Глава 7

Наверное, уже можно было бы привыкнуть и смириться с тем, что теперь в ее жизни будут постоянные ограничения. Но у Геллы не получалось. Еще ее комнатные служанки все уши ей прожужжали:

— Госпожа, король к вам так милостив. Вы же видели, как он осадил леди Альгиру? Теперь она без разрешения не сможет из дому выйти… — и начинали тихонько хихикать, а после принимались снова и снова рассматривать и расхваливать все королевские подарки.

Однако Геллу совсем не радовало внимание короля, оно ее пугало. И подарки ей не были нужны. Вся эта роскошь, которой он ее окружил, — клетка. Из которой она хотя бы раньше могла выходить, а теперь приходилось сидеть взаперти.

Потому что ей до сих пор не прислали двенадцатую служанку. Подумать только…

Да у себя дома она могла бегать к морю одна без провожатых. И никакая опасность ей не грозила. А здесь — кругом опасность тайная и явная.

Ее комнатные девушки опять завели свою песню о том, как высоко ее ценит король, и постепенно переключились на Альгиру.

— Она дочь первого советника, фаворитка. И все равно у нее на две служанки меньше, чем у вас, леди Гелла.

А дальше пошел вообще опасный разговор.

— Больше только у королевы-матери, — говорили девушки шепотом. — И государь решил назначить для вас отбор. А это значит, леди Гелла…

— Молчите об этом, — резко оборвала их Гелла.

Потом встала и вышла во двор, потому что сидеть взаперти стало невыносимо.

Там тоже служанки, работавшие во дворе, тут же стали кланяться, бормоча:

— Леди, леди…

Она не выдержала, пошла к воротам. Стоило отпереть калитку, тут же в проеме возник хмурый страж.

— Айлида не появлялась? — без особой надежды спросила Гелла.

— Нет, — он качнул головой и уже собирался закрыть калитку.

— Выпусти меня, пожалуйста! — вырвалось у нее.

— Нет, — темный воин нахмурился еще больше.

— Но почему?!

Он не счел нужным ничего объяснять, просто толкнул ладонью дверь. А ей хотелось заплакать от бессилия.

— Теперь и ты мой тюремщик! — выкрикнула она.

Дверь так и осталась незакрытой, а спустя секунду демон шагнул во двор и встал прямо перед ней.

— Я не тюремщик, госпожа, я твой защитник, — проговорил он, желто-зеленые глаза смотрели сурово. — Еще никто меня так не оскорблял. Но я прощаю тебя.

А Гелла застыла, глядя на него, и впервые задумалась, кто он на самом деле. Ведь явно не простой наемник, если не склоняет головы перед королем. Потом отвела взгляд.

— Прости, Сахад, я не хотела тебя обидеть. Просто… я чувствую себя здесь как в западне.

Хотелось сказать, что это западня и есть и ей уже никогда отсюда не выбраться. Дункан ее не выпустит. И этот отбор…

Она промолчала.

— Я не выпущу тебя, — проговорил он уже мягче. — Но я могу тебя развлечь.

— Развлечь?

— Да, — воин отступил на шаг. — Тебя учили сражаться? Если то, что я слышал о твоей матери, правда, должны были.

Что он мог слышать? — удивилась Гелла. Но да, огненная Иарис, как называли когда-то ее маму, умела обращаться с мечом и даже учила ее.

— Да, — ответила она не очень уверенно.

Он отстегнул от пояса кинжал и дал ей.

— Тяжеловат будет, — качнул головой. — Справитесь, принцесса?

— Справлюсь, — она уже вертела в руках опасный, словно живой, черненый клинок.

— Отлично.

Мужчина отошел к воротам, повернулся к ней спиной и сказал:

— Собьете все десять, дам новых.

И запустил в воздух десять огненных шаров. Шары стали наплывать на нее со всех сторон одновременно. Гелле пришлось уворачиваться, но когда сбила последний десятый, она уже смеялась.

— Еще? — спросил воин не оборачиваясь.

— Еще! — крикнула она смеясь.

Как раз в этот момент резко отлетела в сторону створка ворот и вошел Дункан.

— Что здесь происходит?

Дракон смотрел на темного воина, глаза горели яростью. Гелле стало страшно, что он убьет его или что-то с ним сделает. Однако ее телохранитель спокойно ответил:

— Принцесса учится защищать себя.

