Глава шестая

- Антуил. а вот и Маоли вернулась с процедур, - проворковала маменька, когда я вошла в гостиную.

- Леди Маоли, - высокий стройный блондин лет двадцати поднялся с дивана и поспешил мне навстречу. Жадно оглядел мою фигуру, поклонился.

- Рад вновь иметь возможность находиться подле вас. Салоны Ристоля потеряли свой блеск и очарование, когда вы отбыли на воды.

- Рада вас приветствовать, виконт Ориго, - поклонилась в ответ, пропустив мимо ушей его лесть.

- Дорогая, ты сегодня задержалась. - маменька посмотрела на меня красноречивым взглядом, которым «ругала» при посторонних.

- Я заранее сходила на озеро.

- Я надеялась, что после обеда тебя проводит Антуил.

- Ну, зачем же утруждать виконта? Он, верно, устал с дороги?

Он понял намек, и его глаза напряженно прищурились, а взгляд стал колючим.

- Нисколько. - последовал спокойный, даже нарочито равнодушный ответ. - Я свеж и полон сил, и готов сопровождать вас когда угодно и куда угодно. Это мой долг, как вашего жениха.

Он посмотрел на меня, довольный своим положением. Он знает, как я к нему отношусь. Наверное, он хотел этим уточнением добиться от меня какой-то реакции, но я не подала виду, как это обстоятельство меня расстраивает. Я вежливо улыбнулась ему.

- Я очень рада за вас, и благодарна вашей поддержке. А вот мне необходимо привести себя в порядок к обеду и немного отдохнуть. Вы меня извините? Маменька.

Я поклонилась им по очереди и удалилась в свою комнату.

Сегодня на обеде за нашим столиком было многолюдно. К нам присоединились графиня Ориго и виконт Антуил, а так же доктор Раоний. Под пристальным взглядом жениха у меня совсем пропал аппетит. Светская беседа ни о чем меня не привлекала, но я была вынуждена время от времени показывать свой интерес и отвечать.

Когда трапеза закончилась, я попросила доктора проверить мою ауру и по возможности быть неподалеку, когда Антуил поведет меня на прогулку. Только после этого я отправилась в сад со своим женихом.

Сад поместья Раоний - это потрясающее место. Регулярный сад разбит только перед старым замком, а все остальное - это скорее, парк. Вольно растущие деревья с петляющими между ними извилистыми тропками. Кое-где разбиты цветники, иногда встречаются пруды с рыбками или лебедями. В укромных уголках устроены тенистые беседки, увитые плющом или виноградом. Трели птиц услаждают слух и навевают спокойствие. Воздух пропитан ароматами хвои, прелой листвы, грибов и иногда цветов.

Я всегда любила гулять по парку и заходить в самые укромные уголки, но не сейчас, когда шагала, положив руку на сгиб локтя своего жениха. Нет. он никак не вязался с этим статусом. Я видела самодовольного хлыща, которого заботит не мое счастье, не мое здоровье и даже я сама его не интересую. Ему важен статус, который ему добавит женитьба на привлекательной богатой виконтессе. Что рядом с ним будет красавица и умница, умеющая собирать вокруг себя интересных и важных людей.

Все это он с торжествующим видом рассказывал мне, когда мы шли по одной из отдалённых тропинок. К тому же он не посчитал наглостью рассказать о том, как он мечтает увидеть меня в своей постели, отчего меня замутило.

- Ты сводила меня с ума еще будучи девчонкой. А сейчас, когда ты выросла и стала походить на женщину, я не в силах сдерживать свое желание. Твои юные формы, такие по-детски угловатые, но объемные, где нужно, так соблазнительны.

Тем временем, мы миновали перекресток двух тропинок и подошли к уединенной беседке. Раньше она казалась мне уютной, но сейчас она была, словно западня. Оставалось только надеяться, что доктор где-то неподалеку.

- Ты так прекрасна, Маоли. - он перешел на неофициальное обращение почти сразу, даже не поинтересовавшись моим мнением.

