Глава 17 Озеро Саяна. Касикандриэра

Нет, точно пора записывать! А то этот литературный сно-сериал скоро окажется интереснее моей жизни! Да что там, уже оказался. Я покосилась на Алекса, сладко сопящего рядом, вздохнула и перевернулась на другой бок. Понимаю, он меня просто на секс разводит каждый раз, когда требую прекратить бегать от Драгана, но ничего не могу с собой поделать, ведусь!

Клятвенно себе пообещав, что уж завтра-то обязательно припру мужа к стенке — главное, не давать ему трусы снимать, ни его, ни мои — и добьюсь! Чего, пока не знаю. Там видно будет. А пока можно хоть выспаться, чтобы набраться сил перед… перед…

Сформулировать я так и не успела, провалилась в сон. Сериал больше не беспокоил, но сон пришел путаный, бессвязный, картинки сменяли одна другую — то это было озеро в обрамлении гор, которое пришло мне в видении, когда мы с Охотником смотрели на барабанщиков, то отражение девушки в витрине — когда почудились рога, то скалящий зубы черный адский пес.

А потом и вовсе приснились малыши, совсем еще крохи — мальчик-блондин с голубыми глазками и девочка с темными волосами. Они плакали навзрыд, потому что рядом с ними не было мамы, разрывая мою душу на части. Слезинки дрожали на их длинных изогнутых ресничках, а внутри меня все свернулось жгутом от боли. Так хотелось их обнять и утешить!

И под конец я услышала громкий крик — мужской голос звал меня по имени, умолял вернуться — снова, снова, снова! Вздрогнув всем телом, я подскочила на кровати с бьющимся в горле сердцем и долго не могла успокоиться, чувствуя такую тоску, боль в душе, что на полном серьезе начала задумываться о том, чтобы выпить обезболивающее.

Потом заставила себя встать с постели — в надежде, что движение разгонит неприятные ощущения. Махи руками, ногами, наклоны, приседания! Со стороны, наверное, комсомолку за утренней зарядкой напоминаю. Ага, в стрингах и короткой маечке! Хотя если какие-нибудь наркобароны на горе с биноклем притаились, вряд ли их именно такие ассоциации посещают! Правда, важнее, чтобы они сами нас не посетили.

Умная мысль, первая за утро, меня остановила. Ладно, хватит. Я начала заправлять постель. Подушка была мокрой от слез. Перед глазами вновь встали заплаканные личики малышей. Сердце разорвалось на части. Так, хватит, это просто биологические часики тикают! Душ — прохладный, бодрящий — вот что мне необходимо!

Холодная вода и в самом деле помогла. Успокоившись, я выпила кофе, пособлазняла мужа, что сидел с ноутбуком в гостиной, взяла планшет с досье на Драганов и ушла в другую комнату. Когда меня начало тошнить от этой семейки, встала размяться и, проходя мимо стены, вспомнила о сейфе. Как он открывается? Никакого механизма не вижу. Я провела ладонью, надеясь нащупать кнопку или рычажок, что-то тихо щелкнуло, и сейф открылся. Наверное, ненароком нажала именно то, что нужно. Пора мне, видимо, в «медвежатницы» уходить!

На полочках внутри почти ничего не было — наличка, кредитки, паспорта, пара шкатулок и бутылка с водой на донышке. Странно. Я взяла ее в руки, открутила крышку — мне же везде нужно сунуть свой любопытный нос! Пахнет преотвратно! Зачем Алексу протухшая вода? Ладно, у всех свои секреты.

О, а это интересно! В одной из шкатулок лежали кольца — дорогущие на вид. Откуда у моего Охотника такие финансы? И почему ни на одном фото их не было? Может, это принадлежало его матери? Хотя на вид современные. Одно как перевитые золотые нити, сплетенные в середине в галочку, похожую на крылья, что баюкают голубой камень сложной огранки. Другое с прямоугольным камешком того же цвета, перехваченным посередине горизонтальной восьмеркой — символом бесконечности. Крылья и небо. Я примерила их. В голове замелькали едва уловимые тени воспоминаний. Нет, они мои, точно.

Что ж, пусть лежат тут. Руки потянулись к смартфонам. Пока листала фотки, в душе снова засвербело неприятное ощущение — что-то с ними все же не так! Боже! Меня внезапно осенило — ни одного весеннего, осеннего или зимнего фото! Только летние, и все в Петербурге во время белых ночей!

— Саяна! — голос Алекса, донесшийся из гостиной, заставил подпрыгнуть и выронить сотовый. — Любимая, спустись, пожалуйста!

У него странный голос. Как и он сам.

Дрожащими руками я подняла и положила телефон на полку. С дальнего конца ее что-то шлепнулось на пол. Да из какого места у меня растут руки?! Что там упало? Я присела на корточки и увидела хрустальный лист. Выглядел он как березовый, но внутри словно тягучий огонь перетекал туда-обратно — красивый, завораживающий и что-то до боли напоминающий.

Позже разберемся. Я вернула лист на полку, закрыла сейф и направилась в гостиную.

Я увидела ее, когда подошла к лестнице — симпатичная русоволосая девушка в обтягивающих черных штанах и кожаной куртке подняла голову и глянула на меня зелеными глазами.

— И не стыдно тебе, Охотник? — она с усмешкой перевела на Алекса. — Так поступать с любимой женщиной? Ведь она…

— Это не твоя забота, демон! — перебил мужчина.

Что?! Я аж подпрыгнула. Он серьезно?!

— Фу, — она сморщила прелестный носик. — Девочек правильнее называть демоницами. Ничему тебя Баал не научил!

Перед моими глазами всплыло лицо рыжеволосого мужчины с бельмом на глазу. Кто этот Баал? Выходит, я его тоже знаю!

— Вот сама ему об этом и расскажешь! — Алекс двинулся на девушку.

— Думаю, уступлю тебе эту честь! — с усмешкой обронила она, отступив за диван. — Мы с ним не сильно-то знались!

