Глава 11

Позади послышался топот. Штирлиц, мы окружены.

— Давайте разойдемся мирно? — предложила я.

Я правда хочу спокойно добраться до замка. Но на всякий случай сжала фейерверк в ладони. Пригодится.

— Давайте. Вы отдаете нам золото — мы вас отпускаем. Видно, что вы не особо богатые женщины, хоть и с охраной.

— Мы… — начала Элизабет, но я наступила ей на ногу.

— Ай! — пискнула она.

— Мы служанки в доме. Вот купили детям фейерверк

— Мы служанки в доме. Вот купили детям фейерверки маговские. Вы же должны понимать, что детям нравятся такие безделушки, — ответила я. И на всякий случай пихнула принцессу локтем.

Ой, чувствую, проблемы будут с соседним государством, но тут либо пан, либо пропал.

— Дети есть дети. У самого их трое, — он пожал плечами.

Н-да, а их отец вот таким промышляет.

— Раз служанки, значит, золотишко все равно есть. Даете золото, и расходимся, — продолжил бугай.

Я пожала плечами.

— И только без глупостей. Это наша территория, нас больше, — подытожил он.

— Мы отдаем золото и спокойно идем к карете? — переспросила я, чтобы точно быть уверенной в предложенной оферте.

А то кто знает, что им в голову взбредет. Я ж не буду драться кулаками, магии у меня нет.

Достала свое золото и отдала бугаю. Элизабет не хотела, но, поджав губы, отдала все, что у нее было. И стражник отдал, держа меч под подмышкой. Прятать он его не стал.

— Благодарю, дамы. Хорошего вам вечера. Привет детишкам, — вставил бугай и улыбнулся кривыми зубами.

А я ему улыбнулась. Ужас просто, как порой приходится быть вежливой с теми, от которых зависит жизнь.

Мы пошли дальше, хоть и ощущалось, что гопота идет за нами. И вот, когда уже маячил выход из квартала магов, перед нами возникли новые мужчины.

— А вы знаете. Девки вы симпатичные. Тем более у нас давно не было служанок, — послышался знакомый голос бугая.

— Мы вам золото дали, — я сжала фейерверк.

— И что? Нам все равно интересно, — продолжил бугай. — Одна молодая, красивая, вторая тоже ничего так.

— Эй, — возмутилась я намеку на свой возраст. — И вообще, мы договорились.

— Да плевать.

Наш стражник взмахнул мечом, а толпа немного отступила.

— Не самое лучшее решение, мужик. Лучше беги, чтобы не лишиться головы, — сказал бугай.

— Сбежишь — лишишься головы, — ответила я.

Я Верджила знаю. Он смерти лучшей подруги никому не простит.

— Не сбежишь, мы тебе этот меч засунем…

Договорить он не успел, потому что я кинула фейерверк. Собственно, куда он засунет стражниковский меч, не самое интересное.

Яркая дымка вспыхнула возле нас. Я рванула в том направлении, где была карета. Фиолетово-красная дымка закружилась, яркие искорки разлетелись в стороны. Кажется, мне обожгло руки. Врезалась в какой-то щит и отскочила от него как мячик для настольного тенниса от ракетки. Больно стукнулась коленями.

— Не подходите к нам! — крикнула Элизабет.

Она выставила руку вперед, а нас троих окутал тонкий щит.

Один из мужчин коснулся его и тут же отлетел на несколько метров.

А я все-таки поднялась, ощущая острую боль в коленях.

— Эй, а ну отстаньте от них! Я вызвал городскую стражу! — отозвался наш возничий.

Я прикинула — городская стража, возможно, успеет. К карете эти ребята не подойдут — там своя защита.

— Давай сюда с каретой! — крикнула я возничему.

— Но это же квартал магов.

— Если ты нас не спасешь, маги тебе покажутся приятной перспективой! — выдвинула я аргумент.

Тот развернул карету и направил к нам.

Толпа отступала, но держалась настороже. Прям хищники перед рывком.

Только карета поравнялась с нами, щит упал, а мы рванули в нее. Первая я, за мной принцесса, а затем и стражник заскочил внутрь. Всё, мы в карете — девушки в домике.

Карета двинулась и тут же застряла. Рядом что-то взорвалось. Лошади взбрыкнули и заржали. Ну вот зачем им мы?

