Глава 14

Тот урок с подругой я не забыла бы, даже если захотела бы. После моего рассказа о том, как зажили ранки, Эт, со взглядом маньяка, потянулась к небольшому кинжалу, который здесь выполнял функцию скальпеля. И первые полчаса у нас прошли очень «увлекательно» – мы наносили мне мелкие порезы, а потом по очереди их залечивали. К счастью, Этери не была настолько садисткой, насколько могло показаться, и боли от порезов я не чувствовала. Но со стороны это, наверное, выглядело очень странно. Пару раз к нам забегали ребята-лекари, и те, что были со старших курсов, просто задумчиво чесали подбородки, мол, «преподаватели с ума сходят, но это не наши проблемы». А вот младшие с паникой в глазах бежали прочь. – Видимо, мне предстоит придумать объяснение для них, почему я «пытала» мистрес Моранди, – только и хихикнула она, пустившись в длинные объяснения вариантов сращивания кожи, мышц, костей и сухожилий.

В итоге первая рабоче-учебная неделя пролетела, словно за минуту. К нам чаще начали подсаживаться за стол в столовой другие преподаватели. Хотя чаще всего это были Нагут и Крат, которых я все еще величала магистрами и по фамилии, периодически сбиваясь на ты. Все же, может, я и выглядела как двадцатилетняя, но они казались мне ровесниками. Ощущение собственного возраста меня подводило в этом плане, так как Этери, Гаир и «прибившийся» к нашей компании Шкип, я тоже причисляла к этой категории, а ведь на Земле они мне годились в дети. Последними для меня были адепты, какими бы себя взрослыми не считали.

Уроки проходили бодро, но больше меня никто не разыгрывал, что, несомненно, радовало. Более того, дети заинтересовались предметом. Я как могла, рекламировала пользу от личных умений. Мол, зачем бегать в поисках швеи, переживать есть ли у нее свободное время или нет, да еще и тратить деньги, которым можно найти лучшее применение. Особенно, если все это происходит накануне какого-нибудь важного светского мероприятия. А тут два слова, взмах и сира готова к выходу, ведь платье подогнано, прическа не распадается и ужин не успел остыть, пока она наводила красоту.

Первокурсниц же я в итоге купила тем, что если на важном мероприятии соперница решит облить их прекрасный наряд, заклинания для вывода пятен спасут положение. Поэтому все притихли и начали учиться.

Впрочем, может они перекинулись на борьбу друг с другом, а не с совершенно безвредной мной?

Единственное, что омрачало мои дни в прошедшем времени, так это Дизраэли. Из-за него мне я не смогла подыскать время для тренировки, ведь когда бы я не пришла на полигон, там всегда был дракон. У меня сложилось впечатление, что полигон занят всегда, когда я свободна. Или Дизраэли на нем просто поселился. Пришлось начать бегать вокруг домиков и заниматься в гостиной. А еще научиться не обращать внимания на соглядатаев. Среди которых, к счастью, дракона пока не наблюдалось. Только Гаир, который выползал к концу моей тренировки и напоминал, что пора на завтрак, и Этери с Шкипом, иногда его заменяющие. В магии же упражняться приходилось или в том маленьком зале, где мы тренировались с Гаиром, или в своем кабинете.

На выходных мы вчетвером съездили в город и запаслись продуктами. Шкип был не в курсе отношений Брианны с отцом, поэтому очень удивился, что такая юная девушка не навещает родных, но друзья на него сразу нашипели и этот вопрос более не поднимался.

Даже местный понедельник не наступил на меня, а просто пришел и прошел. И никаких совещаний. Что очень порадовало. Правда Этери сказала, что к концу месяца ректор, скорее всего, всех соберет, но вопросы будут по учебному процессу, как кого устраивает расписание, влились ли дети в учебу после каникул и поступления, нужны ли кабинеты под дополнительные занятия. В общем, те вопросы, которые и в частном порядке вполне решаемы, потому такое «совещание» много времени не займет. Ни о каких «указах сверху» о проведении, внедрении и прочей ереси, которую у нас подсовывают изображающие бурную деятельность чиновники, тут просто нет. А есть предметы и адепты, обязанные усвоить эти предметы к выпуску. Или не освоить, вылететь из академии без диплома и быть ограниченными в использовании дара.

