Глава 27

Остаток дня я провела в спальне, за семью замками. Не показывалась, хотя попытки вытащить были — в наши апартаменты началось целое паломничество парней.

Всем было настолько любопытно, что даже довлеющий над всеми образ лорда Эрвина не пугал. Но директор не появился, девчонкам пришлось отбиваться от будущей воинской элиты самостоятельно.

Ну а я пребывала в странном состоянии задумчивости. Лёжа в кровати, прислушивалась к ощущениям в теле и пыталась осознать, что со мною всё-таки произошло.

Ненадолго заглянул Янтарчик — поинтересовался как прошёл бал, спросил про леди Алису и испарился.

Ближе к ужину я всё-таки заставила себя подняться и вместе с девчонками отправилась в столовую. Тут вышло забавно — сокурсницы встали вокруг меня стеной.

Закрыли от общего любопытства собственными телами, но, учитывая, что все парни минимум вдвое массивнее, выглядели телохранительницы не слишком впечатляюще.

Едва сели за стол, я увидела группу третьекурсников, которые, широко улыбаясь, направились в нашу сторону. Но путь им практически сразу преградил парень, которого я помнила по тайной вылазке к Оку. Тот, которого потом унесли в лазарет.

Дракон. Такой же новорожденный как и я. Он был расслабленным, плавным, но от этого не менее опасным, чем все воплощённые.

— Спокойнее, — произнёс он, обращаясь к жаждущим общения третьекурсникам, а я, конечно, услышала. — К леди не подходим. Ей сейчас не до вас.

Лидер компании хотел взбрыкнуть, но тут рядом с воплощённым встали ещё двое. Один точно человек, а во втором я явственно учуяла сородича. И задумалась — а сколько нас вообще? Тех, кто уже прошёл через Око и получил ипостась?

Нам говорили, что подготовка к слиянию процесс долгий. Что драконов обретают практически перед самым выпуском из школы, и причин сомневаться не было. Но, если включить логику — обрести дракона это не то же самое, что получить диплом.

Естественно, что обретение сущности происходит не одновременно, и у кого-то раньше!

Я начала оглядываться, подмечать и с удивлением насчитала минимум пятнадцать воплощённых среди кадетов. Причём были не только пятикурсники, но и несколько парней с четвёртого. Они держались тише и скромнее всех.

— Августа, что такое? — тихо позвала Пенелопа, но я отрицательно качнула головой и не сказала.

Промолчала в том числе потому, что заметила ещё одну странную вещь.

Все воплощённые были собраны. Не напряжены, но будто готовы к нападению. По залу распределились так, словно у каждого свой сектор для наблюдения. И это навело на мысль — может Эрвин приготовил для нас некий особо извращённый диверсионно-учебный бой?

Кроме воплощённых были и другие. Приглядевшись внимательней, я поняла, что практически половина старшекурсников держится до странного спокойно.

Но самой большой невероятностью стал Йерс! Рыжий сидел за соседним столиком и изучал моих подруг с таким видом, словно девчонки потенциальные враги.

Главный и единственный вопрос — что, линялый хвост, происходит?

Я даже рот открыла, чтобы озвучить его, но не успела — в столовую вошёл Эрвин.

Сердце совершило неуместный кульбит, инстинкты всколыхнулись, но я не дрогнула. Даже после того, как эр Форс приблизился и, мотнув головой, заявил:

— Кадетка эс Тирд, на выход. Нужно поговорить.

У-у-у…

— А может не… — начала я в нарушение всех уставов.

И тут же услышала злобное:

— Разговорчики!

Пришлось встать.

— Вперёд, леди, — Эрв немного смягчился. Но это по-прежнему был приказ.

Хотелось есть. А ещё — бежать без оглядки. Вместо этого я сделала глубокий вдох и прицыкнула на драконью часть себя. И вот гадость… Мы являлись одним целым, но внутренняя драконица словно бы взбрыкнула. Возникло чёткое ощущение, что моё мнение, мои требования — это так. Шелуха.

Я остолбенела на секунду. Разве подобное бывает?

— Леди Августа, пожалуйста, — сказал Эрвин так, что лучше бы зарычал.

Выйдя из-за стола, я успела сделать несколько шагов прежде, чем директор выстроил арку.

Ныряя в портал, думала о башне, или о чём-то более далёком, но магия перенесла на, пожалуй, самое меньшее из всех минимальных расстояний. Мы очутились в учебной части. Перед дверью в «официальный» кабинет директора, дверь которого Эрвин галантно распахнул:

— Прошу.

Эрвин

Сказать, что решение далось тяжело — просто поколыхать воздух. Это был один из самых сложных шагов в моей жизни, но…

Я впустил Августу в кабинет, кивнул ждавшим там Форгину с Хиппом, а парой минут позже, когда кадетка эс Тирд уселась в приготовленное для неё кресло, озвучил все, что мне было известно по ситуации с фанатиками.