Послышался сдавленный мужской крик.

Дверца кареты распахнулась, а перед нами появился один из тех противных мужиков и тут же исчез, когда его одернули, а наш стражник даже успел его пнуть ногой.

Дверца вновь закрылась. Послышались крики,

стоны, мольбы о помощи. От гопников. Или наш возничий превратился в супермена, или таки успела городская стража.

Выглянуть наружу никто из нас не решался. Но стражник приоткрыл дверь.

Гопники лежали на земле и постанывали от боли. Над ними стояли две фигуры в темных капюшонах. И это была не городская стража.

Один из них обернулся.

— Ой, мамочки! — взвизгнула Элизабет и забилась в карету.

А я обрадовалась, что это ее стражники. И это сероглазка второй раз за день спас мне жизнь. Только его взгляд не сулит ничего хорошего.

— Добрый вечер, — сказала я и помахала ему рукой.

Так он и не на меня смотрит, а за меня.

— Добрый, — буркнул он.

А я осмотрела его — не поранился.

Из другого переулка показалась городская стража. Их сразу можно узнать по темно-бордовым плащам с гербом Ленсистенции (три дракона, кружащие в воздухе). Так же они носили кирасы. Получить заточку в бок дело нехитрое.

— Так-так, а что тут произошло? — спросил командир.

Командиров городской стражи можно было узнать по специальному значку на плаще.

— На нас напали, — я подошла к нему и потом показала на лежавших на земле гопников. Некоторые из них пытались отползти от нас, но второй стражник Элизабет не позволял им.

— Да, мы получили сигнал, но у вас здесь все хорошо и трупов нет.

— А надо, чтобы были? — у меня глазик дернулся.

— Я вижу здесь только пострадавших, а это к целителям.

— Вы издеваетесь? — я еще ближе к нему подошла.

Командир городской был долговязым мужчиной лет сорока. На его лице виднелись жиденькие усики, и мне он казался неким французом. Ростом он был выше меня на голову. Или даже больше.

— Мы среагировали на вызов, пришли. И мы можем арестовать вот этих двух господ.

— А этих? На нас эти напали и золото забрали! — крикнула я.

Меня возмущало подобное бездействия. Я сейчас ощущала себя Халком, способным разрушить весь город.

— Они нас избили, — отозвался бугай, который сжимал живот. — Арестуйте их.

Стража переводила взгляд с меня на сероглазку и второго стражника.

— Значит, так, наш кучер, — я показала на своего человека, — вызвал вас. Можете проверить по вызовам из кареты. Это раз. Второе — мы даем показания, что эти люди на нас напали. Вот у него должно быть в кармане. Так, моих было тридцать монет, твоих сколько? — я обратилась к Элизабет.

— Двадцать.

— Твоих? — к стражнику.

— Две монеты.

— Пятьдесят две монеты.

На лбу у командира появились морщины.

— То есть если они возместят вам ущерб, вы успокоитесь? — спросил он.

У меня чуть глаз не задергался.

— Нет, я не успокоюсь! Заберите их в тюрьму! С какого перепуга я не могу гулять в городе спокойно? Почему я должна ходить и страдать только из-за того, что кто-то решил отобрать у меня золото, законно заработанное? А те, кто по идее должен меня защищать, строят из себя не пойми кого!

Рядом даже воздух накалился. Я даже обернулась, а вдруг мой просроченный файербол сработал. Но нет. Рядом со мной появился сероглазка. Он не сводил взгляда с командира, и тот заметно нервничал от взгляда стражника.

— Так, гражданка, успокойтесь. Иначе заберу вас.

Стража неуверенно подошла к стражникам Элизабет, которые мирно стояли и ожидали, чем все закончится.

— Командир, как ваше имя и фамилия? — спросила я спокойней. — Поверьте, если вы сегодня не посадите ворье, то ваше имя узнает король. Поверьте, это вполне реально. А вы лишитесь своей должности без права на восстановление. Я не пойду к вашему капитану, я пойду сразу выше.

— Слушайте, поверьте ей, — вставил мой стражник и достал небольшую бумагу с печатью Верджила. Протянул ее командиру.

Тот прочитал записку. По мере прочтения его глаза чуть ли не на лоб начали лезть.

