Глава 17

17

«Сегодня вызвал специального человека по тайным хранилищам. Услуга за один элемент составит 100 золотых. Много, но это того стоит.Для маскировки кабинетного сейфа картину купил. 10 золотых. Популярный нынче художник, но по мне мазня мазнёй.С ним маг сразу приедет по охранкам на кровь. Мало ли что со мной может случиться. Все под небом ходим. 50 золотых единица. На замок тоже поставлю. Он в 550 обойдется. Периметр большой. Заплатил с учетом, что еще один склад буду пристраивать.Обошлось всё в 910 золотых».

Давайте считать, уважаемые кроты. 550 замок, плюс 100 за сейф, плюс 10 картинка, его прикрывающая. Итого: 660. Ящик в столе уже имелся, поэтому только охранка 50, на сейф столько же. То есть 660 плюс 100. Равно 760. А он сколько заплатил? 910. А 150 на что потратились?

Я задумчиво походила. Мог он ошибиться? Купец? Да ни в жизнь. А что может стоить 150 золотых? Правильно — еще один сейф и ДНК-охранка на него.

Осмотрела глазами. Картина одна. Обстучала стены. Ничего. Может, в спальне. Картин нет. Только полочка с книгами рядом с зеркалом. Подошла, посмотрела на обложки. На каком-то тарабарском наречии. Дед владел несколькими языками?

Взяла одну. Полистала. Сия тайнопись мне неизвестна. Вспомнила, как я лихо зачитала договор, подсунутый мне муженьком. Это хорошо, что мне умение читать и писать вместе с телом передалось.

Потом вторую книгу вытащила. Пролистала. Может, бумажка какая вложена?

И когда вытащила третью, зеркало отъехало. Да-а-а-а! Вот оно. Кристалл вмурованный. Расковыряла болячку на руке и мазанула кровью по нему. Дверца распахнулась, и перед моими глазами возник ящичек, в котором скромно лежали два кристалла. Один с кулак прямо мой. А второй мелкий. Рядом зачем-то перчатка скомканная.

Я ее вначале вытащила. Осмотрела. Старая потертая кожаная перчатка. Зачем она здесь? Странно. Схватилась за один кристалл и вытащила его. Подошла к окну с ним — рассмотреть поближе. А он, упс, и исчез. Не поняла. «Где» камешек делся?

Осмотрела ладонь — как не было.

Ну я глупая! Дед же писал, что кристалл в пыль превратится, если не сосудом окажется человек. И про перчатки упоминал. Вот для чего она лежала. Я еще раз осмотрела ладонь. Но на ней даже пыли не организовалось. Видимо, я совсем неприспособленная к здешней магии. Вздохнула тяжело. В такой ущерб сама себя ввела. Но не всё потеряно. Вот еще лежит. Маленький.

Натянула перчатку и только потом вытащила кристалл. Осторожно подержала его двумя пальцами. Всё нормально — не исчезает никуда.

Жизнь налаживается. Не будем тянуть быка за рога, а прямо сейчас рванем в город. Вначале приценимся, а потом попробуем сдать найденное. Эх, жалко сумки никакой нет — ни камушек положить, ни куда потом деньги складывать. Оглядела себя. В принципе, карманы нормальные, глубокие. Засунула кристалл туда. Перчатку сняла и в другой карман засунула. На всякий случай. Вдруг доставать буду, и кристалл выкатится или снова голой рукой камня коснусь.

Я осторожная девушка. Подошла к зеркалу, оглядела себя. Если так пойду? Могут и не понять. Я же не знаю, как здесь девушки ходят и дозволено ли им в мужской одежде бегать. А если мальчиком прикинуться? Хорошая идея. Только шляпа нужна.

Подбежала к шкафу и распахнула настежь. Есть. На самом верху лежало нечто похожее на мурмолку. Смешное название шапки Деда Мороза. Только в моем случае без меха. Закрутила волосы и натянула шапку на голову. Естественно, в ней утопла, но это, может, и к лучшему. Только глаза торчали. Надо бы еще грудь перетянуть, и от миловидного подростка не отличить.

Где мой многострадальный свадебный наряд? Иди ко мне, дорогой, я подвергну тебя дальнейшему надругательству.

Сбегала за ножом, откромсала полотно широкое и перевязалась. Натянула рубаху. Достала еще курточку легкую. Рукава подвернула. Класс! Лицо чуть пылью припорошить, и я похожа на пацана, который донашивает за отцом одежду. Для конспирации бамбука этого сухого, что ли, набрать? А почему нет? Тогда вообще вопросов не будет.

Надо веревку взять с собой. И я отправилась на склад, а потом к зарослям.

Когда вышла наружу, повела головой. А ветер-то и стих. Вон как пчёлы жужжат и птички редкие. Только я начала отламывать сухостой, как насторожилась. Обернулась прислушиваясь.

Нет, опять. Прижала руки к ушам, открыла. Опять та же колыбельная. Откуда она доносится? Пошла в обход замка на голос. Повертела головой. Мальчик был с той стороны, откуда привезли Ксан.

Я медленно стала двигаться на голос. Мне было жутковато оттого, что этот голос слышала только я. Был бы это взрослый — ни в жизнь бы не пошла. Наоборот, в ту сторону даже не смотрела бы, но ребёнок… Мне надо выяснить, что всё-таки происходит. Эх, жаль, не вовремя, но что делать.

Я, прикусив губу, двигалась на слова грустной колыбельной. Всё то же, но не то же. Ощущение сложилось, что в голосе мальчика уже не было беспросветной тоски. Грусть только чувствовалась.

Мост закончился, и я оказалась около того самого места, где я появилась в этом мире. Вон тот самый уступ. А там на дне спит вечным сном несчастная лошадь. Покойся с миром, ты попала не в то время, не под ту хозяйку.

А голос раздавался прямо с этого уступа.

— Мальчик, — осторожно начала я, — ты здесь?

— Ксана! — раздался обрадованный голосок. — Ты пришла за мной.

Я сглотнула. На уступе никого не было.