Ловко, как пантера, мужчина одним движением перемахнул через мебель и бросился на нее. Точные, выверенные движения кипели силой. Он был быстрым, напористым, не давая девушке ни секунды передышки. Но она, если честно, дралась не хуже, ловко уходя от ударов Охотника и умудряясь доставать мужчину жалящими «укусами» кулаков и ног.

Отступив за столик, девушка швырнула в него графин с виски и, стоило супругу уклониться, как вслед просвистел хрустальный шарик-закрывашка. Задев голову, он рассек кожу на виске и, врезавшись в стену, сыпанул прозрачным крошевом осколков во все стороны. Тонкая струйка крови потекла по щеке Охотника, но он будто и не заметил этого, ногой перевернув столик и вновь перейдя в наступление.

Их бой был похож на танец. Я даже залюбовалась им! Но наслаждалась до того момента, когда Алекс умело скосил демоницу подножкой, прижал к спинке дивана и выхватил из-за пазухи кинжал с черным клинком.

— Откуда?! — потрясенно выкрикнула девушка. Оружие, очевидно, так ее напугало, что она начала усиленно вырываться из рук моего мужа.

Он замахнулся, она завизжала, но когда мужчина всадил кинжал в ее грудь, резко замолчала, застыв и в ужасе глядя на торчащую из тела рукоять, словно не в силах поверить своим глазам.

— Что, теперь и сказать нечего? — Алекс выдернул клинок, отошел от нее, и тело мешковато сползло по дивану на пол.

— Ты… ты убил ее?! — я словно очнулась. Заплетающиеся и дрожащие ноги пересчитали ступеньки.

— А что с ней было делать, чаем поить? — он пожал плечами, вытирая черное лезвие тканевой салфеткой. — Надо выпить. — Мужчина отошел к бару, оставив меня стоять над телом.

— Ан…гел, — едва слышно прошелестела она, открыв глаза. — Найди… помешай им… зовет тебя… слышишь?

— Кого найти? — я опустилась перед ней на колени.

— Озеро… — ее зеленые глаза стремительно тускнели, словно яркость быстро утекала из них.

— Озеро? — не то ли самое, что привиделось мне под танец с барабанами?

— Дай Кры… льям силу, они… приведут.

— Саяна? — донесся до меня голос Алекса. — Что ты делаешь?

А ведь и правда! Я могу кое-что сделать! Если моя кровь заживляет его раны, может?.. По крайней мере, нужно попробовать!

— Даже не думай! — предупредил Охотник, проследив за моим взглядом, направленным на осколок графина.

— Тебя забыла спросить! — пробормотала я, сжав его.

— House… Lago en el… el Cielo[1], - перешла, похоже, на испанский демоница. Озеро в небесах? Почему в небесах?

— Потерпи, — я рассекла запястье осколком.

Но в тот момент, когда по нему заскользила струйка горячей крови, муж обхватил меня руками, подняв на ноги и крепко прижав к себе.

— Отпусти! — взвилась я.

— Ни за что! Все равно уже поздно!

— Надо попробовать!!!

— Нет!

— Отпусти, пожалуйста! — взмолилась я, глядя, как умирает девушка. Стекленеющие глаза с тоской остановились на крови, что текла из запястья на мои джинсы. С губ сорвался последний выдох. — Зачем ты убил ее?!

— Она демон. — Мужчина развернул меня лицом к себе. — Саяна, что эта тварь сказала тебе? — глаза Алекса готовы были, казалось, залезть мне под кожу.

— Не верить тебе. — Соврала я в который уже раз, не почувствовав ни малейших угрызений совести. — Почему?

— Не думай об этом, демонам нельзя верить. — Он попытался обнять меня. — Успокойся.

— Не прикасайся! — что-то внутри взметнулось яростью, и я оттолкнула его.

— Что с тобой? — Алекс обеспокоенно вгляделся сначала в мое лицо, а потом во что-то рядом с моим телом. Я и сама краем глаза заметила какую-то тень, золотистым светом мелькнувшую сбоку, но, резко повернув голову, ничего не увидела.

— Это ты мне скажи! — сорвалось с губ само по себе. — Ты же явно знаешь куда больше, чем говоришь!

— Саяна, все хорошо, — побледнев, Охотник протянул ко мне руку. — Это просто стресс сказывается.

Так, надо взять себя в руки, а то ведь он и в самом деле привяжет меня к кровати или посадит на цепь — по глазам вижу! Глубокий вдох. Будь умнее. Или хитрее? Да какая разница?

— Ты прав, — я заставила себя сделать шаг к мужу. — Нервы сдают. Немудрено после такого. — Последовал кивок на мертвую демоницу. — Прости. Ты спасал жену, а она вместо этого на тебя же и рычит. — Мои ладони легли на его грудь.

— Ее нельзя было оставлять в живых, эта тварь навела бы Драгана на наш след. — Супруг явно расслабился. Что ж, мне пора выдавать Оскар за лучшую женскую роль. Как же противно врать! Но еще противнее знать, что врут тебе.

Но в номинации на самую ужасную на свете вещь победил все же Алекс. Погладив мои волосы, он улыбнулся и, как ни в чем ни бывало, произнес:

— А теперь нам надо закопать труп.

Должно быть, мне все это снится! Я посмотрела на Алекса, который, как ни в чем ни бывало, хозяйничал в гараже наркобарона. Когда он сказал, что здесь имеется все необходимое, наивная Саяна фыркнула, представив большую коробку с надписью «Набор для избавления от трупа». Но оказалось, муж прав — бочка нужных размеров уже нашлась, и теперь тело бедной демоницы лежало в ней. Меня трясло — по коже пробегал озноб — словно колючая проволока проползала. Я обхватила себя руками, чтобы успокоиться.

— А вот и кислота! — воскликнул Охотник, заглянув в деревянные ящики у стены.

Радуется так, словно мы хотели устроить пикник, и тут как раз вовремя нашелся мангал и можно жарить шашлык. Хотя, я же веганка — так сказал муж. И это единственное, в чем я ему верю. Раздражение удалось подавить, лишь напомнив себе о принятом недавно решении — быть умнее. И хитрее — тоже не помешает. А вот с тошнотой, когда Алекс начал лить кислоту в бочку, справиться не удалось.

