Глава 13. Бой за право (на лево)

— Ты куда? — женский голос отдается в голове писком резины по стеклу. Хочу поморщиться и прочистить ухо, но руки не слушаются. Как и глаза. И тело.

— Дверь утром захлопнешь, — ненавистный голос взорвался ушах, вышибая в темноту.

Тут оглушительная тишина и никаких тактильных ощущений. Я в трансе?

Твою Касю за ногу! Только я могла так вляпаться.

Пока я парю в этой проклятой тиши, там в реальности тот зеленый… что он сделает со мной?!

Хлопок. Такой громкий и резкий, что будь у меня здесь ноги — присела бы.

Но это хоть какой-то звук, и я радостно бросаюсь к его источнику.

Светлеет. Вижу ступени, бежевые стены, невыносимо яркие лампы. Мир шатается. Я хрипло дышу. Я бегу вниз?

— Кто бы сказал, зачем мне это? — снова слышу голос, от которого схожу с ума.

Дергаюсь и выпадаю во тьму.

Кто мне может помочь?

Корвин? — первый о ком думаю, и тут же беззвучно смеюсь над собой. Ему только в радость избавиться от меня. Да и замок Дальсаррхов слишком далеко. Даже сумей я его позвать, даже согласись он помочь мне — он просто не успеет.

— Твой хозяин идиот, — раздается в моей тьме. Этот голос мне тоже будет сниться — в кошмарах.

Но я иду на него, иду за единственным доступным звуком. И открываю глаза: впереди мелькают огни дороги, через стекло-обтекатель навстречу мне с бешеной скоростью движется город. Я на сидении нэксы, но не могу пошевелиться — связаны руки и ноги. И не сказать ничего, рот запечатан липкой лентой, неприятно стянувшей кожу.

Слева от меня — зеленый драконис. Массивный и высокий, почти упирается головой в прозрачный обтекатель. Держит штурвал, что-то бормочет себе под нос. Обернувшись на мой взгляд, широко улыбается:

— Моя фа-а-атии, — в красных глазах мерцает безумие, от которого холодеет затылок.

Он снова тянет ко мне свою лапищу, я пытаюсь отодвинуться и в темной тишине оказываюсь даже раньше, чем он меня коснулся.

Мне страшно, Корвин, — шепчу губами, которых у меня нет в этой тьме, и она отвечает. Голосом, который я рада слышать до дрожи:

— Заррхова незабудка!

Снова зол на меня, но я тянусь к нему, я бегу за ним, лечу, словно он — мой свет, я Аврора, а он моя луна Морфея. Словно в жизни нет ничего надежней и важнее.

Выныриваю в свет, навстречу снова несется город, но угол зрения другой, я выше здесь, а прямо передо мной штурвал. На нём руки. Красивые пальцы сжимают его добела, металлический браслет мерцает на запястье.

А ещё я не могу посмотреть в сторону, только слышу голос. Голос Корвина:

— Давай в порт.

— Уверен? — второй, искаженный, звучит прямо в ухе.

— Да. У него там эршип.

— Его же стражи не выпустят.

— Но и стрелять не станут.

В тишине слышно, как свистят шины. Нэкса, почти не сбросив скорость, вписывается в поворот трассы.

— Кор? — слышно в ухе.

— Что?

— Может и правда передашь её? Раз тебе не нужна.

Глухое ворчание.

— Не рычи. С Мунтасарром тебе не тягаться, но и ему выгоднее договор, чем прямой конфликт. Отец, конечно, будет недоволен, но — если выбьешь приличные преференции и пару контактов с Имарром…

— Может и передам. Достала, нет сил. Схожу с ума, даже не касавшись.

На какой-то миг становится темно, лишь слепые вспышки мелькают, как фонари за закрытыми веками. Я жду своего приговора?

— Передам, — отрывисто бросает Корвин, открывая глаза.

А я слепну.

— Ненавижу-у! — кричу уже в темноте, и беззвучно рыдаю.

Слезы вьются вокруг, их всё больше и больше, а я не понимаю, отчего мне больнее — от того, что свободы мне не видать, или…

Или потому, что Корвин меня отдаст.

