Глава 1

– Я поступала в академию волшебников не для того, чтобы учиться, а не крутить с парнями, – решительно сказала я, склонившись над колбой и вливая в неё зеленый реагент. Моя подруга Корделия сидела на парте и разглядывала себя в карманном зеркальце, держа его перед собой. Она откинула белоснежный локон, блестящий от солнечных лучей из окна аудитории, за спину и проговорила нравоучительно: – Это ты сейчас так говоришь. Потому что тебе восемнадцать, и ты только поступила на первый курс. Я заправила тёмный локон за ухо и капнула зеленую жидкость в колбу, в ней зашипело. – По-твоему, что-то поменяется? – А ты как думала! – воскликнула Корделия и даже оглянулась на меня, выпучив глаза. – Вероника, ты просто не понимаешь, мы же в академии волшебников, а не в каком-нибудь техникуме. Здесь учатся сыновья самых крутых семей. Причем и драконы тоже. Пена в колбе стала стремительно подниматься, я прошептала заклинание остановки, но пена падать отказалась. – Мне до этого нет никакого дела, – сообщила я подруге. – И вообще, вместо того, чтобы прихорашиваться, помоги мне. У меня зелье выходит из-под контроля. Корделия торопливо захлопнула зеркальце и убрала его в карман тугих брюк. Подбежав ко мне, она наклонилась над колбой, её брови озадаченно сдвинулись, она проговорила: – А что ты вообще делаешь? – Да пытаюсь создать зелье успеха, – сообщила я. – Но кажется что-то напутала с ингредиентами. Пена в колбе продолжала шипеть и подниматься, мы с Корделией уже вместе стали читать заклинание остановки, но становилось только хуже. Пена стала малиновой, и колба задрожала, а вместе с ней и стол, на котором стоят остальные реагенты. Корделия охнула и отшагнула назад. – Где ты вообще взяла этот рецепт??? – Да где, где, – в отчаянии выкрикнула я, – в библиотеке, где же ещё. В фолианте заклинаний для первокурсников! – И тебе её вот так просто отдали??? Колба загудела ещё сильнее, я схватилась за голову и простонала: – Да, но сказали, что практиковать можно только с преподавателем. – А ты, конечно, не дождалась! – сделала вывод Корделия. – Я просто хотела подготовиться получше, – призналась я, глядя как колба поплыла вверх из подставки и при этом раскачивается маятником, рискуя выплеснуть опасное содержимое. Корделия отпрыгнула в сторону и схватила палантин, который обычно накидывает себе на плечи. – Твой перфекционизм тебя погубит! – выдохнула она. – Отойди! Я поспешно отбежала, а Корделия швырнула раскрытый палантин на колбу, которая уже на метр поднялась над столом. По идее это должно было успокоить разбушевавшуюся колбу, но вместо этого палантин вспыхнул малиновым светом и растворился, а колба деловито поплыла в сторону двери, исходя розовой пеной. Корделия охнула. – Мой палантин! Вероника, блин! Из чего это зелье?! Я виновато воскликнула: – Корди, я куплю тебе новый! – Да леший с палантином! Как остановить эту колбу?! – Я не знаю! Колба будто обрела разум, иначе объяснить то, что дверь перед ней распахнулась я не могу. После чего деловито вылетела в коридор. Мы с Корделией хором вскрикнули и бросились следом. – Пообещай мне, что больше не будешь практиковать без подготовки! – на бегу потребовала Корделия, пока мы гнались по коридору за летящей колбой, которая покачивается и исходит малиновой пеной. Я отозвалась: – Я попытаюсь, но не… Следом за колбой мы завернули за угол и выбежали в центральный зал, в который в этот момент заходила группа из пятикурсников, одежда которых кричит – они из сильных магических родов. Колба тут же застыла, на секунду я подумала, что она угомонилась, но не тут-то было, колба зазвенела и через миг взорвалась малиновой пеной на весь зал, а мы с Корделией только и смогли, что завопить в один голос: – Разойдись!!! Через двадцать минут мы стояли перед ректором, опустив головы, а