Глава 20

Августа

Главный вывод, который я сделала из разговора с лордом эр Форсом — всё, с поцелуями покончено!

Не то чтоб я собиралась целоваться с ним регулярно, но после вчерашнего губы так горели, что я не исключала подобный вариант.

Впрочем, вру! Я хотела поцеловаться с Эрвином снова! Почти мечтала об этом! Но теперь твёрдо решила не ввязываться.

В конце концов он директор, а я кадетка, а поцелуи — вопиющее нарушение субординации. А субординация в армии ну очень важна!

Из аудитории я вылетела пробкой и под гром колокола, сообщавшего о начале следующего занятия, понеслась в сторону тренировочного зала. Магистр Хипп — а сейчас было именно его время — моё опоздание, конечно, не оценил.

И быть мне белой вороной, подвергнутой осуждению, но Дорина, Валетта, Пенелопа и остальные по-прежнему размышляли о бале, пребывая где-то не здесь, поэтому выделялась я не слишком сильно.

Пока я стремительно переодевалась в выделенной для девочек крошечной комнате, примыкающей к залу, мои подруги перешёптывались, решая как всё-таки быть. Где доставать платья, туфли, что делать с причёсками и всем остальным.

К моменту, когда мы собрались все вместе, магистр был немного зол.

— Так, девушки, — сказал он строго. — Разбились на пары и вышли на мат.

Мы подчинились.

Выбор пар был инстинктивным — разделились по принципу проживания, по комнатам. Дорине досталась Валетта, мне Пенелопа, а Флавия очутилась напротив Миоль.

— Отрабатываем базовый бросок! — велел Хипп.

И мы начали, но буквально через минуту кто-то пронзительно завизжал. Аж уши заложило!

— Что? — рявкнул Хипп, уставившись на последнюю пару.

Миоль сильно кривилась и болезненно потирала руку:

— Аккуратнее! У меня же синяк останется!

Угу. А синяки перед балом, даже при наличии аптечки с алхимией, точно не нужны.

Препод закатил глаза, сокурсники выразительно застонали, а кто-то произнёс тихо:

— Ну точно курочки.

— Лорд Эрвин вывозит своих курочек на бал, — добавил староста нашего курса. Сказал и сам же хохотнул.

Мы, конечно, вскинулись. Уставились уничижительно, но этим всё «правосудие» и ограничилось. Хипп даже не подумал осадить наглецов.

Занятие прошло так себе. За Боевыми искусствами шла Медитация, где половина парней банально отсыпалась. Девочки же сидели и продолжали думать не про учёбу. Я злилась. Раздосадовано кусала губы, но лишь за обедом получила возможность высказаться:

— Может хватит? — прошептала, наклоняясь над столешницей.

— А? — откликнулась Пенелопа.

— Что не так? — Валетта дёрнула плечом.

Не так было всё — от их странного поведения в адрес меня и до неуместных вздохов о предстоящем событии. Подумав, я начала всё же с первого:

— У нас какие-то проблемы? Вчера вечером вы странно на меня смотрели, сегодня продолжаете. Я стала изгоем? Что прои…

Договорить я не смогла.

Просто Дорина, сидевшая рядом, качнулась в мою сторону и порывисто обняла. Учитывая телосложение леди, получилось мощно!

— Августа, мы сами ещё не поняли! — выпалила девушка с чувством. — Это… в голове не укладывается.

— Что не укладывается?

— Всё не укладывается, — продолжила Дорина. — Мы не воротим носы, мы растерялись.

Они растерялись, а я сейчас с ума сойду.

— Что происходит? — повторила я напряжённо.

Девчонки уставились как-то совсем странно, лишь Миоль продолжала кривить губы и задирать подбородок. Правда делала это как-то не так, с меньшим рвением чем всегда.

— Августа, знаешь куда мы вчера ходили? — подала голос Валетта. — К горячим источникам.

— И знаешь, что мы поняли? — подхватила Пенелопа. — Во время второго собеседования ты никак не могла туда попасть!