Уже после обеда мне позвонил магистр Аштау и предупредил, что сегодня вечером уедет из академии, и будет отсутствовать несколько дней, а, значит, наши занятия на завтра отменяются. И не то чтобы они мне особо были нужны, но осваивать огонь все равно было лучше под присмотром сильного мага. И поэтому упражняться с Этери я закончила немного пораньше и поспешила в главный корпус, чтобы поймать своего наставника и взять у него материал для тренировок.

– Брианна, ты куда? У тебя разве не закончились пары? – окликнул меня Шкип.

– Закончились, мне к Аштау нужно.

– У него общая лекция должна быть сейчас у первокурсников. И кажется, они сегодня расшалились, – посетовал молодой водник. Он устало потер глаза и потянулся так, что стал похож на большого ленивого кота. Впрочем, это может быть правдой. Оборотник ли он, я не спрашивала, так как, во-первых, это вроде бы не очень прилично, а во-вторых, настоящая Брианна могла знать такие подробности о преподавателях. Но я видела большое размытое светящееся пятно за его спиной в магическом зрении. Жаль, что без четких очертаний. Так что, какой у него зверь для меня оставалось тайной.

– Я не заметила, их не лучшая половина была у меня сегодня третьей парой, – пожала я плечами. – С другой стороны, мне не приходилось у них вести общекурсные занятия.

– И надеюсь, не придется, Бри. Такое себе удовольствие. Мы с Гаиром берем на себя замену декана в его отсутствие. Не сказал бы я, что меня это радует, – улыбнулся водник. – Ох, я тебя заболтал… Извини. Встретимся на ужине?

– Да, конечно! – закивала я.

С ним было не так как с Гаиром. Обаятельного воздушника я изначально воспринимала как товарища, а вот Шкип мне понравился. Симпатичный, но с неброской внешностью, немного стеснительный, приятный в общении мужчина, показался весьма мил в своей ненавязчивости. Даже сейчас, он умудрился пожаловаться на добавленные из-за отъезда Нагута часы, жалости при этом не вызывая. Не напрягал и не нагонял тоску. Просто констатировал факт и тут же сгладил впечатление.

Я дошла до нужного кабинета, посмотрела на время, и поняла, что поторопилась. Хихикнув, я оглянулась по сторонам и, убедившись, что никто не увидит мою шалость, запрыгнула на подоконник. А что делать? Лавочек в коридорах нет, а стоять… В ногах правды тоже нет.

Сидеть и гипнотизировать дверь просто так было скучно, поэтому я перешла на магическое зрение. Стройные защитные плетения от магических безобразий адептов окутывали стены. Они не обладали функционалом той, что я намудрила у себя в кабинете, но гасили сильные всплески и не давали нанести вред другу другу, что все же немаловажно с учетом их магических возможностей. Но эти плетения интереса у меня не вызвали, а вот то, что мелькало за ними – да.

Я словно «провалилась» взглядом за стену, мы с Этери так делали, чтобы рассмотреть кровоток, кости и внутренние органы.

– Да я круче, чем рентген, – вырвался у меня шепот, и я тихо рассмеялась, стараясь не развеять эффект.

Но удержать мне его было не суждено. Раздался звонок и я «вынырнула» обратно. Хотя, рассматривать адептов тоже оказалось занимательно. У них разнились «ауры», за частью, как и за Шкипом, следовали расплывчивые силуэты зверей, а за некоторыми поднималось целое облако. Похожее я как-то подглядела у Дизраэли. Только у него облако было золотое и больше. На третьем драконе я заметила странную закономерность – когда ребенок проходил дверной проем, тот подозрительно вспыхивал. Причем, чем больше была аура дракончика, тем ярче полыхала арка. А потом я увидела, как к ней с той стороны приближается княжонок и меня осенило.

– Стой! Дизраэлени, стой! – я бросилась к двери, но не успела его остановить. В проеме мы оказались одновременно. Единственное, что у меня получилось сделать, так это включить парня в свою защиту, без которой теперь из дома даже не выхожу. А потом грянул взрыв.

В ушах звенело так, словно я стояла внутри колокола, по которому стукнули ломом. А княжонок стиснул меня так, что затрещали ребра. Более того, он умудрился опустить одну руку совсем не туда куда допускали правила приличия и сейчас наглаживал мою ягодицу, не обращая внимания на оседающую вокруг нас пыль.

– Я, конечно, подозревал, что ты огонь, детка, но не думал, что у тебя настолько взрывной характер, – муркнул мне этот малолетний ловелас на ухо. – И раз ты настолько жаждешь моей близости, то я всегда рад видеть тебя в моей комнате. Уверен, ты меня не разочаруешь.

