Глава 8

* * *

– ЗОИ —

Гусеничный мотовездеход Раффика производит на меня сильное впечатление. Впрочем как и сам Раффик. Такой же матёрый, огромный и страшный, как и его средство передвижения.

Моя жизнь перевернулась с ног на голову.

Что ж, всё когда-то в жизни происходит впервые.

Вот и я мчусь на железном монстре, рассекая песчаные дюны. Хорошо хоть у вездехода закрытая кабина, а то наглоталась бы пыли и песка.

К моему огромному огорчению гаджеты так и не работают. Посылаю маме сообщение через свой ID, что со мной всё в порядке, и я почти достигла цели.

К счастью путешествие на этом железном монстре занимает не больше получаса.

И я уже вижу на горизонте дом – современный, стильный, выполнен из кварца, но по размерам он небольшой. В свете солнечных лучей он как оазис среди гордой и смертоносной пустыни.

Дом спроектирован грамотно – он защищён от ветра, развёрнут к югу ветрозащитной стеной, собирающей солнечные лучи, и козырьком – кровлей, дающим тень от высокого солнца.

К дому не проложено ни одной дороги.

Как дракон отсюда выбирается? Не на звездолёте же?

Раффик отчего-то останавливается не у ворот, а примерно в полкилометре от нужного мне места.

– Вот и прибыли, мисс, – сообщает он мне с лукавой улыбкой на брутальном бородатом лице.

– Подождите, дом ведь находится дальше, – произношу устало и раздражённо. Сжимаю пальцами переносицу.

– Так и есть, – кивает он и усмехается. – Но тот, кто живёт в этом доме, установил свои правила. Нужно как можно дальше держаться от владений дракона. Здесь его земля.

– Но… – начинаю я.

– Я вас доставил, куда вы просили. Рассчитайтесь и можете идти, – заявляет мужчина с каменным выражением на лице.

– Идти?! – взвизгиваю и киваю на окружающий пейзаж. – Как я буду идти? Тут же пески кругом!

Он с непробиваемым выражением на лице пожимает плечами и повторяет, что нужно скорее с ним рассчитаться.

– Нет, сначала доставьте меня до ворот, – требую я.

Злюсь сильно, сжимаю руки в кулаки, смотрю на мужчину жёстко и упрямо, хотя на самом деле мне хочется разреветься в голос и пожаловаться, как я устала, как у меня всё болит.

Голова раскалывается. Глаза слезятся.

Хочется пить, есть, ещё в туалет. Потом бы принять душ и оказаться в чистой прохладной постели и уснуть на неделю минимум. И чтобы меня никто не трогал.

– Не могу, мисс. У всех жителей республики договорённость с драконом – мы не ступаем на его владения, если он сам того не пожелает. Например, доставку закажет, – уже мягче поясняет Раффик. – Могу лишь дать вам совет – поторопитесь. Буря скоро начнётся.

Буря?

– Какая ещё буря? – напрягаюсь я.

Он кивает мне за спину.

Медленно оборачиваюсь и вижу в небе ярко-рыжую завесу.

– Боже… – произношу едва слышно. – Это буря?

Смотрю на Раффика умоляющим взглядом.

– Прошу вас, пожалуйста… Я ведь не дойду сама… Я заплачу, сколько скажете… – произношу самым кротким, просящим тоном.

Он качает головой.

– Простите… Правда… А я могу кое-чем помочь, – вдруг с улыбкой говорит он.

– Да? И чем же? – едва не рычу от бессилия и злости.

– У меня есть лыжи. На них доберётесь гораздо быстрее, – ошарашивает он меня.

– Лыжи?! – выдыхаю гневно. Потом издаю истеричный смех.

Нет, довольно с меня унижений.

Прекращаю смеяться и говорю резким тоном:

– Сколько с меня?

Раффик называет астрономическую сумму, и я считаю до десяти, чтобы справиться с гневом и не наговорить лишнего.

Деньги Рональда Ройса. Все платежи сохраняются в истории моего ID. Пусть потом полюбуется, как шикарно я добиралась до его брата. Рассчитываюсь с водителем с непробиваемым выражением на лице.

Потом Раффик даже помогает мне выбраться из кабины вездехода. Отдаёт мне чемодан, в который я убираю сумку с документами и получаю от мужчины напутствие:

– Поторопитесь, мисс. Буря ждать не будет. Она жестокая и сильная. Но если она настигнет вас, закройте лицо тканью и падайте лицом в песок, накройтесь всем, что у вас есть.

Сначала хочу съязвить, но потом лишь грустно усмехаюсь и говорю:

– Постараюсь добраться до начала апокалипсиса.

Надеваю пиджак и ёжусь.

Удивительно, но жара стремительно сменилась холодом.

Хотя солнце всё ещё палит, а песок оказался просто раскалённым. Противоречивые явления, согласны?

