Глава 5

Их было много. Очень. Примерно около сотни находилось в большом зале, и вид у каждой был далёк от совершенства. Странные начёсы на голове, закрученные на бигуди волосы, зелёные маски (хм… а может, и нет) на лицах, а ноги и руки измазаны чем-то противным. Все гостьи Величества одновременно и громко что-то говорили.

Теперь я понимаю, почему: во-первых, мужчинам сюда вход запрещён, увидь они эту красоту неописуемую, до конца своей жизни заикаться будут; а во-вторых, и сами мужчины, скорее всего, опасаются сюда заходить, ведь узнай они, что под милой маской их подруги, жены и девушки скрывается, гулять им калеками, получив от разъярённых слабых половин по ушам.

Чего уж, даже меня контузило от ошеломляющего зрелища и оглушило от гомона девиц. Так что, наверняка налакавшийся кот либо уже пал смертью храбрых, и надо внимательно осмотреть шкуры, лежащие под нежными пяточками красавиц, либо искать дезориентированного где-нибудь в тёмном и пыльном углу.

— А ты чего не готовишься к королевскому балу? — прервал мои панические мысли ласковый голос, обернувшись на который я едва не заорала, увидев нависающую надо мной гору зелёных мышц. Невольно вздрогнув от доброжелательной улыбки красавицы, я успела насчитать не менее восьми огромных, сам царь зверей позавидовал бы, вылезших из-под губы клыков.

— Эээ… пошла, — промычала, уверенная, что с этой дамой спорить точно не стоит и вообще, нужно держаться от неё подальше. Я поспешила к девицам, более или менее похожим на меня, но дойдя до небольшой группки щебетуний, резко развернулась и рванула к окну, там, на мой взгляд, было безопаснее всего.

— Господи, у них клюв вместо носа… кто они вообще такие…

— Норики, — пропищали над моим левым ухом, и я едва удержалась, чтобы не шарахнутся от летающей козявки с большой головой и маленькими крыльями.

— Эээ… привет.

— Меня Оли зовут, а тебя?

— Васька, — выпалила, напрочь позабыв, что такую форму своего имени терпеть не могла.

— Красиво, — пропищала козявка, нахально присаживаясь на моё плечо, — а почему ты не с ними?

— Я готова, — ответила, беглым взглядом окинув зал, а это был уже пятнадцатый по счёту. Однако я не прошла ещё и половины комнат северного крыла, и порой мне казалось, что останусь я здесь навечно и буду неприкаянным привидением бродить по покоям и пугать невинные души прибывших на бал девиц.

— И я, — прервала мои тягостные мысли Оли. Резко взлетев и зависнув перед моим носом, козявка несколько раз покружилась, хвастаясь отсутствием наряда и обнажёнными частями своего тщедушного тельца.

— Чудесно выглядишь, — натянуто улыбнулась и, наконец обнаружив дверь, в которую я ещё не заходила, быстро произнесла, — мне надо…

— В уборную? — догадалась малышка, пролетев над моей головой, — только осторожней, там гномихи попойку устроили и всех заставляют пить.

— Ладно, — растерянно кивнула и решив, что в выбранную дверь, оказавшуюся уборной с гномихами, я не пойду, устремилась к следующей. Но не дойдя до неё и двух шагов, услышала истошный визг и, резко повернув, побежала к пьющим гномихам.

Алену было больно. Парень, судя по всему, необдуманно сунулся в окно, не заметив крепеньких и отважных крох за тумбой. Там-то его и остановила грозная команда девчат, которые от всех души лупасили очумелого и контуженного после приворотного зелья кота всем, что под рукой оказалось. А оказалось: бутылка, мыльница, табурет, ёршик, которым уже дважды по морде парню прилетело, и лопата — вот эта откуда взялась во дворце, ещё и в женской уборной, меня, признаться, изумило.

— Королю его надо сдать! Вяжите его! — прокричала я, подпирая собой дверь, в которую ломилось стадо желающих срочно вызнать, что произошло.

— Ты кто такая?

— Секретарь его величества! За этим супостатом пришла! Не упустите ирода! Вяжите!

— Слышали?! Ноги! Куда! Гаря, садани ему по темечку, чтоб не трепыхался!

Звон разбившейся бутылки, ликующий крик и обмякшее тело Алена — это всё, что я успела заметить, прежде чем приземлиться на самую горластую после ощутимого толчка распахнувшейся с грохотом двери в спину.

— Мужчина?! В женском крыле! — точно сирена оглушающе рявкнула та самая зелёная дама и грозным рыком объявила, — смерть ему!

— Какая смерть?! Эй, вы чего! А ну, стоять! — в этот раз истошно заорала я, бодро вскакивая на ноги, — не трогать! Не видишь, он под заклятием!

— Все они под заклятием! Взять!

— Стоять! Под заклятием! Ведьма приворотным зельем напоила! Не ведает он, что делает! Девочки, гляньте на него, вид дурной и взгляд осоловелый!

— Он же в отключке? — удивлённо пробормотала Гаря, но веко у Алена оттянула и, чуть поразмыслив, добавила, — осоловелый.

— Ну вот, — выдохнула я, оглядев гномих и Зелёную, которая своими габаритами перекрыла для всех остальных вид и доступ, — невиновен он, надо к королю отнести.

— А ты кто такая? — вдруг подозрительно сощурила глаза великанша, показательно оскалившись и сжав кулаки, — что-то я тебя не припоминаю.

— Секретарь его величества, вот у меня и медальон имеется.

— Та ты никак ведьма?! — удивлённо воскликнула Зелёная, а гномихи, отпрянув, зашипели. Ей-богу я даже предположить не могла, что они так умеют, аж зябкие мурашки по спине пробежали и холодом могильным потянуло.

— Ненастоящая! Чего заладили!

— Этого казнить! Её к королю отвести! — приказала Зелёная особа, явно теряя ко всему интерес. Гномихи беспрекословно кинулись выполнять, почему-то в первую очередь бросаясь на меня, а я-то думала, мы подружились.

— Стоять! — как попугай заладила я, от страха не сразу сообразив, что бы такого ещё сказать. Интуитивно закрываясь руками от летящей в меня табуретки, краем глаза заметила, как от моей руки отделился белый луч и с тихим треском раскрошил мебель в щепки, а кинувшую пригвоздил к стене.

— Верховная, — довольно усмехнулась Великанша, резким броском схватив меня за руки, и стиснув в своих медвежьих объятиях, рыкнула, — этого тоже отнесем к королю, пусть сам разбирается.

Надо ли говорить, что несли нас торжественно и со свитой. Правда, выбраться из северного крыла рискнуло всего десятка два девиц, но и этого было достаточно, чтобы привлечь к нам внимание большинства гостей замка. Так что у половины его величества мы остановились очень дружной и большой, не менее сотни, компанией. И если женская часть всего населения этого странного мира желала крови кота, то мужская почему-то хотела сжечь ведьму, то есть меня.

Я же, лёжа на руках почти с комфортом у Предводителя прекрасной половины нелюдей, радовалась, что обещания свои я выполнила и даже перевыполнила, доставив Алена живым и почти невредимым прямо королю в рученьки. И что скоро отправлюсь домой к родной сестрице, которая превращается в самую настоящую ведьму, если опоздаешь к праздничному столу.