Глава 28

⅏

⸎ АРИАННА ⸎

— …Ари, я и не думала сразу, что запах останется! Адмирал… Это было страшно… — оправдывается Олив, пока я хватаю медицинскую сумку.

— Успокойся, — требую я, — оставайся здесь и присмотри за парнями, я постараюсь быстро… Надеюсь, все живы.

— Живы-живы, — кивает касса и с сомнением добавляет: — Надеюсь…

— Если живы, то я сама обоих убью, — едва ли не рычу от гнева. — Так, пока парни приходят в себя, поговори с ними, хорошо? Но вставать пока не позволяй. Ничего не позволяй, пока я не вернусь. Их состояние передаётся на мой симбиот, так что не волнуйся.

— Я всё поняла. Я буду здесь, — заверяет меня девушка.

Благодарно ей киваю и ураганом мчусь на выход в адмиральский кабинет.

От гнева хочется рвать и метать.

После пробудки и всех процедур Александр и Марк прошли процедуру ионной очистки. Никаких посторонних запахов на них не могло остаться! Только если молекулы моего запаха не проникли им под кожу, попали в кровь… Боже, я даже не знаю, что ещё подумать.

Когда я влетаю в кабинет, то дышу как загнанная лошадь. Факт, я домчалась за минуту.

Осматриваю «поле боя» и хмурюсь.

Адмирал в своём обычном облике, правда, сапоги забрызганы кровью, челюсть слегка припухшая и покрасневшая, и взгляд такой, что лучше сразу всем присутствующим бежать и прыгать в открытый космос.

Алекс и Марк сидят на полу. Алекс в норме. А вот Марк выглядит как боксёрская груша после десятилетнего использования и кажется, находится на грани потери сознания, о чём и вопит мне симбиот.

— Приплыли, — выдыхаю я и опускаюсь перед Марком. Киваю Алексу, чтобы помог уложить мужчину ровно.

Склоняюсь к Марку — оттягиваю одно, затем другое веко. Похоже, хорошо получил от адмирала раз сотрясение.

— Он сам нарвался, — произносит Александр, — сказал, что хотел этого… Что-то вроде снятия стресса…

И стоило мне стараться и спасать его? Стресс ему захотелось снять, чёртов болван.

— Давай-ка, Марк, приходи в себя, — говорю уверенно.

— Доктор Мэй, землянин затеял драку и решил спровоцировать адми… — слышу я голос капитана Лукаса и хмыкаю, обрываю его.

— Сейчас мне важно только одно – помочь Марку. С остальным разберёмся потом.

Бросаю мимолётный взгляд на Рикарда. Дракон только что зубы в крошку не стирает. И взгляд его обращён на меня такой виноватый и полный сожаления, что мне хочется самой пойти и постучаться головой об стенку.

Мужики, они в любой галактики такие же драчливые мужики. Вроде все взрослые, умные и разумные, но иной раз как драчливые псы.

Я ввожу мужчине обезболивающее, и раскатываю под ним носилки. Они поднимают пациента и можно уносить, снова его спасать.

— Я… я в порядке, — выдыхает вдруг Марк.

У меня внутри всё начинает закипать от негодования. Ему тут чуть ли башку не проломили, избили так, что можно писать диссертацию по новым видам гематом, а он хорохорится и героя из себя строит. Идиотины кусок!

— В порядке, это когда все рёбра целы и мозги на месте. У тебя два ребра сломано, селезёнка вот-вот лопнет и просто «шикарное» сотрясение мозга, — едва сдерживаясь, чтобы не перейти на великий и могучий, ворчу я.

— Вот и отлично… — хмыкает Марк. — Зато я испытал на себе добрый кулак дракона… Кулак самого адмирала… И сам ему врезал… новой рукой. Теперь и помереть не страшно… Пусть обо мне слагают героические истории…

После его слов моё хладнокровие сходит на нет.

Я внезапно зверею и принимаюсь крыть на чём свет стоит Марка, Алекса. Достаётся по полной программе моему адмиралу, капитану и всем членам экипажа за компанию, хоть их и нет рядом. Поток грязных ругательств буквально ошеломляет мужчин. От неожиданности капитан даже роняет из рук какой-то предмет.

— Ради всего святого, — рявкаю напоследок, — может не будите портить мои труды? А если сдохнуть кому-то хочется, то валите сразу в космос – смерть будет страшная, зато мгновенная.

Понизив голос, добавляю для тех, кто всё ещё не понял:

— Но если всем присутствующим не плевать на мои труды, то клянусь, в следующий раз, если случится нечто подобное, я закатаю любого в капсулу и оставлю спать до самого прилёта. Все всё поняли или повторить?