Фраза перешла в эмоциональный визг, и я окончательно растерялась.

О чём они говорят? Какие источники? При чём тут…

Но девочек было не остановить.

— День вчера был хорошим, — принялась за полноценный рассказ Дорина. — Мы вышли из замка, и тут Валетта предложила — что если прогуляться к источникам? Только источники ведь на противоположной стороне, где казарма для новобранцев, а там пропасть. Пройти можно и пешком, но это в обход и далеко, поэтому мы обратились к господину Форгину. Он как раз проходил мимо и у него есть разрешение на телепортацию на территории школы.

Про то, что телепортация на территории ограничена я знала.

А про наличие разрешения у Форгина уточнила:

— Кто сказал?

Тут Пенелопа порозовела, а я услышала любопытную подробность:

— С нами было трое парней с четвёртого и один пятикурсник.

— Ясно, — я кивнула. — И что дальше?

— Ну, Форгин выстроил портал, мы переместились, а потом пошли искать источники. Правда парни упорно твердили, что ничего такого в том районе нет, что источники в другой стороне.

— Но Валетта настаивала, — буркнула Миоль. — Лично я вообще не хотела никуда идти. Как чувствовала.

— В итоге мы нашли источники именно там, где говорили парни, — продолжила Дорина. — Прямо здесь, неподалёку от замка, только добираться до них пришлось почти целый день.

— Это было очень трудно, Августа, — простонала Пенелопа. — Мы чуть не померли.

— Ты бы не смогла сюда дойти, — повторила вывод Валетта. — Разве что тебя телепортировали, но кто бы это сделал?

— Мы подумали про Янтарного духа, — присоединилась к разговору Флавия. — Он наверное мог перенести от казармы к замку, но версия всё равно бредовая. Кто бы стал купаться в источниках, оказавшись неизвестно где? Я б, например, не купалась, а паниковала.

Новая пауза, и Пенелопа выдохнула:

— Августа, получается лорд Эрвин тогда солгал?

А Флавия добавила:

— Что с тобой произошло?

Отлично. Чудесный вывод и хороший вопрос, но сказать я по-прежнему не могла. Это слишком странная тайна.

Поэтому я мотнула головой, а девчонки… они словно оттаяли. Дорина снова полезла обниматься, Пенелопа протянула руку через стол и крепко сжала мою ладонь, а Миоль…

— Ну ладно, предположим, что ты не жульничала, — заявила Бледная.

Хотела добавить что-то ещё, но Валетта шикнула на неё так, что половина столовой обернулась.

Я же сидела и пыталась переварить сказанное. Девочки поняли? Убедились в моей невиновности? И всё благодаря Валетте?

Мой взгляд скользнул к сокурснице, и подумалось вдруг — а Валетта сама сообразила поискать источники? Или её кто-то научил?

Почувствовав моё внимание, девушка повернула голову, уголки её губ дрогнули, а в глазах мелькнуло лукавство. У меня аж кулаки на нервной почве сжались! Неужели Валетту надоумили? Но правда о той истории известна немногим. Только мне, Эрвину, Янтарному духу и…

Тут я запнулась, осознав ещё одну невероятную вещь.

Не знаю как Форгин, но уж милорд Рагар точно знаком с окружающей местностью, следовательно и про расположение источников ему известно. Принц не мог не сопоставить расстояние от тропинки до места моего якобы отдыха. Следовательно… Рагар знал? С самого начала знал, что бесстыжий родственник врёт?

А Эрвин? Не мог не понимать, что его ложь шита белыми нитками, но всё равно нёс её как победное знамя?

Вывод отсюда лишь один — Эрвин мог плести что угодно, потому что тот забег по скалам ничего не значил, собеседование было пшиком. Нас вообще не собирались зачислять в Высшую Военную школу, но в итоге почему-то передумали.

Важно ли это сейчас? Наверное нет.

Зато Валетта важна. Кто мог подать девушке идею поискать источники? Форгин? Ведь именно он выстроил для кадетов портал, помогая «перепрыгнуть» через пропасть, и это косвенная улика.

