Глава 3

Распрощались мы почти друзьями, и вызванная служанка проводила меня к Марисе. Подруга сидела на кровати в своей комнате и утешала мать. Гладила по волосам, а эсса рыдала в голос.

— Детка… девочка моя…

Я вздохнула, и пошла наливать в стакан воду. Лучше бы настойку, но спиртного здесь явно не держат. Да и эссе Элии не стоит терять над собой контроль.

— Мариса, что случилось? Пейте, эсса, вам еще полдня работать.

Эсса настолько удивилась, что она — работает, что даже пить начала. Воду со льдом и лимоном. Мариса потерла лоб.

— Каэ, мама расстроилась. Она считает, что Жоао Феррер меня погубит.

— Ты ей не сказала, что помолвки не будет? То есть свадьбы?

Азбука Морзе от эссы Лиез была мне ответом. То есть стук зубов о край стакана.

— Мама мне не поверила.

— А мне? — подняла я брови.

— И тебе не поверит.

— Будем приглашать девочек — или своими силами обойдемся?

— Обойдемся, — отмахнулась Мариса. — Завтра я встречаюсь с женихом, через четыре дня прием по случаю помолвки, свадьба через месяц.

— А, ну на прием мы еще сходим, — отмахнулась я. — Эсса Элия, вы не будете против, если Мариса поживет еще годик в Академии?

— Н-нет, — прохлюпала эсса. Кажется, она начала осознавать, что происходит нечто… важное? Интересное?

Во всяком случае, необычное.

— Где завтра назначена встреча?

— Здесь, дома, — вздохнула Мариса. Я улыбнулась подруге.

— Тащи клиента в сад, будем наблюдать за ним в естественной среде. У вас тут вольера с обезьянами нет?

— Только бассейн с рыбками.

— Пираньями?

— Тоже нет.

— Недорабатываете.

— Я обязательно их заведу, — пообещала Мариса. — Каэтана, я на тебя рассчитываю.

Я подмигнула подруге.

— Прорвемся.

Мариса и не сомневалась. Вот уже почти полгода не сомневалась. Эстанс же!

Какие тут помолвки-свадьбы-Ферреры? Эс-танс! И этим все сказано!

* * *

Семейство Ферреров я увидела на следующий день.

Не все, правда. Хулиана Феррера и Патрицию, теперь тоже Феррер. Средней симпатичности брюнетка держала мужа за руку с видом завзятой собственницы и поглядывала на Марису с торжеством во взгляде. Хотя до торжества ей бы рядом что-то поприличнее, чем этот… обмылок.

Больше всего Хулиан Феррер походил на классического кабинетного ученого, вот как его изображали в шаржах и карикатурах. Плечики узкие, голова большая, ножки короткие и кривые… обнять и плакать. Зато не псих, а это так важно в наше время!

Жоао Феррер, кстати, и то был симпатичнее. По крайней мере, Марисе он вровень придется. Хулиан ей бы в пупок дышал.

Мариса очаровательно улыбнулась. Сначала — будущему супругу, а потом уже, взяв его под руку, будущему кузену и его супруге.

— О, эс Феррер, я так рада вас видеть! Это такая честь для меня!

И плечами повести.

Если Элию Лиез супруг одевал максимально закрыто — чтобы не пялились на его собственность, то дочери наоборот, пошили платье с таким вырезом, что Хулиан в нем чуть глаза не оставил. Там было, на что посмотреть, его-то супруга одарена втрое хуже. Даже хуже меня.

Жоао Феррер тоже любовался видом. Я внимательно его разглядывала, но пока плохих признаков не находила. Хотя это не показатель, я не врач-психиатр. А Мариса тем временем увлекла своего будущего супруга в сад. Цветочками полюбоваться. Да, можно и туда цветочек воткнуть, хотите?

Я выждала минуту, потом улыбнулась Элии Лиез и выскользнула из комнаты. Кому я тут нужна? Уж точно не Феррерам.

Вылезти в сад было делом минуты. А вот и беседка, в которую Мариса должна отвести своего жениха. Пока для разговора. Послушаем?

Хмммм…

— … меня просто не так понимали. И с женщинами мне постоянно не везло, Мариса. Эти продажные девки, которые готовы перед любым раздвинуть ноги, эти стервы…

Та-ак…

А вот эта песня мне уже не нравится.

— Я уверен, что вы не будете мне изменять, и не дадите повода для ревности.

