Глава 8

⅏

⸎ АРИАННА ⸎

Адмирал сначала бросает непонимающий взгляд на меня, потом хмурится и внимательно осматривает свою команду. Я даже своим рассеянным взглядом, легко замечаю, как становится гневным его лицо.

Все мужчины отшатываются назад, когда его взгляд скользит по всей команде, затем взгляд холодных серых глаз снова останавливается на мне.

Глаза в глаза. Дракон вдруг удивляется, а потом, не знаю, каким образом, но от адмирала будто исходит резкий импульс. Этот импульс молниеносно летит ко мне, накрывает меня теплом, даже жаром, как от костра и проходит всего мгновение, меньше секунды, как вдруг во мне будто что-то вырубили, отключили это сумасшедшее состояние. И вся моя весёлость, задорная буйность исчезают в момент. Раз и нет ничего. Словно я и не пила этот проклятый чай.

С моих губ медленно сползает придурковатая улыбка, в теле появляется просто безумная слабость, а в голове возникает тупая боль.

Меня словно как воздушный шарик просто взяли и сдули. Противная и холодная пустота разливается по телу.

А ещё приходит осознание того всего, что я тут сейчас творила, говорила.

Обессиленно плюхаюсь на стул и ладонями закрываю лицо и чувствую, как оно начинает гореть от прилива крови. Наверное, я сейчас красная, как сигнальная лампа.

Ох, как стыдно.

Я, Арианна Мэй, серьёзный и уважаемый человек, хирург международного класса, лишний раз не позволяла себе вольностей в кругу друзей, зато в первые же часы нахождения на корабле, полном незнакомцев, да ещё драконов, опозорила себя!

Так низко я никогда не падала.

Мне хочется провалиться сквозь землю, точнее сквозь пол звездолёта, а лучше прямо сейчас рассыпаться на атомы и исчезнуть.

Боже, я, дура! Как могла довериться и выпить неизвестный мне напиток? Мало ли, какие там вещества содержатся. Может, этот сбор вообще опасен для меня как для человека?

А если бы я словила анафилактический шок? Эти драконы явно не в курсе, что в такой ситуации нужно делать. А если и знают, всё равно проверять не хочется.

Ну, уж нет, сначала проверять всё буду, а потом есть и пить. Если меня не выкинут с корабля после того цирка, что устроила.

В помещении стоит звенящая и пугающая тишина.

Убираю руки от лица, нервно сглатываю и поднимаю виноватый взгляд на адмирала.

Мужчина внимательно рассматривает меня. Нахмурившись, он обращает внимание на проклятое чаепитие за столом. Его глаза опасно сверкают, а лицо вдруг становится заострённым, резким, на висках и скулах появляются чёрно-серебристые чешуйки и мерцают.

Выглядит жутко и одновременно завораживающе прекрасно.

Адмирал делает шаг ко мне и скрещивает руки на груди. Его длинные и сильные пальцы барабанят по мускулистым плечам. Ворот белого кителя расстёгнут, и я замечаю чёрные чешуйки и на его сильной шее.

— Я догадываюсь, у кого хватило «ума» напоить доктора Мэй без моего дозволения МОИМ чаем. Лукас, объяснись! — требует он, смотря на меня.

— Адмирал, моя инициатива дала положительный результат. Да, я не ожидал подобного побочного эффекта, возможно, из-за высокой концентрации чая, — произносит уверенно и без виноватых ноток в голосе капитан Лукас. — Я хотел посмотреть, что она…

И тут он запинается.

Адмирал сжимает челюсти.

— Живо все по местам! — рявкает он таким страшным рычаще-металлическим голосом, что я вздрагиваю и невольно вжимаю голову в плечи. — С тобой, Лукас, я поговорю отдельно.

Все тут же подрываются и стартуют с поразительной скоростью. Гостиная моментально пустеет.

Я тоже вскакиваю и на ватных ногах пытаюсь сделать хоть пару шагов. Усталость убийственная. К головной боли добавляется тошнота.

Блеск!

— Доктор, мне придётся помочь вам дойти до каюты.

Адмирал смотрит на меня уже нормальным, правда, сочувствующим взглядом. Лицо прежнее, что радует. Потрясений на сегодня достаточно.

Хватаюсь за предложенную руку мужчины и позволяю ему меня увести. Ощущаю себя седой древностью, что вот-вот рассыплется прахом.

— Я убрал действие напитка, но само вещество всё ещё в вашем организме. Вам требуется выпить два-три стакана воды и лечь спать. У кровати есть ремни безопасности. Они активируются, когда мы начнём выходить из квантпрыжка.

Я мотаю головой и тут же кривлюсь. Плохая идея, тошнота становится сильнее.