Но если толстяк оказался рядом случайно, тогда логика указывает на Эрвина. Дракона, который почти признался мне в любви. Мужчину, который сожалел, что его ложь бросила на меня тень…

Вдох, и я тряхнула головой, прогоняя эти мысли, но вернуться в спокойное состояние не получилось.

— Давайте пообедаем? — предложила я, мечтая оказаться подальше. Можно даже в злосчастных источниках, если они способны унять мой пульс.

Девочки закивали, а я решила, что про остальное скажу потом.

— Августа, мы… — подала голос Дорина.

— Прости нас, — пискнула Флавия.

Я кивнула. Увы, я не ожидала, и просто не знала, что сказать.

Наш вечер состоял из двух важных событий!

Во-первых, принесли внеочередную почту из дома, из которой мы узнали, что никакой катастрофы нет. То ли это королева постаралась, то ли сам Эрвин проявил человечность, но родные были в курсе приглашения и во всю готовили для нас платья.

Причём они узнали о предстоящем событии не сегодня, а несколько дней назад!

Эти новости заставили всех выдохнуть, и даже я стекла расслабленной лужицей. Лишь теперь осознала, что тоже нервничала. В конце концов я леди, и светская жизнь для меня не пустой звук.

Во-вторых, я озвучила девочкам претензии. Указала на их поведение на лекции, и все пятеро сильно удивились.

— Директор разве не про устав рассказывал? — пропищала Флавия жалобно.

Они вообще не слушали о чём он говорил!

Сейчас, когда уровень паники по поводу бала снизился, девчонки отнеслись более адекватно. И пусть испорченного впечатления о леди уже не отменишь, но хоть что-то мы исправить могли.

— У меня есть конспект, — я махнула тетрадью. — На память тоже пока не жалуюсь, поэтому предлагаю сделать так: я пересказываю лекцию собственными словами, а вы слушаете.

Все закивали — даже Миоль соблаговолила одобрительно мотнуть головой.

Потом был ароматный чай, вазочка печенья и припрятанные кем-то конфеты. Я рассказывала, сверяясь с тетрадью, а сокурсницы слушали. Записывала только Валетта, остальные собирались переписать уже готовый конспект.

За окном стремительно темнело, я поглядывала на укрывающую мир темноту и, как ни парадоксально, чувствовала себя счастливой. Когда же вдалеке привиделась тень пикирующего с неба дракона, мои губы дрогнули в улыбке.

— Августа? — тут же заинтересовалась Валетта. — Чему улыбаешься?

— Ничему.

Ну а перед самым отбоем, когда мы с Пенелопой поочерёдно приняли душ и забрались в постели, посреди спальни появилось золотистое облако.

Моя соседка уставилась с ужасом, а я мысленно застонала — опять? Что на этот раз?

Янтарный дух выступил из облака горделиво. Окинул пространство внимательным взглядом, сел, принимая красивую позу, и сказал:

— Не понял. Почему лежим?

Пенелопа чуть в обморок от благоговения не упала.

Я честно попыталась изобразить нечто аналогичное, ведь вместе благоговеть веселей, но не вышло. Опыт общения с Янтарчиком был слишком велик — я просто не могла воспринимать мелкую ящерицу как некое божество.

— За вами должок, забыли? — провозгласил дух.

Я украдкой указала пальцем на Пенелопу, напоминая, что должны не мы, а она. Лично!

Но Янтарчик как бы не заметил.

— У меня не так много свободного времени, — ворчливо заявил дух, — но сегодня я готов позировать для эскиза. Ведь без эскиза портрета не получится, верно?

Дракончик был безусловно прав, но…

Я хотела сказать про трудный день, про предстоящий ранний подъём — у нас утром забег вокруг полигона и полоса препятствий под присмотром лорда Тринга. А ещё бал, который не начавшись уже вымотал все нервы. В общем, причин для отказа множество.

Только объяснить я не успела — благоговеющая Пенелопа выпалила:

— Конечно-конечно!

И, соскочив на пол, поспешила вытащить из-под кровати чемодан.

