Глава 13

Романо замешкался. Что ей ответить? Отпускать от себя хотелось меньше всего, все-таки Надя пыталась бежать при каждом удобно случае. Но с другой стороны, о каких отношениях можно говорить без доверия?

— Отпущу, — сел за стол, притом вид сделал такой, что Надя не сдержалась, рассеялась в голос. — И что смешного? — изогнул бровь.

— Ты смешной, — принялась раскладывать омлет по тарелкам. — Видел бы себя со стороны.

— Между прочим, у меня есть все основания тебе не доверять, — усмехнулся.

— Аналогично. Так что, квиты.

— Поклянись, что не сбежишь в очередной раз, — приложил указательные пальцы к губам. — Что вернешься ко мне сегодня же.

— Ром, я не буду клясться, — поставила перед ним тарелку. — Я просто пообещаю.

— Злопамятная конфетка.

— Есть немного.

После завтрака Романо взял телефон со стола, и несколько минут смотрел на черный экран. Отец будет в бешенстве, устоявшаяся жизнь перевернется вверх дном и начнется сущий ад. Но жить, как живут родители, нет. Это не жизнь. А Надя ничего не стала говорить, она устроилась на диване в гостиной и затаилась в ожидании. Ей сегодня тоже предстоит разговор, из-за чего душа кровью обливалась.

И Романо набрал отца:

— Привет, дад, — поднялся со стула, подошел к окну.

— «Ты куда пропал? — раздался как никогда грозный голос рассерженного родителя. — Это как вообще называется? Бросил невесту, работу и исчез в неизвестном направлении! Я жду объяснений!»

— Я не в Болгарии.

— «Что? Где же ты?»

— Отец, послушай, я сейчас далеко. Но главное не это, я не женюсь на Патрине. У меня есть другая женщина и будущее я буду строить с ней.

На пару минут повисло молчание, а потом Тагар произнес металлическим голосом:

— «И кто она?»

— Та самая девушка, которую выбрал.

— «Туристка? Ты вообще в своем уме?»

— В своем, дад, в своем. И да, это она.

— «Значит так, ты немедленно вернешься домой и будешь держать передо мной ответ, жалкий стервец. И запомни, никаких людей в нашей семье не было и не будет. Ты женишься на Патрине»

— Ответ держать буду, но на дочери Миро не женюсь.

— «Я свое слово сказал. Подумай хорошенько, Романо. Если пойдешь против семьи, очень пожалеешь»

После чего сбросил разговор. А Романо облокотился на подоконник. Другого ответа от отца и не ждал, но… Вдруг ощутил ее руки, Надя провела ладонями по спине.

— Что он сказал?

— Сказал то, что должен был сказать, — развернулся к ней и тут же заключил в объятия.

— А точнее? — грустно улыбнулась, ведь догадывалась, что именно…

— Будет непросто, моя девочка. Но мы справимся.

На это Надя лишь кивнула, после чего сама потянулась к нему и поцеловала. Уже через минуту они были на диване, Романо раздел свою чаюри, усадил к себе на колени.

— Мне бы очень хотелось, чтобы ты прикоснулась к нему губами, — приложил ее руку к члену.

— Я не умею, — а щеки вспыхнули румянцем, но когда он подтянул к себе, когда поцеловал, стеснение и робость растворились в возбуждении. — Хорошо, — прошептала ему в губы.

Она спустилась на пол, встала на колени, затем накрыла ладонями член, который пока что ничем не отличался от обычного, человеческого. А Романо смотрел на нее, часто дышал и всеми силами пытался сдерживаться. Надя одним своим присутствием уже выбивает почву из-под ног, а сейчас и вовсе… Ее растерянность, но в то же время влечение, которое угадывалось в частом дыхании, в пульсирующей венке на шее, возбудили до такой степени, что Романо зажмурился и буквально приказал себе терпеть. А Надя подалась вперед. Мгновением позже Романо ощутил поцелуи, легкие, стыдливые, она словно пробовала его, изучала. Скоро к поцелуям присоединился язык, который начал скользить вверх, вниз, задевая головку. И все, терпение закончилось, тогда Романо подхватил конфетку и медленно опустил на себя, в этот самый момент член изменился.