— Э-э-эм… всё доступно объяснили, док, — произносит Алекс.

Марк лишь моргает и хмурится.

Капитан качает головой.

Адмирал смотрит на меня всё тем же взглядом, полным скорби.

Надеюсь, он не отправится исполнять мои пожелания выкинуться в открытый космос?

— Алекс, носилки на тебе. Осторожно иди в мед отсек. Я сейчас нагоню, — отправляю мужчину и тот только рад сбежать с глаз долой.

Когда мои соотечественники покидают кабинет, я складываю руки на груди, мрачным взглядом смотрю на обоих мужчин и спрашиваю:

— Это что же, всегда теперь так будет? Чуть, что и сразу кулаком в морду?

— Арианна, адмирал сдерживал себя до последнего, но этот идиот решил, что жизнь ему не дорога… — опять пытается Лукас оправдать адмирала. Я не смотрю на капитана, я буравлю взглядом молчаливого Рикарда.

— Мне Олив ужё всё рассказала, — произношу резко, потом всё же перевожу взгляд на Лукаса и прошу его: — Оставьте нас наедине.

Лукас открывает рот, чтобы явно возразить, но вмешивается адмирал:

— Выйди.

Капитан со стуком захлопывает рот и, сделав обижено-обеспокоенное выражение на лице, уходит.

Я тут же подхожу к своему дракону и делаю то, что должна сделать, если хочу с ним строить здоровые отношения.

Обнимаю его за талию и прижимаюсь к его груди, чувствую, как он напряжён. Просто несокрушимая скала.

Дракон явно этого не ожидал и вздрагивает.

Он убирает руки из-за спины и робко обнимает меня за плечи и горько произносит:

— Я сорвался, Ари… Чуть не убил того, кто просто страдал… Повёлся на провокацию, словно я, юнец. Если можешь, прости меня…

Понимаю, что сам себя он явно не простит.

Проклятье, и почему я не изучала углубленный курс по психологии?

Из меня ведь тот ещё утешитель.

Заглядываю ему в лицо, с нежностью глажу подбородок и мягко произношу:

— Рикард, мне больно смотреть на тебя в таком состоянии. Я понимаю, что твой инстинкт оказался сильнее голоса разума. И Олив рассказала, что ты сдержал своего зверя, хотя по её словам в том состоянии, каком ты был никто не смог бы. Будь к себе добрее и помни: вселенная не даёт нам таких испытаний, которые мы не смогли бы пройти. Ты сильный, я сильная, вдвоём мы справимся с любым происшествием. Веришь мне?

Дракон мягко сжимает мои плечи и выдыхает:

— Верю, Ари. Но боюсь, что в другой раз не сдержусь. Боюсь, что тогда увижу в твоих глазах страх и презрение. Тогда я упаду и никогда не поднимусь…

Грустно улыбаюсь, качаю головой и говорю ему ласково:

— Рикард, если ты упадёшь, я подниму тебя. Если не смогу поднять, то просто лягу и отдохну вместе с тобой. Вместе мы снова вернёмся в норму, обещаю. Пойми, нас ждут разные времена: хорошие и не очень; возможно, я даже иногда истерики тебе устрою, но надеюсь, что нет. И хоть мы пока с тобой мало знаем друг друга и парой стали совсем недавно, всё равно ты должен помнить об одном — я с тобой связана.

Он смотрит на меня и молчит, я хмурюсь, ковыряю пуговицу на его кителе и уточняю:

— Ведь связана?

— Да, Ари. Навсегда, — шёпотом отвечает адмирал.

Киваю и произношу:

— Вот и помни об этом, всегда помни, Рик. Когда сомнения в голову лезут, когда вдруг мой запах на ком-то ощутишь, или когда какой-то болван начнёт провоцировать тебя, помни, что я – твоя. И тебе не стоит волноваться, что я могу вдруг пожалеть, что стала твоей парой. Я знаю себя, Рикард – я не пожалею. Понял?

— Понял, — улыбается он, но я всё равно вижу грусть в его глазах.

— А теперь расскажи, что тебя тревожит и беспокоит. Марк? Уверяю, он будет жить, ничего у него от сегодняшней драки не останется. Всё с ним будет хорошо.

— Меня волнует мой зверь, Ари, — признаётся адмирал. — Ты права, мой инстинкт оказался сильнее логики и разума. Мой зверь практически забрал себе весь контроль. Я едва не утратил себя… И я… я не знаю, как поведу себя в другой ситуации, подобной этой. И не могу тебе гарантировать, что в другой раз не сорвусь. Хотя обещаю, я буду тренировать себя и своего зверя, и…

Та-а-ак, а вот это плохо. Значит, звериное «Я» права у нас качать вздумало?

