Глава 40

Яг подошёл и молча протянул мне портальную пластинку. От казённой она отличалась серебристой каёмочкой и круглым отверстием, в которое вдет шнурок, чтобы артефакт можно было носить на шее.

– Что это? – с опаской уточнила я, принимая магическое украшение, и нервно пошутила: – Ключ от твоего сердца?

– От моего дома в Такине, – без тени улыбки поправил Блекс.

– Где?! – не поверила я своим ушам.

Мужчина посмотрел на мать, и та повела плечом, но всё же отошла на несколько шагов, а генерал вдруг обхватил мои ладони, сжал своими, крупными и натруженными, и произнёс с чувством:

– Я настроил портал таким образом, чтобы ты могла прибывать в наш дом, когда я нахожусь там. Так будет безопаснее. Но прошу ограничиться двумя-тремя ночами в неделю, чтобы не пострадала учёба.

– Подожди. – Я высвободилась и недоумённо посмотрела на мужчину. – То есть ты хочешь, чтобы я иногда ночевала в Такине?!

Мама Блекса прижала ладонь к лицу и удручённо покачала головой, а генерал отвернулся и, сцепив руки за спиной, ответил:

– Сначала я планировал остаться в академии до окончания твоей учёбы, тем более что король настаивал на моём полном исцелении до возвращения на службу.

– И, не тратя времени попусту, завести ребёнка, – ехидно вставила я. – Да-да, что-то припоминаю.

Яг повернул голову так, что я могла полюбоваться его великолепным профилем, но на меня так и не взглянул. Продолжил как ни в чём не бывало:

– Но гоблинов мои планы не волновали. Этой ночью большой отряд харрийцев во главе с верховным вождём Оутисом ворвался в город через подкоп, и мне пришлось вернуться в Такин.

– Что?! – испуганно подскочила я. – Алесы их одолели?

– Бои всё ещё идут, – глухо произнёс он. – Мне удалось отбить основную атаку и уничтожить Оутиса, но оставшиеся гоблины разбились на группы и забаррикадировались в домах.

Я занервничала:

– Так… Что же мы стоим?! Я быстро за Пушком, и…

– Я разрешаю тебе быть алесой, – громко произнёс он, и я остолбенела.

– А?

Блекс обернулся и наконец посмотрел на меня:

– Ты станешь алесой, Мадина.

– Правда? – Мои глаза снова наполнились слезами, и я всхлипнула.7d423c

Лицо генерала сразу посуровело.

– Но пока не закончишь учёбу здесь и не пройдёшь обучение в королевской академии, ноги твоей не будет на поле боя!

– Ноги не будет, – позволяя слезам пролиться, широко заулыбалась я. – Алесы летают на драконах!

– Ты меня поняла, – сухо осадил он.

– Да-а, мой генерал, – счастливо прошептала я, вытирая слёзы рукавом.

Мы стояли, глядя друг на друга, и я не могла поверить в неожиданно свалившееся на голову счастье.

– И? – не выдержала леди Блекс. Она приблизилась к нам и дёрнула сына за рукав: – Ты скажешь ей, наконец, почему стремглав примчался в Виан, бросив алесов?

– Я не бросал, – приподняв брови, сообщил он. – Меня заменил капитан Коррус. А прибыл я, чтобы передать жене артефакт.

– Да не то! – нетерпеливо отмахнулась Аурэлиана. – Про чувства!

– Чувствую, что с женой у меня будет море проблем, – педантично согласился Яг.

– Похоже, пора сдаться, – тяжело вздохнула леди Блекс и с сочувствием поглядела на меня.

– Я уже было сдался, – неожиданно отозвался мужчина. – Там, в Такине, когда харрийцы окружили нас, подумал, что это конец. Но…

Шагнул ко мне, сокращая расстояние, обхватил моё лицо и наклонился. У меня сердце зашлось, думала, что поцелует, но генерал прошептал:

– Вдруг вспомнил о тебе, твоём забавном слоне и ослином упрямстве. И понял, что никому и никогда не позволю причинить тебе боль. В тот миг я вспыхнул изнутри, а когда пришёл в себя, харрийцы были мертвы. Алесы громко выкрикивали моё имя, славя новый подвиг, а мне захотелось рассказать тебе, что…

– Ты наконец позволил родовой магии пролиться через тебя! – ахнула леди Блекс. – И всё из-за этой девушки. Так не тяни, скажи ей, что любишь!

– Раздери меня дракон! – воскликнула я и обняла Блекса. – Да он уже сказал это несколько раз!

– Когда? – удивилась Аурэлиана и растерянно захлопала ресницами. – Неужели я пропустила мимо ушей то, чего так долго ждала?!

Яг тоже обнял меня и крепко прижал к себе. Шепнул, заканчивая:

– Мне захотелось рассказать тебе, что мой зверь остался со мной из-за тебя. Если уж милый лопоухий слонёнок победил огромного харрийца, то и пантера может выжить в пламени феникса. Я поверил в это, так оно и случилось.

– Я тебя тоже люблю, – снова расплакалась я, пряча лицо на его груди.

Леди Аурэлиана возвела глаза к небу и, постукивая себя указательным пальцем по губам, шептала слова, которые произнёс Яг. Она явно не понимала, когда её сын признался мне в чувствах.