— Я сделаю, как вы прикажете, Жоао, — Мариса не собиралась спорить. Рыбу надо вываживать. А то сорвется еще…

— Тогда мы найдем общий язык. Не сомневаюсь. Я буду рад нашей свадьбе…

— Жоао, надеюсь, вас не смущает, что я обучалась в Академии?

— Это неприятно. Но я уверен, вы не давали повода для сплетен? Или… давали?

В голосе мужчины прорезались неприятные угрожающие нотки.

— Как вы могли обо мне так подумать? — возмутилась Мариса. — Никогда!

— Это хорошо. Потому что если я узнаю… моя жена должна быть вне подозрений!

— Жоао, как ваша жена, я смогу хотя бы ездить в Академию? К примеру, раз в месяц?

— Зачем?

— Мне нравятся драконы, — честно созналась Мариса. — Мне их будет не хватать.

— Конечно, нет. Что за бред?

— Допустим, мне просто так захочется? Вы запретите?

— Считайте, уже запретил…

Я честно дослушала разговор до конца, но ничего нового не услышала. Типичный домашний тиран и сволочь. Такое нам точно не нужно. И даром не нать, и с доплатой не нать — гнать! Палкой гнать! И план у нас уже был готов. Предварительно.

* * *

Следующие три дня пролетели незаметно. Я не отходила от Марисы, помогала ее матери и ловко уворачивалась от Матиаса. Поговорить он со мной хочет, понимаете ли!

А мне он нужен?

Не-не-не, я девушка привередливая.

Параллельно мы с Марисой составляли Гениальный План.

Именно так, с большой буквы.

Итак, в каких случаях помолвка расторгается, и человек становится свободным? Для нас, на конкретном примере, если Жоао Феррер помрет, сам откажется от помолвки, влетит в такой скандал, в котором будут замешаны… да все, кто окажется в зоне видимости. Скандал скандалу рознь, но если его нельзя замять и убытки станут крупнее прибыли, эс Лиез откажется от сделки. Это понятно.

Только вот…

Убытки будут для Ферреров и Марисы. А для него — вряд ли. Подумаешь, Жоао оскандалился? Я рассматривала вариант засунуть его в постель с женой брата, но потом решила не заморачиваться. Можно, конечно. И Жоао окажется в одной кровати с Пилар, и положение у них будет, веселее не придумаешь. Но кто сказал, что это приведет к расторжению помолвки? Да вот ни рядом и ни близко!

Поэтому я рассматривала самый простой вариант. А именно — Жоао должны признать невменяемым.

Если родня до сей поры его отмазывала и отмывала, значит, надо сделать что-то такое, после чего выбора не будет. К примеру, плясать голым на виду у всех. Пописать на алтарь в храме.

Ну хоть что-то!

Короче, нужно, чтобы у бедолаги крупно сорвало крышу.

Как?

Да чего тут огород городить? Уж такие-то мелочи известны каждому человеку девяностых. Псилобициновые грибы называются.

Да-да, и я о них отлично знаю. Вот ей-ей, истерический смех вызывает запрет продавать марганцовку в аптеках. Дескать, люди пойдут и наркоты наварят!

Ага-ага. А еще леса огородите, горшки с цветами из квартир изымите, акации вырубите, мимозу изведите и вообще… некоторые водоросли тоже галлюциногенные[2]. Так что вперед, просеивать море!

Нет? А чего такого? Вы бы, паразиты, так с борщевиком Сосновского боролись, наркоманы-то помрут самостоятельно, а вот эта дрянь живее всех живых!

Травница из меня откровенно паршивая, чего уж там! Но борщевик я бы узнала где угодно. И грибочки тоже. Думаете, в среде спортсменов их не знают? Это таблицу умножения спортсмены могут не знать. А вот грибочки выучат! Стимулятор же! При правильном приготовлении.

А при неправильном… с десяти штучек народ массово с ума сходил. Ненадолго, но нам того и надо. То есть задача Марисы просто угостить жениха, хоть чем! Примерно за полчаса до начала веселья….

Мариса вняла и направилась к ювелиру, у которого был приобретен медальон в форме ракушки. Нажала на шпенек, он раскрылся, все высыпалось — и угощай на здоровье. Хоть хлебом, хоть вином.

Мы потренировались немного, но отчаяние придавало Марисе ловкости, так что через пару дней она добавляла порошок незаметно и ловко.

И вот настал день «Икс».

