Глава 20

⅏

⸎ АРИАННА ⸎

— Это важные сведения, хоть я и предполагал нечто подобное, — хмуро отвечает адмирал, глядя на меня сверху вниз. — Когда очнётся ваш земляк, дайте знать, я побеседую с ним.

— Конечно, — заверяю его. И не могу не спросить: — Вы знаете, что это за оружие, не так ли?

Дракон убирает руки за спину, отчего халат на его груди распахивается, являя моему взору восхитительную грудную клетку. Гулко сглатываю и отвожу взгляд.

Боже дай мне сил.

Я на корабле всего ничего, а уже страдаю неудовлетворённостью, хотя раньше подобного никогда не случалось. Всегда гордилась своей хвалёной выдержкой, точнее отсутствием интереса к сексу, даже думала, что я фригидная. По умолчанию ставила себе диагноз «гиполибидемия».

Как оказывается, я более чем нормальная. Хотя вряд ли слово «нормальность» тут уместно. Скорее, озабоченная самка, которой позарез нужен вот именно этот самец, что стоит напротив, волнует и нервирует мои гормоны.

Нет, надо что-то с этим делать.

Решено, обязательно поговорю с адмиралом по поводу его поведения.

Пока я размышляла о вещах более приземлённых, чем спасение миров от чудовищного вида оружия, дракон тоже думал, но наконец, решил дать ответ.

— Знаю, Арианна. Это гравитационное оружие. Оно страшное и эффективнее всего того, что может предложить военная мысль сегодняшнего времени. И оно действительно переносное и небольшое. При активации оружие «хватает» и закручивает гравитацию, рвёт всё вокруг круто закрученными гравитационными полями.

Тут же забываю обо всех своих личных заботах и потребностях. На минутку представляю масштаб катастроф, которые селты начнут совершать везде и всюду.

Дракон длинно вздыхает и произносит:

— Вот почему, корабль не выглядел подбитым. Его разорвало изнутри. Что ж, эти сведения необходимо передать всем народам.

— Однозначно, — поддерживаю адмирала.

Он снова смотрит на меня взглядом, полным тоски и вот я уже открываю рот, чтобы спросить про нас, как адмирал вдруг говорит:

— Вы завоевали моё полное и нескрываемое восхищение, Арианна.

Облизываю пересохшие губы, киваю и произношу глухо:

— Благодарю вас.

— Меня всегда восхищает профессионализм, в любой сфере.

— Меня тоже, — решаю быть с ним откровенной. — И вижу, что вы и весь ваш экипаж – профи. Я рада, что стала частью крутой команды. Драконы – гроза космоса!

Конец фразы звучит пафосно и я улыбаюсь адмиралу. Его глаза сияют смесью веселья и удивления. Он отвечает мне умопомрачительной улыбкой.

Это мощный разряд в моё сердце. Даже не двести двадцать, а все триста восемьдесят вольт. От такой улыбки я готова растечься лужицей у его ног.

— С доктором, которая бесстрашно выходит в космос, находит выживших после катастрофы, а затем всех спасает – мы точно имеем все шансы стать грозой всего космоса, — мягко говорит адмирал и смотрит на меня с тако-о-ой невозможной нежностью, что мне резко разрыдаться хочется.

Ну почему, почему он не может просто взять и сказать: «Ари, будьте моей женщиной, моей парой, моей невестой и женой…»

А потом на руки подхватить и в пещеру утащить. В смысле, в каюту.

— А сами вы как себя чувствуете? — интересуюсь вежливо и спешу пояснить, так как его сияющая улыбка мгновенно сходит на нет: — Просто вы за меня так сильно переволновались… я вот и подумала…

Серебристые глаза Рикарда вспыхивают каким-то неизвестным выражением, которое быстро исчезает.

— Когда вы оказались на корабле кассов, я чувствовал себя так, будто меня режут и заливают мои раны кислотой.

— Какое… жуткое сравнение… — произношу, изумлённая его откровенностью. Неужели настолько сильно за меня испугался?

Он горько усмехается и добавляет:

— Как любезно, что вы спросили о моём самочувствии, доктор. Особенно учитывая тот факт, что именно вы ответственны за моё состояние.

Его замечание заставило проснуться мою совесть. На какие-то доли секунды. Потом совесть благополучно засыпает, и я довольно сухим и менторским тоном спрашиваю:

— А на данный момент как вы? Стресс даёт о себе знать или вы сами справились с шоком? Если нет, то могу дать вам успокоительное…

На лице адмирала рождается улыбка. Под этой улыбкой я немного напрягаюсь и умолкаю.

