Глава 19. Не открывай глаза

К себе поднималась на ватных ногах, глядя прямо перед собой, но ничего не видя. Тонна информации, полученная сегодня, слилась в бесформенный ком, и он стремился взорваться вместе с моей головой, а разочарование, светившееся в глазах Реми при прощании, вымораживало синим льдом.

Крылатые, неужели он пошел на преступление, только бы освободить меня от дяди? И лишь я виновата в этом, Заррх меня раздери. Это я не рассказала ему всего. Забыла. Курица. Никакой ты не сокол Касс, ты курица, с забитым Корвином мозгом.

Мисс Зерби выглянула из комнаты, покачала головой, но увещевать не пыталась. За что ей огромное человеческое спасибо.

Стакан молока снова стоял на столике у моей постели, и я выпила его мелкими глотками, не чувствуя вкуса. Не раздеваясь, легла на кровать и уставилась в потолок.

Сошедший с ума дядя — из-за драконов или из-за Реми? Сам Реми, похоже, приготовивший мне побег, от которого пришлось отказаться. Люди, убившие Первую Землю и сбежавшие в космос — страшная правда или очередная драконья ложь? Корвин, гуляющий в моей голове как дома.

Или я просто схожу с ума. Если уже не сошла.

Может я человек-зайчик из клиники для душевнобольных? Или человек-капуста. Или нечто, живущее в страшном сне?

Голова всё-таки взорвалась болью, и я, прикусив губу и сыча, сжалась в комок, зарываясь под подушку, пытаясь спрятаться от жестокого мира, в котором я осталась совсем одна. Такая знакомая и беспощадная, такая невыносимая боль потери. Как тогда, когда умерла тётя. Несчастному дяде не нужно было меня травить, так болеть я и сама умею. Мысль выстрелила и попала прямо в цель, раздирая сердце. Я одна во всем виновата! Под закрытыми веками замерцали красные звёздочки, всё чаще и чаще, пока не стали красной пеленой…

Я закричала, перебудив, наверное, полквартала. Мисс Зерби примчалась ко мне, пыталась что-то сделать, причитая, но каждый звук, каждое прикосновение — равнялись взрыву в голове.

Щекам стало холодно — пахнуло ветром из окна, мужской голос, отрывистый, непонятный. Тепло руки у лба… и я провалилась во тьму.

Тьму, в которой выключили боль.

Надежную и тёплую, как голос:

— Что же ты делаешь, девочка?

Я не специально, Кор.

Здесь я ему доверяю, но — не могу говорить. Снова. Здесь меня нет. Меня нет — и это хорошо.

— Пойдем, — шепчет он. — И… прошу, если тебе плохо — зови меня.

— Мне из-за тебя плохо, как ты не понимаешь?! — ух ты, я всё же что-то сказала. Мои мысли сорвались с его уст. Но он лишь скрипнул зубами.

Меня снова несет по мрачному коридору. Моей воли нет, но мне так легко, что не хочется возмущаться.

— А где мы?

— Ты так и не прочла письмо.

Виновато молчу. Странно, почему не прочла? Ведь хотела же. И вчера тоже. Глупая, так хотела, но не читала.

— Мы в Старлайне.

— Но он же погиб!

— Да. Лава, хлынувшая из Аррганского разлома, залила его пятидесятиметровым слоем расплавленного базальта. Но полностью не уничтожила. Остались… недоступные ей уровни. Магистрали и островки города, бывшие подземными ещё во времена рассвета Старлайна. Мы с ребятами здесь ищем древние артефакты. Находим, правда, мало что — почти всё выгорело-расплавилось. Тут и без лавы было очень жарко.

Я вспомнила обугленный череп обитателя древнего города. Могла бы — передёрнулась.

— Иногда, зато, попадаются уцелевшие камеры, как эта, например.

Открытие двери активировало древний артефакт, и напротив входа медленно разгорелся светильник.

— Даже истпит не разрядился за тысячу лет. Невероятно, сам знаю. Но сейчас главное, что нам тут — не помешают. Иди ко мне.

Что?

До сих пор я смотрела на комнату, в которой Тэрри предлагала себя Корвину, и от омерзения почти не слышала его слов.

Но… он что, на полном серьёзе позвал сюда меня? Или я дура — а он говорил не со мной? И Терри где-то позади…

— И как ты себе это представляешь? — всё же спросила я его голосом.