он, будучи старым ворчливым магом с седой бородой до самого живота и в сиреневой мантии костерил нас на разные лады, пока двое пятикурсников, костюмы которых больше всего пострадали от моего зелья, косились на нас с Корделией. – Вы только поступили в академию, – вещал старый маг, – и снова устроили такое. И где? В центральном зале на входе! – Все должно было пройти иначе, – заметила я хмуро. Ректор Бран всплеснул руками и возмутился. – Да что вы говорите, барышня Кленолист. А я уж подумал, что вы нарочно создали неизвестного состава зелье, чтобы выплеснуть его пену на студентов. Да ещё и самых знатных пятикурсников. Вы разве не знаете, что они – цвет нашей академии? Когда кого-то так превозносят у меня всегда складывается ощущение, что незаслуженно. Но удержаться от того, чтобы не покоситься на них я не смогла. Пятикурсники спокойно стоят у входа и слушают ректора. Их сдержанные, а от того ещё более дорогие костюмы двадцать минут назад были светло голубого и желтого цветов. Теперь же они щедро украшены кляксами и пятнами ядерно-малинового цвета. Такие же кляксы растеклись у них на щеках и волосах. Что, кстати, их не портит. Лица привлекательные, с небольшой щетиной и волосами до плеч, правда у одного нос с небольшой горбинкой, но светлые волосы придают облику экзотичности, а у второго ямка на подбородке, и он брюнет. Когда брюнет то ли ухмыльнулся, то ли улыбнулся, я резко отвернулась, а ректор продолжил: – Вы хоть понимаете, что пострадать могло больше студентов? В целом, я ректора понимала, он ответственный за порядок, но я всегда считала, что любознательность нужно поддерживать. А я очень любознательная девушка, так что пробормотала: – Вряд ли испачканный костюм можно назвать страданием, ректор Бран. Седые и кустистые брови ректора вскинулись, он с нажимом прогудел: – Что-о? Вы ещё препираетесь, юная барышня??? Корделия незаметно толкнула меня локтем в ребро, я поспешила проговорить: – Нет… Извините, ректор Бран. – То-то же, – повелительно отозвался ректор. – Вы пока только начинаете дивный и сложный путь в магии. Вам следует быть очень осторожными и соблюдать технику безопасности. А вы что? Ректор сурово на нас посмотрел, мне пришлось ответить: – А мы её нарушили. – Именно. И за это я вынужден наказать вас, чтобы в ваши юные головы больше и мысли не приходило нарушать порядок. В груди моей екнуло. В академию я поступила в последней надежде получить высшее магическое образование и найти место в жизни, потому что из родни у меня только старенькая бабушка, которая не переживет, если я меня выгонят. Говорила она она мне, поумерить свое любопытство и самонадеянность, а я никогда не слушаю. Дурында. Я взмолилась: – Ректор Бран, пожалуйста не исключайте меня, я обещаю, что буду стараться. – Вы и в прошлый раз обещали, что будете стараться, – напомнил ректор и упер кулак в бок, а другим оперся на край стола. – Помните? Когда пытались сделать соединить ковер-самолет со стулом? Я виновато поморщилась, но попыталась себя оправдать: – Я просто хотела сделать полеты на ковре удобнее… – А вместо этого разворотили половину аудитории, – сообщил ректор. – Ректор Бран, я не нарочно. Корделия снова толкнула меня под ребра и торопливо произнесла: – Ректор, она больше не будет, правда. – Вы не можете отвечать за свою подругу, барышня, – сказал ректор. – Так что у меня остался только один выход… Сердце мое замерло, а дыхание сперло от страха – сейчас он скажет эти страшные слова и полечу я, как фанерка над столицей торговать капустой где-нибудь в захолустье вроде Загорского Кряжа. В этот момент один из пятикурсников, которые все это время неотрывно следили за нами с Корделией, вскинул руку и проговорил: – Ректор Бран, погодите. У меня есть идея. Мы разом замолчали. Говорил брюнет с ямкой на подбородке и в