— Ей не надо защищать себя, — глухо рыкнул дракон. — Для этого у нее есть я!

Развернулся, чтобы выйти, и уже через плечо бросил:

— Гелла, твоя мать в безопасности. Как я и обещал.

— Благодарю, ваше величество, — пробормотала она, склонившись, но король уже вышел, и темный воин вместе с ним. А его кинжал так и остался у Геллы.

* * *

За воротами Дункан резко развернулся.

— Ты увлекаешься, Сахад, — прорычал грозно.

Демон невозмутимо ответил:

— Нет.

Дункан еле сдерживался, в ушах до сих пор стоял ее смех и это: «Еще». Как будто они любовники.

Однако в этот момент в проходе появился начальник дворцовой стражи, догнал наконец короля. Склонился и стал докладывать:

— Государь, узник по вашему приказу выпущен. Каковы будут дальнейшие распоряжения?

Распоряжения? Пусть Алехар катится с глаз долой!

Но Дункан только мотнул головой и на ходу бросил:

— Предупредить королеву-мать, что я навещу ее сегодня. И передать первому советнику, пусть начинает готовить все к отбору.

Довольно он откладывал, надо было заняться этим в первый же день.

Мысль помогла успокоиться.

Оттуда Дункан сходил к себе, принял ванну, четыре наложницы из низших промассировали ему спину и плечи и умастили драгоценным маслом. А после переоделся и направился к королеве.

* * *

Разумеется, королеве-матери доложили, что государь летал в морской замок. И не только это. Ей доложили обо всем.

И о том, что бастард теперь на свободе.

А только недавно тут ползала айлида, рассказывала, размазывая слезы, что ей велено угождать принцессе Геллиане, оберегать ее и следить, чтобы та ни в чем не знала недостатка. Но увы, все против нее, она не успевает, а последняя служанка, которую прислал мастер наказаний…

— Государыня, милости прошу, заступитесь за меня, — молила старая змея. — Иначе король прикажет казнить всю мою семью, а меня…

Причитания распорядительницы были подобны воде, капающей в медный таз. Раздражали. Королеве было безразлично, что ее сын публично унизил фаворитку, а на айлиду ей было плевать, даже если бы ту на ее глазах загрызли собаки. Однако она сказала:

— Я попытаюсь. Но ты должна понимать, что сильно прогневала короля.

И знаком показала, чтобы та убиралась.

А теперь королева стояла у окна.

Отсюда нельзя было увидеть море, но королева знала, где оно находится, и взгляд ее был устремлен туда.

Можно быть красавицей. Из древнего рода, богатой и знатной.

Можно родить дракону сына. Первенца!

И все равно он променяет тебя на какую-то рыжую тварь.

Королеву не волновали наложницы и младшие жены. У дракона может быть много жен и наложниц, и ни для кого не будет исключений — таковы правила. Но для рыжей твари он сделал исключение.

И в этом Дункан похож на отца.

Она ненавидела Иарис, последнюю жену Одхана. А теперь собственный сын, зная это, притащил сюда ее дочь. И хочет взять в жены. Леди Юрха на секунду прикрыла глаза.

Когда она их открыла, выражение лица снова было безмятежным.

— Государыня, — склонилась перед ней служанка. — Велено передать, его величество направляется к вам.

Королева резко обернулась. Встречать своего сына стоя она не собиралась. Леди Юрха направилась к небольшому трону, служившему ей креслом, опустилась в него и приказала:

— Подать закуски и вина.

А сама уставилась в пространство.

Спустя минуту в покои вошел король. Она привстала с места:

— Сын мой, я рада видеть тебя.

— Добрый вечер, мама.

— Ты не устал? Присядь, поешь со мной?

— Благодарю.

Дункан сел напротив, но к еде не притронулся. Королева подавила раздражение и спросила:

— Ты отпустил Алехара?

— Да, — кивнул тот.

— Но бастард опасен, его вина доказана.

— И в чем же его вина? — король подался вперед, прищурившись. — Напомни мне, мама. В том, что он сын своего отца?

Вот как?! Королева выпрямилась и повторила:

— Даже если он утверждает обратное, его участие в заговоре доказано. Тебе не стоит быть легковерным, сын мой. Гидре лучше сразу снести голову, а не ждать, пока она опутает тебя ложью и предаст.

