Глава 22. Как мне опостылела Тьма!

От его взгляда я поежилась. Сама пожелала, чтобы версия Адель стала правдой, и мой темный дар оказался в итоге лишь временным недоразумением. Иначе, судя по взгляду дракона, я вот-вот отправлюсь вслед за его первой женой. И не в любимую Долину темных магов, а прямиком на тот свет! – Это ненадолго! – воскликнула я и начала вставать, чтобы подойти к мужу, но совсем забыла про больную ногу. Наступила на неё с размаха и закричала от рези в ступне. Острая боль пронзила меня до самой макушки. Тело словно прострелили насквозь. – Что случилось? – Адэр среагировал мгновенно. Уже через несколько секунд он держал меня в крепких объятиях. Я прижалась к его груди и часто задышала. От близости мысли вылетели из головы. – Мира упала и ушибла ногу, – объяснила Адель за меня, а дракон в следующую секунду уже перестал играть романтического героя, встряхнул меня и рявкнул: – Демоны, неужели сложно было приготовить заживляющую мазь?! Его тон резанул больнее, чем неосторожный шаг. Если бы с нами в комнате были демоны, то они бы давно сбежали обратно во Тьму, поседев и заикаясь. – Настолько устала, что не смогла вспомнить нужный рецепт, – пробормотала дрожащим голосом. – Даже я знаю рецепт от ушиба, Мира! – гаркнул дракон и подхватил на руки. Увы, от моих изящных родных сорока восьми килограммов осталось только сладкое воспоминание. Сейчас я весила по меньшей мере все семьдесят, однако Адэра это не остановило. Он подхватил меня, как пылинку. Я даже не успела съязвить, что раз он знает рецепт мази, пусть не брюзжит, а приготовит, как дракон потащил меня на руках по коридору, а затем вниз по лестнице. Через несколько минут я уже лежала в лекарской комнате на кушетке, в то время как Адэр гремел склянками в кладовке. Из-за приоткрытой двери доносился грохот, словно в комнату запустили слона, звон разбитой посуды и брань. Дракон кипел и не пытался сдерживать негодование внутри. «Пусть лучше достанется посуде, чем мне», – заметила про себя. Наконец, мужчина вышел с баночкой, полной зеленой шипящей мази, и присел возле кушетки. Самой мне было неловко смотреть на пухлые и неухоженные ноги Мирины, но дракона, похоже, сейчас не волновала внешняя сторона вопроса. Не церемонясь, он повернул больную ступню в сторону, и мое лишнее беспокойство моментально выветрилось из головы. – Хочешь оставить без ноги? – заревела я в отчаянии, из глаз брызнули слезы. Но Адэра было не разжалобить. Зафиксировав ступню одной рукой, он вылил на распухшее место дорожку из тягучего зеленого лекарства и размазал её пальцами. Воздух в лекарской стал горячим от горького и терпкого аромата полыни. У меня закружилась голова. В комнате и так стояла духота, а теперь еще и сильная горечь, разъедающая легкие! Пока я пыталась найти хоть какие-то крупицы кислорода в воздухе, Адэр свернул ногу в другую сторону. – Ай! – со всей силы стукнула его в отместку по плечу. Во второй раз боль стала заметно слабее, но еще не ушла. Дракон вылил на кожу еще зеленой шипящей мази, и тяжесть с напряжением в ступне словно расслабились, будто кто-то отпустил тетиву лука. – Как теперь? – Адэр покрутил мою стопу в разные стороны. Я не ответила. По-прежнему злилась, что он два раза выворачивал ногу до боли, и просто попробовала повертеть голеностопом сама. Почувствовала, что никакой рези нет и решила встать. Крепко оперлась на спинку кушетки и бойко поднялась. Но в последний момент испугалась и не смогла плотно поставить ногу, зашаталась. – Не спеши, – вновь поймал меня Адэр, зажав талию (или что там сейчас вместе нее?!) ладонями. – Сегодня меньше движений, больше отдыха! Завтра с утра попробуй походить по дому, к вечеру нога станет, как новенькая. Я кивнула. Дракон не торопился меня отпускать, словно чего-то ждал. Признания, объяснений про темный дар, благодарностей? До меня, как до удава, начало доходить, что ногу он мне выкручивал не со зла. Наверняка, это была часть лечения, чтобы нанести правильное количество мази, а я снова закричала, сглупила и завалила экзамен по предмету «Настоящая Мирина Янок». – Отдохни, я заварю чая, – наконец, заговорил муж и аккуратно усадил меня на кушетку. Когда он вернулся с чёрными стопками из обсидиана, я испуганно вздрогнула. Нужно было срочно выдумать, откуда внутри взялась темная магия, что-то объяснить, но сейчас я не хотела врать дракону. Он протянул мне стаканчик и, чуть пригубив напиток, я виновато произнесла то, что было известно: – Сама не знаю, откуда взялась эта магия! Адель думает, что отец втайне проводил надо мной молодильные ритуалы, и это просто следы чужого колдовства. Я отдала годы жизни темному магу, а он взамен поделился Тьмой. Дракон задумчиво осушил стакан и встал, заходил возле кушетки кругами. – Как мне опостылела Тьма! – заревел мужчин, взъерошив волосы пальцами. – Сначала Кибела постоянно стояла одной ногой в Долине Теней, что я никогда не мог почувствовать её полностью, потом Адель родилась с темным даром, хотя я молил верховных о сыне-драконе, и давал им щедрые пожертвования, теперь ты… самый обычный человек без капли силы… Он сделал паузу, и я мгновенно затараторила в оправдание, стараясь показать плюсы: – Зато это превосходный шанс поладить с Адель, ты ведь мечтал, чтобы мы подружились и стали ближе! А потом… нужно подождать. Пройдет время, и Тьма, правда, выветрится, надеюсь… – Проходит время, – дракон остановился, – и я не чувствую дочь, точно так же, как и Кибелу. Адель говорит с кем-то невидимым, молчит, словно меня не слышит. Вся в мать! Её копия! Ничего от меня не взяла! – Девочка растёт, у нее появляются свои интересы, – погладила я ладонь дракона. – Она так любит тебя, и вы очень похожи, ты просто не замечаешь. Вы одинаково хмурите брови и один в один закатываете глаза. А если внимательно присмотреться к вашей манере общения… Адэр не позволил мне закончить. – Буду молить верховных, чтобы Тьма оставила тебя, – перебил муж. – Вернулся сказать, что император выезжает из страны, и я его сопровождаю. Можешь на время занять мою спальню, она приспособлена для темных. Иначе ты с трудом сможешь заснуть ночью.