Глава 15

⅏

⸎ АРИАННА ⸎

Стоит и смотрит на меня таким взглядом, будто сожрать хочет.

А может и хочет.

— Вы невероятно влияете на свою команду, адмирал, — не удерживаюсь от шпильки. — Буквально заставляете парней замирать от ужаса.

Дракон, что удивительно согласно кивает со словами:

— Так и есть. Но в этом отчасти и вы виноваты, доктор.

— Я? — удивляюсь наглости адмирала. Значит, как обвинять меня так это запросто, а сказать всё как есть невозможно. Будем изображать загадочного героя с трагичной судьбой?

Тру виски, потому как начинает болеть голова. Да и вообще сегодняшний день явно переплюнул по насыщенности все любые дни моей жизни. Мне нужна еда и сон. С остальным разберусь завтра. Сегодня уже нет сил бороться с ветряными мельницами.

— Вы плохо себя чувствуете? — обеспокоено интересуется адмирал.

Поднимаю на него хмурый взгляд и говорю как есть:

— Да, хочется есть и отдохнуть. Буду честна с вами, устала за сегодня.

— Галактический день длиннее земного, доктор, — снисходительно говорит дракон. — Привыкнете к новому режиму, но не сразу. Вам давно нужно было оставить все дела и идти спать. И поесть, конечно.

«Ох, заботливый какой», — ворчу про себя.

— Лекс, быстро организуй доктору лёгкий питательный ужин, — распоряжается адмирал.

Потом он указывает рукой на стол.

— Садитесь, Арианна, сейчас всё будет.

Сажу, как велено.

Адмирал садится напротив и произносит:

— Вы не против моего общества?

— Нет, что вы, — улыбаюсь я.

Он хмурится.

— В смысле, не против, — уточняю на всякий случай.

Сил говорить нет совсем. Я молчу. Адмирал молчит. И мы просто сидим и как два дурака смотрим друг на друга.

Лекс вскоре приносит ужин и накрывает только для меня.

— А вы? — спрашиваю адмирала.

— Я не голоден, — отвечает он мягко.

Ну не хочет и не хочет.

Так, что тут у нас?

Крем-суп с сухариками. Суп ароматный, горячий, насыщенный.

Вместо кофе чай, но к счастью, обычный, и с долькой лимона. Отлично.

Адмирал с удовольствием наблюдает, как я ем. Так умилительно обычно смотрят на своих любимых питомцев, но как я уже говорила, у меня нет сил вести разговоры, ворчать и вообще как-то реагировать. Поэтому просто жую и мечтаю скорее добраться до кровати.

Крем-супом наедаюсь, хотя сначала возникала мысль, что ужин зажали, но блюдо оказалось хорошим.

Выпиваю чашку чая с лимоном и закусываю хрустящим невероятно вкусным печеньем и уже практически готова уронить голову прямо здесь.

Адмирал видит, что я клюю носом, едва удерживаю глаза открытыми и прикрываю рот ладошкой, чтобы не светить своими гландами при зевоте.

— Вы совсем вымотались, — говорит он с лёгким недовольством, но больше с заботой. Душка. — Нужно беречь себя. Вы ведь доктор.

— Ага, — киваю я и поднимаюсь с места.

Смотрю на дракона – красивый мужчина. Генофонд просто чума. Жаль, если пропадёт.

Решено, завтра прямо с самого утра сама поговорю с ним, задам вопрос напрямую – пара я ему или нет?

Если нет, это одно. Если да, то будем вдвоём думать и решать, что с этим делать. Какие последствия будут, если я приму предложение быть его парой. Кто знает, может там обязательства страшные и женщинам вообще нельзя работать. Тогда придётся договор составлять. В общем, сложные решения на ночь глядя никто не принимает. Утро вечера мудренее.

— Не проводите меня до каюты? Пожалуйста, — решаю поэксплуатировать адмирала. А то вдруг по пути опять этот жуткий рван встретится. Но спешно добавляю: — Если вам не сложно.

— Мне не сложно. И я с удовольствием провожу вас, — говорит дракон и светится при этом как медный таз.

Эх, как мало для счастья человеку, то есть, дракону надо.

Надеюсь, он и в эксплуатации по жизни тоже такой же лапочка, а не тиран. С экипажем он жёсткий и строгий. Но тут по-другому нельзя. В общем, время покажет, а пока пора баиньки.

Адмирал провожает меня до каюты и даже ни разу не прикасается. Хотя бы случайно. Когда доходим до каюты, он глядит на меня жадно, но глаза полны тоски по чему‑то невероятно прекрасному, которое вот‑вот исчезнет, и он не в силах это чудо удержать.

