Глава 14: Бессонная ночь

Этой ночью мне снились странные красочные сны. И я даже не знаю, откуда во мне уверенность, что большей частью это вовсе не сны. Во-первых, я разговаривала с Эхинолью! Да, да! Это звучит как бред, но, тем не менее, я вела диалог с растением, которое, кстати, и не растение вовсе, и осталась довольна нашим общением. Оказывается, Эхиноль — демон, такой вот необычный вид демонов, в чем-то похожих на нашего Хранителя, но Скай всегда находится рядом со мной, а вот Эхиноль можно назвать Хранителем родового гнезда, так как покидать место обитания она не может. В Даргарейсе с ней общаться могут только высшие демоны, остальным неподвластен тайный язык Эхиноли. Поэтому такую диковинку, очень дорогую, надо сказать, могут позволить себе только члены королевской семьи. Эльфы заполучили себе величайшую ценность, но совсем не умеют с ней общаться. Если знать язык Эхиноли, то можно попросить ее, и она зацветет, но так как эльфы даже не предполагали, что она разумна, то прошли уже тысячелетия, но ни один из них не удостоился такой чести. Эхиноль здесь страдает и очень хочет вернуться в Даргарейс, для этого достаточно всего лишь слова Владыки. Я сомневаюсь, что он захочет отпустить такую редкость, но пообещала, что сделаю все от меня зависящее. Эхиноль оказалась поистине кладезю различных знаний, в том числе и магических. Я узнала тайны магии демонов и теперь знаю, как мне усовершенствовать свою защитную сферу. Да и боевая магия, думаю, мне наконец-то покорится. Такого количества информации я за всю свою жизнь не впитывала, а здесь все знания уложились легко. Наверно я могла бы теперь поспорить со Скаем, померятся знаниями, так сказать.

Во-вторых, я опять побывала на той зеленой полянке, где встречалась в последний раз с Эликаей. Только в тот раз была, скорее всего, весна, а теперь вся поляна была усеяна всевозможными цветами непередаваемых расцветок. И снова та, чья внешность во мне вызывала восхищение (была бы мужчиной — влюбилась бы раз и навсегда!), приветствовала меня искрящимся смехом, так как прочитала мои мысли по поводу ее внешности. Спросила, как мне в новом мире, не желаю ли я его покинуть, и есть ли у меня какие-нибудь необычные просьбы. Несмотря на возникшие некоторые трудности, покидать Сор мне не хотелось, тем более что я еще ничего в нем не видела, а магия манила меня магнитом, бурлила во мне и била горным ключом. Довольная улыбка Эликаи сказала мне больше чем сама богиня — я определенно зачем-то ей нужна. А вот насчет просьбы она меня огорчила. Как не прискорбно осознавать, но при помощи Цветка Жизни я не смогу вернуть Валентина, хотя это было моим единственным и самым сильным желанием на данный момент. Эликая объяснила мне, что души не могут путешествовать из мира в мир. Он погиб на Земле и там осталась его душа, Цветок не поможет мне. В этом мире душа должна родиться. Так что самое большее, на что я могу рассчитывать, что когда-нибудь я или кто-то другой родит сына с душой, похожей на Валентина. Это конечно рассмешило меня, так как рожать я уже не собиралась, да и не от кого было. У меня есть Кэтрин и я буду ждать, когда Марвиэль наконец-то созреет до решительных действий, а то, что они будут, я не сомневалась. Эликая на мои слова только головой покачала, явно не соглашаясь. Только с чем именно, с тем, что не рожу больше, или с тем, что между Кэтрин и Марвиэлем явно проскакивают искры, она не сказала.

Постепенно в мой сон или полусон вклинились странные всхлипывающие звуки. Я открыла глаза и приподнялась на локтях, пытаясь определить источник шума. Рядом мирно посапывала Кэтрин, край, где спала сестра, был пуст. Марго сидела на кресле, поджав ноги под себя, и плакала. Я слетела с нашего общего ложа, на котором мы с большим комфортом устроились после того, как нас покинула счастливая пара и Марвиэль.

— Рит, солнце мое, ты чего плачешь? — спросила сестру, зажигая привычным движением большой светлячок.

Марго дернулась от неожиданности, слегка прищурилась, привыкая к свету, еще раз всхлипнула и посмотрела на меня.

— Поверь, я счастлива, что Анюта нашла свою любовь, и я искренне желаю им счастья, но скажи мне, что будет лет через 30–50? Она постареет, а он останется шикарным красавцем?

Я облегченно выдохнула и улыбнулась, хотя в темноте вряд ли сестра заметила это и обняла ее.

