Глава 26

– Сам виноват! – наворачивая круги над Такином, объясняла я дракону. – Не надо было доводить до ручки нервную девушку… Точнее, до гоблинской дубины. Не хотела заходить так далеко, но Блекс вынудил своей чёрствостью и упрямством. Документы подделала? Так это не я, а Сит!

Совесть шевельнулась, напоминая, что у меня была возможность остановить друга, но я этого не сделала.

– Да, я была с ним, но это не значит, что сумела бы отговорить, – воскликнула я. – Сит – это не парень, а снежная лавина на голову, дождь без туч, гром среди ясного неба! Если что задумает, и ректор не остановит. Такой человек…

Пушок, как я назвала белоснежного дракона, повернул на лету голову и выдохнул сноп искр. Получилось красиво, и я заулыбалась.

– А ты милашка. Жаль, что нельзя забрать себе. Но ты не переживай, я скоро стану алесой, и будем вместе гоблинов крушить. Дождись меня, ладно?

Он снова осыпал меня яркими искрами, которые совершенно не жалили, а потом опустил ушки и глянул с тоской.

– Устал? – забеспокоилась я и направила Пушка к земле.

Было темно, и казалось, Такин спал. Даже гоблины отдыхали – в долине, изрытой боями, не было видно ни единого огонька. А вот Блекс, к сожалению, был чрезвычайно бодр и зол. Свежедолбанутый муж ждал меня в образе пантеры и, когда я спешилась, метнулся чёрной стрелой. Взвизгнув от неожиданности, я спряталась за дракона, но Пушок вдруг задрожал и, плюхнувшись пузом на землю, прикинулся мёртвым. Не я одна до обморока боялась генерала алесов!

Я не стала ждать, когда муж станет вдовцом – ясно, что Блекс не в восторге от нашей женитьбы, – и превратилась в слона. Бегал он не быстрее меня, зато загрызть его будет намного труднее. Махая ушами и трубя во весь хобот, я неслась с непередаваемой скоростью, чудом избегая нападений беспрестанно прыгающей на меня пантеры. Вот верно говорят, что в каждом из нас скрыты безграничные таланты, но проявляются они чаще всего в критических ситуациях.

Первый рассвет, который мы с мужем встретили, был невероятно романтичным. Выдохшись, я лежала у обрыва и шумно дышала через хобот, а пантера, придавив жертву лапой, слегка прикусила мне ухо. Солнце поднималось над горизонтом, наполняя безграничную равнину оранжевым светом. Он разливался бескрайним морем, превращая деревья, кусты и даже лагерь гоблинов в тыквенный пирог с взбитыми сливками тумана.

А потом Блекс вернул себе человеческий облик, поэтому я последовала примеру генерала. Потрогала ноюще ухо и поморщилась.

– Ты провела ритуал, принятый у гоблинов, – холодно проговорил мужчина и сорвал с шеи цепочку, на которой висела сверкающая каменная капелька, – а я отвечаю традицией нашего рода.

Шагнул ко мне и, схватив за ухо, вставил кристаллик в ранку, которую оставила пантера.

– Я уже сообщил маме.

– М-маме? – икнула я. – Зачем?

Уголки его губ приподнялись, и от этой ухмылки мне стало не по себе. Уверена, что на ловушку короля у этого человека нашёлся достойный ответ, и вряд ли он мне понравится. Не умей Блекс выживать среди дворцовых интриг, не достиг бы таких высот. Вот только я не собиралась восхищаться умом и сообразительностью мужчин, ведь прыгая между генералом и его величеством, ощущала себя загнанной в угол.

– Моя мать происходит из очень древнего и могущественного рода, – вкрадчиво начал Блекс.

Я похолодела. Так его мама – феникс?! Генерал покосился на моё лицо и довольно хмыкнул, а затем продолжил:

– Как ты знаешь, у фениксов свои законы, и подчас они идут вразрез с теми, что принял король. Хотела стать алесой? Хм… Что бы Фридрих Мягкий ни пообещал тебе, забудь. Теперь ты моя жена и подчиняться будешь её светлости Аурэлиане Блекс. Вскоре она заберёт тебя из академии в наше родовое гнездо.

От ошеломляющих новостей я едва ворочала языком:

– Как скоро?

– Сразу, как оправится от радостной новости, – скривился Блекс и пожал плечами. – Она же феникс. Сама знаешь, что они чрезмерно эмоциональные.

– Знаю, – шепнула я, осознавая масштабы проблемы.

Ещё недавно я была на седьмом небе от счастья, что исполнила приказ его величества, и готовилась стать алесой, оставляя Блекса самого разбираться с нашим странным браком, как вдруг он ответил мне той же монетой, и теперь дело принимало неожиданный оборот. Если удар дубиной можно было бы свести к шутке, то древний обряд фениксов – дело серьёзное.

Из собственной вредности или из противостояния его величеству, но Блекс на самом деле только что женился на мне!