На его шее нервно пульсирует жилка.

Я понимаю, что вот так просто пожелать ему спокойно ночи и уйти будет жестоко.

— Позавтракаете завтра со мной? — спрашиваю робко.

По моей коже пробегает толпа мурашек, когда адмирал вдруг протягивает руку и касается моей щеки. И смотрит на меня отстранённо. Похоже, он даже не услышал моего вопроса.

— Адмирал?

Он резко убирает руку и смотрит на меня так, будто только что проснулся и ещё не понял, где находится.

— Позавтракаете со мной завтра? Или это уже наглость с моей стороны? — повторяю вопрос уже совсем неуверенно. Может мне вообще всё показалось, и я ему никакая не пара, а просто увлечение?

— С удовольствием подарю вам все завтраки, обеды и ужины, — отвечает он, потом убирает руки за спину, делает шаг назад и как-то наигранно бодро говорит: — Добрых снов, доктор.

— Э-эм… И вам… — мямлю я.

Он разворачивается и уходит. Я вижу напряжённую спину и думаю, что мне действительно лучше идти спать, а не думать непонятно что. Потому что точно ни до чего хорошего не додумаюсь.

Быстро раздеваюсь, принимаю душ и забираюсь в кровать. Едва голова касается подушки, я отключаюсь.

А утро приносит новые сюрпризы.

⅏

Просыпаюсь от тревожного сигнала по громкой связи. Кто-то что-то сообщает, но мой пока ещё не пробудившийся мозг не воспринимает информацию.

Мне требуется почти минута, чтобы собрать мозги воедино, сконцентрировать взгляд на помещении, в котором нахожусь, вспомнить произошедшие события и вздохнуть облегчённо, что это был не сон, а реальность.

Громкая связь молчит, явно повторять никто ничего не собирается.

Наверное, это было сообщение о наступлении нового дня. Или нет? Вроде как звучало что-то связанное с тревогой? Игнорировать свои сомнения не могу, поэтому очень быстро привожу себя в порядок, упаковываюсь в комбинезон и выхожу из каюты.

В коридоре случается дежавю – мне на встречу беспечно топает рван по имени Закр.

— Вот только тебя сейчас не хватало, — шиплю я, когда вижу его.

Зверь, когда тоже натыкается на меня, застывает, как и в прошлый раз начинает шипеть и страшно раздувать свой воротник.

— Слушай, иди, куда шёл, ладно? — пытаюсь договориться с тупой зверюгой.

Потом пытаюсь сделать вид, что я ничего и никого не боюсь и вообще вся такая крутая и демонстративно задрав подбородок, иду прямо на рвана.

Ящер от моего нахально наигранного бесстрашия обалдевает, даже шипеть прекращает и смотрит на меня так, будто у меня не одна, а три головы выросло.

И о чудо! Я спокойно прохожу мимо рвана и он на меня даже не кидается!

Выдыхаю и спешу дальше на мостик.

И уже когда поднимаюсь по лестнице, слышу за своей спиной топот зверя.

Оборачиваюсь и кривлюсь. Рван, зараза, идёт за мной. Но ничего, я уже рядом с мостиком, там большие драконы, они меня защитят от этого монстра.

Прибавляю шагу и вхожу на мостик, открыв рот с приветствием, и давлюсь этим своим приветствием, когда слышу слова капитана:

— Положение действительно критическое. Сканер установил, что пробита обшивка корабля. Корабль разгерметизирован. Сканер не показывает наличие жизни на корабле, но если выжившие и есть, то у них остались считанные часы. Адмирал?

И у меня по позвоночнику пробегает ледяной холод, когда из микрофона слышу голос адмирала Рикарда:

— Я тебя услышал. Они послали сигнал о помощи, и мы оказались рядом. Я должен знать, трагедия произошла из-за метеоритного дождя или здесь поработали селты. Капитан?

— Да… Только это может быть ловушкой… Адмирал?

— Всё может быть, — ровно отвечает адмирал и говорит: — Если живые есть, то мы поможем им. Отправь за нами две капсулы. Приказ ясен?

— Так точно, адмирал!

Капитан оборачивается к команде и отдаёт приказ:

— Нил, Дойл, Грэг и Мартин! Боевые скафандры на себя и выпускайте капсулы. Пока адмирал не прикажет и не разрешит стыковку с кораблём – ждёте и ничего не делаете. Приказ поняли?

— Так точно, капитан! Прикажете исполнять?

— Исполняйте!