— Ты зря беспокоишься. Это магический мир и здесь живут необычные, удивительные люди и нелюди. Самые сильные, из которых, и в физическом плане, и в магическом, драконы и демоны. Только у них существует процесс обретения истинной пары. Когда демон или дракон находят свою пару, то для них перестают существовать все остальные особи противоположного пола. Проходя обряд соединения, свидетелями которого мы были сегодня вечером, они делятся своей мощью, защитой и жизненной силой со своей избранницей. Так что Анютка теперь полудемон-полуэльф, посмотрим, что у нее получится с магией, но проживет она столько же, сколько ее ненаглядный Ларс. В этом, конечно, есть и минус истинной пары — погибает один, вслед за ним уходит и второй.

После этих моих слов Марго вздрогнула.

— Только это вряд ли произойдет! — в ворохе искрящихся блесток появился Скай — Ларсиэль очень сильный маг. Ему повезло, он унаследовал дар обоих родителей и теперь является счастливым обладателем трех стихий — огня, земли и смерти.

— Ничего себе — выдохнула я — обычно на Соре существа могут владеть только одной стихией, гораздо реже двумя. Он почти вундеркинд!

— На себя посмотри! — весело парировал Скай.

— А что я? У меня только защитная магия — сделала невинные глазки.

— Вспомни, что тебе говорил Марвиэль?

— Да помню я, помню…

— Так что успокойся, Марго, твоя дочь в надежных руках! Ларс к ней никого не подпустит. Демоны очень большие собственники, впрочем, драконы тоже — Хранитель устроился на коленях сестры, позволяя ей почесывать свое брюшко.

— А еще, Марго, утром ты увидишь свою дочь с новой прической — хмыкнула я.

— Почему? — удивилась сестра.

— Потому что, приняв силу Ларсиэля, истинная пара демона принимает и его цвета. Вспомни необычный цвет волос Ларса!

— Откуда ты все это знаешь? — удивленно уставился на меня Скай.

Я, не опуская подробностей, пересказала о своих ночных свиданиях с Эхинолью и Эликаей. Вместе с Марго мы всплакнули над судьбой Валентина. Она тоже надеялась, что дар Эхиноли я использую для этой цели.

— Может, хватит уже выяснять, насколько много я теперь знаю, и нам все-таки стоит поспать? — спросила я — Ведь завтра нас ждет тяжелый день. И не надо сверкать на меня своими желтыми глазищами, Скай.

— Почему желтыми? — искренне удивилась сестра — У него же синие глаза, правда не такие яркие, как у того дракона, который спас тебя от выгорания.

— Рит, только не говори мне, что не заметила, как Скай вырос и изменился, мы же теперь в магическом мире, а тут его взросление идет быстрыми темпами, скоро он станет настоящим драконом — рассмеялась я, и тут до меня дошла суть второй части фразы Марго. Я замерла, а потом заторможено выдала: — Какой дракон меня спас?

— Ты что, ничего не помнишь? — удивилась Марго.

— А что я должна помнить? Последнее мое воспоминание — это море огня, почему-то белого, которым я спалила эту тварь — Стефана. Я бы хотела посмотреть на настоящего дракона, да и сама хочу летать. Ведь я же должна превращаться в дракона, Скай?

Хранитель странно икнул, и они с Марго переглянулись.

— Тиан, ты видно не помнишь, но ты уже превращалась в дракона, тогда, в саду, сжигая Стефана — осторожно, наблюдая за моей реакцией, произнесла сестра.

Я удивленно охнула. Вот почему я ничего не помню? А я еще удивлялась, что никто мне не рассказывает, как мы тут оказались. Очевидно, все считали, что я все помню и говорить про это не хочу.

— Потому что это было первое твое превращение — пояснил Скай — и произошло оно под давлением не совсем благоприятных обстоятельств. Обычно первый оборот молодые драконы проходят под присмотром старших сородичей, которые магически поддерживают драконят. А ты обернулась сама, в порыве гнева. К тому же тебе было еще рано, именно поэтому, выдав драконье пламя и сжигая врага, ты чуть сама не погибла.

— Хорошо, что появился Марвиэль! Он сказал, что почувствовал от тебя зов о помощи. Увидев, как ты горишь, он выдал такой поток непереводимых выражений, что я даже растерялась, но не расстроилась, что ничего не поняла, так как думаю, что цензурными в них были только знаки препинания — хмыкнула Марго.

— А потом, когда ты на наших глазах обернулась драконом, он махнул рукой и связался с кем-то по магическому камню. В тот же миг рядом с тобой появился другой дракон, намного крупнее тебя. Дракон быстро сориентировался и выдохнул на тебя какое-то белое облако пара, ты превратилась в человека, но без чувств упала на руки Марвиэлю — продолжил Скай.