Меня вывернуло наизнанку прямо на бетонный пол. Желудок был пустым, поэтому, по иронии судьбы, рвало тоже кислотой, из пищеварительного сока. Мерзкий вкус лишь усилил тошноту. По лицу потекли слезы. Положив руку на живот, я с трудом вдохнула между рвотными позывами, что скручивали желудок жуткими спазмами. Но воздух с запахом кислоты и чего похуже заставил застонать, все усугубив. Матерясь, я на полусогнутых вышла из гаража, держась за стены.

— Саяна, ты куда? — бдительный муж последовал за мной.

— Куда угодно, ох-х-х, лишь бы подальше отсюда! — вырвалось сквозь мои выбивающие чечетку зубы. — Не подходи!

— Закончу сам, — он кивнул. — Отдохни.

Муж стоял и смотрел, пока я не зашла в дом. И только потом вернулся в гараж. На моем лице появилась кривая ухмылка — а супруг-то мне тоже не особо доверяет, похоже! Качая головой, я поднялась в спальню и встала под душ. Несколько раз почистив зубы, яростно орудуя щеткой, и тщательно прополоскав рот, мне все равно не удалось избавиться от привкуса во рту. Пришлось вздохнуть, признать, что это лишь кажется, и завернуться в халат.

Увидев Алекса в постели, я ушла под быстро выдуманным предлогом. Высушила волосы феном в той комнате, где имелся сейф, и села на кровать, глядя на стену. Что дальше? Лечь в постель к мужчине, которого и видеть-то не особо хочется? Черта с два! Мне нужны ответы!

Я достала из сейфа кольца, надела их на одну руку, легла под бочок к мужу и положила эту руку на его грудь — чтобы он их точно увидел. Его взгляд мазнул по ним, мужчина усмехнулся.

— Что-то не так? — с невинным видом спросила я.

— Забыл, что ты можешь открыть любую дверь. Сейф в том числе.

— Даже так?

— Зачем ты одела их?

— Надела, — механически исправила я. — Решила, что нечего такой красоте пылиться в сейфе. Раз уж мы женаты, имею право носить обручальное и помолвочное кольцо. Это ведь они?

— Ты права, только подарил их тебе не я, а другой мужчина.

— Другой?

— Твой бывший, Аскер.

— Прости, подумала, они наши с тобой, — я быстро сняла кольца и положила на тумбочку. Демарш провалился.

— Ты мне не доверяешь, малышка? — Алекс притянул меня к себе.

— По-моему, сильнее всего доверяют друг другу люди, которые навеки связаны трупом.

— У меня ощущение…

— У тебя неправильное ощущение, — я уложила его на спину, — но могу предложить правильное. — Рука медленно поползла вниз по его животу.

— Обижай, не верь, бей, все делай, что пожелаешь, — он перевернул меня на спину, — только люби, малышка!

— Люблю! — простонала я, отдаваясь желанию.

Мне было легко вновь ему соврать — уже привыкла. Не люблю, а только хочу — и скоро узнаю, почему так. И лишь делаю вид, что верю.

Когда он уснул, я осторожно выбралась из цепких объятий и ушла в другую комнату. Пусть Саяна и амнезийная на всю голову, но про интернет помнит! А вот и ноутбук. Не запаролен, отлично. Пальцы словно сами знали, что делать. Сначала история просмотра. Обычный мусор, как и у всех. Что из самого раннего? Сколько всего о потере памяти! Я хмыкнула. Ого, а он всерьез эту тему изучил, прошерстил, наверное, с сотню сайтов!

А это что? Глаза быстро пробежались по строчкам. «Река Лета — в древнегреческой мифологии подземная река забвения, протекающая в царстве Аида. Выпившие ее воду теряли память…» Неужели он настолько вгрызался в тему, что даже мифы изучил? Хотя для Охотника, привыкшего убивать санклитов и только что залившего кислотой труп демоницы, мифы — обыденная часть жизни.

Вздохнув, я помедлила и вбила в поиск «Касикандриэра». Сейчас увижу надпись «Запрос не дал результатов» и успокоюсь. Но вопреки ожиданиям на меня хлынул водопад ссылок. Супруга Люцифера? Демоница? Королева ада? Серьезно? Мы явно о разных девушках говорим, интернет!

Хорошо, а что у тебя есть, всемирная паутина, об озере на небесах? Так, явно не то. Взгляд быстренько пробежался по ссылкам. Мимо. А если… Пальцы замерли над клавиатурой. Глупо, наверное. Но чем черт не шутит, пока ангел спит? Как говорил тот, кого я не помню. Итак, House Lago en el Cielo, набираем на латинице и жмем enter!

Ага! Сердце забилось учащеннее. Это уже совсем другое дело! «Дом на небесах» — резиденция, спроектированная архитектором Давидом Рамиресом, расположена — внимание — в Ретиро, Антиокия, Колумбия! Я открыла фотографии и вгляделась в двухуровневый дом на вершине крутого склона. Два прямоугольника с дымчато-голубыми стенами и окнами в пол, строго и в тоже время очень красиво. Но самое главное — на заднем плане виднеется ровная гладь озера!

— Для тебя это на самом деле так важно? — вздохнув, спросил Алекс, которого я утром загнала в угол между плитой и столешницей.

— Да! Невыносимо находиться здесь, когда там, в гараже, она… — горький комок в горле удалось проглотить с трудом, — разлагается. — Нам нужно развеяться! И тебе это тоже необходимо! — я прильнула к нему. — Любой маленький городок подойдет. Погулять, поесть вкусняшек, почувствовать себя обычной супружеской парой!

— Можно и не уезжать никуда, — ладони Охотника сжали мои ягодицы. — Есть отличный способ расслабиться, малышка!

— Ни за что! Никакого секса, пока под боком труп в бочке! Мне здесь даже кусок в горло не лезет! Если не хочешь, чтобы жена объявила голодовку, увези ее подальше!

— Тогда у меня нет вариантов, кроме как согласиться и сделать, как ты хочешь, верно?