— Спасибо, — произнес сквозь придыхание.

Надя же обняла своего дракона за шею и приняла его полностью, отчего ощутила легкую боль, быстро сменившуюся удовольствием. Она двигалась медленно, наслаждаясь ощущениями, впитывая в себя энергию, дарила ему чувственные глубокие поцелуи. А в какой-то момент Романо почувствовал ее оргазм.

— Теперь твоя очередь, — покрыла поцелуями его шею.

Романо крепко обнял Надю и несколько раз насадил на себя, после чего каждая мышца на его теле напряглась, а с губ сорвался хриплый стон.

Через час Надя уже стояла в дверях.

— Я бы мог отвезти тебя.

— Нет, я сама. Мне еще надо морально подготовиться, собраться с мыслями.

— Надеюсь, ты вернешься, как и обещала. Иначе я прилечу за тобой, — коснулся ее лица.

— В проводах запутаешься, — усмехнулась.

— Да, точно… тогда приеду, так будет безопаснее.

— До встречи, Ром, — поцеловала его и покинула квартиру.

А по дороге к метро позвонила мама.

— «Ты где?»

— Почти у метро. Мам, я сначала встречусь с Женей. Потом уже домой.

— «Ясно. Скажи, где остановился Орлов? Мне важно знать, где тебя искать, если что»

И Надя назвала адрес, раз они вместе, то и прятаться нет смысла.

А Романо в это время сидел в гостиной, размышлял над дальнейшими действиями. Пока отец в ярости, возвращаться нельзя. Родителям надо немного успокоиться, переварить информацию, только потом уже пытаться вести с ними диалог. Но если отец все равно не согласится принять Надю и будет сыпать угрозами, останется последний вариант — позвонить Камелому, вопреки всем правилам. И потекли часы ожидания, Романо то и дело смотрел на будильник, в какой-то момент ему начало казаться, что Надя не вернется. Вдруг раздался сигнал домофона.

— Да, — активировал связь.

— «Могу я встретиться с Романо Орловым? — раздался незнакомый женский голос»

— Это я. А вы, простите?

— «Меня зовут Елена, мама Надежды»

И он немедленно впустил ее. Вот чего не ожидал, того не ожидал.

Через несколько минут женщина уже стояла на пороге и смотрела на Романо весьма недобро.

— Итак, — выпрямилась. — Поговорим?

— Да. Проходите, — указал на гостиную.

Елена устроилась на диване. А Романо отметил, как сильно Надя похожа на мать, такие же густые темные волосы, большие карие глаза, женственная фигура. Он сел в кресло напротив:

— Может быть чаю? Или кофе? — забарабанил пальцами по подлокотнику.

— Нет, спасибо. Я сюда не к хорошему другу пришла, даже не к знакомому, я пришла к существу, которое вероломно похитило мою дочь, лишило ее чести и набралось наглости после всего снова вторгнуться в ее жизнь. Что тебе нужно, Орлов? Что нужно от Нади?

— Существу? — нахмурился.

— Ну да. Или драконам таковое сравнение не по нраву?

— Вы знаете, кто я? Надя рассказала?

— Нет. Надя мне рассказала весьма урезанную версию событий. О вас я знаю давно. Так вот, зачем ты здесь?

— Я люблю вашу дочь. Хочу быть с ней и это чувство взаимно.

— Любишь, хочешь… Так понимаю, ты из красных. Верно?

— Верно.

— Что ж, в таком случае забудь Надю, возвращайся к своей семье и живи по законам предков.

— А позвольте спросить, откуда вы знаете о нас? И насколько я понял, знаете хорошо, в подробностях. Дед Нади просветил?

— Георги узнал о драконах от меня. В свое время мне непосчастливилось столкнуться с вами. Скажи, почему ты выбрал Надю?

И Романо вспомнил тот день в риелторской конторе, куда пришел за списком земельных участков, выставленных на продажу. Вспомнил Надю. Однако ответить на вопрос так и не смог. Все произошло спонтанно, запах девушки, ее вид, ее голос всколыхнули душу.