Или потому, что я ду-у-ура…

Почти захлебнувшись в океане слёз, я вдруг выплыла на поверхность.

Я снова оказалась на пассажирском месте в нэксе зеленого гада, всё ещё связанная и пристегнутая. Но одна. Нэкса стояла, и впереди маячили цветастые баллоны эршипов. Мы действительно прибыли в порт.

Но где зеленый?

Не успела я даже попытаться выбраться, как снаружи раздались шаги. Дверь с моей стороны щелкнув открылась, и надо мной нависла волосатая тень.

Я зажмурилась, вжимаясь в сидение.

— Эй, жива, юная ками? — этот ироничный голос с издевательскими нотками я узнала раньше, чем открыла глаза. Наш историк, красноволосый красавец, дядя Корвина.

Я насупилась и кивнула — рот всё ещё был запечатан. Не размышляя, магистр Асурр сорвал липкую ленту с моего лица. Еле сдержала вскрик — это было зверски больно. Драконис отстегнул меня, вытянул из салона и блеснувшим в руке ножом так быстро вспорол спеленавшую меня веревку, что я даже испугаться не успела.

Стояла теперь, пошатываясь на ветру, щурилась на свет прожекторов, освещавших порт, и переступала с одной ноги на другую. Босиком. Мои туфли на шпильках не составляли для Зеленого ценности и были утеряны в ходе похищения. Впрочем, скорее всего похищение превратится в передачу прав на живой товар.

— Что теперь со мной будет? — от нервов мелко стучали зубы.

— Посмотрим, как раз решается твой вопрос, — буркнул Асурр Дальсаррх, а я осознала, что именно с ним и говорил Корвин, пока догонял Зеленого гада.

Именно он, магистр Асурр, предлагал по дороге передать меня этому Мунтасарру — интересно, это имя или ругательство? — за преференции и пару контрактов с Имарром, страной на востоке материка.

— Идешь?

Странно, что он спрашивает, а не тащит за шкирку, чтобы вручить чужаку. Но раз спрашивает…

Поджав губы, я посмотрела на мерзавца из-под сведённых бровей:

— Не хочу.

Потащит силой?

— Какой всё-таки запущенный случай, — покачал головой историк. — Любая девушка на твоем месте уже бежала бы вперед меня.

— Я не любая.

Я предпочла бы оказаться как можно дальше отсюда, в теплой постельке, с гоняющим прочь левых драконов Цербером за стенкой. Или вообще на Архипелаге. А бежать смотреть, как два козла, простите, ящера, торгуются за безвольную куклу? Увольте.

— Ну как хочешь. А я пойду гляну, — и магистр Ассур развернулся и пошел в сторону парка, прижавшегося к порту темной древесной громадой, на ходу бормоча под нос:

— Дожили, девушка не хочет посмотреть бой драконов. За неё же.

И я хотела бы не услышать, но увы и ах.

А после его слов и вовсе насторожила слух, разобрав в далеком прерывистом шуме звуки драки: гулкие удары, свист рассекаемого ветра.

Сердце ёкнуло и кувыркнулось в груди.

Я вспомнила мощную фигуру Мунтасарра и его безумные красные глаза.

Он же его убьет!

Почему меня это так волнует?! До дрожи в дыхании и скрипа зубов. Заррхова метка?

Это она заставила меня сломя голову мчаться за Асурром, а потом и обгоняя его? Босиком по больно бьющей в пятки мостовой. По обжигающей холодной росой траве парка.

В секунды я пробежала по тропке среди редких деревьев и выскочила на кромку большой площадки. Обычно тут утраивались гонки на картах и байсиках.

Этой ночью здесь носились не они. Вернее, носился один — дракон, резвый как молния. Второй почти не двигался, встречая удары черной молнии, словно скала, лишь ветер взметывал зеленые косы сотнями змей и развевал широкие восточные шаровары.

До пояса он был обнажен, и лишь по каплям пота, катившимся по мощному торсу Мунтасарра, было понятно — легко ему не приходится.

Корвин был просто молниеносен. Я почти не различала его самого, выхватывая лишь моменты ударов, когда скала-Мунтасарр пошатывался или делал быстрый шаг в сторону. Зеленый гад тоже был быстрым.