— Верно! Погуляем, покушаем, снимем номер в небольшой гостинице и устроим такую же жаркую ночь, как тогда, помнишь?

— Убедила! — хрипло выдохнул Охотник, полыхнув взглядом. — Собирайся, едем!

А чего мне собираться? Все нужное уже давно лежит в рюкзачке. Спустившись в гостиную, я застегнула куртку, взяла мужа за руку и вышла из дома, унося с собой смену белья, паспорт, немного налички в песо, евро и долларах, а также свои кольца.

Касикандриэра

Озеро манило к себе. Его зов был сильным, как потребность вдохнуть воздух после долгого пребывания в воде, и неумолимым, как время. Я подошла к нему и вгляделась в прозрачно-голубую, без единой складочки, гладь. Но как такое возможно? Ведь в пещере царствует бархатно-черная непроглядная темнота! Над водой — каменный свод, а еще выше, над ним, монолит скалы. До неба, которое будто разлилось по зеркалу озера, не дотянуться.

Вопреки своим мыслям я присела на корточки и медленно опустила руку в прохладную воду, прикоснувшись к небесам. Ни единой волны, совсем ничего! Страх овладел мной, заставив вскочить и отойти назад.

Она медленно появилась из самой середины озера, сначала светлые волнистые волосы — совершенно сухие, потом красивое лицо с тонкими чертами, а затем тело с плавными изгибами, по которому струилась то ли голубая ткань, то ли вода, не понять.

— Богиня-мать! — сорвалось с моих губ. Я попыталась опуститься на колено и прижать руку к сердцу, приветствуя ее — так делали первые кахары в легендах, но неземная красавица не позволила, как раз в этот момент подойдя ко мне.

— Такая юная! — ее прохладная ладонь легла на мою щеку. — Совсем дитя! Твой путь еще только начался, — она нежно улыбнулась. — Впереди столько всего! Решений, ошибок, выбора, счастья и боли! Живи и ничего не бойся, Риэра! Верь себе. И учись прощать. — Богиня вытерла мои слезы и улыбнулась. — Иди, он ждет тебя!

Я вздрогнула, широко распахнула глаза и уперлась взглядом в тяжелый вышитый золотом полог над кроватью — все-таки надо было его снять и вернуть матери, это же часть ее приданого. С губ сорвался вздох. Сон, это был всего лишь сон. Не пойму, радоваться или огорчаться этому? С удовольствием поговорила бы с Богиней-матерью подольше — пусть и во сне. Кстати, теперь придется идти к кахарам и рассказывать об этом сне — так положено. Но обычно тебя вполуха выслушивает только посвященная молоденькая жрица, рассеянно кивающая и думающая о чем-то своем, медленно перебирая бусинки четок.

Я повернулась на бок и свернулась калачиком, улыбаясь и думая о том, что было на Дне обещаний и немного после. Стоило вспомнить, как по телу прокатилась обжигающая, как дыхание жениха, волна. Прикрыв глаза, я вновь увидела его, почти обнаженного — лишь в легких, почти прозрачных брюках. Даже отец и брат мне в таком виде никогда не показывались! Один раз мы с Лией прокрались на берег, чтобы из-за деревьев посмотреть на мальчишек, которые купались в реке, но нам было так стыдно, что мы, хихикая, как безумные, и рассмотреть-то толком ничего не успели, кроме голых спин.

Меня заворожила даже не красота Деметрия — а он на самом деле был красив — а сила и властность мужского тела. Они манили к себе, как озеро Богини во сне минувшей ночью. Пробуждали такие желания, что лицо и сейчас заливал румянец. Не знаю, должна ли была позволять ему то, что он сделал со мной вчера. Наверное, нет. То, что мы принесли обеты Богине-матери, слабое утешение. Но вся благопристойность улетучилась, когда мужчина усадил меня сверху на себя.

Конечно, я знала свое тело — что где находится и для чего. Касаемо того, где надо погладить, чтобы было приятно, меня просветила Ульпина, сестра, когда мы еще носили короткие детские платьица. Пока нянька причесывала меня, она тихо сидела на стуле, болтая ногами в башмачках с розовыми лентами, до сих пор отчетливо помню это — мать отобрала их у меня и отдала сестре, когда та захотела.

Но стоило няньке выйти по какой-то надобности из детской, Ульпина спрыгнула со стула, задрала платьице и начала бесстыдно, как это умеют лишь дети, трогать себя пальчиком между ножек. А потом потребовала, чтобы я повторила это. К счастью, нянька вовремя вернулась. Виноватой объявили, конечно же, меня. Но слуги с тех пор перешептывались о том, что Ульпина вырастет испорченной девчонкой. К сожалению, они оказались правы.

Поэтому я хоть немного, но все же знала об удовольствии, что могут приносить ласки определенных мест. Но когда Деметрий усадил сверху, мое самое сокровенное место пронзило сладкой молнией, что разошлась по телу волнами такого желания, какое мне еще испытывать не приходилось.

Это было таким удовольствием, что я не сразу заметила его руки на моих бедрах, а когда осознала это, тело уже двигалось само, будто знало, что делать. Обхватив Деметрия за шею, я наслаждалась непривычными ощущениями, а также его тяжелым дыханием сквозь стиснутые зубы, встречными движениями жестких мужских бедер и горячими ладонями, которые чувствовала сквозь платье.

Буря, нарастающая внутри, скрутила меня огненным смерчем, завладев телом и заставив забиться в судорогах наслаждения. Стон жениха я слышала словно сквозь толщу воды, и даже не сопротивлялась, когда он уложил меня на спину и прижался так тесно, что к удовольствию добавилась боль. Несмотря на нее, я хотела еще сильнее вжаться в него, жаждала чего-то, чему не знала названия, но требовала этого от Деметрия, по-женски, будучи в своем праве — потому что мне было мало того, что только что произошло.

Он тяжело дышал и практически рычал, глядя в мои глаза, но ничего не сделал. Не дал зверю внутри взять вверх. Мужчина смог остановиться, и это было даже сильнее и важнее ощущения его опьяняющего желания. Потому что значило несоразмеримо больше — как доверие, которое не предали, не растоптали. Он сдержался, хотя видит Богиня, в тот момент я не стала бы его останавливать!