— Он был такой красивый! — перебила Марго.

— Кто? Марвиэль? — удивилась я.

— Да тьфу на тебя! Дракон, конечно же! Белоснежный, его чешуя переливалась на солнце всеми цветами радуги, и глаза у него были синие, синие…

В тот же миг передо мной возникла очень правдоподобная иллюзия, созданная Хранителем. Дракон действительно был хорош! И что-то в нем было такое знакомое… Оторвавшись от созерцания иллюзорного крылатого, спросила:

— А я рыжая, да?

— В смысле рыжая? — удивилась сестра.

— Мой дракон.

— Аааа… Почему рыжий?

— Потому что узнать, какого цвета дракон, можно посмотрев на цвет волос — пояснила я, взяв в руку прядь своих огненных волос.

— Значит это не правда! — с горячностью воскликнула Марго — Потому что твой дракон — золотой! Ты так сияла на солнце, что даже глаза слепило.

— В нашем мире — начал Скай — есть некоторые отхождения от правил. В основном, ты права, цвет волос дракона совпадает с цветом чешуи. Но ты у нас как всегда исключение!

Я показала язык Скаю.

— Так вот! — вновь влезла сестра — Тот дракон не мог от тебя глаз оторвать, хотя я не сказала бы, что это был влюбленный взгляд. Марвиэль не позволил ему к тебе прикоснуться, сказав странную фразу, что он ждал слишком долго, чтобы все испортить в один миг. Дракон был зол, но, тем не менее, что-то рыкнул и исчез. А Марвиэль, не выпуская твое бесчувственное тело с рук, взмахом руки, вылечил оперативников, перенес их за забор дома и стер им память, чтобы они могли нормально жить дальше. Потом сразу же открыл портал на Сор и всех нас утащил в свой мир, поторапливая и приговаривая, что твое время истекает в этом мире.

Я была шокирована рассказом. Столько событий прошло мимо меня. Мне нужно время, чтобы все обдумать.

— Это все интересно, но все-таки нам, не пора ли спать? — вновь задала я свой вопрос, желая поразмышлять в темноте.

Марго согласно кивнула и, не отпуская Ская, направилась к кровати. Если они и были удивлены моей спокойной реакцией, то ничего не сказали. Щелкнув пальцами, погасила светлячок, и двинулась вслед за Марго, благо видела в темноте отлично. Закрыв глаза, попробовала прокрутить события последнего дня на Земле. И я вспомнила, что после попадания на поляну к Эликае у меня вроде мелькал образ белоснежного дракона и Марвиэля, размахивающего руками и что-то кричащего, но воспоминания были какие-то размытые. Утро для меня началось с легкой щекотки от веточек Эхиноли. В помещении еще царил полумрак. Сладко потянувшись, посмотрела на сестру и дочь — они еще спали.

— Что-то случилось, милая? — спросила я у странной демоницы, поглаживая бархатистые листочки, которые как щенки ластились к моим рукам.

Эхиноль слегка засветилась и, обвив гибкой лианой за талию, вытащила меня с кровати. Я тихонько засмеялась, так меня еще никто не будил. Тем временем Эхиноль поставила меня возле зеркала и отпустила. Я зажгла светляк, пытаясь понять, что заставило Эхиноль разбудить меня в такую рань.

— Это мы попросили ее разбудить тебя — раздался голосок одной из феечек.

Шустрая разноцветная толпа высыпалась из листвы, постоянно переругиваясь и смеясь. Заметив мой взгляд, брошенный в сторону кровати, Мия, появившаяся прямо перед носом, сказала:

— Не переживай! Мы накинули на них полог тишины, так что их сну ничто не помешает.

— А зачем вы меня подняли? Кстати, я по именам знаю только трех из вас. Как быть с остальными?

— Всех все равно не запомнишь, так что не переживай! — прыснули весельем феечки — Пора выбирать наряды для бала! Вы должны всех покорить!

— Ну, допустим не всех, а только Владыку Аллимиля — фыркнула я.

— Нет! Вы должны покорить всех!

Я рассмеялась. Эти крохи были такими милыми.

— Ясно, давайте, рассказывайте, что задумали!

— Нель и Лилия умыкнули в одной швейной мастерской, которая является поставщиком нарядов для семьи Владыки, кучу платьев — выпалила Мия — надо выбрать, что тебе по вкусу!

— Девочки! — испуганно воскликнула я — А если нас обвинят в воровстве?

— Успокойся, Тиан, никто даже и не подумает обвинять тебя в таком. Наоборот портные еще гордиться будут, что ты выбрала платье именно у них!

