Глава 28

Встречать меня вышла вся академия, включая преподавательский состав. Так я подумала, когда оказалась перед главным зданием в окружении целой толпы, и уже приготовилась отбиваться гоблинской дубиной от возмущённых несправедливостью жизни девушек, но через несколько ударов сердца опустила её. Никто не пытался выдрать мне клок волос или запустить порчей в глаз. Люди смотрели на что-то и возбуждённо переговаривались, и мне стало любопытно, что же привлекло столько внимания?

Помогая себе локтями, а иногда и дубиной (только в качестве демонстрирования весомого аргумента, почему меня должны пропустить), я пробралась к небольшому возвышению и с удивлением уставилась на Жабкину, вокруг которой суетился метис Бурр, стараясь, чтобы к девушке никто не прикоснулся без его разрешения.

Розмарина взирала на всех с видом знаменитости, которую чудом занесло в провинцию. Адепты подходили к ней по одному и, вытянув мобрики, запускали в туман изображения с юной сволентийкой.

– Что происходит? – спросила я у стоящей рядом девушки.

Обернувшись, та обрадовалась:

– Мадишка! – Я узнала Лизу Котомкину со второго курса, а она схватила меня за руку и потрясла: – Я слышала… Поздравляю!

Спина похолодела – неужели слухи о нашем с генералом бракосочетании всё же просочились из Такина? Так это Жабкина всё растрепала? Вот же… репортёрша! И всё же решила сначала уточнить, а потом уже отступать по пересечённой местности, пока все смотрят лишь на Розмарину:

– С чем?

– Говорят, ты одолела настоящего гоблина! – расширив глаза, с восторгом прошептала она. – И за это король пожаловал тебе поместье, в котором ты будешь жить после того как закончишь академию. Это правда?

Я поперхнулась, не зная, что ответить. Всё же слухи сильно искажены, если так преобразилась угроза генерала о том, что его матушка запрёт меня в родовом гнёзд Блексов. Лиза упрямо ждала, пока я откашляюсь, но меня спас Сит.

– Мадишка! – Друг хлопнул меня по спине так, что я вмиг перестала кашлять. – Ой, простите, госпожа Бл…

Я мигом зажала ему рот и испуганно покосилась на второкурсницу, но та, внезапно покраснев, бочком-бочком отодвинулась от нас. А потом, закрыв лицо, кинулась прочь, расталкивая адептов.

– Что это с ней? – растерялась я.

– Влюбилась, наверное, – самодовольно хохотнул Сит и потянул меня за ухо: – Ты чего мне рот затыкаешь, госпожа благодетельница?!

– Ай! – У меня от боли даже слёзы из глаз брызнули. – Больно, болван!

– Ой, прости. – Он отпрянул так, будто я его дубиной огрела, и даже руку за спину завёл. – Ты чего это решила ухо проколоть? Почему одно? Или это в знак протеста? Против кого на сей раз воюем? Ты только скажи, я твоему обидчику…

– Что сделаешь? – потирая ноющее ухо, буркнула я.

– Тоже ухо проколю, – заулыбался тот.

– Не надо, – отмахнулась я. – Сама отомстила.

Ага, дубиной авансом выдала.

– Так-так-так, – заинтригованно прищурился Сит.

– А почему ты меня благодетельницей назвал? – постаралась я переключить его мысли.

– Что? – очнулся он от дум и, ухмыльнувшись, кивнул на Жабкину. – Смотри, как жаба надулась! Того гляди лопнет от самомнения. А всё из-за тебя!

– Что из-за меня? – не поняла я.

– Ты не знаешь? – Его лицо забавно вытянулось. – У неё теперь в тумане миллион последователей, и это всего за сутки. Ты подарила нашей ядовитой Жабе знаменитость!

– Ой. – Я покачнулась, опираясь на дубину, чтобы не упасть. – И всё из-за той новости?

У меня в уме не укладывалось, что весть о нашей с генералом «свадьбе» стала настолько популярной в тумане, что привлекла внимание миллионов людей. Впрочем, если вспомнить обстоятельства бракосочетания, то неудивительно. Мало кто из невест бил своих избранников по голове гоблинской дубиной. Подозревала, что я первая решилась предлагать руку и сердце подобным образом.

– Ты теперь тоже известная личность, – иронично продолжал Сит, не подозревая, что я вот-вот рухну в обморок от внезапной славы. – Когда в последний раз проверяла, сколько у тебя последователей в тумане?

– Никогда, – прошептала я немеющими губами.

И снова я пожалела, что послушалась его величество. Знала бы, сколько проблем принесёт мне эта шутка, отказалась бы наотрез! А Сит достал из кармана шар Мобриуса и провёл по нему ладонью. Когда в тумане проявилось моё изображение, запущенное в туман ещё на первом курсе, развернул ко мне:

– Смотри и радуйся!

Я в панике следила, как полупрозрачное число под моим изображением расплывается и никак не может сформироваться. Сердце забилось, как сумасшедшее, стоило только представить размеры катастрофы. Зажмурилась, помотав головой, снова посмотрела в туман.

– Да что такое с твоим мобриком? – разозлилась я и достала свой.

– Ещё плюс один! – хохотнул довольный Сит и подмигнул. – А ты, наверное, решила, что стала миллионником, как Жаба? Ты, конечно, герой и всё такое, но в туман сюжеты из Такина не выпускала. Ты ску-у-учная! Потому и назвал тебя госпожой благодетельницей. Всю славу Жабкиной отдала. Конечно, все знают, что большая часть её постов – ложь. Но людям плевать, им подавай развлечение.

– Брюа, йонкернутый ты туралепден! – выдохнула с чувством. – Напугал до гномиков! Так бы и огрела тебя этим, да не знаю, что с первым долбанутым делать.

– Я знаю, – подмигнул друг. – Закопать. Я помогу!

– Угу, дождёшься от тебя, – буркнула я и отпихнула, освобождая себе дорогу. Хотелось помыться, переодеться и подумать, что теперь делать с новоявленным мужем, властной свекровью, мечтающей запереть меня в родовом гнезде, хитрым королём и моей мечтой, которая сверкала в небе недостижимой звездой. Но судьба-злодейка решила добавить мне новых проблем.