— С трудом. Но гарантирую, будет интересно. Не знаю, как ты, но я сам ни о чём кроме тебя думать не могу. Надеялся, здесь немного отпустит — поиск древностей, опасности разные… но нет. Боюсь, есть только один способ справиться с этим. Хотя бы на время, — добавил тихо, и повторил: — Иди ко мне.

Я удивленно смотрела на древнюю постель сквозь глаза дракона, не понимая, чего он от меня хочет. Меня ведь нет здесь…

Но тут позади щелкнула, закрываясь, дверь, и стало темно. Холодок пробежал от затылка по шее. Словно на неё подули. Я поёжилась, чувствуя, как шевелятся корни волос.

— Протяни ладонь. Только не открывай глаза.

Я медленно подняла руку, протянула вперёд, но ощутив кончиками пальцев встречное тепло, отдернула ладошку, нечаянно коснувшись своих губ. И — задохнулась от остроты ощущения. А через миг и вовсе, кажется, сошла с ума — его рука укрыла мою. Пальцы шёлково скользнули с неё на щёку, заставляя трепетать и забыть о дыхании. Очертив линию носа и бровь, большой палец задержался у виска, а остальные тягуче медленно запутались в волосах за ухом, поднимая голодную стаю мурашек по всему телу, подгоняя её электрическими импульсами.

Я прерывисто вздохнула, а Корвин на выдохе не сдержал сладостного стона:

— Да-а, моя незабудка, да-а… какой же я дуррак, что… о-о-ох…

Это я добралась ладонями до его лица, шеи, — притянула к себе, привставая на цыпочки, чувствуя, как трётся моя напряженная грудь о его тело. Пальцы зарылись в густые волосы на затылке, а губы… губы украли его слова, просто выпили его хриплый голос.

Какой же ты невероятный, да-а… какая же я дурра, что… о-о-ох…

Его руки, обжигая, словно лава, сползли одна по спине, вторая по животу и… встретились, заставив выгнуться и застонать. Он приподнял меня, кожей живота я ощутила то горячее, что заставило сильнее сжать колени — и его руки.

Крылатые, что же ты ими творишь?!

Ногтями впилась в его кожу, словно пытаясь погрузиться, нырнуть в него, раствориться в нашем желании, нашей жажде. Мои руки, подрагивая в такт движениям его пальцев, сползали вниз. Лукавыми змейками тянулись к горячему и запретному.

Награда за любопытство — его хриплое рычание, сладкий укус в зацелованную шею и невыносимый пожар вокруг его пальцев.

Мир перевернулся, ухнув вниз и вверх.

Я затрепетала, часто-часто дыша и давясь собственным криком. Дурманящий шепот у уха, тяжесть тела надо мной, его дрожь, наша общая на двоих дрожь. Кругом голова.

Хочу тебя видеть! — непреодолимый порыв.

— Не открывай!

Но…

Целый миг я тонула в его янтарных глазах с вертикально вытянутыми зрачками, пока серый в сумраке потолок не вытеснил видение. Тяжело дыша, я валялась в своей постели. Подушка, одеяло, простынь — всё на полу. В теле пузырилась сладкая сытая лёгкость — немного стыдная, она подгоняла к щекам кровь.

Я рассмеялась, оправляя растрепанную одежду, и не совсем понимая, почему смеюсь. Но Заррх меня забери, мне было так хорошо и спокойно, как… да никогда ещё мне так не было.

Уснула я, так и не выбравшись из кровати, — сил хватило только затащить с пола подушку да одеялко утянуть, гусеницей закутываясь в него по ходу. Ну и простыню ещё подхватила — и затолкала комочком под стеночку. Каждое движение при этом вызывало сладкую негу и лёгкое головокружение.

Утром долго и бездумно наблюдала серый потолок, потом сунула руку под матрац, достав конверт с письмом Корвина.

Сон или не сон? — вот в чём вопрос.

Нет, вопросов было заррхова уйма, но этот в списке красовался первым. Второй — как к этому всему относиться? — сильно зависел от ответа на первый.

Распечатала, достала листик и жадно впилась в текст глазами. Но, пока читала, пару раз ловила брови, пытавшиеся перекочевать по лбу к волосам. Особенно впечатлило начало. Хотя и финал был катастрофически хорош. И невыносимо правилен.

"Привет, Незабудка.

Приемлемый способ разрыва связи ещё не нашёл.

Чтобы минимизировать возможность контакта, ухожу в давно откладывавшийся поход. Моя группа исследует подземелья Старлайна. Находим там иногда артефакты вашей цивилизации. Я писал в прошлый раз, что пытаюсь восстановить древние технологии. Автолетта — одна из таких попыток. Портативный. Это неважно.