– Меня дети не интересуют, идиот! Руки убрал! – мгновенно придя в себя, я отряхнулась от его объятий. Тут к нам подбежал Аштау.

– Брианна, с тобой все в порядке? Дизраэлени, вы что себе позволяете?

– Магистр, как вы могли подумать? Я со всем своим горячим сердцем к девушке…

– Ду уж, горячее у вас явно не сердце, адепт, – вырвалось у меня. – И если преподаватель вам кричит остановиться, то надо останавливаться, а не ломиться в дверь. Магистр Аштау, надо ректора вызвать. Что-то не так с этим проемом было.

– Вы думаете это как тогда? – Нагут многозначительно посмотрел на меня, намекая на то, что в моих руках рассыпался измеритель.

– Возможно, но Гроссету лучше знать. Он же просил нас не лезть в это дело, – как можно равнодушней пожала я плечами. Декан достал зеркало. – Адепты, прошу вас задержаться до прихода ректора. Или… Возьмите лист и впишите свои имена, чтобы если у него возникнут вопросы, он мог вам их задать. А потом расходитесь. Есди есть пострадавшие, останьтесь, я сейчас вызову лекаря. Дизраэлени, вы останьтесь.

– Как скажешь, моя взрывная девочка, – ухмыльнулся парень.

– И засунь свою фамильярность куда-нибудь поглубже.

– О, ты не представляешь, как глубоко я могу…

– Фу, какая мерзкая пошлость. Иди сядь и желательно молча! – рявкнула я на него, оглядываясь по сторонам.

К счастью, пострадало всего несколько человек и то отделались ушибами. Повезло, что часть находящихся близко к нам ребят тоже предпочитали ходить под защитой, правда, от магического воздействия, но немного ударную волну это смягчило, так как все же взрыв был вызван магически. Часть ссадин у ребят я успела подлечить сама, пока остальные ретировались, оставив Нагуту список со своими фамилиями.

– Вот вы ведь ему кричали, чтобы он не шел, – шептал мне Нед, подставив лоб, на котором был широки порез и огромная шишка. – А как дурак не послушал. Вот зачем вы его спасать кинулись? Думаете, он сильно бы пострадал? Уверяю, никто бы по нему не плакал, а вы нам нужны, мистрес Моранди, – корил меня за проявленный героизм внук Крата. – И вообще, хорошему дракону ничего бы не было, а плохому так и надо, – покосился он на княжонка.

– Адепт Киртен, мне, безусловно, приятны ваши слова, но каждый преподаватель несет ответственность за жизнь и здоровье учеников. Поэтому я не могла оставить адепта Дизраэлени в опасности.

– Главный вопрос, откуда эта опасность появилась? – раздался рядом со мной голос ректора.

У меня возникло дежавю. Меня опять, кажется, винят в произошедшем, хотя именно я пострадала.

– Ректор Гроссет, мистрес Моранди пыталась предупредить Киллиана, чтобы он не выходил из кабинета, но он ее не послушал, она его спасла, – безхитростно выдал Нед. – Спасибо, мистрес, мне уже лучше, – он потер лоб, на котором лишь краснота напоминала о бывшей ране.

– Пожалуйста, – улыбнулась я своему невольному защитнику. – Но мистрес Генезер голову обязательно покажи.

– Так, – ректор с прищуром оглядел не успевших удрать адептов, меня и Аштау. – Сейчас все, кто остались, пишут события последних тридцати минут, и отправляются в лекарское крыло. – Я вас слушаю, магистр Аштау…

– Что здесь произошло? – громом прокатился по коридору рык Дизраэли.

– Явился, не запылился, – пробурчала я.

– Думаю, нам лучше перебраться в мой кабинет, – ректор устало потер глаза. – Аштау, уделите нам полчаса перед отъездом?

– Конечно-конечно, все же это произошло у меня на глазах.

Мы впятером отправились к ректору, лишь на несколько мгновений декан задержался и кинул заклинание пузыря на разлом, зиявший на месте двери.

До кабинета я шла, усиленно прячась от сердитых взглядов Дизраэли и призывных Дизраэлени. Эти два дракона довели меня о точки кипения, и я уже почти шипела, когда мы, наконец, прошли внутрь мимо сиры Бовил и расселись.

– Так, начнем с вас, магистр, – ректор посмотрел на Аштау.