Мариса была великолепна. Как блондинке, ей безумно шли голубые тона, а вкус у подруги отличный. Нежно-голубое, воздушное, кружевное, почти ничего не показывающее, но в то же время очень провокационное платье обрисовало ее фигуру. Я выглядела намного хуже, даже ради праздника не собираясь расставаться со своей серо-мышиной шкуркой.

Матиас попробовал через мать заказать для меня что-то розовое, но я уперлась бараном. И эс Лиез-старший поддержал меня. А нечего тут блистать на чужой помолвке!

Ладно, на ее объявлении.

Сильнее всего нервничала мать Марисы. Я была спокойна. Запасной вариант у нас всегда есть, если что — от жениха и ушей не найдут. Просто не хотелось убивать без нужды, но Виола и Эстанс другого мнения. Драконицы мне еще пару месяцев предложили попросту разорвать ненужного жениха. Одна тянет за ноги, вторая за голову, минута — и все кончено. Запчасти выбрасываются в тот же океан, ему рядом со столицей уже ничего не повредит, там даже водоросли подохли.

Так что…

Варианты возможны.

* * *

Первыми прибыли Ферреры.

Жоао оглядел невесту, остался чем-то недоволен и резко высказался. Мариса тут же мило улыбнулась и отправилась наверх, чтобы вернуться с переделанной прической. Теперь она выглядела хуже, локоны ей шли, а вот туго стянутая коса — нет. Зато жених был доволен, и даже одобрительно улыбнулся.

Вот и хорошо. Пусть все усвоят, что Мариса пыталась ему угодить.

Потом начали прибывать гости. Сначала, на центральной лестнице, их встречал эс Лиез-старший с супругой. Потом Мариса с женихом.

Улыбки, поздравления…

Это дело сложное и трудное.

Если кто читал Булгакова с его бессмертными «Мастером и Маргаритой», те знают, что Маргарита как раз этим на балу у Сатаны и занималась. Приветствовала гостей.

Это не так легко, как кажется.

Кстати, для себя я отметила, что в моду вошли сумочки-клатчи. Маленькие, изящные, в том платьям, на серебряных и золотых цепочках, отделанные цветами и драгоценными камнями. И с магнитными застежками.

Так что… меня ждет хорошая прибыль!

На правах подруги дома, я стояла рядом с Матиасом и Феррерами. И лично я коснулась руки Матиаса.

— Ты не мог бы отнести Марисе и эсу Ферреру по бокалу с лимонадом? Мариса едва на ногах держится, посмотри?

— Гости же…

— Вот, смотри, как раз есть минута. Ты же не хочешь, чтобы Мариса закашлялась, или в обморок упала?

Никто не хотел. Матиас взял два бокала с лимонадом, и направился к сестре и зятю. Протянул их молодым… те действительно едва на ногах стояли, и два бокала с лимонадом были восприняты Марисой и эсом Феррером, как благо. Мариса взяла уже бокал, чтобы передать жениху, и тут случилась крохотная неприятность.

Ну… почти крохотная.

Совершенно случайно (я тут не при чем, и ножку никому не подставляла, честно-честно) упал лакей с подносом. А на подносе бокалы.

А шума и гама…

А дребезга…

Да и я от души взвизгнула… так, что обернулись все. Секунды Марисе хватило. И бокал с лимонадом уже у жениха. А она спокойно берет второй у Матиаса и делает глоток.

Матиас поспешил к нам, ликвидировать проблему. А я запомнила лицо лакея. Его же и уволить могут, и из зарплаты вычесть, а он в невинно пострадавших.

Мариса поймала мой взгляд и улыбнулась. Так, со значением.

Теперь оставалось только ждать.

Сколько? А вот тут, как повезет. От двадцати минут до пары часов. Но нам повезло.

Приемы действительно проводятся примерно по той же кальке.

Встреча гостей — первое.

Развлечение и обход, чтобы гости не скучали — второе. Эта вторая фаза может длиться до полутора часов, как раз и припозднившиеся успеют приехать.

Важные объявления — третье.

И потом торжественный ужин. Не фуршет, который так и так организован, а именно ужин. Полноценный, в парадной столовой, с хрусталем и фамильным сервизом, или чем там положено?

Раэши Понс на меня нет. И не надо.

Нам действительно серьезно повезло. Потому что Жоао Феррера накрыло аккурат посреди зала.

Слов я не слышала. Но… первый удар получила Мариса. Я точно знаю, подруга могла бы увернуться, но она показательно ахнула и обмякла.

