Глава 37

Сон был спокойным, словно в мягких облаках. Мне снилось детство, родители, мужья и два маленьких мальчика, так похожие на Артура и Антония. На этом и проснулась с блаженной улыбкой на губах. Так мне хорошо на душе и спокойно, но стоило вспомнить, что мужья неизвестно где и когда вернуться, стало не по себе. Осмотрелась и поняла что нахожусь в своих покоях. Привычная обстановка немного вернула уверенность. Быстро соскочила с кровати и направилась в ванную комнату, горничная тихо спящая на стуле в спальне, встрепенулась и открыла сонные глаза. По мере пробуждения они всё больше округлялись и взгляд приобрёл осознанность. – Леди Лиса, а меня тут оставили с вами, пока вы не проснётесь, – тонко пропищала девушка и склонилась в поклоне. – Миса, – улыбнулась девушке, словно увидела родную душу, – прекрати кланяться и помоги привести меня в порядок, надо узнать что с моими мужьями. – С принцами всё хорошо, они вчера были доставлены во дворец, правда, сейчас находятся в целительском крыле, – произнесла Миса и, ойкнув, прикрыла руками рот. – Не выдавайте меня, что я рассказала, но вчера, когда вас принесли, весь дворец стоял на ушах. Меня вызвали привести вас в порядок и переодеть в ночную рубашку. Приходила сама императрица вас проведать, но вы спали. Потом пришёл целитель и смазал ваши раны, так что от них не осталось следа. Сказал, что регенерация у вас хорошая, но кто-то сильно постарался и хотел вас изуродовать. Всё это вылетело из моей горничной почти на одном дыхании. И я несколько минут просто стояла в ступоре, пытаясь переварить информацию. Мысли в голове пронеслись хороводом, в них я уже добежала до ванной и гардероба. В другой ветке мыслей, сбежала в целительское крыло к мужьям, как есть, в ночной рубашке, и пусть думают, что хотят. – И что теперь? Где император и советник? Мне хоть кто-то объяснит? – спросила в итоге, сдуваясь как шарик и чувствуя себя опустошённой. – Простите, леди, но давайте сначала приведём вас в порядок, а потом пойдём кушать, – начала со мной сюсюкать как с маленькой, – нервничать вам нельзя, подумайте о детках. – Детках? – затормозила на мгновение, часто моргая. Мозг быстро провёл параллели, мои мужья – близнецы. Их отцы и сестры тоже, приснились мне сегодня двойняшки. Замерла, положила руки на живот, глупо улыбаясь. Значит, это так мои детки дали о себе знать. И тут впервые я осознала себя не двадцатилетней девочкой, которая только начала жить, а существом с очень богатой историей, полностью готовой к материнству. Как оказалось, это моя давняя мечта, и сейчас я словно получила награду за все мытарства. Миса что-то тараторила, заговаривая мне зубы, но я и так её не слушала, полностью погрузившись в свою ощущения. Прислушиваясь к себе и внутренним изменениям. Ничего не нашла, кроме переполнявшего меня чувства счастья. Все проблемы мира стали такими ничтожными, что даже смешно сказать, потому что у меня появился смысл жить и бороться за место под солнцем. Сделать мир лучше, чище и безопаснее. Родители тоже отошли на задний план. Насильно мил не будешь, и как бы они не желали видеть меня рядом послушной и невинной овечкой, такого уже не будет. Я люблю жизнь, у меня есть мои мужья, и отрекаться я от них не собираюсь, чтобы ни случилось. Детям нужны их отцы, которые, я уверена, полюбят их не меньше меня, если этого уже не случилось. Горничная делала всё быстро, словно извиняясь за то, что наговорила лишнего, то и дело заглядывая в мои глаза в бесплодных попытках растормошить и добиться хоть слова. А я словно провалилась в счастье и выплывать из него не готова, чтобы не случилось. Лишь только где-то там, очень глубоко в сознании скреблась мысль, что я могла быть счастливой очень много лет, если бы меня этого не лишили. Не растоптали мои чувства и желания в угоду чистоте крови и амбициям. И как не отмахивалась, но это всё равно оставалось со мной, и я перестала сопротивляться. Пусть будет напоминанием, что зло не дремлет, а предать могут самые близкие. Бросила на себя взгляд в зеркало, когда Миса оставила попытки растормошить меня. Да так и замерла, не веря своим глазам. Волосы чуть изменили цвет и стали золотистыми, но не это меня удивило. Я вся словно светилась изнутри, кожа, волосы всё наполнилось какой-то силой, преображая и делая красивой и уверенной в себе. Я стала сама собой, той, кем должна была быть от рождения – фениксом. Светло-голубое платье лишь красиво подчеркнуло природную красоту. Искусно уложенные волосы умелыми руками Мисы, заиграли совсем другими красками. Я видела себя, но словно со стороны. Осторожно провела по щеке и улыбнулась своему отражению. Внимательно посмотрела на свой пока ещё плоский живот и вдохнула глубоко. Миса стояла рядом и тоже смотрела на меня, чуть заметно улыбаясь, хорошо, хоть слезу от умиления не вытирала. Покачала головой, пытаясь привести себя в чувство и сосредоточиться на том, что хотела сделать. Подобрала юбки и решительным шагом направилась на выход. Хватит летать в облаках, надо узнать, как чувствуют себя мои мужья и что вообще твориться, а потом наведаться к родителям. Поинтересоваться, всё ли у них в порядке со здоровьем, а то мало ли как на них изоляция, да ещё такая длительная повлияла. Усмехнулась и вышла в коридор, охрана тут же вытянулась по струнке. Узнала тех, кто принёс мне клятву на крови служить. Кивнула и сказала: – В целительское крыло можете проводить? – Да, только тут небольшая проблема. Мы не сказали, что служим вам, и нам дали настоятельные рекомендации не пускать вас туда. Столовая и парк, – развёл руками воин, а я тщетно пыталась вспомнить его имя. – Хм… хорошо, – протянула задумчиво, – раз так, мы никому не скажем. Сейчас в столовую, потом в парк, а там сделаем вид, что я решила вернуться в покои, и попробуем пробраться тайно. Я должна знать, что опять от меня скрывают. Внутри всё клокотало от бессилия и злости. Я беременна, но это не значит, что позволю запереть меня в четырёх стенах. Мне и родителей хватило в своё время с их гиперопекой. Выдохнула, стараясь унять расшатавшиеся нервы, и направилась в столовую. Судя по времени, я успеваю к завтраку, а значит, слуг просто так гонять не придётся.