— Покажи мне его, — требую я, перебивая адмирала.

— Что? — напрягается мужчина.

Провожу ладошками по его груди и с мягкой настойчивостью прошу:

— Покажи мне своего зверя, Рик. Я хочу видеть твою другую форму и хочу поговорить с тобой… другим.

Глаза у дракона становятся круглыми от испуга и удивления. На висках на миг проявляются и тут же исчезают чешуйки. Он шумно втягивает в себя воздух и на выдохе с рыком говорит:

— Нет.

— Да, — киваю я и коварно улыбаюсь.

— Арианна, не проси, — произносит он твёрдо.

— Покажи мне его Рик, пусть не прямо сейчас, а когда освобожусь, когда мы останемся одни. Если покажешь своего дракона, то я сделаю тебе кое-что о-о-очень приятное. Тебе понравится, обещаю.

Демонстративно облизываю губы и улыбаюсь, словно я матёрая соблазнительница.

Пока адмирал не ответил повторное «нет», тяну его к себе и сама к нему тянусь, встав на цыпочки, и прикасаюсь губами к его губам. Дарю мужчине нежный и полный обещаний поцелуй.

⅏

Мне удалось убедить Рикарда показать своего дракона во всей так сказать красе. И пусть не прямо сейчас (у меня работа встала, нужно срочно возвращаться к пациентам и вновь прибывшему болвану, да и у адмирала забот полный звездолёт), а вечером, но всё же удалось. Хотя он честно пытался держать оборону и сопротивлялся, мол, опасно, вдруг я поранюсь о его шипы…

Естественно мне ещё сильнее захотелось увидеть вторую ипостась своего мужчины. Всё же описание драконов в ментальном справочнике и видеть в реале – две абсолютно разные вещи.

И пока я представляю себе, какой у меня дракон в звериной форме и планирую, какими способами буду потом ублажать его, бегу в медотсек – лечить, спасать, пробуждать.

И на пути мне встречается рван.

— Закр! — кричу радостно, увидев ящера. Ещё и улыбкой сияю.

Рван, который без спешки топал по своим делам резко останавливается, медленно оборачивается и вдруг припускает прочь от меня на хорошей скорости.

— Эй! Ты куда? — недоумеваю я.

Мне хотелось его поблагодарить за помощь, за доверие, а он… Пожимаю плечами и не бросаюсь догонять рвана. В другой раз, сейчас просто нет ни времени, ни желания.

Размышляя над странным поведением ящера, захожу в свои владения, и мысли мгновенно меняются. На задний план уходят все проблемы: и бытовые, и даже вселенского масштаба. И я полностью погружаюсь в рабочий процесс.

Касса обхаживает своего проснувшегося супруга и счастливо улыбается, рассказывает ему о последних событиях.

Марк лежит хмурый, на меня не смотрит. Вообще ни на кого не смотрит. Уплыл мыслями куда-то очень далеко и явно жалеет себя несчастного.

Александр тоже мрачнее тучи. Он что-то вталкивает другу, но тот явно его не слушает.

Отправляю прочь из операционной Алекса, Олив с супругом и надвигаю над Марком сканер. Нужно детально посмотреть, какие повреждения он снова получил. Эх, если бы не клятва, я бы этому идиоту ещё бы и добавила.

— Вы недовольны моим поведением, — произносит Марк. — Я быть может и не начал дразнить дракона, но его реакция стала для меня своеобразным триггером. Понимаете, док?

Я вздыхаю и устало говорю:

— В первую очередь я понимаю, что у тех, кто работает в космосе, должна быть на первом месте Ответственность. С большой буквы. Не только за себя, но и за остальных, с кем вы работаете, кого опекаете, за кем присматриваете, да просто, с кем находитесь рядом. Это вам не планета Земля, Марк. Вы ведь проходили обучение и переподготовку. И даже ситуации с захватом заложников вы отрабатываете на учениях. И я не понимаю, с чего вы вдруг вспылили и повели себя как конченный…

Умолкаю, потому что на языке крутится только нецензурная фраза.

— …идиот? — заканчивает он за меня мысль.

— Ну… да, — соглашаюсь я, хотя данная характеристика очень мягкая для Марка. — Вы добавили мне работы – это раз. Вы свою жизнь поставили под угрозу и наплевали на мой труд – я бесконечные часы потратила на ваше спасение и на вашу руку. И едва одним махом не разрушили мои труды. Сломать, испортить гораздо проще, чем создать или восстановить.