Второй удар (вот на такое везение я не рассчитывала, но…) достался начальнику порта.

Ногой, в живот, с разворота. А потом Жоао вцепился в прическу его супруге, ринул несчастную женщину в угол… и его накрыло новым приступом,

Уж что ему показалось до того, как, что после… не представляю. Но он запрыгал по залу, срывая с себя одежду, и вопя что-то о муравьях, размером с ноготь.

Потом, оставшись, в чем мать родила, принялся чесаться, потом замер, уселся посреди зала,, устремил взгляд вверх… это все происходило достаточно быстро, так, что остановить его не успели.

А потом с диким воем «ГОРИМ!!!» схватил ведерко со льдом, и запустил в люстру.

Ведерко приземлилось на чьей-то голове…

Это было финишем представления.

Жоао таки скрутили Лиезы и Ферреры, но присутствующие так возбужденно переговаривались, что ни о каких объявлениях и речи быть не могло. Да и начальник порта явно никого прощать не собирался.

* * *

— Я… какой кошмар! — самозабвенно рыдала Мариса. — Я ничего… а он… а бедный эс Сильва… о, какой ужас!!! Какой кошмар! Это такой позор для нашей семьи…

Слезы лились потоком. Я исподтишка показала подруге кулак, чтобы та не переигрывала. Совесть иметь надо!

Мариса чуточку снизила накал страстей, но присутствующим и так хватило. Эс Маркус Лиез грозно поглядел на Хулиана Феррера.

— И часто у вашего кузена такие приступы?

— Раньше их не было, — честно сознался Хулиан. Конечно, ему никто не поверил, особенно присутствующий здесь же начальник порта с супругой.

Дама тоже пострадала, но удалиться и улечься в постель посреди такого великолепного скандала?

Только под расстрелом! И то не поможет!

— раньше не было, а теперь есть?

— Может, болезнь прогрессирует? — пискнула Пилар. И тут же зажала себе рот рукой. Муж наградил ее таким взглядом, что эсса могла бы и сгореть, и пеплом осыпаться.

— Болезнь? — уцепился за ее слова начальник порта.

— Эс Манзилла, — умоляюще сложил руки Хулиан, — поверьте! Жоао просто немного ревнив. И раньше никогда…

— Да неужели? — закономерно не поверил начальник порта.

Как ни доказывал несчастный Хулиан, ультиматум был поставлен очень жестко.

Или Ферреры своего кузена отправляют в дом для умалишенных, или… можете пользоваться другими портами. Вам — хватит. Может быть.

А может и не хватить, учитывая мстительность эса Сальвадора Манзилла. Опять же, его супруга пострадала…

Домашнее лечение?

Это если бы он никого не избил. А так… нет, Феррреры. Вы его уже лечили дома, болезнь явно прогрессировала… чего вам еще? Будете ждать, пока он кого-то убьет? Или уже? Просто вы дело замяли?

Не наблюдай я так внимательно за Хулианом Феррером, и тени на его лице не заметила бы. Точно, было что-то такое. Ах ты ж мразь!

Но как заставить его сознаться? Нереально… ладно, я не суд и не прокурор, мне присяжные заседатели не нужны! Я с тобой иначе разберусь.

— Помолвка, — разинул рот эс Лиез. Зря он это сделал…

Эс Манзилла посмотрел на него, как на полного недоумка.

— Родную дочь? Вот с ЭТИМ⁈

Сказано было так выразительно, что эс понял — еще слово и он будет ославлен по столице клиническим идиотом. Даже хуже того… идиот — или подонок? Отличный выбор!

Пришлось делать вид, что он тут мимо проходил, и разводить руками.

Мариса рыдала еще истошнее, и я пнула под столом ее мать. Пора было покидать сцену, потом Матиаса расспросим. Куда он денется?

* * *

Элия Лиез рыдала.

Обнимала дочь и рыдала так, что даже страшно становилось. Но… сегодня она получила отмену приговора.

Легко ли отдавать родного ребенка на верную смерть?

Ее супругу — да, сделать и забыть, а вот она дочь любит. Так что эссе я постараюсь помочь.

Наверное, часа два у меня ушло, чтобы всех успокоить, напоить снотворным и уложить спать. А потом я уселась у окна.

Виола сказала, что со временем наша связь будет крепнуть. Я буду лучше ощущать ее, она — меня.

Сейчас я пыталась нащупать свою драконицу.