Виконт остановился напротив меня, взял в руки мои ладони. От контакта нас отделяла только ткань моих перчаток. Пылко глядя мне в глаза, начал шептать что- то о любви и страсти. Я не слушала, отчаянно надеясь, что доктор сейчас подойдет и спасет меня. Поэтому влажный поцелуй, которым он припал к моим губам, стал для меня неожиданностью. Голова закружилась, замутило, но я сумела его оттолкнуть и вырваться из объятий.

- Что вы делаете? - воскликнула я и влепила ему звонкую пощечину.

Его глаза сверкнули гневом, и он кинулся ко мне, сгреб в охапку и вновь попытался поцеловать, но я отчаянно отбивалась.

- Помогите! - крикнула я в тщетной надежде, и мой рот вновь закрыли поцелуем, жестким, болезненным, пожирающим. В секундную передышку я пискнула: "Пусти",

- и почувствовала у себя во рту чужой наглый язык.

Я не замечала больше ничего, кроме разрастающейся болезненной пустоты в области сердца, ничего не видела - в глазах потемнело, ничего не слышала - гул в ушах перекрыл все звуки. Внезапно его разрезал чей-то не то крик, не то рык, и страх приближающейся смерти пропал. Я чувствовала и слышала, хоть и глухо. Меня куда-то несли. Чьи-то надежные нежные руки держали меня, а грудью я ощущала, как бьется чье-то сердце, вторя ударам моего.

И снова я прихожу в себя после потери сознания...

Какая-то я невезучая в этом году. Постоянно со мной что-то случается. Ладно, последний случай, который я, можно сказать, спровоцировала сама, но все равно - это перебор.

Такое ощущение, что я сижу в бочке, а снаружи гулко доносятся голоса.

-Но, как же так? - слышится отчаянный мамин, на высоких нотах. - Олиус, я не могу просто взять и все отменить!

- Графиня Авир! - сердитый доктора Раония. - Будьте добры, определитесь, чего вы хотите: выгодного жениха для своей дочери, или чтобы она была жива?

- Но ведь он - дракон! Она должна поправиться, выйдя за него замуж!

- Графиня, вы меня вообще слышали? Его прикосновения убивают Маоли!

- Но, может быть, она поправится после брачной ночи? Ведь обряд еще не проведен. Может, в нем все дело?

- Вы предлагаете мне в их первую брачную ночь дежурить около спальни? Вы понимаете - она едва не погибла от поцелуя! Я настоятельно рекомендую отказаться от брака с этим человеком.

- Нет, это вы не понимаете, в случае отказа я должна буду отдать половину ее приданного! Это огромное состояние!

- Графиня, вы боитесь потерять деньги, смотрите, как бы не пришлось потерять дочь! - сказал, как топором рубанул. - В этом юноше драконьей крови всего шестнадцатая часть. Вдруг этого недостаточно? Это может быть просто не тот дракон.

- Но другого нет! Маоли придется страдать этим недугом всю оставшуюся жизнь!

- Святые Небеса! Как же ты упряма, Одеттая! Подумай еще раз. Мы вернемся к этому разговору позже. А сейчас я настоятельно рекомендую не допускать контакта Маоли с виконтом, даже через перчатки. Сейчас, после такой большой потери сил, это очень рискованно.

- Хорошо, Олиус, я тебя услышала, я подумаю... - маменька тяжело выдохнула. - А как ты оказался там так вовремя?

- Я беседовал с одним из пациентов во время прогулки по парку, - коротко ответил доктор.

- Кажется, Маоли пришла в себя. Я должен ее осмотреть. Так, девочка, давай, открывай глазки.

Осмотр показал, что лечение последней недели прошло в пустую. Все. чего я достигла за это время, сгорело. Весь завтрашний день, под присмотром лекарей, я должна буду провести на озере. Это так называемый курс интенсивной терапии. Место проведения процедур - дальний пляж, именно тот, где я купалась сегодня.

Сегодня... такое ощущение, что это было неделю назад.