– Да все было как обычно, я отчитал лекцию, дал ребятам внеурочное задание, как раз прозвенел звонок. Адепты потянулись к выходу, в какой-то момент я услышал крик Брианны, потом Дизраэлени подошел к двери, и она как раз подбежала. И за этим последовал взрыв. Повезло, что наша юная преподавательница ставит такие мощные щиты, и они с адептом не пострадали.

– То-то я думаю, на мне ни царапины, – княжонок снова уставился на меня.

– Вы, что можете сказать по делу, адепт? – тут же обратил на него внимание ректор.

– Записал задание, услышал звонок, пошел к двери. Тут мистрес налетела на меня как дикая кошка. Разве я могу отказать, когда девушка так настойчива? – он широко улыбнулся, а у меня зачесались руки. Так и хотелось его чем-нибудь стукнуть.

– Больше, адепт, я вас спасать не буду, – прошипела я.

– Будете, – сказал, как отрезал, ректор. – Но это не значит, Дизраэлени, что вам позволено себя так вызывающе вести с преподавателем. Так. То есть то, что мистрес Моранди вам кричала, вы не слышали?

– Может и кричала что-то… Не знаю… Я на женские крики обращаю внимание только при определенных обстоятельствах, – снова попытался поразить нас своим «тонким» юмором парень.

– С вами все понятно, Дизраэлени. Вы свободны. Подождите в приемной, – мальчишка поухмылялся в мою сторону, но все же вышел. – Мистрес?

– Я просто ждала, когда прозвенит звонок и освободится магистр Аштау, ради интереса перешла на магическое зрение, – все трое с удивлением посмотрели на меня. – Вам не понять, это совсем по-разному ощущается с маленьким даром и с выросшим, – ага, когда его нет совсем или когда твои глаза как рентген-излучение. С другой стороны, а как еще я им это объясню? – И когда после звонка начали выходить дети, я заметила странность – плетение на двери вспыхивало каждый раз, когда мимо него проходил дракон. И чем больше был дракон, тем сильнее была вспышка. В какой-то момент я подумала, что князь не просто так князь и у его отпрыска должен быть самый сильный дракон среди первокурсников. Следом вспомнился измеритель и ваши слова, что это было задумано, как покушение на княжича. Вот я и бросилась к двери, Но успела лишь прикрыть его своим щитом, – лицо Дизраэли, пока я говорила, из сердитого стало задумчивым. – Вот скажите, если бы я хотела его прибить, то пыталась бы его спасти? – озвучила я очевидное.

– В дворцовых интригах бывают и не такие ходы, – хмыкнул дракон.

– Да, конечно, а еще специально для этого я переспала с бывшим женихом и бегала по подворотням, пока магистр Аштау не нарисовался поблизости. И, конечно же, я знала, что меня возьмут сюда преподавать. Может, все-таки включите голову и предположите более реалистичную версию?

– Согласен с Брианной, – закивал Аштау. – Дизраэли, оставьте уже в покое мою подопечную. И, если так переживаете за своего соклановца, то отправьте его домой, под крыло папы. Там он точно будет в безопасности.

– Не держать же его под замком, – поморщился Дизраэли. – Это тоже не выход.

– Нужно понять, кому княжич насолил настолько, что стены академии не стали преградой для покушения. Все-таки если доступ к ней есть ни у каждого желающего.

– Тем более, у вашего кабинета, – прищурившись, дракон посмотрел на ректора. – Но это не значит, Моранди, что я не буду за вами следить.

– Увольте меня от вашего пристального внимания, – отмахнулась я. – И малахольного своего заберите.

– Кстати, да, – поддержал меня ректор. – Магистр Дизраэли, проводите адепта в его комнату. И пусть сегодня он из нее не выходит больше. Проследите за этим, – дракон что-то прорычал про няньку, но вышел. – Нагут, я бы хотел поговорить с мистрес наедине.

– Конечно, – этот крепкий мужчина, обычно выглядевший как многовековой дуб или скала, такой же несокрушимый, сейчас словно посерел и ссутулился.

– Магистр Аштау, а как же заметки мне для самостоятельных занятий?

– Ах, да. У меня тут несколько листов есть, тебе на ближайшее время хватит, – он вытащил из портфеля скрученные бумаги. – Обязательно тренируйся, у тебя восхитительно получается, – если бы он знал, чего мне это стоит, я же всю голову сломала, чтобы местные конструкты перенести на свой лад. – До свидания, ректор. Брианна.

– Хорошего пути, магистр, – улыбнулась я ему. Дверь хлопнула, и мы с ректором остались наедине.