Мне казалось, что она не очень далеко, может, километров пятьдесят, может, чуть меньше, в сторону моря. Может такое быть?

Да запросто! И Эстанс, и остальные драконицы тоже могут быть там же.

Они отлично плавают, а море — источник пищи. А что ближе не подплывают, так пока рано. Вот, дней через пять — семь… или если я очень сильно позову. Но звать пока незачем.

Посмотрим, что нам завтра скажет эс Лиез-старший.

* * *

За завтраком эс Лиез был так мрачен, что ей-ей, захотелось запатентовать громоотвод. Кстати — идея! Грозы тут есть, а вот громоотводов я пока не видела. Можно и в форме божественных символов, кстати, оформить? И идею отдать Храму.

Нет, не просто так, за посредничество и прикрытие… я увлеклась обдумыванием и увлеченно жевала, в отличие от всех Лиезов.

Наконец эс Лиез-старший бросил на тарелку вилку с ножом.

— Мариса, помолвка расторгнута. Тебе придется искать другого жениха… ты в Академии никого не подцепила?

— Отец, вы мне приказали хранить верность эсу Ферреру, — припечатала Мариса его надежды.

— Феррер окажется в лечебнице. А родниться с ними после такого скандала и неразумно, и эс Манзилла мстить будет. Я эту сволочь давно знаю… он им жизни не даст. До короля дойдет и выйдет…

Я постаралась не улыбаться. Приятно, когда твои планы осуществляются и без тебя. И еще лучше, чем ты хотела.

— А как же Эдгардо Молина? — коварно ухмыльнулся Матиас.

Я прикусила язык.

Ну до чего же предсказуемое ничтожество! Конечно, зная о том, что Эдгардо якобы нравится мне, Матиас постарался укусить сразу нас обеих. И меня, и сестру.

Мариса покраснела.

— Он… я…

— Не понял⁈ — рыкнул Маркус Лиез. — Он или ты⁉

Я кашлянула, привлекая к себе гневный взгляд.

— Позвольте мне, эс Лиез. Эдгардо Молина — самый красивый и обаятельный третьекурсник, по праву носит звание Короля Академии. Неофициальное, но оно есть. А ваша дочь, как самая умная, очаровательная, восхитительная эсса, носит звание королевы Академии. Неудивительно, что они нашли общий язык.

— Вот оно что…

— Да, эс Лиез.

— Возможно, останься Мариса в Академии, что-то и сладилось бы, — вздохнула эсса Элия. — Но это же невозможно…

Все.

Другого стимулятора эсу Лиезу-старшему и не понадобилось. Мозги у него хорошие, хоть и сволочь редкостная! Он отлично понял, что лучший вариант — убрать сейчас дочь с глаз долой. Выгодно выдать ее замуж сейчас не получится — скандал! Невыгодно… а зачем тогда растил и деньги вкладывал? Вывод прост!

Надо пока убрать Марису с глаз долой. Хотя бы и в Академию, а если там она подцепит кого-то… того же Молина? Заметим, про него Матиас сказал, не я. Родной-то сын врать не будет, верно?

Оставалась самая мелочь. Чтобы ректор… а ректор тоже согласится. Эс Хавьер наверняка с ним уже успел поговорить.

Осталось дождаться результатов.

* * *

Когда эс Лиез убрался к себе в кабинет, резким жестом приказав семье следовать в том же направлении, я посмотрела на слугу.

— Раэн… не знаю вашего имени?

— Раэн Раймон Кохем, эсса Кордова.

— Раэн, как зовут того несчастного, который перевернул вчера поднос? И где я могу его найти?

— Эсса?

Я молчала. Я задала вопрос и ждала ответа.

— Раэн Алонсо Нуэс, эсса.

— Вы можете меня проводить к нему?

— Да, эсса.

— Пожалуйста. Обещаю, я не сделаю ничего плохого.

— Эсса, он сейчас собирает вещи. Его уволили за вчерашнее, и жалования не заплатят.

Почему я так и думала? Я встала из-за стола и кивнула.

— Проводите меня, раэн Кохем.

* * *

Разница между покоями гостей — и покоями слуг была потрясающей. Если гостям (даже нежеланным, даже мне!) предлагались покои размером со среднее футбольное поле, то для слуг были выделены комнатушки, типа купе в поезде. Кровать, тумбочка, шкаф — еще что-то? И так много будет!