— Как вы убрали действие? — спрашиваю адмирала с лёгкой издевкой. — Что-то не видела, чтобы вы мне дали противоядие. Если правда я уже не начала страдать провалами в памяти…

— Напиток создан специально для меня, в его составе особый вид трав, листов и фруктов. Но добавлена и энергетическая составляющая. Именно энергия, вплетённая в состав чая, и дестабилизировала вас. Мне было достаточно посмотреть на вас, чтобы убрать с вас мою энергию.

У меня мозг становится квадратным.

Какая ещё энергия, вплетённая в чай?!

Он издевается?

Издаю нервный смешок и произношу:

— Ясно…

Куда я попала?

Сейчас окажусь у себя и немедленно возьму кровь на анализ. Я должна знать, что выпила.

И сразу вколю в себя противоядие.

У меня оставались ещё вопросы, но с каждым шагом эта странная усталость и вообще отвратительное состояние становились сильнее. Поэтому вопросы решаю отложить на потом.

Сердцебиение усиливается, голова кружится, тошнит, повышается температура и тело начинает потеть, а руки сильно дрожать.

Все признаки отравления.

Проклятый Лукас!

Да и сама хороша. Так мне и надо. Зато наука на будущее ничего неизвестного не есть и не пить.

Останавливаюсь, и адмиралу приходится тоже остановиться.

— Доктор Мэй? — обеспокоенно спрашивает дракон и заглядывает мне в глаза. — Вы бледны и дрожите…

В его глазах вижу проблеск страха. Или мне показалось?

— У меня с собой есть хорошее… противоядие… — произношу, часто дыша, и кривлюсь, потому что голова начинает болеть нестерпимо. Виски, будто буром ковыряют. — Только мне так плохо, что буду тащиться вечность… Могу вас попросить меня… донести?

Адмирал вздрагивает, смотрит на меня в изумлении, будто я его попросила стриптиз исполнить.

— Ладно… извините… — бурчу обиженно. — Сама доползу… Только не обижайтесь, если меня вдруг стошнит возле чьей-нибудь каюты…

Делаю шаг, но нога не достигает пола. Адмирал берёт меня на руки и несёт до моей каюты с мученическим выражением на лице.

Опять какие-то предрассудки?

Вроде Лукас говорил, что драконам нельзя прикасаться к незамужней женщине.

А может ему просто противно? Вроде я не страшная. Но, поди разбери, какие у драконов порядки и вкусы.

Но мне сейчас так плохо, что решаю забить на морально-этические соображения и различия в культурах народов и бесстыдно опускаю голову на сильное и большое плечо адмирала. Ещё и за шею его обнимаю и глазки закрываю.

Кажется, кто-то шумно вздыхает. И это даже не я.

Но мне почему-то становится легче, даже тошнота проходит, и голова не так сильно болит.

Слышу и чувствую, как бьётся сильное сердце мужчины. И вообще, хорошо у него на руках…

⅏

Адмирал вносит меня в каюту и бережно укладывает в койку.

Едва оказываюсь в положении лёжа, мужчина стремительно отдёргивает от меня руки и делает шаг назад.

Мне сейчас не до этики. Сажусь и подкатываю к себе один из чемоданов.

Практически не глядя, нахожу нужный препарат и шприц-пистолет. Ввожу на сенсоре свои данные: вес, рост и возраст по земным годам. Сенсор светится зелёным, что значит, пистолет готов к работе.

Я могу и на глаз зарядить противоядием, но сейчас ситуация нестандартная: приняла неизвестное вещество, поэтому обойдёмся без примерных доз. Заряжаю его противоядием, потом чертыхаюсь, потому что для укола мне нужно стянуть с себя комбинезон.

— Отвернитесь, пожалуйста, — прошу слабым голосом.

Адмирал сильнее хмурится, но когда я демонстративно тяну молнию замка вниз, отворачивается.

— Простите, доктор, не сразу понял, — виновато произносит дракон.

Я лишь хмыкаю и стягиваю верхнюю часть комбинезона.

Плотно прижимаю «дуло» к плечу и «выстреливаю» в себя препаратом.

Это противоядие почти мгновенного действия. Меньше минуты пройдёт, и симптоматика отравления исчезнет. Затем препарат «захватит», сделает неактивным и естественным путём выведет неизвестное вещество или вещества из организма. Почкам и мочеточнику ничего не угрожает.

Как хорошо, что я позаботилась и набрала препаратов на все случаи жизни. Боюсь представить, не окажись у меня этого средства.

Тошнота, головная боль, вялость, усталость исчезают.

Обратно надеваю комбинезон и уже с улыбкой говорю:

— Всё, можно смотреть. Я спасена.

Адмирал медленно поворачивается и спрашивает:

— Вам легче?

— Да, — говорю и киваю с облегчением. — Жизнь снова прекрасна. Препарат быстро справится с задачей, и я буду в строю.

— Прошу вас принять от меня извинения за действия капитана и всего экипажа. Поверьте, доктор, подобного больше не повторится. Каждого члена команды ждёт суровое наказание, — последние слова он произносит ледяным тоном.