Про нашу попытку заманить убийц из Мэр-Миза в ловушку на балу и про новый, нынешний, план действий тоже сказал.

Августа, нужно отдать ей должное, падать в обморок даже не пыталась. Сидела очень ровно, слушала внимательно, лишь несколько раз её глаза округлились так, что захотелось предложить успокоительной настойки и воды.

Коллеги дружно кивали, подтверждая мои слова, хотя их подтверждение и не требовалось. Оба были предельно хмурыми, особенно Хипп.

Когда я договорил, в кабинете повисла гулкая тишина. Тут я всё же не удержался — принёс стакан с графином. Августа приняла воду с благодарностью, а когда первый шок прошёл, спросила:

— То есть там, на балу, мы с леди Алисой были наживками?

Хм…

— Скорее приманками, — мягко поправил я.

Уголки девичьих губ пусть на миг, но дрогнули в нехорошей ухмылке.

— А леди Алиса об этом знала?

Какой, однако, неудобный вопрос.

Я сделал непроницаемое лицо, промолчал, и Августа перешла к более актуальной части:

— Получается, сейчас вы проводите вторую операцию по поимке фанатиков? Прямо тут, в школе? Вы привлекли всех воплощённых драконов и всех самых толковых старшекурсников?

Я кивнул.

Да, привлёк. Чувствовал себя перестраховщиком, но у нынешней проблемы имелась одна пренеприятная особенность — фанатики из Мэр-Миза всегда оставались неуловимыми, то есть мы понятия не имели как они вообще действуют. Как именно убивают!

А в борьбе с противником, чьи методы неизвестны, перестраховаться всё же не лишнее. Вдруг совместными усилиями наконец изменим статистику их побед?

— Старшекурсники, — повторила Августа полувопросительно.

— Всё верно, леди. — Ответил спокойно, а она…

— Но вы привлекли ещё и Йерса, а он только на втором. Почему? Зачем?

Я закатил глаза. Только упоминаний рыжего сейчас не хватало!

Хотел ответить, что вышло случайно. Мол, Йерс проходил мимо, перепутал двери аудитории и именно так оказался в компании тех, кто защищает сейчас мою любовь. Но правда заключалась в том, что я принял сегодня не одно сложное решение, а два. Я пригласил Йерса осознанно — отлично понимая, что у парня есть хватка и что он один из тех, кому точно можно доверять.

Рыжий — один из лучших. Возможно его ждёт большое будущее. Даже невзирая на то, что при одном упоминании этого кадета лично я страшно чешусь.

В итоге я объяснил так:

— Интуитивное решение. Не обращай внимания.

Пауза и продолжение:

— Кстати, а как ты заметила?

Если рыжий чем-то выдал себя, то может засветить операцию и при фанатиках — за такое я убью.

Августа посмотрела недобро.

— Он заподозрил моих подруг. Будто девочки могут быть изменщицами.

Хм, а мысль интересная. Мы не знаем как фанатики убивают, вдруг они мастера иллюзий? Прикинуться кем-то знакомым с жертвой, подойти на близкое расстояние, и…

Но похвалить рыжего вслух я, конечно, не мог.

А ещё Августа… В её слегка прищуренных глазах отражалось сейчас нечто странное. То ли испуг, то ли раздражение, то ли всё вместе.

— Что? — спросил я, понизив голос.

— Когда мы были во дворце, и вы ворвались в гостиную из-за крика Дорины, я видела в коридоре мужчину в странной одежде. Он походил на монаха — такого, каким их изображали в старину.

Я резко подобрался, коллеги тоже.

Повисла новая пауза, и я мысленно обозвал себя дураком.

Но тут же похвалил — может я и ошибся, не предупредив леди во дворце, зато сейчас точно поступал правильно.

— Ты видела монаха? — переспросил Форгин. — А мы?

— Я никаких монахов там не помню, — произнёс Хипп. — Точно никого не было.

Коллеги недоумевали, зато я уже догадался. Понял и застонал!

Способность Августы видеть то, что недоступно взглядам других. Как когда-то с дохлым кшэрром.

Но не говорите мне, что фанатики — восставшие, напитавшиеся магией подпространства духи. Такое точно невозможно. Нет и ещё раз нет.

Кадетка молчала, глядя на меня, вероятно тоже решала этот ребус. Только откуда нам знать? Зато мне известен тот, кто осведомлён лучше…

— Можешь призвать Янтарного духа? — обратился я к Августе, попутно выхватывая лист и начиная составлять письмо для Рагара. Если цель фанатиков леди Алиса, то проблемы ещё серьёзнее. Это катастрофа!