В общем, меня не будет в Академии две недели. Постарайся не вляпаться ни во что, как ты умеешь. Мунта-с-Арр не единственный, кому ты — интересна. Он самый наглый, конечно, но мои сородичи все непростые ребята.

Орс за тобой присмотрит. Дракон-телохранитель с белыми волосами. Он из Совергов, но мой друг. Не пугайся. И зови на помощь сразу, если что.

Будем глубоко, под толстым слоем базальта. Не уверен, что автолетта справится с передачей писем в таких условиях. Как раз проверю. Напиши в ответ что-то. Желательно больше пары строк. Если не сложно. Проверки ради.

К моему возвращению постараюсь решить проблему с меткой. Выматывает.

Т Кор."

Вот и всё. Я уставилась на зачёркнутую "т". Дико хотелось, чтобы это было "твой". Но, ха-ха, какая глупость.

"Твой" постарается решить проблему. Начинает и заканчивает письмо этим. Гад.

Поймала себя на том, что поджимаю губы, а они — подло подрагивают. И глаза. Глаза какие-то мокрые.

Вот же заррхов драконь!

Теперь ясно, зачем так настаивал, чтоб письмо прочитала. Чтобы не обольщалась.

— "Не вляпайся, как ты умеешь"! Бу-бу-бу! — передразнила я его вполголоса. — Скотина. "Пиши, проверки ради". Тэрри свою проси, пусть тебе пишет! Ах да, Тэрри там — с тобой!

Я прерывисто вздохнула и уставилась в стену, стараясь не моргать, пока лишняя влага в глазах не подсохнет. Картинка с Тэрри бесила неимоверно. Не выдержав схватила ручку:

— То, что ты сделал этой ночью… со мной… как часто ты вытворял это с… другими?

Написала. Подумала. Скомкала. Вот будто мне не всё равно. Будто я ревную. Нет, я ревную, конечно, не врать же себе самой. Но ему об этом знать… Заррх. Он точно об этом знает. Смеется, небось.

А это не я! Это заррхова метка! Вот решит проблему — и отлично. И я уеду с Реми.

Реми. Надо с ним поговорить нормально, всё рассказать. Только как, если этот ко мне в голову, как домой ходит?

— Ты можешь залезать в мою голову по своему желанию? Ты менталист, как и твой отец?

Может, он сам дядю и обработал? Да ну бред. Зачем ему морока? Чтобы теперь решать, как от меня избавиться и убегать от меня под землю? Ха-ха, ничего, я его даже под землей нашла. И малину с Тэрри опять обломала. Ибо нечего! Вот "решит проблему" — тогда пусть и зажигает со всякими. А пока — фигушки!

Настроение приподнялось, ура. Я рассмеялась, и снова взялась за ручку. Так, что там ещё ему написать-то "для проверки"?

Решила расспросить о первом городе людей побольше. Всё-таки то, что он говорил о разломе и толще лавы, залившей Старлайн, немного выбивалось из моего представления о гибели его в драконьем огне. Даже сильно выбивалось. Вот бы самой посмотреть на эти развалины. Может, врёт про базальт и там просто много-много окаменевшего пепла?

Так. Старлайн. Что ещё?

— Нет. О праве на принцессу молчим. Тоже на ревность похоже. Хватит, — я побарабанила ноготками по столу. Погрызла ручку. — Зараза! Ну что ж все мысли толковые из головы вылетели, и только ерунда всякая на их место лезет?

Например, о троеточии в "Привет!.. Незабудка". Как избавиться от навязчиво зудящего в мозгу "моя"? Заменить на "доставучая"? Ой, что-то рычать тянет. Охохонюшки.

— О, придумала!

"Расскажи, что было со мной с ночи похищения и до вчерашнего утра, когда видимо твой дядя, принес меня домой, напугав квартирохозяйку?" — вывела я мелкими буквами, но перечеркнула "твой дядя", смутившись того, как панибратски это звучало, и заменив на: "магистр Асурр". Переписывать всё, правда, поленилась. В конце концов, после того, что было этой ночью… я имею право на некоторое панибратство.

Перечитав письмо, я почесала нос:

— Ну как? Достаточно строк для проверки?

Снова разозлилась. Вспомнила к тому же "лишь один способ справиться с наваждением". Для него это видите ли "способ". Конечно, он же уже столько раз его… практиковал. А мне… а я… гад. Я — для него просто способ! Не прощу!