Я смотрю на дюны и думаю, что будь я в другой ситуации, в другом настроении, то восхитилась бы их особенной, пустынной красотой. Уходящие вдаль золотисто-жёлтые гребни с неповторимыми, поразительными рельефными узорами, нарисованные ветром действительно восхищают. Но не сейчас…

Ещё в городе я сменила туфли на кеды и теперь иду к дому дракона. Тащу за собой чемодан.

Идти по песку сложно. Подниматься, потом спускаться – моё тело получило новую нагрузку. Академиям однозначно стоит ввести курс выживания в пустыне и проводить марш-броски.

К концу пути я готова совершить убийство.

* * *

К счастью успеваю добраться до начала бури.

Правда, замёрзла как собака в лютый холод.

Такая резкая смена погоды не может добавить радости.

Ворота открыты, и я с огромным облегчением ступаю на брусчатую дорожку.

Оборачиваюсь и вижу, что буря уже близка.

Из последних сил поднимаюсь по ступеням крыльца и, едва оказавшись у двери, уже тянусь к кнопке, чтобы сообщить о себе. Но не успеваю к ней даже прикоснуться.

Сильная рука хватает за меня за плечо и рывком разворачивает лицом к обладателю.

Страх мгновенно парализует мой разум, и включаются инстинкты.

Выбрасываю руку, сжатую в кулак прямиком в лицо неизвестного, следом из моего саднящего горла вырывается лютый рык.

Меня так всё достало за последние часы, что уже ничего не соображаю.

Мужчина ловко уворачивается, одновременно перехватывает мою руку, а потом хватает меня за горло и прижимает меня к входной двери, отчего мы оказываемся вплотную друг к другу.

И я с ужасом понимаю, что передо мной стоит злой, как разъярённый рой диких ос дракон. Этот мужчина младший брат Рональда Ройса – Киллиан Ройс.

– Ты кто такая и что забыла в моих владениях? – спрашивает он меня мрачным и угрожающим тоном.

* * *

В моём затуманенном мозгу закрутился вихрь ответов и вопросов.

Я не знаю, с чего начать и просто стою, глупо смотрю на мужчину, у которого в глазах пылает ярость, и издаю невнятный стон:

– Я… Э-э-э… Зои… Рэй… Вот.

Что? И всё?

Где моё красноречие и дипломатический настрой? Что за овечье меканье?

Сказывается нервное напряжение, дикая усталость, обезвоживание, страх и чего душой кривить, отчаяние.

Мужчина сжимает пальцы на моём горле, я судорожно вздыхаю и цепляюсь за его руку. С ужасом понимаю, что если захочет, то он легко задушит меня. Бросит здесь у порога в бурю и скажет, что так и было.

Мамочки…

– Я не повторяю вопросов, – рычит он мне в лицо.

– П-пустите… – хриплю я. Мне не хватает воздуха, перед глазами уже цветные пятна.

Он резко убирает руку с моего горла. Я делаю вдох, а потом начинаю кашлять, так как воздух уже наполнен песчаной пылью. Буря наступает, а мы всё ещё топчемся на крыльце дома.

Очень-очень негостеприимный дракон.

Он складывает руки на груди и произносит:

– Я тебя слушаю.

При этом выражение его лица смиренное и мрачное. Дракон не ждёт от меня добрых вестей.

Я из последних сил собираю всю волю в кулак. Наконец, справляюсь с кашлем, расправляю плечи, вздёргиваю подбородок и смотрю в лицо дракона максимально прямо и по-деловому строго.

Наверное, я сейчас напоминаю побитую жизнью бедняжечку-собачку, прибившуюся к дому, где можно найти защиту и покой.

Костюм утратил свежесть и всю красоту. От цвета пыльной розы остались одни воспоминания. Ко всему прочему костюм совершенно не сочетается с кедами.

Мои волосы цвета спелой вишни, спутались, запылились. Из тугого пучка на затылке вылезли отдельные пряди и развиваются как у Медузы Горгоны.

Лицо, опухшее, раскрасневшееся, пыльное добавляет впечатления.

В общем, мрак.

– Простите, господин Ройс. Позвольте представиться, мисс Зои Рэй. Выполняю задание вашего брата – я должна передать вам на подпись документы и сопроводить вас в Икел…

Но дракон не позволяет мне договорить.

С его губ слетает злой смешок, и он резко говорит, точнее, приказывает:

– Убирайся! Немедленно!

Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Не так должна была состояться наша встреча! Не такие слова я должна была сказать.

С другой стороны – да к чёрту всё! Одна только эта поездка за весь день меня вымотала и выжала из меня все силы. Угрозы дракона-старшего, сейчас рычание дракона-младшего… Да сколько можно надо мной издеваться?

Эй, там наверху? Кому я насолила, что меня решили бросить в эту мясорубку?

