Глава 9

— Что с Ислой?

— Она сильно ушиблась, когда мы мачту сворачивали, — Кайа выглядела откровенно виноватой. — Если бы девочки нас не подхватили, мы бы пропали. Спасибо вам! Громадное!

Чешуйчатые многотонные девочки только что лапкой не шаркнули, показывая, какие они хорошие. Я подумала, что надо бы и им напарниц найти — такие дракоши пропадают!

Но Кайа получила подзатыльник.

— Твоя затея?

— Да… я дура. Я знаю.

— Ислу это очень утешит, — огрызнулась я. — Показывай, давай!

У черной драконицы был явный сильный ушиб. И передние лапы плохо работали. Она просто на мачту грудью налетела, хорошо хоть — контролируемо. Вывернула ее из гнезда, но и сама сильно ушиблась.

— Дня четыре мы тут будем, — приговорила я жестко. — А то и пять, пока Исла не оправится. Кайа, ты поступила безответственно! А если бы ее ранили? Если бы в вас в это время попали из стреломета? Если бы кто-то просто мечом рубанул?

Кайа стояла и ревела. Но я останавливаться не собиралась.

— Просто представь — Исла погибнет! Она не железная, она живая и уязвимая, как и ты! Ты сможешь без нее жить? Ты брата хотела выручить? А дочь твои родители бы потеряли, ты же погибнешь вместе с Ислой!

Исла недовольно шевельнула хвостом, но Виола тут же показала ей свой. Мол, не мешай воспитательному процессу!

— Я еще подумаю, что с тобой делать, — припечатала я подругу. — А пока… обустраиваемся. Еще раненые, пострадавшие есть?

— У Медеи коготь на лапе сломан. Мы в такелаже запутались, — Олинда покраснела.

— Вот! — добила я Кайю. — И вы могли запутаться! Скажи спасибо, драконы раньше не вмешивались, и пираты к этому не были готовы, а так от вас бы и чешуи с хвоста не осталось! Олинда, ты-то!

— Мы чуточку не рассчитали, когда мачта начала падать.

— Еще и подругу подставила.

Кайа ревела уже в голос. Пришлось махнуть рукой, присесть рядом и погладить ее по волосам.

— Ладно, успокаивайся. Все живы, все более-менее целы, Исла оправится, Виола сказала. А за одного битого двух небитых дают.

Олинда присела с другой стороны и тоже погладила подругу по плечу.

— Ну, что ты… я бы тоже за брата испугалась.

— И я бы за родных порвала, — Ярина утвердительно кивнула. — Ты молодец, Ибанес, я от тебя не ожидала. Думала, ты плакать и скулить будешь.

Кайа и плакала.

Ничего, первые блины всегда гадость, но съесть этот блин надо. И устроить разбор полетов, и все остальное…

Пираты пока болтаются в пределах видимости. Но подозреваю, к нам они не полезут. Двенадцать драконов — чудесный аргумент. И что дракоши с ними сделают… да все! И для начала — сожгут, а потом, может, и сожрут. Очень даже запросто.

* * *

Вечером мы отдыхали у костра. Подсчитывали потери, подводили итоги.

Приговорили остатки вина из фляги. Зря я вторую не взяла, а надо бы… Но кто ж знал?

Запишем себе — выпивка лишней не бывает. В любом мире. В любой ситуации.

Из потерь — сорванное горло у Майи — в запале попробовала докричаться до своей драконицы, забыв, что Лориса ее отлично и так слышит. Вот и сорвала голос.

Коготь на лапе у Медеи.

Сильный ушиб у Ислы и три литра слез у Кайи.

Из-за Ислы мы тут и оставались. Устроились поудобнее, поставили палатки… пиратов уже видно не было. Есть тут какое-то течение, так что их без нашей помощи снесло. Как то самое, которое в проруби.

Это хорошо. А то не удержались бы, добили.

Кстати…

— Девочки, в следующий раз такого быть не должно.

— Не помогать? — вскинулась Ярина.

— Не рисковать собой понапрасну, — разъяснила я. — Вот смотрите, Кайа сорвалась, налетела на несчастный пиратский корабль… вы с Ислой его хотели в зубах утащить? Отбуксировать подальше?

— Каэ, ну хватит тебе!

— Не хватит. Я тебя еще пять дней пилить буду, пока Исла на крыло не встанет. И девочки, хотите вы, не хотите… давайте тренироваться!

— Где и как? — у Ярины сомнений не было.

— Пока — здесь и сейчас, над морем. Потом в Академии тоже будем Прорабатывать схемы, летать… вот с полетами не знаю, как получится. Но пробовать надо, вы же понимаете!

Девочки понимали. И что там нам не здесь, и что так легко не полетаешь, и остальное…

— Каэтана… мне страшно, — тихо созналась Мариса. — Сегодня ведь любую из нас могли убить. Спокойно.

— Да, — не стала скрывать я. — И убить могли, и дальше могут, и неприятностей у нас еще будет воз с прицепом. И родные будут отказываться, и ругать нас будут вдоль и поперек, и все это ради того, чтобы сто лет спустя какая-то соплячка, глядя на наши портреты, сказала: вот дуры-то! Я бы так никогда не сделала, я умная!

— Уши оборву, — рыкнула Ярина.

— Через сто лет? Вряд ли.