Этот вечер я провела в постели, и даже ужин мне принесли в комнату. Поэтому у меня появилось время, не занятое ничем, читать мне запретили, ходить запретили, даже разговаривать порекомендовали как можно меньше. Оставалось одно - думать.

Я мысленно прокрутила в голове весь сегодняшний день. Озеро, господин Армарт, мое почти утопление и чудесное спасение. Стоп. Какая-то мысль вертелась в голове и никак не могла оформиться. Что-то насчет господина Армарта. Он меня спас. Спас. А как? Он делал мне искусственное дыхание! То есть, рот в рот... и? И ничего. Я жива, Я не покинула наш мир из-за того, что моя аура растворилась. Напротив, я пришла в себя.

А потом? Да. я вновь потеряла сознание, но вовсе не по той причине, что была после обеда. А ведь он держал мою руку. Без перчатки! И гладил по волосам! А еще обнимал, когда я ревела на его груди! И я жива!

Ой... я ревела на его груди... стыд-то какой. Я закрыла лицо руками и застонала. Но почему? Что такого в этом мужчине, что он может спокойно меня касаться?

Я открыла один глаз и посмотрела сквозь пальцы на заходящее солнце. Мой взгляд наткнулся на перстень, который был семейной реликвией господина Армарта и непонятным образом стал моим. Может, дело в нем?

Какого было мое удивление, когда на озере, кроме доктора Раония, я встретила и своего соседа. Он стоял в купальном костюме рядом с доктором и что-то обсуждал с ним.

Меня проводили в кабину для переодевания. Когда вышла из нее, господин Армарт никуда не делся. Теперь он вместе с доктором ждал меня. Я приблизилась и робко остановилась в нескольких шагах от них.

- Доброе утро, доктор, господин Армарт, - этого изучающего взгляда синих глаз я не могла выдержать, поэтому постаралась смотреть только на доктора.

Мужчины поприветствовали меня в ответ.

- Прежде, чем мы начнем, я бы хотел вам рассказать, для чего здесь господин Армарт.

Я взглянула на доктора с удивлением.

- Вчера во время инцидента в парке выяснилось одно очень любопытное обстоятельство, которое я хотел бы проверить.

- И что это за обстоятельство? - с замиранием сердца спросила я.

- Вчера вас спас не я... а господин Армарт. Я просто потерял вас, когда шел следом. Господин Армарт увидел вас в той беседке и поспешил на помощь. По незнанию он взял вас на руки, хлопал по щекам, растирал ладони и виски, пытаясь привести в себя. Когда я подоспел, то смог наблюдать удивительную картину того, как рваные края расползающейся дыры на ауре затягиваются, прекращая выход силы. Я не знаю, что это может значить, и хотел бы изучить это явление. Господин Армарт предположил, что дело может быть в его бывшем перстне.

Я слушала его, широко раскрыв глаза, растерянно переводя взгляд с одного на другого и сгорая от стыда, что этот чужой мужчина был свидетелем той безобразной сцены в беседке.

- Маоли, прошу вас, - доктор сделал в сторону небольшой кабины, расположенной прямо в озере, приглашающий жест.

Внутри оказались две скамьи напротив друг друга, а вода была теплой. Доктор начал инструктировать нас. Мы сели на разные скамьи, по горло в воде и взялись за руки. Щеки мои горели, я старалась не смотреть вперед, и даже наши сцепленные руки наводили на меня смущение. Наше положение было чересчур интимным. Со стороны можно было подумать, что мы двое влюбленных, которые решили уединиться.

- Поразительно, - бормотал доктор, - ваши ауры взаимодействуют. Как такое возможно? Невероятно! Они словно... не могу объяснить...