Вчерашний лакей собирал вещи, хотя чего там собирать. Я почти с умилением увидела у него сумку, которую внедрила в продажу. Ту самую, на раме с колесиками. И кашлянула, чтобы не застать беднягу врасплох.

— Раэн Нуэс, уделите мне минуту внимания? Прошу вас.

Лакей обернулся, пожал плечами.

— Слушаю, эсса.

— Это вам.

На стол мягко лег чек на пятьсот солеев. По меркам лакея — небольшое состояние, семья из четырех человек на эту сумму год проживет. В столице. И не сильно экономя.

— Эсса⁈ — искренне удивился мужчина.

Я развела руками.

— Считайте, что так надо. Вы сами видите, чек выписан на вас, вручаю я его при вашем товарище, так что никто не обвинит вас в краже. Подвоха нет. Деньги вы получите хоть сегодня.

— Но почему? Я же… вы…

— Я очень неудачно с вами столкнулась, раэн. Но этих денег, надеюсь, хватит, пока вы не найдете новую работу? С этим я, к сожалению, помочь не смогу.

— Да, эсса. Я благодарю вас.

Я подняла руку, останавливая благодарности, попрощалась и вышла из комнаты. Вот так. Теперь все правильно.

Я бы с радостью Ферреру подсыпала еще и не то! Но лакей пострадал вовсе уж ни за что.

* * *

Мариса уже была у меня в комнате.

— Каэ!!! КАЭ!!!

И повисла у меня всей тушкой на шее. А тушка-то килограмм на десять больше меня весит. Так что меня просто снесло и припечатало к стенке вихрем восторга.

— Мариса?

— Все случилось, как мы и предполагали! И если ректор согласится…

— Эс Хавьер обещал поспособствовать. И эс Нуньез мне тоже обещал.

— Я возвращаюсь в Академию! К Эстанс!!!

— Это до следующего выгодного жениха, ты же понимаешь…

— Понимаю, — чуточку погрустнела Мариса. — Отец сказал, пока на год, а там скандал забудется, и можно будет меня выгодно выдать замуж. Я со всем согласилась. Но год же!

Я подмигнула подруге.

Пра-авильно. Год. За это время столько еще случится… нет, не может случиться, а просто — сделаем. У нас просто нет выбора. Это как с горы на санках, затормозишь — наедут и раздавят. Так что лети вперед и молись, чтобы впереди препятствий не оказалось, а то вместо спуска будет трамплин. И — на взлет!

— Про меня твой отец молчит?

— Похвалил меня за хороший выбор подруги. Когда эсса умна и знает свое место — это хорошо.

— Полагаю, он не так сказал?

Мариса чуточку покраснела, видимо, ее папаша приложил меня, не церемонясь. Ну и плевать два раза, лишь бы против нашей дружбы не возражал.

— Каэ, это…

В дверь постучали.

— Эсса Кордова, внизу мужчина и женщина. Эс просил передать, что он… ваш отец. Эс Рауль Кордова.

* * *

Епт-компот!

Вот ничего другого мне в голову просто не пришло. Хотя это уже не компот, а ведьмин котел. Я поглядела на Марису.

— Так… если получится небольшой скандал?

— Отец не вмешается, он сейчас слег в постель и вызвал доктора, мама на нашей стороне. Матиас… не знаю, лишь бы шума не было.

— Не будет, — оскалилась я. И поглядела в зеркало.

Платье бежевого цвета отлично «съело» меня. Волосы утянуты в гульку, так… серьги снять, цепочку снять, кольца снять. Не надо показывать врагам лишнего.

— Женщину как зовут?

— Раэша Луна.

— Яссссно, — гадюкой прошипела я. — и ведь не поленились, заявилисссссь.

— Каэтана, тебе грибочков не нужно?

Я бы не отказалась. Но пока нельзя. Ничего, на чужой территории вы ограничены в своих возможностях! И я этим воспользуюсь.

— Грибочков не нужно. А вот кое-что другое ты сделай, ладно?

— что именно? — Мариса была готова на все. Даже если бы я предложила скормить моего папашу драконицам.

Я оскалилась и принялась выдавать инструкции. Мариса слушала, потом кивнула и вышла из комнаты.

— Я за мамой.

Я погляделась в зеркало, усилием воли задавила злобный оскал. Ничего-ничего, сочтемся, папашшшшша. Ты мне еще за все ответишь, а твоя раэша… ладно! Посмотрим на нее поближе, я все же не Каэтана, хотя и в ее теле. Итак…