Поэтому жар, что пылал внизу живота, переместился выше, в сердце, породив дрожь, наполнив сердце нежностью и желанием доставить Деметрию удовольствие. Я с радостью, не стесняясь, ласкала жениха, и его взгляд, затуманенный желанием, стоны, рваное дыхание показали мне, что он наслаждается каждой секундой.

Мощный, сильный, властный и опасный Покоритель миров отдавался мне, раскрываясь, и не только телом. И было в этом что-то настолько запредельно сближающее, опьяняющее и потрясающее до глубины души, что по моей щеке скатилась слезинка. Он не заметил ее, взорвавшись со стоном. А я впервые подумала, что смогу полюбить этого мужчину.

Воспоминания взбудоражили меня так сильно, что внутри вновь начал полыхать жар желания. Заливаясь краской и затаив дыхание, я позволила руке скользнуть между бедер и погладила влажные трусики. Эти прикосновения сорвали с губ стон. Пальцы нырнули туда, где было мокро и горячо. И так приятно! Закусив губу, я ласкала себя, воскрешая в памяти вчерашние ощущения. Обнаженный торс Деметрия, его тело подо мной, стоны сквозь зубы, руки, губы…

Распахнувшаяся дверь комнаты, где я переодевалась. Полный восхищения и трепета взгляд серых глаз. Мужское неприкрытое молчаливое признание — о том, в чем он не признался еще даже самому себе. Гаян…

Наслаждение скрутило меня, заставив всхлипнуть. Изогнувшись, я отдалась ему, не сдерживая крик — под взглядом сероглазого.

— Риэра! — голос Лии. Руки трясут меня как грушу, чтобы попадали созревшие плоды. — Да что же это! Она без сознания!

— Что? — я с трудом открыла глаза. — Что случилось?

— Ты так кричала! — Лия села рядом. — Кошмар приснился?

До меня дошло, что произошло. Краска залила потерявшую всякий стыд принцессу. Эти ласки… Мой крик слышали в коридоре! И самое ужасное — сероглазый! Как он проник в мои фантазии? Как всегда, влезая, куда не просят, без спроса и разрешения!

— Принцесса, как вы? — а вот и он, встревоженно вглядывается в мое лицо. — Хорошо себя чувствуете?

Сегодня я уже слишком хорошо себя прочувствовала! Хватит!

— Уходи! — не в силах смотреть на воплощение моего стыда, я швырнула в него подушкой. — Вон из моей комнаты!

Гаян попятился, похоже, ничего не понимая.

— Пошел прочь из моей спальни, бесстыжий! — следом за подушкой полетела кружка. — Вон из моей жизни! Вон!!!

Из моих мыслей, моих фантазий, из… из… Отовсюду!!!

Закрыв за ним дверь и вернув кружку а место, Лия села на кровать. Тяжело дыша и дрожа, я подняла на нее взгляд. В глазах девушки прыгали смешинки. Моя мудрая Лия, она все поняла!

— Похоже, это был не кошмар, а кое-что другое! — со смешком констатировала моя единственная подруга. — Более приятное!

— Прекрати! — я закрыла полыхающее от стыда лицо руками и подтянула колени к груди.

— Не переживай, они ничего не поняли. — Сжалилась Лия. — Мужики такие тугодумы! Решили, наверное, что тебе сон приснился нехороший! Принцесса ведь у нас впечатлительная особа, чувствительная!

Последнее слово она произнесла с таким придыханием, что я запустила подушкой и в нее.

— Эй, за что? — возмутилась девушка, увернувшись. — За проницательность? Но то, что тебе по нраву Гаян, легко догадаться!

— Правда?.. — я в ужасе уставилась на служанку.

— Да, но для этого нужно знать принцессу так хорошо, как знаю я!

— Замолчи! — во мне полыхнула ярость и страх. — Уйми свой язык хоть раз в жизни!

— Риэра? — Лия побледнела.

— Ты хоть на секунду представь, что с Гаяном сделает Деметрий, если у него хоть малейшее подозрение проскользнет обо всем этом?!

— А ведь беспокоишься ты не о себе, а в первую очередь о нем. — Пробормотала служанка и отвела взгляд. — Все серьезнее, чем я думала. Это не просто увлечение, которое пробудило в тебе женщину…

— За-мол-чи! — рявкнула я, соскочив с кровати и сжав кулаки. — Я приказываю!!!

— Даже так? — девушка усмехнулась. — И дружба побоку?

— Ты забываешься!

— А ты на конюшню меня отошли, пусть выпорют!

— Допросишься!

— Ах так?! — Лия скомкала платье, которое лежало на постели, и бросила к моим ногам. — Сама тогда одевайся!

Пулей вылетев из моей спальни, хлопнув дверью, девушка по пути рявкнула на охранников, которые, вероятно, замешкались, не успев уступить ей дорогу. А я осталась совершенно одна — с мыслями, рвущими душу в клочья…

Причесаться с грехом пополам я смогла и сама. А что, пучок — это строго и элегантно! Я отступила на шаг от зеркала и сощурила глаза. Если не присматриваться особо, сойдет! С трудом, но все же влезла в платье. Тяжелое, жесткое и неудобное. Надо зашнуровать корсаж и застегнуть сотни крючков спереди. Ладно, с крючками справлюсь.

Когда половина железных мерзавчиков осталась позади, пальцы покраснели и отказались сгибаться, словно посреди спальни стояла не принцесса, а старая бабка с распухшими суставами. Я посмотрела в зеркало и расхохоталась в голос. Какое уж там! Первая красавица королевства! Невеста Покорителя миров! Наследная принцесса рода Касик! Ага, как же! Сейчас девушка в отражении, что дула на пальцы, была похожа на лошадь, на которую водрузили хомут. Причем кривой и косой хомут! Теперь мне понятен смысл фразы «сидит, как на корове седло»!

Перестав хохотать, я с опаской покосилась на дверь. А ведь мои охранники точно в скором времени решат, что принцесса ополоумела! Запрут меня тогда в темной комнате под присмотром какой-нибудь Греты с ручищами со ствол старого дуба и все! Впрочем, тогда хоть с крючками сражаться не придется.