Девочки улыбались.

Здесь и сейчас они были победительницами. И им это нравилось. И я не хотела отнимать у них момент радости. Потом будет еще многое, и разбор полетов, и схемы, и ругань… но сейчас — пусть.

Сейчас мне тоже хочется сидеть на песке, грызть поджаренную на костре лепешку и ни о чем не думать. И ночь, и море, и драконы рядом, и тишина.

Спасибо тебе, Даннара. Спасибо за Фейервальд.

Интерлюдия 1.

Сол и Марко Ибанесы выпивали в капитанской каюте.

Капитаном на корабле «Белый Лев» был не Сол, но капитан сейчас лежал на койке и глухо постанывал во сне.

Его пираты ранили. Попал арбалетный болт… и кто его знает, довезут ли?

И все равно — повезло.

Сол уж и не рассчитывал ни на что. И обидно было. Сам-то он ладно — старший. А Марко за что? Парню всего двадцать два, считай, пожить не успел. И пираты…

Откуда их только вынесло?

Не иначе, навел кто, знали, что «Белый Лев» везет ценный груз.

Пряности. Розовое и черное дерево. Жемчуг.

Хороший куш для пиратов, вот и выскочили вдвоем, гиены… налетели, закружили, отсекли…

Сол прекрасно понимал, что им не уйти, и продумывал только возможность спасения для брата. И знал, что Марко тоже никуда не уйдет. Не тот характер.

Родителей жалко.

Сестер…

Все чаще падали рядом моряки, готовились к абордажу пираты… а потом все изменилось в один момент. Потемнело небо, захлопали рядом крылья… драконы?

Они никогда не вмешиваются в человеческие дела!

Но…

В этот раз — вмешались⁉

Они налетали, поливали пиратские корабли огнем — и тут же отлетали в сторону, и следующие… драконов было немного — или наоборот? «Колесо» они крутили так, что пиратам явно казалось что-то жуткое. Словно сотня драконов налетела, или две… а уж когда черный дракон с налета снес главную мачту корабля, пиратам и вовсе стало не до купца. И боцман не растерялся.

Кому в ухо дал, кого просто пнул, но матросы собрались, полезли на ванты, корабль начал постепенно принимать к ветру и уходить от драки.

Вот оно и правильно, вот и хорошо.

Так что сидели два брата сейчас, праздновали второе рождение, считай. А заодно за капитаном приглядывали. Раненых было много…

— Интересно, почему вмешались драконы? В этот раз?

— да кто ж их знает? Повезло, наверное…

— Может, там кто знакомый был?

Парни переглянулись. Вообще… был и такой вариант. Это у Сола в Академии никого, он туда и не ездил даже. А Марко был. И Леандро тоже…

Мало ли кто?

Или молодняк, сорвиголовы, которым тоже не понравилось нападение пиратов…

— Может. Говорить об этом будем?

Сол качнул головой.

— Нет. И матросов предупрежу. Не было ничего, понял?

— П-понял. А почему?

— Потому что драконариям нагорит. А мы им беды не желаем, верно?

— В-верно, — согласился Марко.

Поговорят они и с командой. И все согласятся молчать. И — страшный случай — даже будут молчать. Повезло.

А еще больше повезет девушкам в другом. В том, что встретится с утра братьям сторожевик, который курсирует вдоль побережья, расспросит о случившемся, и услышав: «пираты напали, с трудом отбились», пройдет вдоль берега. И найдет два пиратских корабля, которые пока еще не починились, а просто дрейфовали по течению.

Ну и результат тоже будет.

Два корабля приведут в гавань, как и положено.

С развешанными на бортах пиратами. И их вопли про сволочей-драконов никто и слушать не будет.

А зачем?

Плевать, что там орут покойники. Пусть орут! Они никого не жалели, их никто жалеть не будет. Все закономерно. И единственное, о чем жалел капитан сторожевого корабля, так о том, что традицию соблюсти не удалось.

Положено — как? Давно положено, еще предками.

Пиратов развешивать на реях. А тут и мачт нехватка, и рей, и все опаленное… может, и правда драконы?

Ага, как же!

Делать драконам больше нечего, только на пиратов охотиться. Небось, сами напились до изумления, да чего-нибудь и подожгли. Горючую смесь, к примеру. Мачта?

Так это ж пиратский корабль, а не флотский! Кто его знает, когда там ремонт делался! Они ж одним днем живут, в будущее не глядят! Им лишь бы сейчас кусок урвать, в походе, выпить да погулять. А что там дерево подгнило…

И такое бывает. И не такое даже бывает.

Так что разбираться с этим случаем никто не стал. Каэтана об этом не знала, нервничала, но никто не пришел, и в Академии никто не задавал вопросов, и последствий не было. Никаких.

Девушкам просто повезло.

Интерлюдия 2.

Рауль Кордова пил.

Мрачно, жестоко, беспощадно и бессмысленно.

Надирался до зеленых кроликов, потом отлеживался — и повторял. И снова заливал в себя дозу горячительного. Хозяин постоялого двора очень жалел постояльца и подливал по первому требованию. А то как же!

Горе — ладно! А позор какой?

Лиезы, вон, всей семейкой из столицы удрали. Говорят, сына там отец порол так, что стены дрожали от воплей, мать слегла, и муж повез ее на воды.