Вот засада.

Понимающе киваю, поднимаюсь и в защиту парней произношу:

— Не будьте к ним слишком суровы, адмирал. Моя вина тоже присутствует. Устав каждого доктора гласит: «Прежде чем что-то новое и неизвестное пробовать, на десять раз это новое проверь и исследуй».

Правда, данная истина в кругу медиков относится к новым методам лечения и препаратам, но в моём случае тоже подходит.

— Я проявила непростительную беспечность и глупость и даже не поинтересовалась составом напитка, которым меня угостили. И не спросила, почему мне предлагают ВАШ чай. Ведь видела удивление и сомнения вашей команды.

Развожу руками и добавляю тише:

— Так что… моя вина тоже есть. Если и наказывать, то всех, в том числе и меня. Или проявите снисхождение.

Адмирал не меняется в лице, только вот глаза становятся мрачнее. Хочу всё-таки повлиять и изменить ситуацию, а ещё спасти свою репутацию в глазах всего экипажа. Не хватало, чтобы из-за моей тупости влетело всем членам команды. Вот они «обрадуются» наказанию.

— Давайте представим, будто я прошла боевое крещение, — произношу тихо и дарю дракону самую обаятельную улыбку из своего негустого арсенала.

Руби говорила однажды, что когда я именно «вот так» улыбаюсь, мужчины «тают». Что ж, никогда не проверяла, вот и посмотрим, сработает или нет.

— Не в моём положении, о чём-либо вас просить, но всё-таки осмелюсь... Пожалуйста, адмирал, не нужно из-за меня наказывать команду.

Мне тут ещё работать. Не хочется, чтобы моя работа в космосе превратилась в ад.

— Вы не совсем понимаете ситуацию, доктор, — спустя долгую минуту говорит дракон. — Дело не только в вас. Предлагать личный напиток дракона кому-то другому, да ещё без ведома хозяина – оскорбление.

Вздыхаю и понимаю, что тут мне в защиту драконов нечего сказать. Мне бы тоже не понравилось, если бы кто-то из коллег предложил кому-то воспользоваться моей, например, зубной щёткой. Хотя пример так себе, но я предполагаю, что адмирал воспринимает ситуацию именно в таком контексте.

И мы стоим, просто смотрим друг на друга и молчим.

Кажется, только сейчас я замечаю, как близко адмирал стоит. И странно на меня смотрит.

Зачарованно смотрю в его глаза цвета серебра и понимаю, что очень легко пропасть, утонуть в этих глазах. Как в океане, полном как прекрасных созданий, так и хищников.

Дальнейшее я воспринимаю как побочку от противоядия или остаточный эффект после чая, одним словом, я уговариваю себя винить в своих действия химию, а не саму себя.

Протягиваю руку к адмиралу и кончиками пальцев касаюсь линии его сильного и упрямого подбородка. Кожа мужчины гладкая, приятная на ощупь.

— Достаточно, — резко и с металлическим рыком говорит адмирал. Его глаза из светло-серебряных становятся штормовыми, опасными, на лице проявляются мерцающие чёрные чешуйки. Я отдёргиваю руку. Прижимаю ладонь к груди, будто обожглась. Пальцы действительно покалывает.

Господи, да что со мной?!

— П… простите… — выдыхаю, находясь в полном ауте от себя самой. — Надеюсь, я не оскорбила вас? Я не знаю, что на меня нашло.

— Надеюсь, вы не станете таким же способом добиваться необходимого вам от других членов экипажа.

Слова адмирала пропитаны ядом, нашпигованы шипами и точно попадают в цель. Неприятно, даже гадко слышать подобное предположение!

Я прямо задыхаюсь от возмущения.

— Отдыхайте, доктор Мэй. Вам действительно следует поспать. Чай вас энергетически истощил.

Поворачивается и уходит.

А я стою и давлюсь собственным ядом. Хочется сказать дракону много «приятного», но не делаю этого. Слова сейчас ничто. Это будет пустозвон. Тем более, я обманом нахожусь на корабле драконов. И кроме неподобающего поведения ещё ничего не доказала и для всех присутствующих здесь драконов я не представляю ровным счётом ничего. Ах, нет. Представляю кое-что. Женщина на корабле – к беде.

Заслужить уважение, признание и стать своей в команде можно только делами.

Поэтому, доктор Мэй, засунь свои недовольства в свою округлую пятую точку и делай то, что умеешь лучше всего на свете. Лечи, спасай и следи за здоровьем теперь уже твоих подопечных.

Вытягиваюсь в струнку и чётко по-солдатски отвечаю:

— Как прикажете, адмирал Рейк!

Адмирал вздрагивает и резко оборачивается.

Вздыхает и произносит почему-то обречённо:

— Я подумаю о смягчении наказания.

И уходит.

А я снова без сил падаю на кровать и роняю голову на сложенные ладони.

Я, идиотка.