* * *

Дункан предчувствовал, что разговор с матерью будет непростой и вязкий. Но у него было время обдумать многое из того, что сегодня узнал.

— Вот именно, — он нехорошо усмехнулся.

А потом сказал прямо:

— Мой отец был отравлен. Ты ведь об этом знала, мама?

Ни одной эмоции на лице матери. Хорошо, ладно.

— А накануне он летал в морской замок. Зачем?

Королева поднялась с места и отошла к окну. Замерла, глядя куда-то в пространство, а спустя секунду ровным тоном проговорила:

— Это очевидно, сын мой. Там он и был отравлен. Одхан не ожидал предательства, этим воспользовались те, кому он доверял, отравили его и устроили заговор.

В первый момент он испытал шок.

Ведь это действительно могло быть. Отец летал в морской замок и умер вскоре после возвращения. Потом Дункан вспомнил, как бежала ему навстречу женщина в черной вдовьей одежде. Ее лицо, радость в глазах, надежда, а потом отчаяние. «Вы так похожи на своего отца, мне показалось…»

Нет, не то. Но ход был хорош.

Дункан подался вперед, опираясь о подлокотник.

— Не вижу смысла, — проговорил жестко. — Зачем отец летал в морской замок? Что он задумал? Я все равно узнаю. Тебе лучше сказать правду.

Она резко обернулась:

— Ты действительно хочешь это знать?

* * *

Мало человеческого было в этот момент в сердце Юрхи. Ее как будто отбросило назад. Она снова слышала ненавистного мужа. В ушах звучали его слова:

— Я намерен развестись с тобой.

Развестись? Она королева!

— Это невозможно. Я королева и мать наследника престола.

Юрха была уверена в себе и держалась спокойно. А он шагнул к ней, все еще красивый и полный сил дракон. И да, он знал, как действует на женщин. На нее.

— Отчего же? — проговорил насмешливо. — У меня много сыновей, любой может стать наследником престола. А нет, так мне родит сына другая. Та, которую я сделаю королевой.

— Ты не можешь! Ты не посмеешь.

Одхан шагнул ближе и проговорил:

— Я. Король.

Потом повернулся и бросил через плечо:

— У тебя было время принять все и успокоиться. Твое содержание не будет уменьшено, ты ни в чем не будешь знать недостатка. Но ты лишишься титула королевы. Вечером на совете я объявлю о разводе.

И просто ушел.

Он растоптал ее, растер в пыль ее гордость. Она, королева, каталась на полу и от отчаяния кусала руки до крови. Но очень скоро она успокоилась. И приняла все как есть. Если король хочет отобрать у нее то, что ей принадлежит по праву, значит, надо сменить этого короля на другого. И сделать это быстро, до того как он созовет совет!

У королевы было на кого опереться, а у ее мужа хватало врагов.

Ей достаточно было сказать только слово, и все случилось само собой.

Король просто не дожил до совета.

Он отдыхал в своих покоях, ему принесли его любимый чай из жасмина и розовых лепестков. Любимая маленькая служаночка, сиротка, которой он доверял безоговорочно. Девочка и не подозревала, что принесла ему яд. Но это не спасло ее.

Когда Одхан умер в страшных корчах, первой удавили на месте ее.

Но этого было мало!

У него ведь были сыновья от младших жен. Их уничтожили в ту же ночь, ни один не дожил до рассвета. Чудом спасся только бастард Алехар. Но и это было кстати, его обвинили во всем.

Жалких жен Одхана не тронули. Юрха ненавидела рыжую гадину Иарис, но Иарис была бесплодна, рождение дочери выжгло ее лоно. Иначе ради нее сделали бы исключение. А так — кому интересна вдова, если у нее нет сына и наследника? Удел вдов — забвение.

Но только не ее. Она королева-мать. И руки ее чисты, она не причастна ни к чему, все было сделано без нее.

* * *

А сейчас она смотрела на сына и думала:

«Посмей меня спросить об этом! Попробуй».

— Да, я хочу знать, — проговорил Дункан.

На комнату опустился полог безмолвия. Но если так.