Я расталкиваю мужчин, подхожу к капитану, и уже примерно представляя, что произошло, без требований объяснить, уверенно и нетерпящим возражений тоном, заявляю:

— Капитан, я лечу с парнями!

— Нет! — тут же рявкает капитан и глядит на меня таким жутким взглядом, будто убить готов.

— Там могут быть раненные… — начинаю я.

Но он обрывает меня грозным рыком:

— Я сказал: «НЕТ». Раненными займётесь, когда их доставят на наш борт. Идите и не отвлекайте...

Сжимаю руки в кулаки и тоже добавляю угрозы голосу:

— Капитан, я – доктор. И это моя прямая обязанность помогать тем, кто оказался в беде. Да и знаю я, как солдаты раненных спасают – на плечо закинут и отволокут в капсулу, сбросят на пол, как мешок. А если там будут те, у кого переломы позвоночника? У нас есть авианосилки.

Он оборачивается и прожигает меня убийственным взглядом. Остальные драконы смотрят на меня не менее приветливо. Но я выдерживаю этот взгляд и упрямо поджимаю губы.

— Проклятье! Мэй! Если ты там сдохнешь, я заставлю тебя воскреснуть, а потом лично убью! — шипит капитан.

Потом гневно сводит брови и как рявкнет на весь космос:

— Ну? Чего встала? Живо собралась и в капсулу! Нил, Дойл, доктор Мэй с вами. Снабдите её боевым скафандром и головой за неё отвечаете!

⅏

Медицинский рюкзак для ЧП ситуаций, вроде этой у меня всегда собран. Компактно свёрнутые авианосилки прикреплены к нему.

Драконы помогают мне упаковаться в боевой скафандр, который к моему счастью оказывается лёгким. «Умный» материал с экранно-вакуумной изоляцией скафандра подстраивается под строение моего тела. Снаряжение твёрдое, но мягким оно и не должно быть.

— Ваше снаряжение оснащено лазерной пушкой. Вот тут на правой руке дуло. Но сами вы не сможете активировать оружие, все скафандры настроены на драконов. По внутренней связи любой из нас услышит, если вам нужно запустить лазер и активирует его. Он самонаводящийся. Поняли меня?

— Да, — отвечаю коротко и добавляю: — Надеюсь, никакого оружия не понадобится.

— Мы тоже, — мрачно говорят мужчины.

Они уже собраны и их скафандры выглядят устрашающе и грозно. Это у меня облегчённый вариант, с моего костюма сняли всевозможные боевые игрушки, всё равно воспользоваться не смогу, а весят они много.

Хотя зря они так, я проходила боевую подготовку, как и все, кто собирается в космос. Я умею и из пушек стрелять и ножом владею. Да и рукопашный бой мне не понаслышке знаком. Но вряд ли мне сейчас поверят.

Драконы, переговариваясь короткими фразами, запускают капсулу и легко, без особой встряски, выходят из закрытого грузового отсека в космос.

Первая капсула уже покинула корабль, мы следуем за Грэгом и Мартином.

Я не знаю, сколько проходит времени, может несколько минут, может часы, а быть может и вся вечность. Но я собрана и не ощущаю ни страха, ни мандража. Так всегда бывает, когда речь идёт о спасении чьих-то жизней. И ещё немаловажный фактор для меня – там адмирал.

Вдруг как раз и раздаётся в переборке голос адмирала:

— Команда один и команда два, корабль «чист». Стыкуйтесь и проверьте все отсеки на наличие выживших. Мы вас прикрываем.

— Принято, — отвечает первая команда.

— Принято, — отвечают «мои» парни.

Мы подлетаем к покорёженному кораблю и садимся брюхом ему на спину в месте, где пробоина размером с нашу капсулу.

— Произвожу стыковку в хвостовой части корабля, — отчитывается первая команда. — Пристыковались. Выхожу из капсулы. Грэг на подстраховке.

— Произвожу стыковку на верхней части корабля, — отчитывается Нил.

Капсула буквально присасывается брюхом к пробоине. Всё происходит быстро и чётко.

— Пристыковались. Выходим из капсулы, — говорит Нил. — Дойл на подстраховке.

Нил отстёгивает ремни безопасности, потом отстёгивает меня.

Мы выходим в отдельный отсек, он закрывает за нами шлюз, потом он указывает мне на поручни со словами:

— Держитесь, сейчас будет разгерметизация отсека, может тряхануть.

Беспрекословно подчиняюсь и мёртвой хваткой вцепляюсь в поручни.

Дракон открывает шлюз и в тот же миг из отсека с шумом выходит весь кислород.

— Когда покинем капсулу, я закрою шлюз и Дойл стабилизирует отсек. Вы всё это время должны держаться рядом, ясно?