Шумно выдыхаю и очень тихо произношу:

– Я не могу сейчас уйти…

Устало взмахиваю рукой, указываю на страшное явление.

– Буря ведь… Я пережду и…

– Мне всё равно, – отвечает мужчина равнодушно. – Раз смогла добраться сюда, то сможешь и покинуть мои владения. Наличие бури – это уже твои проблемы, девочка.

Он буквально отталкивает меня и входит в дом. Запирает двери!

Я смотрю на запертую дверь и просто не могу в это поверить!

Меня оставили на улице в разгар страшной песчаной бури!

Ветер налетает порывами. Он гудит, воет и рычит. Обещает мне страшные часы в своих колючих объятиях.

Песок уже скрипит на зубах, он попадает в глаза. Совсем скоро здесь станет адски страшно.

Лютый холод заставляет меня дрожать.

Я бросаюсь к двери. Нажимаю на кнопку звонка, одновременно стучу кулаком, ногами, но мужчина не реагирует.

Пока ещё хоть немного видно, бросаюсь к окну, понимаю, что, скорее всего это бесполезное дело и окно бронированное, но всё же, попытка – не пытка.

Поднимаю свой чемодан и изо всех сил бросаю его в окно.

К моему радостному изумлению, чемодан красиво влетает внутрь, стекло окна разлетается вдребезги с удивлённым звоном.

Ветер тут же рвётся внутрь. Как и я.

Сбрасываю осколки и подтягиваюсь на раме. Забрасываю сначала одну ногу, затем подтягиваю другую и спрыгиваю на пол. Под ногами тут же хрустит стекло.

Я с шумом дышу и нервно посмеиваюсь. Я внутри. Я в доме чёртового дракона.

– Какая наглая девица, – раздаётся вдруг совсем рядом.

Движение Киллиана заставляет меня вскрикнуть – слишком стремительно он подходит ко мне и хватает за руку.

Он бесцеремонно и очень грубо утаскивает меня из этой комнаты, где ветер с песком уже вовсю хозяйничают – рвут шторы, смахивают с полок всякие мелочи.

Когда мужчина закрывает за нами дверь, он снова припечатывает меня к стене, отчего, больно ударяюсь затылком. Дракон бьёт кулаком в стену прямо рядом со мной и издаёт утробный металлический рык. Я вижу, как на его висках и скулах проступают самые настоящие чешуйки.

Честное слово, я готова хлопнуться в обморок. Но почему-то мой организм со мной не согласен и не собирается отправлять меня в блаженную темноту.

– Ты! Десятая по счёту! Десять переговорщиков за последние три месяца – это уже слишком! – рычит он, и его голос рассекает пространство подобно удару хлыста. – Сначала сам искал ко мне подход, а теперь решил на девчонку миссию возложить? Сссссилён братец.

Мне кажется, меня прокляли, и я растеряла всё своё везение.

Я невольно икаю, слезящимися глазами смотрю на разъярённого мужчину. Лёгкая светлая щетина покрывает его лицо и крепкую шею. Брови идеальной формы сведены на переносице. Грозный взгляд буравит, давит, прожигает, заставляет трястись меня, как зверка перед хищником.

И я делаю то, что вообще должна была сделать секунду назад.

Издаю стон и оседаю, заваливаюсь на мужчину. Закатываю и закрываю глаза.

В общем, я решила изобразить обморок.

Надеюсь, он не потащит моё тело наружу и не выбросит за порог?

Дракон произносит такую забористую речь, что невольно ощущаю как краснею. Ой, как же хорошо, что у меня лицо после «чудесного» путешествия итак красное и опухшее и дракон не заметит, как оно пылает из-за его слов.

Киллиан Ройс довольно грубо поднимает меня и закидывает себе на плечо.

Стискиваю зубы и заставляю себя молчать, чтобы и писка не было.

Скажу вам честно, на плече находиться очень неудобно и даже больно.

Зато могу открыть глаза и полюбоваться упругим задом дракона, прикрытым спортивными брюками.

Мужчина вносит меня в небольшую комнату и как мешок с цементом бросает на кровать.

Я даже язык прикусываю, но никак не выдаю себя.

Он снова произносит грязное ругательство и уходит из комнаты, громко хлопнув дверью.

И я шумно выдыхаю.

– Наконец-то свалил, – произношу облегчённо.

Открываю глаза и издаю тоненький писк.

– Ой… Вы здесь…

Киллиан Ройс возвышается надо мной угрюмой горой и кажется, готов рвать, метать и убивать.

Но пока я ещё жива, вспоминаю об ещё одном женском оружии.

Преисполняюсь вселенской жалости к себе… Даже особо трудиться не приходится, я действительно так сильно устала, перенервничала, что организму требуется разрядка.

Рыдания со слезами, соплями и подвываниями сотрясают меня резко, сильно, я закрываю лицо и позволяю эмоциям выйти, иссушить меня.