Я ещё не встречала никого, кто мог бы выражать угрозу и весёлое изумление одновременно. Выбивает из колеи и рвёт шаблоны.

— Нет необходимости, — говорит он. — Прямо сейчас вам лучше вернуться к своим делам. Через час будет совещание.

Дракон отходит и смотрит на меня, как обычно смотрит начальство, когда разговор окончен.

Осторожно смотрю на мужчину и незаметно пожимаю плечами. Значит, не хотим идти на контакт, да? Пф! Больно надо.

— До скорой встречи, адмирал, — произношу ровным тоном и с лицом, которое изображает кирпич, выхожу из его каюты.

И какой демон дёрнул меня за язык?

Вот зачем я спросила про его самочувствие? Дура!

Тру лицо, тяжело вздыхаю, а потом направляюсь к себе.

Пора заполнять дневники пациентов.

⅏

Проверяю Олив, детей, своих пациентов в капсулах и удостоверившись, что с ними всё благополучно, сажусь и пишу дневники.

Работа отвлекает от навязчивых мыслей обо мне и адмирале.

— Доктор Арианна Мэй, поднимитесь в рубку управления. Совещание командного состава, — раздаётся по громкой связи сообщение. Голос принадлежит не адмиралу, а пилоту Нилу.

Часто моргаю, так как глаза устали. Потягиваюсь и разминаю затёкшую шею.

Встаю с кресла и направляюсь на мостик.

Это моё первое совещание и я чувствую некий благоговейный трепет. Осознание себя цельной единицей такого крутого драконьего экипажа приводит в восторг.

Когда я на месте, вижу, что совещание созвано только для самых-самых.

Здесь адмирал, капитан, инженер Дойл, пилот Нил, «навигатор» Мартин и некоторые другие драконы. Но не весь состав.

— Док, — кивает мне Нил.

Киваю в ответ.

Капитан Лукас смотрит и буравит меня тяжёлым взглядом.

Все сидят в креслах. Адмирал со сложенными на груди руками указывает мне взглядом на свободное кресло.

И когда я занимаю место, первым говорит капитан Лукас:

— И чего они хотят добиться?

— Гравитационное оружие – дорогая и сложная игрушка. Мы не имели понятия об её эффективности до недавнего события с кассами, — спокойным и рассудительным тоном говорит адмирал Рейк.

Драконы обескуражено вздыхают.

— Гравитационное? — переспрашивает Нил.

Дракон кивает и пересказывает те сведения, что я получила от Александра.

Драконы хмурятся.

— Нужно известить всех и каждого об этом, — произносит Дойл. — Селты будут снова и снова нападать, захватывать корабли и Великий Рой только знает, для чего им всё это…

— В первую очередь, оповещаем всех, — говорит адмирал. — Дойл и Мартин, вы займётесь этой задачей. Свяжитесь с представителями МГС и передайте полученные сведения.

— Лукас, ты лично передашь всем нашим об открывшейся угрозе, — продолжает адмирал.

— Что по поводу спасённых? — влезаю я в разговор.

Драконы хмыкают и смотрят на меня, как на глупого ребёнка. Только адмирал суров и непоколебим.

— Встреча и передача кассов, соута и землян пройдёт на станции в созвездии Лебедя. Как раз раненные придут в себя, — поясняет он, глядя только на меня. — Дети, которых вы спасли, доктор… Их родители – все высшие чины и если бы не вы, кассы уже оплакивали бы своих чад. Вас ждёт награда.

Награда.

Для меня награда, что все дети живы, здоровы и скоро встретятся со своими родными и близкими.

Но никак не комментирую лова дракона, лишь вздыхаю и несколько раз киваю.

— Есть предположение, что селты собираются захватывать гражданские суда, затем шантажировать и требовать что-то для себя. Что именно? Ясно, как день, им нужен полный контроль над всеми расами. Тотальное могущество. Своим новым оружием они собираются повергнуть в ужас все цивилизации.

— Может быть такое, что у них имеется гравитационное оружие более массивное? Которое может уничтожить не просто корабль, а стереть… планету? — озвучиваю этот страшный вопрос и сама прихожу в ужас от возможной перспективы.

Драконы все как один смотрят на меня не просто хмуро и мрачно, в их глазах проявляется лютая ненависть, обращённая на селтов. Все их лица покрываются мерцающей чешуёй. Я уже знаю, что это признак сильных эмоций.

— Всё возможно, доктор, — спустя бесконечность отвечает адмирал. — Именно поэтому после того как передадим спасённых кассам, мы возвращаемся домой и я собираю флот.