— Забираем этих, — он кивнул на корчившихся гопников.

И, кажется, мне послышалось, мол, те могли бы и на другой район перелезть.

— Командир, — позвала я его. — Ожидайте проверку. Если этих милых людей не будет в вашей тюрьме…

Можно и не заканчивать, что будет. Но я своего добьюсь, и этих посадят.

— Слушаюсь, госпожа.

Стражники начали собирать гопоту, а я вернулась в карету. Элизабет вжалась в кресло и стала бледной, как полотно.

— Все хорошо, все закончилось, — буркнула я и села напротив нее.

— Не совсем, — прошептала она.

Потому что в карету тут же влезли сероглазка и второй охранник. Я открыла шторку и смотрела, как городская стража собирает гопников и уводит куда-то. Похоже, я закрыла сегодня банду.

— Почему вы допустили подобное? — спросил второй охранник принцессы. — Почему вы допустили, чтобы принцесса Эверенджели оказалась в городе?

Я медленно перевела взгляд. В крови все еще бушевал адреналин, а настрой был весьма боевой.

— А как вы допустили, что она вообще из замка выбралась? И вообще, это мне надо было в квартал магов, и я за себя несу ответственность, — ответила я.

Как бы успокоиться, а то уже обвиняют не пойми в чем!

— Принцесса — маг, она смогла сделать иллюзию, — ответил стражник, буравя меня взглядом. — Вы должны были развернуться сразу же в замок, а не блуждать по переулку, как только встретили ее.

— Повторяю, я не несу ответственность за взрослого человека, решившего выбраться в город. Единственное, что я могла сделать — я сделала. Не ожидайте от простого человека чего-то сверхъестественного.

У него аж желваки на скулах задвигались. Он злился, видно было.

— Думаю, нам всем стоит остыть, — отозвался сероглазка, севший рядом со мной. — Братья принцессы будут поставлены в известность об инциденте. И дальнейшее уже будут решать они. Возвращать ли ее домой.

Элизабет уставилась на него.

— А может, не надо? — прошептала она с мольбой. — Я не хочу домой.

— В город вы захотели, прекрасно понимая опасность, — холодно продолжил сероглазка.

— Я думала, что все будет хорошо, — отозвалась она. — И вообще, мне папа разрешил на отбор поехать.

Я пересмотрела свои покупки — все на месте.

— Мы можем двигаться? — спросил кучер.

— Да, — ответил сероглазка.

— Эй, — недоуменно посмотрела на него.

— Город на сегодня окончен, — ответил он.

— Не решай за меня, — сказала я.

— А вам мало на сегодня? — спросил он.

Нет, конечно. Я бы еще походила бы по городу в поисках приключений на одно место, но я промолчала, потому что мне слишком много сероглазки на сегодня. Второй раз за день он меня спас. И сейчас я ощущаю некую властную ауру, исходящую от него. Просто я всегда одна, вот и решаю за себя всегда. И что плохого, чтобы за меня решил мужчина, пусть даже и стражник. Не профессия красит человека же.

— Отправляемся, — мужчина приоткрыл дверцу со своей стороны и сказал кучеру.

Тишина повисла в карете, но оно и к лучшему. Обратись ко мне хоть кто-нибудь сейчас, я готова вспыхнуть как спичка.

Почему все так работает, почему надо показать какую-то бумагу, чтобы люди начали работать? Ведь городская стража должна была выполнять свою работу — посадить ублюдков в тюрьму. За кражу, за попытку изнасилования. Или это из серии: убьют — обращайтесь. А если б на нашем месте была какая-нибудь многодетная мать, возвращающаяся домой. Да даже обычный работяга. Страшно такое, очень страшно. Но я надеюсь, что хотя бы в ближайшее время кто-то спокойно дойдет домой, не трясясь за свои карманы, что где-то дети дождутся своих родителей с вкусняшками, а не с пустыми руками. Хотя бы сегодня будет спокойно.

Посмотрела на свои дрожащие руки, а затем вцепилась в сиденье. А потому что страшно, вот именно в эту минуту я осознала, насколько вообще страшной может быть жизнь.

Поверх тыльной стороны руки лег край плаща. Я уж было хотела его откинуть, но ощутила покалывание. Мою руку накрыла мужская рука и немного сжала.