— Да.

— Действуем, — говорит он и первым покидает капсулу.

Вот теперь мне страшно. Это мой первый почти что выход в космос. Симуляции и тренировки не в счёт.

Подаёт мне руку со словами:

— Отпускайте поручни. И не бойтесь. Вас тянет из отсека из-за воздуха, что находится в нём. Здесь уже нет такого.

Подчиняюсь без возражений.

Одновременно хватаю его за руку и другой рукой отпускаю поручень.

Меня буквально «выплёвывает» из капсулы, но Нил был прав, едва мы оказываемся внутри повреждённого корабля, всё проходит.

Невесомость лишь на словах явление потрясающее, на самом деле оно сложное и организму непривычное. Нетренированное тело ощутит все прелести невесомости, и они, поверьте мне, отнюдь не прекрасно-романтические. А симптомы такие же, как у тех, кто страдает морской болезнью. Головокружение, тошнота, дезориентация, иллюзии. Но я к счастью тренировалась, приучала себя к этому состоянию, и моё тело вспоминает данное ощущение и уже не выдаёт сюрпризов, как было в первые недели тренировок.

— Корабль или часть корабля разгерметизирована. Здесь сейчас действует микрогравитация. Магнитные подошвы на костюмах пока не активируем, — произносит дракон.

— Хорошо.

Да, в сложных ситуациях всегда нужно слушать тех, кто знает своё дело. Это как если не следовать указаниям доктора – всё лечение к чертям полетит. Так и здесь – я сделаю всё, что скажет Нил. Он не только дракон, пилот, но и военный.

Мужчина закрывает шлюз нашей капсулы, потом подлетает ко мне. Дойл по внутренней связи сообщает, что отсек нашей капсулы стабилизирован.

Нил активирует сначала на моём, потом на своём костюме сенсорный экран и смотрит план корабля, затем указывает, куда нам следует лететь.

— Начнём с мостика, — говорит он.

Я смотрю на схему и вижу две пульсирующие красные точки. Это мы. Ещё вижу пунктирную линию, идущую от точек, которая указывает, куда двигаться. Всё ясно.

— Нил, это Мартин, я подключился к сети корабля и получил от ИИ некоторые данные, — говорит дракон по внутренней связи. — Дыра во внешней обшивке отсека Z2, вы сейчас в этом отсеке. И практически все отсеки лишены воздуха. Если и есть какие отсеки с выжившими, то их придётся искать как есть, проверять весь корабль. ИИ повреждена и точных данных не получить.

— Понял. Принял. Мы двигаемся к мостику, — отвечает Нил.

— Кто это мы? — вдруг в наш разговор встревает голос адмирала. — Нил, за какой бездной Дойл не в капсуле?

— Я в капсуле, — отвечает Дойл.

— Адмирал, да Дойл в капсуле, но я… кхм... не один, — тяжело вздыхает дракон.

На долю секунды чувствую вину, но потом она проходит, когда вижу, как в нашу сторону плывёт безжизненное тело, бьющееся о потолок корабля, то одной рукой, то другой, то и вовсе головой.

Я замираю, подплываю к телу и произношу вслух то, что обычно приличные девочки никогда не говорят.

На меня неподвижно глядят глаза мёртвого касса – чёрные, пустые и замершие. На его лице застыло выражение крайней степени удивления. А ведь кассы — это самая невозмутимая и скупая на эмоции раса.

— Арианна?! — буквально кричит адмирал, когда он услышал мой голос. Я едва не глохну от его вопля.

— Она самая, — отвечаю глухо. — Здесь труп. Это касс. И он явно не ожидал встречи со смертью.

Провожу ладонью по его глазам, закрывая их навсегда.

Слышу, как Дойл говорит:

— Опять кассы, адмирал. Это не может быть случайной аварией.

— Убирайтесь, оттуда! Немедленно! — рычит адмирал и добавляет парочку забористых выражений. Ох, опять Лукасу битым ходить.

— Есть, адмирал, — беспрекословно подчиняется Нил. — Мэй, уходим.

И я бы ушла, но вдруг замечаю в кармане касса какой-то буклет. Буклетом оказывается список пассажиров. Вот так находка. Пробегаю взглядом несколько строчек…

— Боже… — произношу сокрушённо, поднимаю безумный взгляд на заволновавшегося Нила. Протягиваю ему список, и он тихо ругается.

А я едва не кричу:

— Адмирал! Мы не можем покинуть этот корабль! Здесь дети!

В списке пассажиров жирным шрифтом выделена отдельная категория – дети.