— Не знаю, почему. Это была искра, если так можно выразиться.

— Искра, — произнесла как-то обреченно. — Ладно, я расскажу тебе кое о чем. Но поклянись, что Надя об этом не узнает. Если на самом деле любишь ее, сдержишь слово.

— Я сдержу слово.

— Хорошо, — откинулась на спинку дивана, положила ногу на ногу. — Настоящий отец Нади один из вас. Дракон. В шестнадцать лет меня похитил богатый ром. Поразвлекался в течение двух месяцев и выбросил.

От услышанного Романо тотчас насупился, на лбу образовалась морщина, а глаза стали на порядок темнее.

— Похожая история, не правда ли? — посмотрела на него с кривой ухмылкой. — Вероятно, он тоже готовился к свадьбе, может быть нет, не знаю. В общем, я вернулась домой с Надей в животе. Так уж вышло, что жили мы рядом с владениями этого ублюдка и всей вашей братией. Жизнь была в принципе не сахар с такими-то соседями, что уж говорить про случившееся. В итоге мы перебрались за сотни километров, как можно дальше от вас, поселились в деревне рядом с горами. И уже там я повстречала своего мужа. Хорошего человека, который не посмотрел ни на что, а его отец принял меня как родную. Наденьку полюбил с первых дней.

А Романо не знал, что ответить, ведь изначально собирался поступить точно так же.

— Отец не искал встреч с Надей? — спросил-таки спустя минут пять.

— Нет, конечно. Он забыл обо мне сразу после того, как его охрана вышвырнула меня из дома. «Драконы и люди… Хозяева жизни и подножный корм», так говорил мой личный мучитель.

— Ясно.

— Ну, раз тебе все ясно, то ты оставишь мою дочь в покое и вернешься к своим. С тобой Надя будет несчастлива. Даже если ты проникся к ней искренними чувствами, твоя семья никогда не позволит вам быть вместе. А пострадает в результате Надя.

— Будьте уверены, ваша история с Надей не повторится, — произнес уже не так бодро. — У меня крепкая связь с ней, драконья.

— Н-да, Георги меня об этом предупреждал. Но Надя по сути человек, несмотря на то, кто ее отец.

— Почему не хотите, чтобы она узнала правду?

— Правду о том, что ее несовершеннолетнюю маму похитил подонок и держал при себе силой? Что она дочь насильника? Я сделала все, чтобы Надя росла счастливым беззаботным ребенком в любви и ласке. У нее есть родители, есть друзья, жених, а ты хочешь уничтожить все это. В итоге бросишь. По своей ли воле, нет ли, но бросишь. Но что еще хуже, твоя семейка может причинить ей вред.

— Я смогу защитить ее.

— Откуда такая уверенность, Романо? Что такое один молодой дракон против разъяренного клана? Еще раз повторяю, оставь Надю, ради ее же блага.

— Извините, конечно. Но нет, я ее не оставлю, — поднялся и принялся ходить туда-сюда.

— Надеюсь, Надя все поймет сама и вовремя уйдет от тебя. Угрожать я не могу и не буду, это бессмысленно. Но скажу тебе так, если погубишь мою дочь, пойдешь за ней следом. Помяни мое слово.

- Мне жаль, — посмотрел на нее через призму стыда, — что с вами такое произошло.

— Мне не нужна твоя жалость или сочувствие, Орлов, — улыбнулась без какого-либо желания. — Ты поступил с Надей точно так же. Не окажись она смешанных кровей, неизвестно, как бы ты поступил с ней, когда наигрался.

— Дело вовсе не в ее крови, — подошел к окну. — Просто она та самая. Наши архивы содержат истории подобных связей драконов с обычными людьми.

— И чем же закончились все эти истории?

— Ничем… — произнес чуть слышно.

— Вернее ничем хорошим, — после чего поднялась и направилась к двери.

Ушла, не попрощавшись. А Романо очередной раз задумался.

Надя в этот момент сидела за столиком в кафе, ждала Женю. Руководитель задержал его на кафедре.