— Хорошо, — кивнула леди Юрха, снова отворачиваясь к окну. — Твой отец хотел развестись со мной, а вместо тебя назначить наследником одного из своих сыновей.

Некоторое время звенела тишина.

Она знала, какой эффект возымеют ее слова на Дункана. Он властолюбив, ревнив и неудержим! Королева торжествовала в душе, ибо не солгала ни одним словом.

А потом вдруг услышала спокойный жесткий голос:

— И потому ты убила всех сыновей моего отца?

— Я? — она обернулась. — О чем ты? Опомнись! Или…

— Прикажешь убить меня? — нехорошо улыбнулся Дункан. — Но у тебя нет другого сына, мама.

Поднялся на ноги и пошел к выходу, бросив на ходу:

— Тебе запрещено покидать свои покои.

Страшный осадок.

Он был зол на мать, унижен и раздосадован. Столько лет быть женой дракона, королевой! И поступить так?!

Если отец оскорбил ее, она должна была обратиться к нему, к сыну!

И тогда бы он вызвал отца на поединок. Как велит честь! Только так решается между драконами. Только так!

Став королем по праву, он вернул бы матери титул, дал бы ей все, чего бы она ни захотела. Но мать это не устраивало, она же так торопилась, что просто отравила его отца. Одхан не боялся никого, а умер оттого, что какая-то тварь подсыпала ему яд. И вместе с ним убили всех его младших сыновей, братьев Дункана. А когда все закончилось, мать вызвала его письмом, в котором писала про заговор.

И теперь, вместо того, чтобы получить власть по праву, он как трус…

У короля непроизвольно сжимались кулаки и глухой рев вырывался из груди, стоило представить, как кто-то смеется за его спиной. И какой грязью обольют его имя, если станет известно, как ему «расчищали» дорогу к трону.

Обратившись к недостойным, мать лишила его чести.

Однако он не мог наказать ее. И доказать сейчас чью-либо вину было невозможно. Но ведь королева действовала не одна. Кто еще?! Дворец полон лжецов, уже сейчас он подозревал многих. Дункан поклялся, что уничтожит всех, кто был к этому причастен.

* * *

Король шел слишком быстро, не заметил, как пересек половину дворца. И только потом увидел, что за ним издали следует начальник стражи. Он остановился и велел:

— Подойди.

Воин склонился перед ним и доложил:

— Государь, я передал ваше приказание первому советнику.

— Хорошо, — отрывисто бросил Дункан и сам направился в палату совета.

Первого советника он застал там. Мужчина при виде короля немедленно поднялся с места и склонился перед ним. А Дункан прошел вглубь комнаты и сел за стол.

— Докладывай.

— Государь, — советник выпрямился. — Все распоряжения отданы, палата исполнений получила приказ. Работы по подготовке начаты. И у нас уже есть желающие участвовать в отборе на руку принцессы Геллианы.

— Покажи.

Первый советник подал ему свиток, где первым в списке стояло его имя. Дункан вскинул на советника взгляд и холодно проговорил:

— Мерхал, тебе не кажется, что ты не подходишь для участия в отборе?

— Отчего же, государь, — проговорил тот, поклонившись, острый взгляд сверкнул из-под бровей. — Я вдовец, а значит, свободен и все еще нахожусь в брачном возрасте.

Дункан почувствовал, как в груди лавой начинает закипать ярость, и нехорошо усмехнулся:

— Ну что ж, постарайся не умереть на первом испытании.

— Благодарю, мой повелитель, — преувеличенно почтительно ответил советник. — Я постараюсь дожить.

Больше Дункан не мог там находиться. Ему нужно было на воздух, иначе огонь просто выжжет его изнутри. Но в небо дракон подниматься не стал.

Он направился к Гелле.

Сегодня уже ничто не могло помешать ему поужинать с ней. Он хотел видеть ее, говорить с ней, вдыхать ее запах, любоваться огнем волос. И наконец, король сам хотел сообщить ей, что отбор начнется со дня на день.

И все же он не пошел к ней сразу. Дункан дал себе время остыть и прежде переоделся. А к Гелле отправил слуг оповестить, что король сегодня с ней ужинает, и лучшие блюда с дворцовой кухни.