Форгин и Хипп, услыхав мой вопрос, аж шеи вытянули, а Августа…

— Янтарчик? — произнесла тихо.

Это был зов.

Дух не ответил, и леди повторила громче:

— Янтарчик, можешь появиться? Ты нам нужен.

Мастер Хипп всё-таки хмыкнул. Старый мудрый дракон не привык к подобной фамильярности в отношении могущественных духов. Он был очень удивлён.

Но фурора не случилось, миниатюрный дракон не проявился. Хранитель проигнорировал зов Августы так же, как за час до этого проигнорировал мой.

— Не слышит или занят? — спросил я, обращаясь к леди.

Та пожала плечами.

— Вообще он появляется только тогда, когда ему самому нужно, — кадетка нахмурилась.

— Что ж. В таком случае придётся думать самим, — резюмировал я.

Но мы могли лишь выдвигать теории, и их на данный момент было две.

Первая бредовая — про то, что монахи сродни фантомам и духам. Вторая не многим лучше — предположим, что у обитателей Мэр-Миза есть совершенно особенное магическое умение. Невидимость такого высокого уровня, что ни магическим, ни драконьим чутьём не засечь.

Возможно предыдущие жертвы их попросту не видели. А подойти к жертве будучи невидимым даже проще, чем притвориться кем-то из близких.

— Монах заметил, что ты его видишь? — уточнил я.

Тот факт, что убийца посещал дворец, вызвал двойственные чувства. С одной стороны я злился на себя за то, что упустили, а с другой… это подтверждало, что мы правильно определили мишень.

Ведь за кем кроме леди он мог туда явиться?

И ещё одно — Августа видела монаха возле гостиной, а леди Алисы в той гостиной не было. Значит ли это, что пришли всё-таки за Августой?

Где был второй фанатик?

Могли ли прийти сразу за двумя?

— Думаю нет, — ответила новорожденная драконица. — Он уходил не оглядываясь.

Я кивнул, добавляя эту информацию в письмо к кузену. Затем сунул бумагу в конверт и обратился к Форгину:

— Сходишь к Рагару? С письмом и устным донесением?

Преподаватель по Политической подготовке, разумеется, не возражал.

У Форгина был допуск на перемещения, но портал для него я выстроил лично. Едва толстяк перешёл в Военное ведомство, я повернулся к Хиппу:

— Что будем делать?

Мне действительно хотелось совета от мудрого и старого. Хипп повидал больше, чем мы все вместе взятые и, что важно, до сих пор сохранял ясность ума.

— Ждать, — помедлив, ответил тот. — У нас нет достоверных сведений, только предположения, а значит нужно ждать, прислушиваясь к любой мелочи, и надеяться, что фанатики проявят себя до того, как станет поздно. Что мы успеем среагировать.

Отлично. Я аж скривился от такого «оптимизма».

— А может мне взять леди эс Тирд и унести в родовой замок? Спрятать её… ну, допустим, в сокровищницу. В мою сокровищницу уж точно не пролезет ни один монах.

Предложение было, конечно, нервным. Не всерьёз! Хипп это понял и промолчал, а Августа встрепенулась и уставилась возмущённо.

Как говорит мой папа-адмирал — бунт на корабле. Мне предстоит «весёлая» семейная жизнь, если леди Августа срочно не изменится. Не отвернётся от всей этой равноправной чепухи в сторону традиционных патриархальных ценностей.

Я посмотрел на избранницу уныло. Едва не застонал. Но вслух произнёс:

— Ладно. Ждём.

Леди гордо вздёрнула подбородок, всколыхнув томительное желание поцеловать её губы. Такие тёплые, такие манящие, такие…

— Лорд Эрвин, а можно вопрос? — спросила моя любовь неожиданно хмуро.

— Что? — в тон буркнул я.

Она вздохнула и озвучила:

— Вы правда исключили Миоль?

Я скривился.

— Это следовало сделать давно. Но… — Я замолчал, а потом всё-таки признался: — Мне не хотелось облегчать вам жизнь. Неприятный характер леди Миоль оказался так кстати. А если объективно, для военной службы такие как она не годятся. Таким не то что спину — телегу с… хм… отходами доверить нельзя.

Августа не удивилась, и это было самым, пожалуй, неприятным. Где истерики? Где такой понятный, чисто женский подход?

Она в очередной раз заставляла признать себя если не равной, то почти. Пока это больше огорчало, чем радовало, но я пытался смириться.

— Понятно, — после долгой паузы вздохнула леди.

И новый, более приземлённый вопрос:

— Мы закончили? Теперь я могу пойти поужинать?

— Можешь. — Я даже кивнул в подтверждение.

Подумал и добавил безапелляционно:

— Я провожу.