– Вы интересная личность, мистрес Моранди, – он смотрел на меня, точно видел впервые. И раз мужчина позволил себе меня так откровенно изучать, то и я принялась его разглядывать.

А посмотреть было на что… Раньше я как-то не утруждалась рассматриванием своего начальника. Да и видела его всего несколько раз. Не до него было. То учила бесконечные заклинания, то тренировки до потери пульса, то адепты. Да и смысл нам было видится? До окончания испытательного срака еще много времени, с учениками я и сама справляюсь… А ведь хорош. Ему и сорока не дашь, подтянутый, с волевым подбородком и пронзительным взглядом. Как сказал кто-то из преподавательниц: «Завидный холостяк». Еще минут пять мы играли в гляделки, но никто сдавать не спешил. В итоге наше противостояние закончила сира Бовил, постучавшись и предложив чаю.

– Так зачем я здесь? – спросила я, пригубив ароматный напиток.

– Вы ни разу не отправили ко мне нарушителей, хотя я точно знаю, что инциденты на ваших занятиях случались.

– Доложили-таки, – покачала я головой. – Вряд ли дети. Значит, брауни. Корг, я ж тебе клюв заклею, дятел ты мой, доморощенный, – вот честно, обидно стало до жути. Я же ему доверяла.

– Прости, горемычная моя, – тут же явился мелкий шпион, и, сделав вид, что кинулся обнимать, прошептал, – он знает лишь то, что должен, – с этими словами Корг подмигнул мне и был таков.

– Как легко вы догадались. Впрочем, не важно. Лучше объясните мне, почему от вас не пришло ни одного запроса на наказание?

– А зачем? Последствия всех инцидентов устранялись сразу, часто за счет самих адептов. Более того, в такой форме, что это легко можно засчитать, как отработку. Отправлять к вам, значит, портить отношения в самом начале. Зачем? Детям впервые интересно самим пыль убирать, – смешок у меня вырвался сам по себе.

– О да, мне уже коменданты доложили, что третьекурсники играют пылевыми шарами в «боулинг». Что это вообще такое?

– Да так, в одной книжке прочитала…

– Кстати об этом. Слышал, вы часто наведываетесь к магистру Литтуре…

– Ну так я и во время учебы в библиотеке была нередкой гостьей.

– Я в курсе.

– Так к чему этот разговор, ректор Гроссет? У вас есть какие-то нарекания к моей работе? Или вопросы к моему контролю дара? Ну так, если бы я его не контролировал, то, боюсь, нас с Дизраэлени сегодня по стенам размазало бы тонким слоем.

– К этому и разговор, мистрес Моранди… Оборотников притягивает сила, но они реагируют на запах, поэтому девицы, когда хотят привлечь их, используют духи и притирки с мятой, кориандром, ветивером и лесными ягодами. В зависимости от вида зверя. Ваш запах другой, и хотя, на самом деле, пара находится по настоящему аромату тела, а не шлейфу туалетной воды, вы не завлекаете их изначально, и никто не принюхивается. С драконами же все проще и сложнее одновременно. Они любят силу. И признают, по сути, лишь ее. А вы сильны. Настолько, что даже княжич вам уступает. Хотя он достаточно юн. Но и вы тоже. Я знаю, оберегать детей наша общая обязанность… Но я должен печься и о вашей безопасности. Прошу, держитесь подальше от Дизраэлени. Рядом с ним сейчас находиться опасно.

– Да? А как же остальные дети? Те, что учатся с ним, живут в соседних комнатах? Как оградить их от беды?

– Это предоставьте мне… Да, в свете случившегося не обнадеживающе звучит… Мистрес Моранди, я никогда не пожертвую десятком адептов ради одного, но имеющего титул повыше. Нет. Не считайте меня подонком.

– Даже не думала, – я допила чай и поставила чашку на стол, пытаясь показать ему, что наш разговор пора сворачивать. И он понял намек. Какой замечательный мужчина.

– Я рад. И прошу вас, если возникнут проблемы… С которыми вы не сможете разобраться, то обращайтесь ко мне.

– О нет, ректор Гроссет. В ближайшие три месяца не ждите… Вот кончится испытательный срок, тогда посмотрим, – я рассмеялась.

– Тогда я подумаю о его сокращении, – пригрозил он. – Хорошего вечера, мистрес Моранди.

– И вам, ректор Гроссет, – пожелала я ему и поторопилась покинуть кабинет, пока он не решил еще о чем-нибудь поговорить.