Спасение пришло, как всегда, откуда не ждали — в дверь постучали и после разрешения войти в комнату вплыла…

— Няня! — ахнула я. — Спасительница моя!

— На кого ты похожа?! — в свою очередь ахнула женщина. — Иди сюда, горюшко мое! — развернув меня спиной, она ловко зашнуровала корсаж, а потом в два счета справилась с крючками. — А на голове-то, на голове! — запричитала гостья, быстро выдергивая из пучка шпильки. — Что ж ты, как сирота-то? Служанка твоя куда запропастилась? Садись уже.

— Мы поссорились. — Я села на стул перед зеркалом и отвела глаза, чувствуя, как щеки заливает стыдливой краской.

— Это что же за служанка такая? — женщина начала сооружать высокую башню на моей голове. — Надерзила она тебе, что ль?

— Это я ее обидела. — Пришлось признаться — в том числе, и самой себе.

— Футы-нуты! — няня замерла с занесенной над башней диадемой. — Да ведь служанка-то она, а не ты! Эко, обиделась она! Что за королевишна такая, чтобы обидки-то корчить?

— Мы скорее подруги.

— Извини, не понимаю я такого! — диадема воткнулась в прическу и, похоже, в голову тоже. — Распустила ты ее! Вот что я тебе скажу, милая! Встань-ка!

Я поднялась, искренне надеясь, что по лицу не текут струйки крови от украшения в волосах.

— Куколка-то ты моя! — женщина прослезилась, прижав руки к груди с умиленной улыбкой. — Красавица!

— Спасибо, нянечка! — я обняла ее и поцеловала в щеку.

— Да что ты, детка, мне в радость! — она, и вовсе расчувствовавшись, вытащила из кармана платок, вытерла слезы и высморкалась. — Ты хоть завтракала, крошка?

— Как раз собиралась. — Дипломатично ответила я.

— Так эта мерзавка, Лия твоя, тебя еще и голодом морит?! — всполошилась няня. — Я поговорю с королем Аконтом, клянусь Богиней, непременно поговорю! Сегодня же!

Если кто видел, как несется сквозь комнаты пушечное ядро, тот представляет, как выглядели мы с нянечкой, которая притащила меня в сад, по пути приказав накрыть стол и приготовить все, что любит принцесса. При ней присмирел даже Гаян.

— Может, останешься? — искоса глянув на сероглазого, спросила я в конце завтрака. — Порядок тут наведешь. Причем, будешь уже фрейлиной! Старшей!

— С радостью бы! — няня вздохнула и шмякнула на мою тарелку еще один кусок пирога. — Кушай, куколка! Осталась бы, но ведь ты замуж выходишь, за этого…

— Выхожу.

— Да как же это? — она неожиданно расплакалась. — Ведь о зверствах его все королевство гудит! Как же тебя, такую?.. Да ему, зверюге?! — няня заревела на весь сад.

— Ну что ты! — я подскочила к ней и обняла. — Деметрий не такой плохой, как говорят. Мы вчера обеты Богине-матери с ним принесли! Верно, Гаян? — в поисках поддержки мои глаза обратились к охраннику. Глядя на него, я замерла — он с такой болью во взгляде смотрел на меня, словно уже стоял перед моей могилой.

— Куколка моя! — взвыла пуще прежнего женщина.

— Все будет хорошо! — пришлось снова заняться ее истерикой. — Будешь так потчевать, жених вообще от меня откажется — побоится, что не прокормит такую прожорливую принцессу!

— Думаешь? — няня шмыгнула носом, глянув на меня мгновенно просохшими глазами. — Ох, детонька, тогда кушай давай! — она настойчиво подвинула ко мне тарелку.

— Кушаю! — я набила рот пирогом — все, что угодно, лишь бы она успокоилась!

— Буду молиться Богине, чтобы сложилось все у вас, — подперев щеку рукой, прошептала женщина. — А я ведь здесь, в столице остаюсь! Дом купила! Ребятенков взяла из приюта кахар — мальчонку да девчушку, родные они, сироты! Вот думала, рядышком жить будем. Мечтала об этом! А тебя этот увезет ведь, не свидимся…

— Я буду часто приезжать. — Мне удалось отвлечь ее внимание и вылезти из-за стола. — Идем в сад, после такого сытного завтрака надо погулять — для пищеварения полезно!

— Ну, идем, — она ухватила меня под локоток. — Ты приданое-то собрала уже?

— Эм-м, — мой разум заметался, — им занимаются.

— Риэра! Ну как так можно? — няня укоризненно покачала головой. — Ты же порядочная принцесса!

После вчерашних и в особенности утренних событий я в этом уже не уверена. Но промолчу, конечно же.

— Кто там? — вниманием женщины завладел шум в глубине сада. Слава Богине!

Мы прошли к лужайке со снежно-белыми большими цветами. Прямо посреди нее стояли и ругались — я бы даже сказала лаялись — Кирсания и Ульпина. Эти двое вечно как злющие кошки, готовые воткнуть в соперницу острые коготки. Не похожие, как холодно и горячо, ночь и день, черное и белое. Общее у них только одно — они мои сестры.

Кирсания — откровенно некрасивая, с длинным носом, близко посаженными глазами и массивной челюстью тощая девица. После победы Деметрия она лишилась последнего шанса выйти замуж — жених бросил ее за ненадобностью, кому нужна бывшая принцесса? Может, хоть статус сестры супруги Покорителя миров поможет ей найти приличного мужа — ведь единственное, чего желает эта добрая душа — стать женой и матерью. Правда, присутствующая при ее рождении кахара сказала, что это «сухая ветвь» нашей династии, что означало участь старой девы.

Кирсанию наша мать всегда звала позором рода Касик, морщась при каждом взгляде на нее. А мне кажется, таковым была Ульпина — рыжеволосая красивая и удивительно развратная девица. Про таких говорят «кое-чему не хозяйка». Из-за нее у нас постоянно меняются слуги — молодых мальчиков работать давно уже не берут. Народ шутит, что дворец — как богадельня, в котором можно встретить только стариков. Есть даже шутка — да ты, парень, такой урод, что тебя работать во дворец возьмут!

