, как голубя на крошки, ловить будете? – усмехнулся Дэниал.

– Я, как и вы, понятия не имею, что делать дальше. Но Часовщик был здесь и здесь потерял её. Если вы слышали о мистических местах, то, как ведьма, уверена, что это оно и есть.

Мистическое место было довольно шумным, а Дэниал представлял себе его как-то иначе: больше таинственности, мрака, устрашающего завывания ветра, но уж никак не слепящего солнца, городского блеска и шума радостных голосов.

Под ногой Дэниал почувствовал какое-то шевеление. Кто-то маленький и сопящий пробежался по его ноге. Он посмотрел вниз и увидел крота, того самого, наглого крота, что был на лестнице Темноты и скорби. Несколько кирпичей лежали горкой, а под ними виднелась норка, из которой и выбрался маленький наглец.

На носу у него были очки в круглой оправе, а одна лапка почему-то перевязана. Он снова стоял у ног Лидии и, ухватившись за её юбку, завёл старую песню:

– Отдай стрелку, отдай стрелку, отдай стрелку! Ну отдай стрелку!

Дэза тут же отреагировала на это завывание отчаянным карканьем и опустилась на землю, чтобы разобраться с этим странным зверьком.

– Ну уж нет, – Дэниал подхватил на руки крота, – я сам с ним поговорю. Ты кто, животное? И почему требуешь от нас какую-то непонятную стрелку?

Зверёк вертелся в его руках и острыми зубами укусил Дэниала.

Лидия спрятала стрелку в ладони и тоже сердито уставилась на крота.

Вдруг кто-то налетел на них. Дэниал, не выпуская крота из рук, уже собирался высказаться насчёт неуклюжести и невоспитанности мешавшего им человека, как услышал вскрик Лидии.

Мужчина небольшого роста, с бакенбардами и пышными усами, резко выворачивал ей запястье. Он хотел отнять стрелку.

– Ведьма! – прошипел он. – Ты снова мешаешься под ногами. Отдай стрелку!

Отбросив крота, которого тут же принялась щипать Дэза, Дэниал ухватил негодяя за грудки и затряс его:

– Как ты смеешь трогать мою жену?

Силы были неравны, Дэниал имел преимущество перед врагом. Он приподнял его над землёй, и тот успел лягнуть его. Напавший на ведьму негодяй, ловко для его возраста, извернулся, лягнул Дэниала в пах и, выругавшись, пустился наутёк вместе с кротом.

– За ним! – скомандовала Лидия.

– Минуту! – с болью произнёс Дэниал.

– Времени нет, – решительно сказала ведьма и потащила его за собой. Дэниал, превозмогая боль и отчаянно ругаясь, побежал за Лидией, которая через всю площадь гналась за мужичком с бакенбардами.

Часы на ратуше пробили шесть раз. День, начавшийся со спасения Дэниала от потенциальных невест, заканчивался погоней.

– Он бежит к стене ратуши, – сверху прокаркала Дэза. – Врежется, как пить дать! Там мы их и прихватим с кротом!

Никуда он не врезался, он прошёл через неё и исчез.

– Не уйдёшь! – каркнула ворона и влетела вслед за ним.

– Дэза! – крикнула Лидия и, взяв за руку Дэниала, кинулась в стену за своей вороной.

«Лицо всмятку!» – мелькнула в голове у него мысль, но вместе с ведьмой он легко преодолел стену и полетел вверх.