А Кордова?

Так-то понятно, что о нем и не сплетничает особенно никто. Ну кому, кому он нужен триста лет со своими науками? Да с доплатой не возьмут! Но тут в другом беда.

В чуйствах!

Любил он эту шлюху, понимаете⁈

Или любил, или думал, что любил, тут разница невелика. Человек же сам себя в чем хочешь убедить сможет, так он устроен. Вот и напивался эс Кордова. Вот и заливал тоску вином!

Или просто боялся будущего?

Ну так… немного!

С раэшей Летицией его жизнь, все же, была более-менее спокойна. Он занимался наукой, она хозяйством, потом в постели его ждала теплая и услужливая женщина, все шло ровно и спокойно.

А сейчас что?

Придется всем заниматься самому?

Счета эти проверять, прислугу строить… умеет?

Неохота!

Понимаете — не-о-хо-та!!!

Можно вызвать дочь из Акаддемии, и пусть она занимается поместьем. Но для самого-то главного дочь и не годится! Вот и надирался Рауль. То ли с тоски, то ли от предательства, то ли… что уж там! Было один раз — кто сказал, что не бывало такого и раньше? Может, над ним давно все соседи смеялись? И он давно олень рогатый!

Всякое может быть, в том числе и такое…. Тяжко!

Вот и сегодня он сполз в общий зал. Ему хотелось съездить в банк, взять еще денег и снова надраться. Так что с утра пришлось опохмелиться, кое-как переодеться…

А, все равно ничего делать не хотелось.

Рауль двигался, словно сомнамбула, пока не столкнулся с чем-то… с кем-то…

— Ох! Эс, осторожнее!

Рауль поднял голову — и обомлел.

На него смотрела явно эсса. Симпатичная, молодая, обаятельная, в модном платье и с дорогущей сумочкой на цепочке, по последней моде. Смотрела, улыбалась… так, что Рауль сразу осознал, сколько времени он не брился, не стриг ногти и каким перегаром от него воняет.

— Простите, эсса! Умоляю…

Мелисса Эррера, филигранно столкнувшаяся с эсом Кордова, разглядывала его из-под густых ресниц.

Ну… так себе.

Очень сильно так себе.

Весь какой-то потрепанный, поеденный молью, непритязательный и непривлекательный. Но ей выбирать не приходится. После ссоры с Лонго… да кто ж думал, что она так близко к сердцу примет проблемы этой Коста! Подумаешь там, потрясла Мелисса чуточку семейный счет Коста, не обеднели бы! Так нет же!

Евгения Лонго чуть ее с костями не сожрала.

Пришлось и все драгоценности вернуть, и долговое обязательство подписать… аж на десять тысяч золотом! А Мелисса деньги не печатает!

Значит — отрабатывать.

Впрочем, мужчину соблазнить — не кирпичи таскать. Так себе мужчинка, но Евгения сказала, что у него есть своя асиенда, есть деньги, хотя и небольшие, и нет мозгов. А что еще нужно для идеального супруга?

Мелисса уже задумывалась над тем, чтобы выйти замуж еще раз. Возраст, знаете ли, моложе она не становится, а вот морщинки появляются. И конкурентки плодятся еще почище кошек и морщинок.

Надо, надо искать себе тихую пристань. Но — где⁉

В Равене о ее похождениях знают.

В другое государство уехать? А не хочется, здесь как-то привычно, спокойно, с тем спала, с тем кофе пила, а в том же Санторине, к примеру, придется все заново налаживать. Да и денег таких нет, чтобы взять и уехать.

Мужчинка, конечно, очень средненький. Но на безрыбье, пока что… почему нет?

Рауль и сам не понял, как оказался сидящим на удобном диванчике, как его принялись расспрашивать о жизни, не обращая внимания на внешний вид и не морщась от запаха перегара, как ему начали сочувствовать и соболезновать…

Он просто наслаждался такой умной и участливой собеседницей. И как-то неожиданно для себя договорился погулять с ней по столице, и достопримечательности ей показать, и выпить вместе кофе, раз уж он ее так неловко толкнул…

Раэша Луна?

Да и пусть ее!

Тут вон какая красавица на него клюнула! Шикарная! И лет на пятнадцать моложе, чем он.

Ну, в последнем он сильно ошибался, просто Мелисса за собой очень и очень следила. И выглядела в своем возрасте лучше, чем многие двадцатилетние. Это так, к слову.

Сначала она все делала по обязанности — хоть долг ей спишут, но потом оценила «фазана» увлеклась, и «ощипывала» его уже вполне профессионально.

Такое ей и самой в хозяйстве пригодится. Точно-точно…

Судьба Рауля Кордова была устроена. Даже если он пока об этом и не подозревал.

Интерлюдия 3

Вот чего не любил эс Чавез, так это вмешательства в свои дела и Академии. В частности, просьбы о трудоустройстве бывших учеников.

Отучился ты три года?

Ну и проваливай отсюда, не загораживай другим небо!

Отучилась ты три года? Не вышла замуж? Ну так и брысь охотиться в высшем свете, чего тебе здесь время терять? Ничего нового тут не увидишь…

Сейчас, увы, это не сработало.

— Эсса Мариса Лиез. Вот еще, проблема!