— Что за шум, а драки нет, девоньки? — гаркнула няня, уперев руки в боки.

— Похоже, скоро как раз будет, — усмехнулся Гаян, сорвав белый цветок. Я едва успела вырвать его из рук мужчины, что как раз намеревался его понюхать.

— Это сонные цветы, — пояснила я, отведя взгляд. — Их пыльца — мощное снотворное. Один вдох — и ты бы до завтрашнего дня дрых.

— Тогда спасибо, что спасли, госпожа. — Он отвесил поклон. — Но если они такие опасные, зачем их столько? — мужчина обвел рукой огромную лужайку.

— Мать страдает бессонницей, помогают только сонные цветы.

— Ясно. — Гаян улыбнулся, и уголки моих губ дернулись, готовясь расползтись в стороны. Ну уж нет! Хватит утреннего ужаса! — Можно спросить, принцесса, что вам приснилось?

— Ты приснился, — рассеянно отозвалась я и замерла. Да откусить мне язык, надо же такое ляпнуть!

— Зачем так мальчика обижаешь? — появившаяся Лия спасла принцессу, голову которой покинули остатки мозгов. — Теперь бедняжка будет думать, что ты его настолько терпеть не можешь, что он тебе в кошмарах является в виде монстра с алыми глазами!

Да уж, этот сон снится, столько себя помню. Няня говорила, что это дух Кассии приходит мучить меня. Наверное, отчасти она была права — ненависть матери вполне могла породить у маленькой девочки такие кошмары.

— Прости меня, — прошептала я, сжав руку девушки.

— И ты меня. — Она стиснула ее в ответ и ревниво ощупала меня взглядом. — Справилась, гляжу, и без своей мудрой Лии!

— Няня помогла. — Честно призналась я, кивнув на женщину, которая читала нотацию Кирсании и Ульпине.

— Ее-то откуда принесло?

— В гости зашла. А вот он тут зачем? — мой взгляд проследил за Ромиром, что зашел в сад. Если опять будет подбивать ко мне клинья, уложу мордой в сонные цветы!

— Интересно, — протянула Лия, глядя, как к Ромиру подходят еще двое, все из «золотой молодежи». А вот и Кассий. — На охоту, должно быть, собрались, — заглянув в мои глаза, сказала девушка, едва заметно поведя бровью в сторону охранников.

— Ты права, вчера ведь об этом говорили! — я рассмеялась. — Почему мужчинам так нравится охота, хотелось бы знать?

— Потому что они любят преследовать и настигать добычу, — сказал Гаян, с улыбкой глядя на меня.

Дыхание сбилось. Усмешка сероглазого заставила сердце ухнуть намного ниже положенного ему места и продолжить пульсировать там. Да что со мной случилось?!

— Только мужчинам стоит помнить, что настигнутая ими добыча расплачивается за удовольствие охотника жизнью! — резко оборвала неловкое молчание Лия.

— К счастью, я не охотник. — Гаян прекратил ухмыляться и отвел взгляд.

— Это очень хорошо! — девушка повернулась ко мне. — Хватит смотреть на склоки Кирсании и Ульпины, Ри. Нам нужно готовиться к свадьбе!

— Ты права, — я с благодарностью на нее посмотрела. — Давай займемся приданым!

Мы вернулись в спальню. Глянули друг на друга, но о Гаяне говорить не стали. Была проблема посерьезнее.

— Что затеяли Ромир и Кассий? — я заходила по комнате.

— Ничего хорошего, конечно же. — Лия помрачнела. — У этих молодчиков мозги еще не работают.

— Доиграются ведь! — я остановилась. — Нужно выяснить, что они намерены провернуть, но так, чтобы Гаян не узнал.

— Опять сбежим?

— Да. Но как?

— Есть кое-что, чего мужики боятся пуще огня, — девушка подмигнула мне, — и это вовсе не залет любовницы!

— Месячные?

— Они самые. — Лия отдернула одеяло и помогла снять верхнее платье. — Ложись и страдай.

— Как? У меня никаких болей в эти дни не бывает.

— Счастливая! Ну, представь, что понос прихватил, спазмы похожие.

— Хорошо, — я хмыкнула и начала старательно вживаться в роль.

Лия вышла в коридор, и через секунду в спальню ворвался Гаян. Я застонала, прижав ладонь ко лбу.

— Госпожа, вам плохо?! — сероглазый подбежал ко мне. — Что болит? Где? Тошнит?

— Ты не дослушал! — Лия подошла к нам. — Месячные у твоей госпожи!

— Ясно. — Он сконфуженно кивнул.

— Принесите грелку и скажите поварихе отвар заварить от боли.

Когда Гаян ушел, служанка покачала головой.

— Видела, как рванул к тебе? Только сказала, что принцессе плохо, сразу побежал!

— Если бы от моего здоровья зависела твоя жизнь, — ты бы тоже сломя голову носилась!

— Возможно.

Больше мы об этом не говорили. Дождавшись грелку и отвар, Лия наказала строго-настрого нас не беспокоить. Подождав немного, мы накинули простые плащи и начали по карнизу пробираться в соседние, пустующие, к счастью, покои — их должен был занять принц-первенец, и мать запретила селиться в них.

Едва я добралась до окна, сильная рука сжала мою талию.

— Вы всегда при месячных по карнизам лазаете, принцесса? — осведомился Гаян, изогнув бровь.

— У всех свои причуды! — огрызнулась я. — Еще на луну вою!

— Это — сколько душе угодно, а вот рисковать жизнью я вам не позволю! — он помог мне спуститься обратно в комнату — взяв двумя руками за талию и прижав к себе.

Вот только этого мне не хватало!

— Что вы пытались сделать, принцесса? — хрипло спросил сероглазый, не отпуская. — Почему сбегали?

— Да не сбегала я, просто нужно попасть в одно место — но мне бы не хотелось, чтобы ты там находился! — выпалила я, пытаясь оттолкнуть наглеца. Но его руки в ответ только сильнее прижимали меня к нему.