— Привет, — подлетел к ней со спины, поцеловал в голову, — совсем Корнев озверел, завалил дипломниками, еле отбился от него.

- Привет.

— Что за срочность, Надь? Я бы сам к тебе приехал. Целых два часа ждала! — глянул на часы.

— Жень, нам надо очень серьезно поговорить.

— Так, — улыбка сразу сошла с лица, — это мне уже не нравится. Что случилось?

Женя сел напротив, облокотился на стол. А Надя смотрела на него и никак не могла начать, к горлу подступил ком. Было страшно, ужасно страшно и стыдно. Но тянуть дальше нельзя.

— Свадьбы не будет, — и опустила взгляд.

— Почему? — а голос дрогнул.

— В Болгарии я встретила мужчину. И у нас все было, — еле выдавила из себя. — И я его люблю.

— За месяц успела полюбить? — сцепил руки в замок, да так, что пальцы побелели.

— Это сложно объяснить. Прости меня. Прости, пожалуйста.

— Переспала с ним, значит.

На что она кивнула.

— Я тебя понял, — поднялся из-за стола и, молча, покинул кафе.

В этом весь Женя, несмотря ни на что всегда очень сдержан, хотя сейчас было видно, едва ли смог сдержать эмоции. А Надя почувствовала себя последней стервой и предательницей. Вот и все… Поставила точку в отношениях с замечательным парнем. А ради кого, собственно? Ради дракона, который похитил, угрожал, собирался использовать, а еще в которого влюбилась вопреки всем доводам разума.

И так на душе гадко стало, что набрала Романо:

— Ты можешь приехать за мной? — произнесла сквозь слезы.

— «Почему ты плачешь? Что-то случилось? — затараторил»

— Просто забери меня, — и сбросила ему адрес по смс.

Пока он ехал, Надя, о чем только ни подумала, какие только варианты развития их отношений ни прикинула, но в итоге все заканчивалось плохо. Его семья против, ее семья тоже будет против, отец вообще ненавидит ромов всеми фибрами души.

Через час Романо был в кафе, Надю почувствовал сразу. И дракон сейчас же оживился, затребовал свою самку.

— Надя, — подошел к столику. — Что произошло?

— Ничего, я просто поняла, что похоронила себя заживо.

— В смысле? — пододвинул стул и сел рядом с ней.

— Ты разобьешь мне сердце, растопчешь и уйдешь, — а слезы крупными горошинами катились из глаз.

— Так, стоп, — подтянул ее к себе, обнял. — Ты чего такое городишь? — принюхался, да нет, не пила вроде. — Со своим ухажером поговорила?

— Поговорила.

— Угу, понятно. Чувство вины и как следствие, приступы самобичевания. Надя, посмотри на меня.

Когда она подняла на него мутный взгляд, Романо стер со щек слезы, после чего осторожно начал целовать.

— Я не брошу тебя. Слышишь? Хотя, если объективно, бросить смогу, но только в одном единственном случае. Если перестану дышать.

— Ром, — коснулась его лица, — вся беда в том, что я люблю тебя. И мне страшно. Страшно, что ничего не получится, что кто-то останется с разбитым сердцем и исковерканной судьбой.

— Иди ко мне, — от услышанного внутри все сжалось.

Его приучили с детства, что слова любви — пустое сотрясание воздуха, но вот он услышал эти слова и готов облететь от счастья весь земной шар, дракон же немедленно вступил с Надей в связь, поделился с ней эйфорией, отчего слезы конфетки моментально высохли. Дракон вытеснил из ее души печаль, страх, пусть на время, но вытеснил, заменил блаженством.

— Ты, правда, любишь меня? — до чего же хотелось еще раз услышать признание, просмаковать.

— Да, люблю, — припала к губам.

— А я тебя, моя девочка.

— Что теперь будет, Ром? Что нам делать? Еще с моими предстоит встреча.

На это Романо промолчал. Сказать, что встречался с ее матерью, не мог, так как дал обещание. Но после разговора стало ясно, встречаться с ним еще раз никто желанием не горит.