Шикарную кареглазую блондинку эс Чавез помнил. Выглядела она, конечно… кого угодно до глубины души проймет! Но зачем ей в Академию?

В дверь постучали и вошел эс Хавьер.

— Что нужно? — не стал церемониться Орландо.

— А, уже пришло письмо? Про Марису Лиез?

Эс Хавьер тоже не церемонился с эсом Чавезом. Они друг друга давно знают, они друг другу нужны, пожалуй, они и друзья — насколько могут. Чего поклоны разводить? Время тратить? Так оно не казенное. И не прирастает, время — не капитал в банке, чтобы проценты капали.

— Пришло. Ты в курсе?

— Более чем. Если есть возможность, помоги девчонке. Ей правда надо.

— Что там такого в столице случилось?

Орландо был дипломатом в достаточной мере, чтобы находить со всеми общий язык. Но вот новости из столицы в Академию доходили с большой задержкой. Увы.

— Куча всего неприятного. Отец эссу Лиез сговорил, а на приеме по случаю помолвки у жениха кукушка улетела. Да так хорошо, что и не вылечат никогда.

— однако, — невольно посочувствовал ректор.

— Это еще не все. Расхлебать не успели, как ее брата поймали со спущенными штанами, и ты думаешь на ком?

— На ком?

— На любовнице Рауля Кордова. Пришел, понимаешь, руки дочери просить — и попутно не удержался. Их голыми застали, скандал был — куда там той Марисе.

— Кордова… Каэтана Кордова?

— Именно. Ну, ей-то это как раз все безразлично, человек такой. А и кому эти Кордова интересны в своей глухой провинции? А вот Лиезам досталось. Их по столице только глухие не склоняют, у старшего эса сердце прихватило, они с женой на отдых уехали.

— Вот почему младших Лиезов сюда сослали?

— Именно. А куда их еще?

Орландо только вздохнул.

Ладно, в таком разрезе история приобретала новый интерес. Если у Марисы Лиез нет другого выбора… а его нет, куда сейчас с такой славой? Тут год нужен, чтобы скандал хоть чуточку утих.

— Да и с Эдгардо Молина у них, вроде как, неплохо налаживается, — добавил эс Хавьер.

Орландо поморщился.

— мне тут только этого не хватало!

— Что такого? Орландо, оставь девчонку, вон, к примеру, помогать эсу Перезу. Он жаловался, ему рабочих рук не хватает. Карты составляет, копирует, высчитывает — смотреть страшно! Слушать еще страшнее. Пусть эсса Лиез ему помогает, глядишь и польза будет.

— Пожалуй что. Ладно, возьму я ее к эсу Перезу, пусть бумажки перебирает. Так и быть.

— спасибо, Орландо.

— Тебе-то что с того?

— А меня за нее тоже попросили. Так что… я свое слово выполнил.

— Дорого хоть заплатят?

— Услугами сочтусь, — не стал врать эс Хавьер. — деньгами мне ни монеты не выделят.

— Значит, не Лиезы. Молина?

— Орландо, хватит допытываться. Сам понимаешь, я не признаюсь.

— Ну хоть намекни.

— Перебьешься. Лучше вызови девочку, да и приказ составь. Пусть успокоится, ей и так тяжело…

— Ладно. Вызову. И Переза обрадую. Пусть уж побудет в Академии годик-другой. Замуж она, конечно, выйдет, но время нужно, чтобы скандал улегся.

Эс Хавьер кивнул.

Что ж.

Вот он и помог. И девушкам, и драконам. А благодарность…

Есть вещи, которые ценнее денег. Жаль только, что ему они никогда не достанутся. Ничего, он и с этим справится, он сильный. Только вот и сильным иногда бывает больно.

Интерлюдия 4

Эс Орландо Чавез смотрел на стоящую перед ним девушку. Девушка чуточку нервничала, переминалась с ноги на ногу, но все равно оставалась прехорошенькой.

Красавица — главное, что можно было сказать о Марисе Лиез.

Светлые кудри, которые стянуты бархатным бантом, чтобы выбиваться, падать по спине, так и манить провести по ним рукой. Громадные карие глаза — бархатные, беспомощные, словно у олененка, точеное лицо…

А фигура?

Предел мужских мечтаний, да и только!

С другой стороны, все они, в Академии, через одну такие. Орландо это хорошо знал. Куда только обаяние девается, когда они мужчин начинают делить? Гарпии[13] позавидуют!

Потому, кстати, Орландо второй раз и не женился и не собирался. Насмотрелся. Лучше уж приятные и спокойные товарно-денежные отношения. Ты любовнице домик снимаешь, подарки даришь, а она тебе в ответ удовольствие, а не выгрыз мозга, как тому же эсу Хавьеру. Вот уж кому посочувствуешь-то… Впрочем, на лице мужчины эти мысли не отразились.

— Эсса Лиез,, присаживайтесь. Я получил письмо от вашего отца. И хотел бы услышать ваше мнение.

Мариса присела на край стула. Может,, еще бы полугодом раньше она бы застеснялась, она бы опускала глаза и мямлила, она бы попробовала пококетничать, она бы…

Какие глупости она могла бы творить, не будь у нее Эстанс! Но Эстанс была, и Мариса не могла себе позволить отъезд из Академии.

— Эс Чавез, я не знаю, о чем именно написал мой отец.