А вот Корвин постепенно стал замедляться — неужели не выдержит заданного темпа? Я даже уловила, как он, почти на лету, начиная с замаха рукой, запустил в соперника один за другим два бреющих вихря, тонкой полосой взметнувших пыль и выкосивших на пути чахлую травку.

Корвин управлял воздухом! Так вот откуда эта легкость движений!

Увы, противник тоже был непрост. Он заметил опасные вихри и мгновенно сдвинулся с полосы атаки. И тут же получил по плечу третьим вихрем, летевшим над землей на уровне груди, не выдавая себя пылью. Из рассечённого мощного предплечья Мунтасарра брызнула кровь, россыпью рубинов зависла в воздухе.

Выведя противника из равновесия, Корвин ринулся вперёд прямо на него, взрезая воздух своим телом, метя в горло рукой, но вдруг споткнулся, полетев лицом в пыль мимо Мунтасарра. Тот мгновенно развернулся на одной ноге, подняв вторую для удара. От грохота, с которым тяжелая ступня обрушилась на спину Корвина, у меня заложило уши, а спина взорвалась болью, словно это меня только что расплющили о землю.

Корвин вскочил, увернувшись от добивающего удара, снова разорвал дистанцию, но было ясно, что зеленый всё-таки достал его. Капли крови на резком выдохе вырвались из горла черного дракона.

Крылатые хранители! У него же наверняка сломаны ребра и пробито легкое.

Теперь Корвин ощутимо замедлился, потерял инициативу и вынужден был увертываться от летящих в него камней, которые запускал на разной высоте Мунтасарр. Крылатые! Он тоже управляет стихией. Но его стихия — камень. Так вот как получилось, что молния-Корвин споткнулся — Зелёный гад просто бросил ему под ноги камень!

Бой продолжался, всё чаще достигали цели камни, и каждый словно бил по мне. Когда самый крупный булыжник, следуя за обманным градом мелочи, ударил Корвина в грудь и сбил с ног, я едва не упала сама. Меня поддержали чужие руки, а шепот у уха поднял волосы дыбом:

— Мунтасарр — опасный противник. Пропустишь удар и тебя можно соскребать. Кор очень рискует.

— З-зачем? — выдохнула я, не понимая Корвина. Он же хотел избавиться от меня! Зачем ему этот безнадежный бой?

— Если бы я знал, — магистр Асурр так явно ухмылялся, что я его просто ненавидела в этот момент.

Он же его действительно убьёт!

Корвин снова был на земле, а Мунтасарр взвился в воздух, раздулся в мышцах — как огромная жуткая жаба! — и устремился вниз на поверженного противника.

Удар всем весом этой туши и мокрого места от моего дракона не оставит!

Сердце остановилось, вскрик застрял в горле, а зеленый монстр замедлился, будто увяз в киселе. Стремительность движения выдавали лишь капли пота и крови, слетевшие с него и зависшие в воздухе, да стоящие вертикально змеи-косички и ткань шаровар.

Моё время замерло.

Я попыталась ринуться к Корвину — зачем? Что я могла? Не знаю, — но меня постигла неудача. Я даже моргнуть не смогла, тело словно окаменело.

Тогда я рванула вперёд что есть духу, и вывалилась из него.

Но всё равно не успела. Я ничего не успела!

Ноги Мунтасарра плавно коснулись спины Корвина, и…

Вместо хруста сломанного позвоночника — я услышала рёв ветра, и огромный драконис в зелёных шароварах поскользнулся на вихре-щите, выставленном Корвином. Нелепо задрав ноги и размахивая руками Мунтасарр, медленно падал вниз спиной.

Кор ушел из-под падающего тела перекатом, и тут же уселся на грудь противника, сжав его шею стальной хваткой.

— Тты-ы-ы-ы, ппо-о-окусился на моё, — поначалу звук голоса Корвина запаздывал, но вернулся в норму вместе с ударом моего сердца, которое снова ожило и бешено заколотилось в груди. — Ты пытался убить наследника Правителя Северной Мории, — теперь его голос отдавал металлом. — Энтрибан! — рявкнул напоследок младший Дальсаррх и припечатал свободной рукой лоб врага. Тот на миг засветился.