— Слушай, а хочешь завтра поехать к моим хорошим знакомым? — решил сменить тему.

— К каким еще знакомым? — тут же насторожилась.

— Ну, у меня есть друг, в юности тесно общались, после учебы он переехал в Москву. И вот завтра женится. Посмотришь, как наши гуляют на свадьбах. Зрелище незабываемое. Тем более, тебе это тоже скоро предстоит, — поцеловал ее руку.

— Хорошо. А они точно не будут против человека на столь значимом мероприятии?

— Нет, они точно не будут, уверяю тебя.

После они отправились гулять в парк.

Наде не верилось в происходящее, они бродили по дорожкам, сидели на лавке у пруда, даже покормить голубей умудрились, потом ели мороженое. Романо вдруг стал обычным, он шутил, вел себя непринужденно, а еще все время целовал и обнимал. Будто между ними и не было всего того, что случилось в Болгарии.

— Ты чего так смотришь? — усадил ее к себе на колени.

На землю постепенно опускались сумерки, духота спала, и подул легкий прохладный ветерок. Народ постепенно разбредался по домам.

— Просто не узнаю тебя, — обняла за шею.

— Это хорошо или плохо?

— Однозначно хорошо. Таким тебя приятно видеть.

— Каким?

— Похожим на обычного человека, — потом помолчала и добавила. — Почему ты выбрал меня?

— Потому что твой дед напророчил мне иную девушку, которую красный дракон будет любить веки вечные, — поцеловал в плечо.

— И все же…

— Не знаю, Надь. Я просто не смог пройти мимо. Ты сидела, болтала по телефону, коленку чесала, и мне показалось, что совершеннее чаюри я еще не встречал. Тогда до желудочной колики захотелось, чтобы ты чесала свои коленки у меня дома, чтобы так же улыбалась мне, как улыбалась тому, с кем болтала.

— Поехали обратно, — подалась к нему и поцеловала в губы, сама проникла языком к нему в рот, а Романо тотчас ощутил ее желание. — Я хочу тебя.

— Жаль не могу воспользоваться крыльями, — прижал ее к себе.

Вдруг их отвлекли.

— Вечера, чуваки! — напротив нарисовался парень. — Закурить не найдется?

Тут и остальные подошли, оказывается, компания молодых людей уже минут десять как заняли соседнюю лавку.

— Не курим, — Романо встал, следом и Надя поднялась.

Однако незнакомец оказался весьма настойчив.

— Да хорош заливать… Сигареты что ли жалко? Вы хачи вроде все щедрые, — усмехнулся, глядя на Романо с явным вызовом.

— Хачи? — удивился такому повороту. — Я не хач, так что, не щедрый.

— А вот хамить не надо. Пацаны? — обратился к дружкам. — Тут борзый попался. А ты? — обратился к Наде. — Совсем с нормальными ребятами траблы, да? Раз даешь чернявому.

— Ну, почему вы всегда нарываетесь? — Романо совершенно не хотелось никаких разборок с этими молокососами. Видно же, надрались и, как следствие, храбрость изо всех щелей полезла. — Хорошего вечера, господа, — взял Надю за руку и только хотел сделать шаг, как ощутил лапу одного из придурков у себя на плече.

— Не, не чувак, ты давай за базар отвечай. Мы к тебе подошли по-хорошему, а ты давай финтить.

— Что ж, — развернулся к ним. — Закурить хотели? Так и быть, — пожал плечами, после чего его глаза покраснели, из носа дым повалил, — доставайте сигареты, — произнес с широкой улыбкой и в ту же секунду выдал огненную струю. Надя аж рот открыла, наблюдая такую картину, а компания смельчаков разбежалась, как тараканы в разные стороны. — Жалкие создания, — даже закашлялся и пока кашлял, изо рта продолжали вылетать искры вперемешку с дымом. — Понравилось? — покосился на Надю, которая вроде улыбалась, а вроде и нет.

— Вот это напалм, — закивала. — Ты очень полезный в хозяйстве, хочу тебе сказать, да и не только.