— Он просит предоставить вам место в Академии. На этот год.

Мариса молча кивнула. А что говорить-то? Пожалуйста⁈

Да если поможет, она и на колени встанет! Только пусть, пусть ее оставят здесь! Пожалуйста!!!

— Вы тоже этого хотите, эсса?

— Больше всего на свете, — вырвалось у Марисы.

— Хм. Неожиданно.

— Эс Чавез, — собралась с мыслями девушка. — Я отлично понимаю, что в ближайшее время, после скандала, замуж мне не выйти. И буду рада оказаться полезной, узнать что-то новое, интересное. Пока в моей жизни нет семьи и супруга.

— Первый раз слышу такие слова от эссы.

— Не все об этом задумываются, — позволила себе улыбку Мариса. — Сказки заканчиваются свадьбами, а потом начинаются будни. И тяжелый труд, ведь супружество — это работа. Иногда даже каторга. Как повезет. А я не знаю, повезет мне или нет. И возможность прожить еще год спокойно для меня важна.

Орландо только рот открыл. И закрыл, звучно лязгнув зубами.

Действительно, он и сам так думал. Но услышать об этом от другого человека? Неожиданно. В этой красивой головке еще и мозги имеются?

— Работа, эсса? Хотя я понимаю, приемы, платья, высший свет, в котором вы наверняка будете приняты….

Мариса чуть качнула головой.

— Два разных человека, часто ничего не знающих друг о друге — и рядом. Увы, наш мир устроен так, что подстраиваться под мнение мужчины придется мне. Соответствовать его ожиданиям, возможно, переделывать себя. Это очень нелегко. Построить крепкие отношения, сделать дом не просто четырьмя стенами, а местом, куда захочется возвращаться каждый день. А еще дети. Которых надо выносить, воспитать… моя мать плакала, когда расстроилась моя помолвка. От счастья. Жить с безумцем не пожелаешь и врагу, а мой отец готов был отдать меня.

— Вы так свободно об этом говорите?

Мариса пожала плечами.

— Об этом сплетничает весь свет. Значит, и вы будете знать. Ферреры скрывали это, но шило вылезло из мешка вовремя. Я не виновата в случившемся, да и мой отец… он тоже не знал, насколько плохо с несчастным Жоао. Надеюсь, ему окажут необходимую помощь. Это, конечно, самый страшный вариант супружества, но и остальные… выбирая между каторжным трудом — и приятным времяпрепровождением в Академии, в качестве помощницы эса Переза, я легко выберу второе. И буду счастлива.

Орландо только головой покачал.

— Вы меня поражаете, эсса.

Мариса посмотрела прямо в глаза ректора. Красивые, кстати говоря, большие, темные, с длинными густыми ресницами. И мужчина он вполне симпатичный, девушки ему глазки строят упорно, только он никого не замечает.

— Вы откажете, эс Чавез?

— Нет. Вы на год отправитесь под начало эса Переза. Кстати, я уже поговорил с ним, он не против.

Мариса улыбнулась.

— Спасибо, эс ректор!

— Не за что. Я думал, эс Перез будет ругаться.

— Эс Чавез, моя подруга, эсса Кордова, помогает ему с научной работой. Ну и я тоже… чуточку.

— С научной работой? — удивился Орландо.

— Мы ищем для него данные, эс, — пояснила Мариса.

Действительно, обрабатывала и считала Каэтана, но она же показывала, как и что. А искали-то все вместе!

Орландо кивнул.

— Ну, если так, эсса — помогайте. Вдруг да и польза будет?

Мариса промолчала. А чего доказывать? Будет, не будет — дальше видно будет, как говорит та же Каэтана. Главное что?

Главное, она остается в Академии.

— Эсса Лиез, я не смогу выделить вам отдельный дом. Жить вы будете в общежитии, и я даже буду платить вам небольшую зарплату. Остальное — как и во время обучения. Питаться в столовой, выполнять то, что прикажет эс Перез.

— Да, эс Чавез.

— Если будут проблемы — приходите. Я буду рад вам помочь.

Мариса счАстливо улыбнулась.

Проблемы⁉

Разве могут быть проблемы, когда она еще на год остается — здесь! Рядом с Эстанс! С девочками! Со своей командой!

Никаких проблем!

Она даже и не подозревала, насколько похорошела в эту секунду. Уже не канонная красавица, каких много. Глаза засветились, губы изогнулись. Сейчас она не думала о том, какое впечатление производит — и была особенно красива. Орландо едва не зажмурился.

— идите, эсса Лиез.

И когда за девушкой закрылась дверь, подумал, что надо бы подробнее поговорить с эсом Перезом. Что там за научная работа такая?

А еще предупредить.

Чтобы никаких поползновений в ее адрес! Не то…

И нечего тут глупости думать! Орландо эта картинная красотка и даром не нужна. Но раз уж она оказалась на его попечении… ну, под его руководством, в его Академии, придется приглядеть за Марисой Лиез. Вот!

Ладно. И глядеть на нее тоже приятно. Она хорошенькая. Но это уже его личное мнение, которым Орландо ни с кем не поделится.

***

Академия…

Это — счастье?

Однозначно! Я даже Матиасу Лиезу так улыбнулась, что он едва в обморок не упал.

— Каэтана…

Вторая улыбка досталась раэше Онии.