Оказалось, соседка прихватила из дома бумагу и грифель, и через пару минут она уже сидела, делая набросок. Янтарчик же старательно изображал статуэтку, и пусть связываться с вредным Хранителем я не собиралась — не больше, чем уже связана! — но… в итоге тоже достала блокнот.

Всех леди учат искусству рисования, музицирования, танцев и вышивки. Я эти «науки» не слишком любила, всегда считала их какими-то бестолковыми, но сейчас взялась за блокнот с удовольствием.

Грифелю предпочла обычный карандаш и присоединилась к соседке в её явно неблагодарном занятии. Янтарчик посмотрел торжествующе — словно только того и ждал.

Эрвин

Ничего. Мы с Рагаром посетили все три пункта, пообщались с ответственными лицами из Службы Внутренней безопасности, отправленными на места, и…

— Монахи не просто так слывут неуловимыми, — недобро процедил Рагар.

Я коротко кивнул.

Отсутствие следов бесило. Умом я понимал, что справиться с задачей будет непросто, но в груди всё равно поднималась ярость.

— Ты предупредил леди Августу о том, что бал станет ловушкой для фанатиков? — спросил кузен, едва мы покинули последнюю точку, перемещаясь в его закрытый от любых прослушек кабинет.

— Нет, конечно.

— Правильно, — в голосе Рагара прозвучало одобрение.

— Но нужно быть осторожнее, не светить агентов, иначе леди точно догадается. — Тут я поморщился: — Августа порой слишком сообразительная.

— И моя, — грустно поддержал младший принц.

Мы помолчали. Рагар налил себе воды, а я уточнил:

— Для операции всё готово?

— Всё. Главное, чтобы фанатики поняли, где искать девушек.

Тут вспомнились многочисленные газетные заметки — в последние дни вся пресса только про бал и писала. Попутно вворачивая имена и леди Алисы, и кадетки эс Тирд.

Мы подогревали интерес к событию и надеялись, что до монахов тоже дойдёт. Вся дворцовая стража уже была начеку, проверяя каждый угол и абсолютно всю прислугу. Фанатиков из Мэр-Миза во дворце не обнаружили, зато раскрыли несколько мелких краж и один канал утечки информации.

Неприятный канал! Личная горничная младшей дочери принца Вирриона передавала сведения о семье неизвестно кому.

— Так, — Рагар шумно втянул воздух. — Давай посмотрим ещё раз!

Он достал подробную карту дворца, на которой были отмечены посты, а так же точки намеренной уязвимости. Узкие места, через которые фанатики могут легко проникнуть на бал, а вот выйти… Нет, выйти они в любом случае не должны.

— И кстати, — Рагар оторвался от схемы, — что насчёт платья леди Августы? Оно должно быть ярким, чтобы все агенты хорошо её видели.

— Фанатики, если явятся, тоже будут видеть слишком хорошо, — буркнул я, не возражая, а просто давая волю пессимизму. Вариант использовать Августу в качестве наживки мне по-прежнему не нравился. — Но не волнуйся, платье будет.

Принц внезапно поморщился каким-то своим мыслям, и…

— Эрв, только мой тебе совет — не выбирай сам. Обратись к кому-нибудь кто разбирается во всех этих женских штучках.

— В каких штучках? — не понял я.

— В платьях, разумеется, — снова поморщился Рагар.

Потом выдал совсем уж непонятное:

— Ты не поверишь, но все эти платья… они разные. Я всегда думал, что там вообще без разницы, главное, чтобы блестящее и с золотом, а оказалось всё вообще не так.

Я невольно вообразил Августу наряженной в блестящее и полностью прозрачное. Образ получился настолько притягательным, что я с трудом сдержал стон.

Даже чешуя по телу проступила! Она была настолько отчётливой, что принц окликнул:

— Эй, брат, спокойнее.

Несколько глубоких вдохов, и я взял себя в руки.

— Всё, работаем, — скомандовал Рагар. Мы погрузились в очередное изучение плана, в обсуждение деталей и обходных путей.