— А то, — подмигнул ей. — Все, идем скорее. Надеюсь, хотя бы курить бросят.

— Уж кто бы говорил, Вера твоя дымит как паровоз.

— Вера старая мудрая дракониха, ей можно.

Домой приехали затемно, и уже в лифте Романо начал целовать свою чаюри. Шутка ли, весь день терпел, а стоило войти в квартиру, подхватил конфетку на руки и отнес в душ.

— Ты все еще хочешь меня? — накрыл ладонью лобок, затем спустился чуть ниже, проник в складки и наконец-то ощутил пальцами влагу.

— Хочу, — простонала ему в губы.

— Я бы попробовал кое-что новое, — коснулся попы, принялся осторожно ласкать.

— Ром, — сразу покраснела, сжалась. — Я боюсь. А вдруг он изменится? — посмотрела вниз.

— Ты мне доверяешь? — сделал воду погорячее.

На что она судорожно кивнула.

— Тогда постарайся расслабиться, я ни за что не сделаю тебе больно.

И Романо сейчас же прижал ее спиной к стенке кабины, подхватил под бедра и насадил на себя. Член тут же изменился. Он двигался быстро, целовал жадно и грубо, отчего не хватало воздуха. А через минуту Надя ощутила пульсацию и уже привычный жар внизу живота.

— Ты передумал? — даже растерялась от такой скорости и мгновенного финала с его стороны.

— Нет, моя девочка, не передумал. Так нужно, чтобы второй раз был обычным, чтобы не причинить тебе вреда. Повернись ко мне спиной, — и вышел из нее.

Надя же с трудом выполнила просьбу. Всегда считала такой секс чем-то противоестественным, грязным, но сейчас возникло желание попробовать, попробовать именно с ним, захотелось ощутить его везде, понять, каково это.

— Не бойся, — покрыл поцелуями шею, плечи, лопатки, после чего ввел в нее два пальца, смочил их в сперме и смазке, затем вернулся к попе.

— Ром… — ягодицами почувствовала снова поднявшийся член. — А вдруг что-то пойдет не так? — щеки тем временем стали пунцовые. — Я же со стыда сгорю.

— Все будет так, не переживай, — начал массировать анус, слегка надавливая, растягивая. — Во-первых, — провел языком по мочке уха, — мы в душе, во-вторых, мне плевать, в-третьих, ты не сгоришь, не позволю. Отдайся ощущениям, выброси из головы все дурные мысли и страхи.

Спустя пару минут Надя уже тихо постанывала, а когда он сменил пальцы головкой члена, тут же затаилась. Прикосновения были настолько приятные, что возбуждение накрыло волной, и Надя инстинктивно подалась ему навстречу, расслабилась. В этот момент Романо осторожно ввел головку, а рукой принялся ласкать клитор. Поначалу он и вовсе не двигался, позволил привыкнуть, дождался, когда Надя сама захочет большего. А она глубоко дышала, пыталась принять новые ощущения и вскоре приняла, тогда же Романо начал двигаться.

— Тебе нравится? — провел языком по шее.

— Не останавливайся, — уперлась руками в стену.

Романо смотрел на нее, ощущал ее, испытывал небывалое удовольствие. Надя целиком и полностью принадлежит ему, только ему. И лишь ему она будет позволять любить себя самой разной любовью. Вдруг конфетка резко выгнулась и громко застонала, а мышцы начали ритмично сжиматься вокруг члена.

— Вот так, — ускорился, но не кончил, чтобы не доставлять неудобств своей девочке.

Когда он вышел, Надя немедленно развернулась к нему и поцеловала.

В кровать легли, будучи без сил.

— Ты себя хорошо чувствуешь? Ничего не беспокоит?

— Все хорошо, — прижалась к горячему боку. — Теперь мы часто будем заниматься таким сексом?

— Будем заниматься столько раз, сколько ты захочешь, но часто не стоит, — провел ладонью по бедру.

Конфетка уснула быстро, а вот Романо еще какое-то время размышлял о завтрашнем дне. Хотелось верить, что друг не откажет в помощи. Им предстоит очень сложный период и надо иметь отступные пути.