— Раэша, я вам тут крема привезла! Из столицы! И сумочку.

— Спасибо, эсса Кордова.

С местными вахтершами я отношения наладила. Они получали от меня маленькие, но приятные подарочки, и закрывали глаза на некоторые странности жизни.

— Матиас? Ты что здесь делаешь? — неподдельно удивилась Мариса.

Братец Кролик скрипнул зубами — и резко стартовал в противоположном направлении.

Мы переглянулись.

— Ничего не понимаю, но нюхом чую интересную историю, — Олинда так хищно улыбнулась, что мне стало даже жалко Лиеза. Немного. Минутки на три.

Ничего, думаю, к ужину Лин все выяснит и нам расскажет. А пока бы нам добраться до своих комнат, искупаться, переодеться… устали — жуть!

По договору с эссой Лонго, мы решили лететь сразу в Академию. Почти.

Картина была бы — достойная кисти Босха. Или еще кого из жуткописцев.

Стоят перед воротами Академии восемь эсс.

В живописном летном тряпье, загорелые, чумазые, с поклажей, которой на трех верблюдов хватит (или на двенадцать дракониц),, уставшие и довольные. И кому тут будет плохо?

Сначала эсу Чавезу.

Потом всем нам.

Поэтому драконицы, как приличные хищники, высадили нас на побережье, в заранее условленном месте, вчера ночью. А рядом нас ждали люди эссы Лонго с двумя каретами.

Туда мы и дошли.

Туда и загрузились.

Пока дошли, пока все вещи перетащили, пока погрузились, пока доехали — как раз дело к вечеру. Драконицы наверняка уже долетели. Надо будет ночью к ним наведаться.

Но это потом, потом…

С душевой мы решили быстро, вытянули из колоды несколько карт — и по старшинству. У кого самая крупная, та идет купаться первой, потом вторая по величине… я оказалась третьей, вытянула девятку пик. Олинда — семерку крестей. Но она успела зато посплетничать. И теперь со вкусом рассказывала последние новости.

Про Матиаса.

Я просто выла от счастья.

Вот как есть, каталась по кровати, выла и рыдала. Считай, Каэтана почти отомщена, и ее мать тоже! Дрянь которая столько времени трепала им нервы, изгнана из дома!

Но Матиас!

Это точно эсса Лонго! Стреляйте меня, с кашей кушайте — из истории ее уши торчат! Так красиво подставить и одну, и второго — уметь надо!

Восхитительно!

— А еще что у нас интересного?

— Ой, много всего! Алефи Мартино, к примеру!

— А с ней что не так? — удивилась я. Вроде как одна из самых спокойных однокурсниц. Кто ей и куда не угодил?

— С ней все так! Это ее папенька застал ее маменьку с любовником.

— И попытался забодать изменницу развесистыми рогами?

— Как-то так. Собирается сослать ее в глушь и держать там взаперти. Девчонка, понятно, переживает.

Странно было бы, если бы она за мать не переживала.

— Флоренсию Леви сговорили замуж!

— Бывает…

— В Вадион. Будет там коз пасти.

— Так далеко? Почему?

— Вроде как ее отцу это нужно. Флоренсия, конечно, улыбается, но не рада. Это уж точно. Перальта еще не приехала.

Я кивнула.

Конечно, сначала мы узнавали о своих. Потом уже о всех остальных… не все еще приехали с каникул, еще месяц оставался. А может, и того больше… потеряли мы счет времени.

Но как же это было здорово!

Может, надо бы до начала учебного года задержаться?

Нет. Нельзя.

* * *

— Эс Хавьер, здравствуйте.

— Ну, здравствуйте, Каэтана.

Мы обменялись рукопожатием (вообще, это против правил, но кто нас тут, в бухте увидит?), и я протянула ему мешок.

— Это — вам.

— Мне?

Кажется, последний раз ему подарки дарили… когда? Не знаю. Явно очень давно.

Эс Хавьер не удержался и сунул нос в мешок.

— Однако!

На свет появилась дорогущая бутылка вина. Ага, я лично наклянчила у Ибанесов. Заплатила по контрабандной стоимости, Кайа помогла. И выбрать, и укутать получше. А то могла бы и не довезти. Но такое вино вы запросто не купите, его и король-то не каждый день к столу получает. Санторинское, чуть ли не тридцатилетней выдержки.

И к нему сушеные фрукты.

Не абы какие — именно сушеным лаймом принято закусывать это вино. Можно еще полосками копченого мяса, но его я бы точно не довезла.

— Эсса… Каэтана, спасибо! Но это слишком дорогой подарок.

Я только рукой махнула.

— Эс Хавьер, сколько вы для нас всех сделали — не перечислить! Я вам стократ больше должна, и о своем долге не забуду. Это уж так, мелочь мелкая…

Эс Хавьер махнул рукой.

— Ладно. Посидите со мной, эсса?

Я не отказалась. Устроилась на куртке, оперлась спиной о плечо эса Хавьера, приняла от него вяленую рыбешку и принялась грызть. В ответ протянула флягу с местным элем.

— Угощайтесь, эс.

— Спасибо, Каэтана. Расскажете, как слетали?

Слов жалко не было. Я рассказывала.

Правда, не о том, как побывала в храмах, нет. И не о том, как на моей ладони появилась змея.