— Энтрибан, — хохотнул над моим ухом Асурр, и я резко, с разворотом корпуса, ударила локтем назад.

На инстинктах. Ну и хотелось мне это сделать — ещё один добрый дядя нашелся! Радовался, что племянника убивают.

Историк закашлялся, мой удар явно прошел в солнечное сплетение, но всё равно довольным до тошноты голосом пояснил:

— Теперь, кхе-кхе, наш Мунтассар не имеет права посещать Северную Морию. Печать "энтрибан" будет жечь с каждой минутой всё сильнее. Неплохо-неплохо, мой мальчик.

Корвин встал, отпустив противника, тот приподнялся на локтях и рассмеялся:

— Ну, по крайней мере ты доказал своё право на мою сестричку.

Что он сказал?

— Иди к Заррху, — прошипел Корвин, не оборачиваясь.

К Мунтасарру подбежали люди в восточных одеждах, помогая подняться. Где они были до сих пор, не представляю. Могли и рядом стоять, конечно, всё моё внимание до сих пор принадлежало лишь этой паре забияк.

— Я там уже был, — прокряхтел Мунтасарр, морщась от боли. Но насмешка из голоса никуда не делась. — А вот ты, мальчишка, нет.

Корвин дёрнулся словно от удара, но, скрипнув зубами, пошёл дальше.

Остановившись в нескольких шагах, встретился со мной взглядом совершенно чёрных глаз. Янтарь радужек полностью скрылся за зрачками.

Он долго смотрел на меня, не мигая, а я захлёбывалась от бури эмоций и вопросов:

О каком праве говорил Зеленый Мунтасарр, о какой ещё сестре? Почему я её уже ненавижу? Отчего он выглядел таким довольным, будто это он победил?

Почему Корвин не отдал меня? Собирался ведь?

И почему я так счастлива?

И что за страх сжимает моё сердце сейчас?

Может это я чувствовала, что через мгновение, сжав губы в нитку и закрыв глаза, Корвин почти отвернется?

Или я просто знала, что он не успеет — начнет падать, закашлявшись? Что в пыль сейчас полетит ярко-красная россыпь капель?

Он всё-таки ранен!

Я не кричала. Просто бросилась к Корвину, чувствуя, как от ужаса мертвеет тело. Но что-то рвануло меня назад, разворачивая, оставляя падающего дракона за спиной. Я заметила, как мелькнули мимо меня люди, спешившие к нему, был кто-то в белом халате. Помощь.

Но я была уверена, что без меня он не…

Обе руки мои были схвачены за запястья, и я, не предупреждая, не думая, ринулась наискосок влево от державшего меня, фиксируя его левую руку кистью правой и выворачивая в бок и вверх, чтобы ударить пяткой под колено и бросить на землю. И бежать к Корвину, я ему нужна.

Но проверенная и отработанная схема самозащиты дала сбой. Из мертвой драконьей хватки так просто не вырваться. Асурр, а это был именно он, сжал мои запястья едва ли не до хруста.

— Пусти! — рявкнула я в его лицо, а стук сердца в ушах отсчитывал утекающие мгновения, но Асурр оставался спокоен. Поймав и приковав мой взгляд, медленно произнес:

— Если ты пойдешь к нему сейчас, ты больше не отойдешь ни на шаг.

И что? — едва не крикнула я. Но слова его всколыхнули сомнение, далёкое, почти игрушечное воспоминание о ненависти, что-то очень странное о метке…

Я глянула на сжатое в чужой руке запястье.

И поняла, что я совершенно не чувствую руки, а это значит…

— Пустите меня! Он же умрет!

— Он дракон.

— Будто-то это значит бессметный!

— Он не простит меня, если это случится так.

— Что вы…

Но Асурр ещё сильнее сжал мои запястья, глухой отголосок боли из них добрался до мозга, но в то же время из меня словно вынули жилы. Мир быстро сузился до круглого окна перед глазами, и я из последних сил рванулась, оглянулась назад, увидела Корвина на носилках.

Голос его я услышала уже в темноте:

— Не подпускай её. Не та-а…