ГЛАВА 9.5
— Пирь-пирь! — раздалось сбоку.
Ашина птаха продолжила мутить воду и строить коварные планы по захвату логова Черной змеи.
— Гр-гр! — бодро отозвался дракон.
— Пии-и-ирь! — голос птички дрогнул от счастья и восторга.
Похоже, она только что влюбилась в духа Алонзо повторно. Вот уж кто понял и оценил её гений без лишних слов и суеты.
— Кажется, духовный птиц твоей сестры полон яростной решимости штурмовать штаб врага, — ко мне подошёл Рафаэль.
— Если с ним будет дракон Алонзо, то я спокойна, — усмехнулась. — К слову, как тебе сам план?
Я не сомневалась, что неугомонный воробушек сразу же подключил к ментальной связи и дракона Рафаэля.
— Мы уже думали об этом. Благодаря истинной связи наши с Алонзо драконы могут временно сливаться с вашими духовными птицами. Так что отправить их в разведку, а после вытащить из бандитского логова магией, в теории, возможно. Но все равно нужно учесть массу нюансов.
— Если птиц это услышит, то сильно расстроится. Он уже упаковал перья в чемодан и готов вылетать.
— Не думаю, что Алонзо позволит любимому воробушку долго скучать, — рассмеялся Рафаэль. — В том или ином виде вылазка всё равно состоится. Вопрос лишь в том, удастся ли нам во время аукциона взять посланника Очей живьем или он успеет раскусить капсулу с ядом.
Сложно… Я уже знала, что у теней из Очей Гюрзы был иммунитет к любым парализующим арканам.
Надо отметить, что яд, который они принимали, подчистую стирал память, поэтому допросить контрабандистов было нереально даже после смерти. Их призраки не могли вспомнить и собственного имени.
Ну а мелкие сошки, вроде тех, что мы поймали в лесу, ничего не знали. Всю необходимую информацию им передавали Тени Гюрзы. Они сообщали лишь то, что необходимо знать о следующем аукционе: место проведения, список гостей и товар, который необходимо достать.
— У нас есть несколько идей, но нужно проверить кое-что, — добавил Рафаэль, — если всё выгорит, расскажу.
— Буду верить и ждать, — ответила, на миг засмотревшись на него.
Генерал совсем не спал и потратил много маны. Вначале, чтобы помочь местным, а после для проверки купола цуру и установки следилок. Он выглядел усталым, под глазами залегла синева, но на губах по-прежнему красовалась привычная улыбка и взгляд был, на удивление, теплым.
Всё же вчерашние откровения нам обоим пошли на пользу. К сожалению, после этого у нас не нашлось свободного времени, чтобы вновь поговорить наедине. Время поджимало, мы спешили добраться до рощи дриад, но сейчас я была этому рада.
И не потому, что хотела вновь сбежать. Я успела окончательно остыть и все осмыслить. И своё поведение, и слова Мурче, и вспомнить эмоции, которые во мне на самом деле пробуждал Рафаэль.
Если отбросить раздражение из-за его слов о метках, на самом деле рядом с ним я чувствовала себя удивительно спокойно.
Для той, кто пережил смерть близких, похищение, едва не попал в рабство и чудом спасся от домогательств — возможность почувствовать себя в безопасности была бесценной. Поэтому я так боялась поддаваться этому ощущению. Не хотела, чтобы оно затмило остальные эмоции.
Этой ночью я много размышляла о своём прошлом и поняла, что в действительности хочу этой защиты и спокойствия. Просто первое впечатление о Рафаэле совершенно не вязалось с этим чувством. Наоборот, казалось, что он принесёт в мою жизнь ещё больше хаоса.
Хорошо, что мы оба сбросили маски…
— Располагайтесь! Надеюсь, вам понравятся угощения! — вдруг услышала голос Вельяны.
Мы пришли на Изумрудную поляну. Знак высшего доверия и расположения. Здесь дриады проводили священные ритуалы и принимали только самых дорогих гостей.
Среди пришедших я сразу увидела тетушку. Она не могла сразу подойти к нам, нужно было соблюсти правила хорошего тона. Но, перехватив мой взгляд, Лин широко улыбнулась и на душе сразу стало теплее. Я безумно соскучилась и хотела поскорее обнять её.
Нас усадили рядом с Вельяной и другими жрицами. Подали закуски и напитки. Разговор шёл легко. Дела пока не обсуждали, соблюдали древние традиции. Но Мурче по-дружески подмигивал Ониксовой гидре и активно подливал что-то в ведра, заменявшие ей кружки.
Я понимала, что смотреть так пристально неприлично, но не могла отвести взгляд. Гидра оказалась очень красивой, с тремя головами и сверкающей чешуей: изумрудной, с перламутровым блеском. Я слышала, что Ониксовой она становилась только во время боя, когда использовала темную магию.
Но пока древнее существо выглядело вполне мирным и жизнерадостным. И с удовольстием смеялось над шутками кота.