Недолгое тяжёлое молчание висит в рубке. Мы перевариваем слова адмирала и наконец, Лукас ему возражает:

— Рик, данных слишком мало. Нужно отправлять разведывательный десант, а не сразу переться в пасть врага. Это же самоубийство.

Драконы соглашаются с капитаном. Я тоже всеми руками поддерживаю его позицию. Нужно больше данных, так сказать, подробнейший анамнез. А потом только действовать.

Адмирал улыбается одними уголками губ и произносит то, что повергает меня в откровенный шок. Да и не меня одну, всех остальных тоже.

— Весь флот будет состоять из тех, кто знает, что возможно не вернётся. И я возглавлю этот флот. Все вы останетесь в безопасности. Мы же либо избавим вселенную от селтов и их грязного оружия, либо добудем важные сведения.

У меня даже рот приоткрывается от его слов.

Все переглядываются и боятся произнести вслух то, что пугает до дрожи. Но капитан всё же смелее всех нас и буквально рычит:

— Рикард, ты рехнулся?! Решил в героя сыграть? Ты смерти ищешь? И, собственно, почему именно драконы должны прикрывать задницы всего МГС?

Взгляд капитана чуть ли не прожигает адмирала.

Я решаюсь вмешаться и осторожно произношу:

— Я полагаю, адмирал придерживается позиции, хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам.

Адмирал посылает мне благодарный взгляд, а капитан теперь взглядом пытается во мне прожечь дырку.

— Это огромная глупость, — чуть ли не сплёвывает капитан, — даже собрав весь наш флот из смертников, нет абсолютной уверенности, что всё получится. У тебя слишком мало данных. Включай логику, Рик.

— Со всей определённостью гарантировать невозможно абсолютного ничего, Лукас, — отвечает адмирал.

Капитан вскакивает и его лицо, шея, руки почти полностью покрылись чешуёй. Он взмахивает рукам и порыкивающим голосом, максимально рассудительно говорит:

— Для МГС, да для всех рас, твои действия с флотом будут расцениваться, как страховка и отсрочка, но не более того. И ты знаешь это, мой друг.

Капитан бросает короткий взгляд на меня и делает мне многозначительный взгляд, подмигивает, бровями шевелит... Боже мой, он хочет мне что-то сказать. Неужели думает, что я в силах повлиять на адмирала?

Ёрзаю в кресле, и пока адмирал размышляет, решаюсь сказать:

— Пусть МГС, ЗС и остальные тратят биллионы на разведку, тем более у МГС точно есть на это дело серьёзные ресурсы. Лучше потерять много-много ресурсов, адмирал, чем потерять вас. Это в тысячи раз большая потеря.

Мои слова звучат неуверенно, но капитан благодарно мне кивает.

Адмирал поднимает на меня полный грусти и печали взгляд, мягко улыбается и произносит:

— Приятно слышать, доктор, но уже всё это неважно.

Я недоумённо смотрю на него. Почему не важно?

Лукас прочищает горло и обращается ко всем:

— Оставьте нас с адмиралом одних.

Драконы беспрекословно подчиняются. Я нехотя тоже выхожу из рубки.

Мы подпираем стенку и ждём, когда Лукас и Рикард поговорят по душам. Вдруг, Нил произносит:

— Да-а-а… Очень жаль, что всё так заканчивается. Адмирал Рейк лучший в своём деле.

Драконы согласно и с понимаем кивают на слова пилота. Одна я ни черта не понимаю.

— О чём это ты? — спрашиваю с подозрением.

— Его «Дар жизни» исчез. Его больше нет, — не без яда в голосе отвечает мне рыжий дракон, Дойл Рорк.

— Как исчез? — отлепляюсь от стены и подхожу к рыжему. — Ты что-то путаешь… «Дар жизни» ещё должен был продержаться с…

— Это из-за кассов, — поясняет Нил, обрывая меня. — Кассы сильные эмпаты. И хоть сами они точно примороженные, но своим даром на наш эмоциональный фон сильно влияют. Неосознанно. А их тут сейчас не один и не два, для драконов это огромная концентрация. А уж дети так и вовсе не владеют своими способностями. Будь у адмирала пара, то он ничего бы не почувствовал, а так… Его теперь ждут нелёгкие дни и ночи.

— Точнее кошмарные, — добавляют драконы.

— Ломать и крошить его будет так, как нам и в страшном сне не привидится, — произносит Дойл и в упор смотрит на меня.

Я снова прислоняюсь к стене и понимаю, что я идиотины кусок. Адмирал не лучше. Но я себя ощущаю прескверно.

Поэтому он и решил пожертвовать собой, по возможности спасти всех нас, или добыть важные сведения.

Чёрт.