Он вел наблюдение почти час, все время что-то записывая и бормоча себе под нос. Мы с моим соседом тихо сидели и держались за руки. Я не смела поднять глаз и смотрела куда угодно, только не на мужчину. Чаще всего в поле зрения попадали наши руки. Мои казались совсем маленьким в его ладонях. Они были бледнее и словно прозрачнее. Его руки были мозолистыми, скорее всего от меча или мечей, так как мозоли были симметричны на левой и на правой руке. Но сейчас правая была покорежена ранением. Сустав большого пальца выглядел круглой шишкой, словно инородный нарост, ноготь на нем словно состоял из двух половинок из-за рассекающей его трещины. Кожа была бугриста и красновата от шрама. За этот час я рассмотрела его ладони со всех сторон, потому что мужчина периодически менял положение кисти, поворачивал то в одну сторону, то в другую.

В кабину постучали снаружи, и послышался голос сестры:

-Доктор Раоний. вас вызывают в поместье.

- Что еще? - раздраженно откликнулся он, не отрываясь от своих записей.

- Прибыл барон Раоний, требует вас. Кажется что-то с его женой.

- Да что с ней может случиться, опять рожает. Могла бы уже даже повитуху не звать, с таким-то опытом, но нет, им необходимо, чтоб роды принимал именно я. Нашли время.

Он ворчал, но все же извинился и вышел. Через некоторое время к нам присоединилась доктор Нарина. Она так же вела наблюдение и что-то записывала в блокнот.

Прошел еще час. Вечно прятаться от взгляда господина Армарта у меня не получилось, я с ним столкнулась. Все в этом мужчине было не просто странным, но загадочным для меня. А этот взгляд... Спокойный, казалось, даже равнодушный, но какой-то удовлетворенный, что ли. Словно он доволен тем, что видит, или доволен тем, что делает или его просто все в жизни устраивает.

Я столкнулась с его взглядом и замерла, кожей ощущая, как заливаюсь краской. Было ощущение, что моя горящая кожа вибрирует от температуры. Мужчина попытался сдержать улыбку, но у него не получилось, он хмыкнул.

- Почему вы краснеете? - спросил он.

- Я... мне... я прошу у вас прощение за вчерашний инцидент, - с трудом выдавила я.

Его брови, вернее бровь, та, что не была рассечена шрамом, с удивлением приподнялась.

- За что вы просите прощения? За то. что не смогли вырваться из рук того мерзавца? Или что чуть не погибли в его руках?

- Нет... я прошу прощения за то, что вам пришлось наблюдать эту безобразную сцену.

- Если бы меня там не оказалось, сейчас вы бы здесь не сидели. Вам повезло, что я ее увидел, и не стоит попусту терзаться чувством вины или стыда. Я рад, что помог вам и имею возможность помогать сейчас. Мне ничего не нужно взамен, мне достаточно того, что вы видите не мои шрамы и увечья, а мои глаза, меня.

Он произнес это глухо, на одном дыхании и резко замолчал, отвернувшись к небольшому окошку, через которое открывался вид на озеро.

Я не знала, что ему возразить, но следовало его хотя бы поблагодарить.

- Господин Армарт.

- Маркинар...

- Что? - не поняла я.

- Мое имя Маркинар... Марк, - он повернулся ко мне и улыбнулся своей однобокой, но теплой улыбкой. -Для вас просто Марк. И не нужно меня благодарить без конца. Иногда ваша безупречная вежливость действует на нервы.

- Хорошо... Маркинар, я вас понимаю, но я хочу поблагодарить вас не из вежливости, а от души. Я действительно вам благодарна.

- Я знаю, - прошептал он.- Не нужно. Госпожа Нарина, нельзя ли сделать перерыв? Вы не против. Маоли? Лично у меня уже затекли все мышцы.

-Да. конечно. На берегу вам подадут чай.

После часового перерыва мы вновь заняли свои места в кабинке, и так прошел весь день с перерывами на обед чай. С господином Армартом мы почти не говорили. Я смущалась, а он закрылся в себе.

А за ужином уже в столовой произошло одно примечательное событие, из-за которого по залу прошел ропот.

Когда мы с мамой прибыли на трапезу, то обнаружили, что обычно пустующее место наших соседей по коттеджу занято... господином Армартом.