О том, как седлали драконов. Как ломали ногти, как ругались и едва не подрались, как пробовали найти хорошие схемы, как атаковали химер….

— Эс Хавьер, а как с этим справляетесь вы?

— Звеньями, Каэтана. Звеньями. Шесть человек — драконов. Идут по стандартной схеме — один — два — три. Сначала ведущий, он на острие атаки. Потом за ним двое — развить успех. Трое на подстраховке, добить и поддержать. Причем, таких звеньев — два. Одно звено работает, второе контролирует.

— Хммм… получается, половина драконов простаивает?

— Нет. Работают по очереди. К примеру, в этот раз поохотилось синее звено, в следующий — красное. Потом черное….

— Вы группируете драконов по цветам?

— Нет. Выдаю всадникам плащи… не обращали внимание?

— Нет.

Вот я дура! Но мне казалось, что плащи — это дело вкуса. А тем не менее — зачем они нужны поверх курток? Глупо же!

— Выдаю плащи, и они группируются по цветам. Опять же, можно подать команду по цветам.

— Поняла. Учту.

— Каэтана, надеюсь, вы не собираетесь принимать участие в сражениях?

— Не хотелось бы. Но эс Хавьер, нас могут и не спросить.

Эс кивнул.

— Каэтана, мне бы хотелось с вами поговорить и на другую тему. Сколько вы намерены скрывать происходящее?

— Сколько получится.

— Полгода. Может, год. А потом?

— Потом придется открыться. И получить на свою голову все возможные проблемы. Я думала уже об этом.

— Я тоже. Эсса, я поговорил с драконами. Для самостоятельности нужны деньги, драконы готовы помочь с поиском жемчуга, или затонувших кораблей…

Кто бы знал, КАК мне было приятно. Но я остановила эса Хавьера.

— Эс, я и так богата. Очень.

— Разве? — усомнился мужчина.

— Поверьте. Я могу содержать и себя, и подруг без ущерба для счета. И даже наших дракониц. Но… я думала о другом. Допустим, мы не можем сражаться. Но есть вещи, которые мы делать можем. И будем делать, чтобы нас оставили в живых.

— К примеру?

— Доставить почту. Или что-то некрупное… небольшую посылку. Организовать транспортную компанию… драконицы согласятся. Или патрули вдоль берегов. Чтобы вам дать отдохнуть — так, к примеру. Вояки из нас не очень, но почта, транспорт, первая помощь, возможно — это для нас не составит труда. К примеру, человеку стало плохо, к нему надо срочно доставить лекаря. Или лекарство… это я так, в наметках. И можно давать эссам врачебное образование. Это и для семьи полезно.

Эс Хавьер понял.

— Вы думаете, где могут быть применимы драконьи таланты — без войны. Верно?

— Для меня это важно. Подумайте тоже, пожалуйста. Может быть, разведка, картография, может исследование морских глубин — драконы могут нырять глубже, чем люди.

— Подумаю, — согласился эс Хавьер. Я понял вашу идею, Каэтана. Вы хотите доказать, что пользы от вас может быть много — чтобы власти смирились с вашим существованием?

— Именно так, эс Хавьер.

— Хотя насчет лекарей… не знаю.

— Почему нет? Травницы есть, чем мы хуже?

Эс Хавьер кивнул.

— Я подумаю, Каэтана. Обещаю.

Мы сидели, смотрели, как в воде резвятся белая Виола и черный Сварт, и молчали. И было нам хорошо.

* * *

— Эсса Кордова, вы выглядите так непривычно!

— Разве? — удивилась я.

С моей точки зрения, выглядела я, как обычно. Тряпкой средней застиранности. Лично маскировалась.

И волосы стягивала, и платья носила те же самые. И что раэн Риос во мне нашел непривычного?

— Вы выросли. И сильно поменялись. Вы и раньше были очаровательны, как полевой цветок, неприметный, но с тонким, потрясающе чувственным ароматом, оценить который могут лишь немногие…

Я отключила мозг.

Все понятно, мне вешают на уши лапшу. Вопрос — зачем? Но ведь не задашь же впрямую…

— Раэн Риос, благодарю.

Приходится стоять и жеманиться. И удрать-то никуда не получится — занятий нет, считай, оставшиеся в Академии студенты просто шляются по территории. Занимаются, кто чем пожелает.

Кто-то сидит в библиотеке — это я и подруги.

Кто-то устраивает себе клубы по интересам, вот девочки со второго курса копаются в оранжерее, им нравится. Еще несколько помогают в столовой, не полы мыть, конечно, но готовить. Кто-то рукодельничает…

Парни тренируются, пролезают к драконам, осваиваются там. Ну, и к ним приглядываются. Драконы тоже стараются не выбирать с бухты-барахты. Это у наших девочек выбора не было, за столько-то лет никто не появлялся, тут поневоле любую схватишь. А у драконов — мужчин выбор есть. И большой.

Один не подойдет — второго попробуем. Можно и на зуб.

Этот нехорош? А ты к тому присмотрись. Вон их сколько бегает! Дракон — не военкомат, может и подождать пару лет, для него это не сроки.

Вот, тот же эс Хавьер постоянно в Академии — почему? Потому что он и летом тренирует. Да-да, те самые курсы для бедных. Для незнатных. Пусть там всего-то десятка два ребят, но и этим пренебрегать не стоит.