И, зло прищурившись, я вывела недрогнувшей рукой:

"Хороший способ, согласна. Теперь яснее соображаю. Как раньше до него не додумалась? Хотя конечно, я просто не представляла, что это можно провернуть в трансе".

Шмыгнула носом, глядя на последние строки. Теперь-то рука подрагивала.

А не слишком ли я резко? Да нет. Наверное…

"Надеюсь, и тебе в глазах посветлело, и ты сможешь решить "проблему" как можно скорее".

Да? Я ведь, правда, на это надеюсь?

Я медленно выдохнула, спуская воздух, как пробитый шарик. И быстренько сунула письмо в автолетту, запечатав.

Заррх. Заррх. Заррх!

Я словно целиком в огонь окунулась. Даже после самого первого письма меня так не штормило.

Мне ведь точно это всё не приснилось?

Да нет же. В трансе Корвин не раз упоминал своё письмо, и оно в самом деле отвечало, на те вопросы, на которые должно было. Корвин действительно приставил ко мне Орса, пока сам свалил от меня в древний Старлайн. Не может же это быть случайностью?

А если всё-таки?

То-то Кор удивится моим словам. Впрочем, — я мысленно перечитала последние строки письма, — ничего четко "такого" я ему не писала. За волшебную ночь не благодарила. А способ? Да мало ли, что я имела в виду.

Я снова выпустила сквозь зубы долгую струю воздуха.

Волшебная ночь — как способ прочистки мозга. Р-р!

Не знаю, как ему — а мне, на самом деле, помогло не особо. Просто к каше из всех противоречивых порывов и сведений добавился ещё букет ощущений, которые так хотелось повторить, что от одной мысли об этом я покрывалась гусиной кожей, а шёлк рубашки начинал дразнить грудь и спину при любом движении. До меленьких белых снежинок перед глазами. До желтых вспышек под закрытыми веками.

Я зажмурилась, а открыв глаза, обнаружила на коленях открытую автолетту. Письмо получено.

Судорожно вздохнув, я подскочила и унеслась в уборную. Срочно требовался утренний моцион, включающий крепко холодный душ. Обжигающе будоражащий…

Заррх. Меня сейчас всё будоражило. Причем даже больше чем сразу спросонья. А теперь он читает письмо и мне не по себе.

На стук Цербера в стену примчалась как угорелая — хоть на что-то отвлечься.

— Третий, — заявила мисс Зерби, когда я показалась на кухне. — Третий. Доча, ты меня пугаешь.

— Что третий? — я заглянула через её плечо на сковородку. Ароматных котлеток с яркими кусочками зелени в ней жарилось куда больше трёх.

— Третий дракон за неделю. Не перебор ли?

— Дракон? Откуда… в смысле… — растерялась я, смутно припомнив движение воздуха из открытого окна, когда меня скрутило болью. И тепло ладони у лица, после чего я отключилась и — попала к Корвину…

И…

— Ты чего остолпела? Не помнишь ничё?

Я встрепенулась. Думать о том, что было "и", точно не стоило.

— Вчера в окно забрался беловолосый?

— Угу.

— В общем-то, он меня спас.

— Ну я так и поняла. Ты сразу затихла, да он ещё долго сидел возле тебя. А после, как встал, был белый, что его волосы.

Я поёжилась. Долго сидел Орс? И что он делал? И что делала в это время я?.. Там, в трансе… Брр. Я так точно рехнусь!

— Погодите-ка? Что значит "третий"? Красноволосый — раз, беловолосый — два. Кто третий?

— А? Что? — квартирохозяйка, похоже, хлюпнула в сковороду черпак воды — зашкворчало так, что я чуть не оглохла, а кухня наполнилась резко-ароматным паром. — Что ты говоришь? — орала, отмахиваясь от него ухваткой, мисс Церби.

Я попыталась повторить вопрос, но на пол полетела стойка для крышек, и её содержимое загрохотало о кафель, взрывая мой мозг через уши. Выскочив из кухни, напоминавшей по шуму и атмосфере истинную кузню, я вернулась в комнату.

Третий дракон. Три провала в памяти, и первый начался у кустика роз под моим окошком. Наутро мисс Зерби заговорила о драконах. И так, третий дракон равно первый.

И реакция Цербера сегодня странная — она же явно специально меня обшумела, уходя от ответа.

Да неужели?..

Хм…

Но зачем скрывать?