светло-желтом испачканном костюме. Ректор несколько секунд с непониманием смотрел на него, потом хмыкнул и проговорил: – Лорд Пламенник, что вы хотите предложить? Парень кивнул, как бы благодаря ректора за разрешение говорить, и сказал: – Как я понимаю, девушки не имели злого умысла и не пытались нарочно нам навредить. При этом он посмотрел на меня так, что в его золотисто-карих глазах вспыхнули огни, мне это не понравилось, но Корделия охотно закивала и подхватила: – Совершенно верно. Мы вот совсем ничего не пытались сделать плохого. Наоборот, очень даже наоборот! Пришла моя очередь толкать подругу под ребра, я что я и сделала, она ойкнула и с недовольством на меня покосилась, а пятикурсник продолжил: – Тем более. И, раз уж они так тянутся к знаниям и учебе, я предлагаю назначить нас с Камилем над ними кураторами. Мы с Корделией разом охнули, она даже незаметно ухватилась за мой локоть, я укусила губу, а ректор с нескрываемым изумлением спросил: – Кураторами? Лорд Пламенник, вы уверены? Эти девицы не самые спокойные студентки в академии. Если хотите, мой секретарь подберет вам приличных девушек из хороших семей, которые уж точно не доставят вам хлопот. Прозвучало это довольно резко и обидно. То, что я родом из не самой известной, а скорее даже наоборот, семьи, вовсе не означает, что у меня плохая магия. Мне всего лишь нужно заниматься. Но кто меня спрашивает, если даже кураторов над первокурсниками назначают пятикурсников по статусу и знатности. И я бы должна радоваться, что этот брюнетик вызвался взять над нами шефствование, но почему-то в груди свербит досада – если бы не случайность, они бы даже не посмотрели на нас с Корди. И уж тем более непонятно, зачем это ему вздумалось курировать таких как мы. Брюнет ответил ректору: – Да, разумеется, мы знаем, что ваш секретарь отлично справляется со своими обязанностями. Но, думаю, мы с Камилем, сами способны выбрать себе подопечных. Верно, дружище? Он с вопросительным взглядом обернулся к блондину. Тот растянул губы в улыбке и охотно кивнул, тряхнув заляпанными розовым волосами. – Ректор Бран, мы с Дареном с удовольствием станем кураторами этих двух прекрасных волшебниц. Несколько секунд ректор потирал подбородок, пока мы с Корделией в замешательстве переглядывались. Потом он все-таки произнес: – Ну что ж. Лорд Пламенник, лорд Водопад, если вы готовы заняться этими барышнями, не имею права вам препятствовать. Надеюсь, ваши семьи в курсе ваших решений. На это тот, который лорд Пламенник и, судя по всему, Дарен, отмахнулся и ответил: – Мы имеем полномочия самостоятельно принимать подобные решения, ректор Бран. – Кхм… Кхм… – покашлял ректор. – Что ж, тогда не смею вас больше задерживать. Пройдите к моему секретарю в кабинет, он оформит ваше кураторство. Их кабинета ректора мы вчетвером выходили молча. Напряжение, которое повисло между нами, можно резать ножом, таким тугим и плотным оно ощущалось. Но заговорить с пятикурсниками и потребовать объяснений ни я, ни Корделия не решались. Ещё бы! Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понимать, эти двое – не простые маги. У обоих глаза поблескивают, волосы лоснятся, а одежда… Ткань по виду напоминает паучий атлас, а его могу позволить себе купить только очень… Нет. Очень! Состоятельные семьи. Пятикурсники идут позади нас, будто стерегут, чтобы не убежали. Я чуть наклонилась к Корделии и шепнула едва слышно: – Ты понимаешь, что происходит? – Вообще нет, – отозвалась она так же тихо. – Это ведь… Подругу я не дослушала и резко развернулась, из-за чего парни едва не наступили на нас. Оба они на голову выше, так что мне пришлось вскинуть подбородок и, собрав все остатки смелости, спросить у брюнета, который с любопытством взирает на меня сверху вниз: – Так, лорды. Объясните, что все это значит?