Эсса Магали, кстати, шипит, фырчит, но не уезжает. Хотя хочется. По сведениям Олинды, у эса Хавьера недавно родилась внучка. Эс, кстати, не слишком доволен.

Ему-то надо внука, чтобы продолжить род Гальего, а — облом! Он все равно рад, он все равно доволен, но… сам он никуда ехать не хочет.

Дочь у него драконов боится до истерики, а он Сварта даже на день не готов оставить. Эссе Магали он предлагал съездить, и даже пожить у дочери, но куда там! Стоит ей уехать — и ее муж тут же по бабам пойдет! Обязательно! Из принципа пойдет, чтобы его напрасно не подозревали!

— Эсса Каэтана, вы согласны?

Эммм? А про что меня спрашивали? Ладно, берем заготовку из того мира.

— Раэн Риос, вы очень любезны…

— Эсса, разве я так много прошу? Просто составьте мне компанию.

И куда это меня приглашают?

— Боюсь, мой отец этого не одобрит, раэн Риос.

— Что плохого в том, что мы съездим в город? Все на виду, все при людях. Просто мы заберем книги, и я сразу отдам вам те списки, которые обещал. И вы сможете пройтись по магазинам?

Хм. Так меня не на свидание приглашают?

А все равно… не хочется. Это дома такие вещи не содержат подвоха, и то… есть же идиоты! Я тебя подвез, а теперь ты мне дай во всех позах!

И здесь с этим сложно. Пока туда, пока там, пока обратно… много времени пройдет. Нет, не хочу я никуда ехать, я уже и налеталась, и наездилась, мне бы хоть дней пять в Академии отдохнуть. Или съездить?

Но…

— Раэн Риос, кто еще поедет в город?

Судя по морде раэна — вопрос неприятный. Значит, все же свидание, но зачем? Каэтана же страшненькая, серенькая, а он — красавец. Поманит — любая побежит. Я знаю нескольких девушек, которые очень даже с радостью. И среди местных, и среди эсс…

— Эсса, может быть, кто-то из ваших подруг захочет поехать?

Подруги — это хорошо. Но… у меня была идея получше.

— Раэн Риос, разрешите, я вам дам ответ завтра?

— Да, конечно, Каэтана. Эсса Кордова.

Я кивнула, и отправилась к Виоле. Ну и с эсом Хавьером посоветоваться.

* * *

— Вот… скот!

— Эс Хавьер?

Мужчина зло смял какой-то невезучий лист, бросил его на землю, еще и сапогом притоптал.

— Эсса, тут дело такое…. Я незаконный, ну и раэн Риос тоже.

Я пожала плечами. Как по мне — хоть какой, был бы человек хороший. Но я поняла.

— Вы — признанный.

— Частично.

— Тем не менее. А он?

— А он как раз — нет. Воспитание и образование он получил у Эриоса, а вот дальше — обойдешься. Законные есть.

— Ага…

— Но если Бонифацио женится на эссе… дальше продолжать?

Я фыркнула. Получалось грязновато, но только для этого времени и места. Я и похуже видела, и погаже слышала.

— Чего тут продолжать? Он считает, что я ему подхожу. Что приличнее за него не выдадут, а тут и денег нет, и сама никакая…

— Каэтана!

Я фыркнула в ответ. Возмущался эс Хавьер искренне, это было приятно.

— Эс, ну что вы? Какая обида, я же сама себя такой делаю!

— А другой — можете? — вдруг заинтересовался эс. — И Каэтана… это ведь вы — танцевали тогда для санторинцев?

— Вы поняли?

Эс Хавьер не покраснел — не мальчик. Но глаза на секунду в сторону отвел.

— У меня была возможность оценить вас… без маски. В воде.

— А-а, — вспомнила я. — Вы сравнили формы?

— Да.

— И больше — никто?

— Насколько я знаю — никто.

— Это хорошо. Я, конечно. Уж очень меня этот принц паршивый разозлил.

— Его высочество Баязет? Но почему?

— Он нахамил Марисе Лиез. Мариса расстроилась, он ей жутко нравился…

— Они знакомы?

— Да что вы! Не знакомы, конечно! Просто красавец, санторинец, принц — как тут не влюбиться? Вот она и придумала себе картинку.

— А картинка начала хамить.

— Мариса расстроилась, а как раз было ее выступление. Мне пришлось… немножко поменять программу.

— Немножко. Ха!

Я откровенно ухмыльнулась в ответ.

— Множко. Но он сам напросился.

Эс Хавьер только головой покачал.

— Осторожнее надо, эсса. Обещаете?

— Обещаю, — не стала врать я. — Мариса расстроилась, а мне за подругу стало обидно. Вот и получилось так. А с Риосом у меня есть хорошая идея. Вам в город не надо?

— Мне?

— Вашей супруге? Доедем, потом там, на следующий день обратно. Одной мне неприлично, да и другие девушки — не совсем то, что надо. А в городе побывать хочется.

Эс Хавьер подумал, но не слишком долго.

— Я предложу супруге. Думаю, она согласится, я завтра вам скажу ответ. Хорошо, Каэтана?

— Конечно.

— Давайте я провожу вас до общежития?

— Спасибо.