— Так Марго и Кэтрин, да и Анне тоже платья к балу нужны, что ж вы их не разбудили?

— Сначала мы оденем тебя. Все подгоним по фигуре и добавим то, что ты пожелаешь. А потом уже займемся остальными, а пока пусть поспят.

Нель взмахнула своими белыми перламутровыми крылышками, стряхивая переливающуюся пыльцу, и на кресло посыпался водопад разноцветных тканей.

— В этом ворохе ткани сложно выбрать что-то интересное — пробурчала я.

— Для начала давай определимся с цветом! — зазвенел голосок Лилии.

— А что тут определяться — вклинился в наш разговор Хранитель, поблескивая хитрющими глазами — она же с ума сходит по всему, что имеет бирюзовый цвет. Даже Аллимиль не избежал такой участи, из-за цвета глаз.

— Вот ты ехидна! — рассмеялась я, эта голубая зараза действительно знала мои вкусы.

Раздался дружный смех феечек.

— Значит — бирюзовый…

Нель снова тряхнула крылышками и передо мной остались платья всевозможных оттенков бирюзы. Затем каждое платье всплывало и крутилось у меня перед глазами, как будто мне его демонстрировала невидимая модель. Свой выбор я остановила на нежно бирюзовом платье, с глубоким вырезом, открывающим весьма соблазнительный вид на мою пышную грудь, из скользящей ткани, напоминающей наш шелк. Все модели были шиты на эльфиек, а они отличались высоким ростом, так что нам придется его укоротить. Платье было простым и элегантным, но хотелось добавить что-нибудь необычное, чтобы подчеркнуть свое иномирное происхождение. И тут мне в голову пришла гениальная идея, не знаю, но почему-то именно она мне показалась самой правильной.

— А можно на платье изобразить белоснежного дракона? Скай, покажи иллюзию!

Хранитель воспроизвел иллюзию, которую он показывал нам с Марго. Феечки переглянулись и, собравшись в пеструю кучу, начали что-то оживлено обсуждать. Через некоторое время вперед вылетела фея в темно лиловом наряде.

— А ты сможешь создать образ того платья, которое ты хочешь получить?

— Постараюсь, ведь я художник!

Закрыв глаза, я представила, как на шелковистой ткани платья появляется очень правдоподобный рисунок дракона, вышитый мелким речным жемчугом. Голова рептилии покоилась на правой груди, а переливающиеся крылья, как будто обнимали, тело было расположено по диагонали и длинный хвост, закругляясь, терялся в складках слева. Глаза его сияли двумя яркими сапфирами. Дружный вздох подсказал мне, что пора открывать глаза.

Платье преобразилось. Дракон выглядел как живой.

— Очень интересное решение — сказала одна из феечек — никто раньше не додумывался до такого.

— Кэтрин и Марго, надо что-то подобное подобрать — воскликнул Скай — А о наряде Анюты, позаботится ее муж, можете не сомневаться.

Нель взмахнула крылышками, и платье приятной прохладой скользнуло по моему телу. Как я и говорила — оно было мне длинноватое. Пестрая канитель феечек окружила меня, и платье моментально село по фигуре. Я покрутилась перед зеркалом, с удовольствием замечая, как приятно скользит по мне ткань, то тут, то там красиво обрисовывая изгибы тела.

— Оно восхитительно!

Мы разбудили Марго и Кэтрин. Они долго восхищались моим нарядом. Еще больший восторг у них вызвал выбор собственных платьев. Кэтрин выбрала голубое, под цвет своих глаз, а я, с помощью магических малышек украсила его белоснежными снежинками, из того же речного жемчуга, разных размеров. На подоле снежинки были крупнее, а чем выше они поднимались, тем меньше становились. При движении создавалось впечатление, что из-под ног Кэтрин поднимается вьюга. Как нельзя лучше к ее наряду подходил кулон-снежинка. Марго стала счастливой обладательницей темно вишневого наряда. Насыщенный цвет великолепно подчеркивал глубину ее карих глаз. Мы долго спорили, что изобразить на ее платье, пока не сошлись во мнении, что это будут золотые нити, пронизывающие подол, подобно лучам солнца. Когда закончили преображение, то получилось, что это похоже не на солнце, а скорее на язычки пламени. Еще чуть-чуть доработав образ, добавили немного черно-красных страз по подолу, которые изображали горящие угли. Движения ткани заставляли наши угольки поблескивать, создавая полную иллюзию отлетающих искр, а язычки пламени мерцать, и, казалось, перепрыгивать со складки на складку. Удовлетворенные и усталые мы закончили свое преображение, когда совсем рассвело и солнечные зайчики, бодро скакавшие по стенам комнаты, подсказали что пора уже позавтракать.