* * *

Когда Гелла услышала, что у нее сегодня вечером будет ужинать король, она невольно побледнела. У нее даже мелькнула мысль сказаться больной и лечь в постель, но она сразу отмела ее, потому что понимала: Дункана это не остановит. С него станется прийти и лично проверить ее состояние. Значит, надо сохранять достоинство. Она учтиво кивнула:

— Передайте мою благодарность его величеству.

А потом смотрела, как застилают стол богато расшитой скатертью и выставляют на него большое серебряное блюдо с тушеным мясом, накрытое колпаком из узорного стекла, судки с закусками и соусами. И посуду с драконами. Достаточно было увидеть это блюдо с мясом, и можно было не сомневаться — в этот раз Дункан посетит ее обязательно.

Пахло очень вкусно, но у нее начисто пропал аппетит. Комнатные служанки Геллы сначала заливались от восторга, потом, видя, что она молчит, тоже примолкли.

Спустя короткое время явился сам король.

Сумрачный, какой-то заряженный напряжением и мрачный. В темном костюме, отливавшем бронзой, влажные волосы гладко зачесаны назад и собраны в косу. Ослепительно красивый мужчина. Он был так похож на своего отца, старого короля Одхана. Только в отличие от отца Дункан пугал ее.

— Гелла, — кивнул ей, входя в покои.

— Государь, — она поспешила склониться перед ним и опустила взгляд.

Король подошел вплотную, взял ее за подбородок.

— Ждала меня?

И провел большим пальцем по уголку рта. Гелла молча застыла и напряглась. А он, похоже, по-своему воспринял ее реакцию. Шумно втянул в себя воздух, темный взгляд сверкнул огнем.

— Скоро, — проговорил негромко.

Резко убрал руку и направился к накрытому столу. Она только сейчас смогла выдохнуть. И, глядя на его широкую спину, думала, что слишком опасно сидеть с ним за одним столом. Лучше ей постоять в сторонке, пока он ужинает. Но он ей шансов не оставил. Как только уселся, властно взглянул на нее и проговорил:

— Сядь. Привыкай сидеть со мной за одним столом, Гелла.

Пришлось сесть. Дункан ел, а у нее кусок в горло не лез.

— В чем дело? — он вдруг остановился и взглянул на нее. — Не нравится еда?

— Нет, все в порядке, — быстро проговорила она, берясь за вилку.

— Я отдал приказ, — сказал он спустя минуту. — Отбор уже назначен.

И продолжил есть.

— Когда? — Гелла невольно сглотнула.

Тут он отложил вилку и коснулся кончиками пальцев ее щеки.

— Через день-два, возможно даже завтра. Уже есть список участников.

Мужчина жадно вглядывался в ее лицо, а ей казалось, что внутренности смерзаются льдом.

— Скажи, Гелла, ты рада?

Она отвела взгляд. Дальше просто с трудом заставляла себя сидеть за столом. В ушах гудело: «Сильнейшие из драконов будут биться за тебя. И тот, кто пройдет все испытания и сможет победить на поединке меня…». И ее еще больше заливало холодом.

После этого Дункан довольно быстро доел и поднялся из-за стола.

— До завтра, — он снова взял ее за подбородок, заставляя смотреть в глаза. — Проводишь меня?

Она выдавила бледную улыбку и вышла с ним во двор. Дункан огляделся и указал на стоявшую в стороне беседку.

— В следующий раз пусть нам накроют там, — смерил ее многообещающим взглядом и добавил: — До завтра.

* * *

Когда король скрылся за воротами, ее комнатные служанки, до того молчавшие мышами, зашептали:

— Госпожа, какой почет вам оказывает государь…

— Ведь если отбор начнется завтра, скоро вы станете женой короля… и, может быть, даже…

У Геллы потекли слезы.

Вдруг створка ворот приоткрылась, на пороге возник темный воин, ее страж. Хмурый, густые черные брови сошлись на переносице, кулаки сжаты. Служанки, увидев демона, тут же разбежались. А он подошел ближе и замер перед ней.

— Почему госпожа плачет?

— Я… — Гелла вздохнула, а слезы только потекли сильнее.

Мгновение он смотрел на нее и хмурился, а потом сказал:

— Не надо плакать, маленькая глупая принцесса. Я могу защитить тебя.

Ей хотелось сказать, что ничего не получится, отбор назначен и есть список участников. Но он уже развернулся и вышел со двора.