— Это решаемая проблема, — мужчина, наконец, разжал стальные клещи, и я, отлетев от него, спиной въехала в Лию. — Могу сопроводить вас куда нужно и подождать снаружи.

— Так просто? — я недоверчиво глянула на него.

— Лучше договариваться, чем воевать, верно?

— Наш цепной пес, похоже, поумнел, — Лия усмехнулась.

— Хочу поговорить с братом. — Заявила я.

— Кассия нет во дворце, принцесса. — Гаян пожал плечами. И откуда он все знает, если не отходит от моей двери?

— Тогда едем в храм Богини.

— Как скажете.

— Зачем нам в храм? — прошептала мне на ухо Лия, когда мы вышли из комнаты. — Грешки решила замолить?

— Уймись! Сон с Богиней приснился, надо кахарам рассказать.

— Этого только не хватало! — служанка закатила глаза, а потом с подозрением посмотрела на госпожу, что довольно улыбалась. — И почему мне кажется, что ты не договариваешь?

На территории храма разлилась прохлада, возвращая мне ощущение воды озера под рукой в сегодняшнем сне. Об остальном лучше забуду! Не встретив ни одного человека — после вчерашнего наплыва местных и паломников на праздник — мы прошли в небольшое помещение. Я взяла со столика белый колокольчик и позвонила. Звон растекся вокруг, но никто к нам не вышел.

— Что мы тут делаем? — спросил Гаян, обойдя комнату.

— Мне нужно рассказать кахарам сон о Богине-матери. — Пояснила я и яростно потрясла колокольчик.

— Да придут сейчас, не злись. — Лия поморщилась, тряся головой.

— А зачем рассказывать сон? — заинтересовался сероглазый. — Чтобы истолковали, предсказание сделали?

— Нет, просто так положено, обычай.

— Странные у вас обычаи.

Теперь уже я закатила глаза — умник нашелся — и приготовилась дать развернутый ответ на представленную жалобу, как сказал бы папа, но в этот момент дверь распахнулась, и к нам из коридора вывалилась растрепанная запыхавшаяся девица с заспанным лицом.

— Ох! — она даже присела, увидев меня. — При… принцесса! Ой, мамочки! Простите, наказана была вчера, до рассвета драила сральники… Ох! — вытаращив глаза, послушница зажала свой рот рукой.

— Догадываюсь, за что тебя наказали! — фыркнула Лия. Гаян расхохотался.

— Не бойся, никому не расскажу, — я тоже не смогла удержаться от смеха.

— Правда? — она недоверчиво глянула на меня.

— Клянусь Богиней!

— Спасибушки! — девица попыталась присесть в поклоне и непременно растянулась бы на полу, если бы сероглазый не подхватил ее под локоть. — Ох, стыдоба! — она, явно не привыкшая к объятиям красавчиков, залилась краской. Но глазками, тем не менее, в его сторону стрельнула, бесстыжая!

— Прошу прощения. — Гаян, видимо, вспомнил про инцидент с кахарой, которая его проклинала. — Забыл, что дотрагиваться до кахар нельзя.

— До послушниц можно! — торопливо заверила его девица. Лия согнулась от смеха. Сероглазый тоже захохотал.

— Вы в храме Богини, — я попыталась урезонить их, но у самой смех сдержать тоже не получилось. Послушница обиженно переводила взгляд с одного на другого, поджав губы. — Так, мы здесь по делу! Мне приснился сон с Богиней-матерью.

— Даааа? — девушка с благоговением посмотрела на меня.

— Ничего серьезного, — поспешила добавить я. Неужели мне повезло попасть на одну из тех послушниц, что рьяно относятся к делу?

— Пойдемте, расскажете! — коварно улыбаясь, она отвела меня к низенькому столику. Мы заняли стулья рядом с ним.

Я кратенько пересказала ей сон.

— Так Богиня говорила с вами? — девица всплеснул руками и подалась вперед.

— Совсем недолго! — попыталась исправить ситуацию оплошавшая принцесса.

— Сидите тут! — она вскочила.

— Куда? Зачем?

— Я настоятельницу приведу!

— Не надо! — но было уже поздно, девушка убежала.

— Что случилось? — Лия подошла ко мне. — Куда это безобразие унеслось?

— За настоятельницей.

— Зачем?

— Откуда же я знаю?!

— У вас проблемы, принцесса? — осведомился Гаян.

— Кажется, да. — Мрачно ответила я, глядя на женщину, что в окружении послушниц вплыла в комнату.

Судя по тому, как вбуравились в меня ее глубоко посаженные маленькие глазки, у принцессы определенно проблемы.

— Итак, дитя, повтори, что она сказала? — вновь попросила настоятельница.

С тоской вздохнув, я снова поведала о словах Богини.

— Интересно, — она пожевала свои бесцветные губы. — А что ты ответила?

— Ничего. — Как хорошо, что у нас во сне не было диалога, а то меня до утра бы тут пытали! — Можно мне идти?

— Подожди, куда ты торопишься?

— К свадьбе нужно готовиться, дел невпроворот! — нагло соврала принцесса. Да простит меня Богиня!

— Пойдем, дитя, провожу тебя. — Настоятельница встала и медленно направилась к выходу. Пройдя по двору, она остановилась у белоснежных врат. — Так что тебе сказала Богиня?

За что?! Скрипнув зубами, я повторила рассказ и, не дав ей перейти на новый виток, поставила точку:

— Это все. А теперь простите, спешу, жених скоро должен прилететь.

— Благослови тебя Богиня! — неслось мне вслед.

— Наконец-то! — Лия догнала меня и пошла рядом. — Почему так долго?

— Понятия не имею! — рассерженно отозвалась я.

— Куда мы бежим? — осведомился Гаян. — Или от кого? Боитесь, настоятельница догонит?

Кто-то сегодня в отличном настроении — одна шутка за другой! Я покосилась на него и промолчала.

— А почему, кстати, вы кричали утром, раз вам приснилась Богиня? — продолжал любопытствовать сероглазый. — Неужели она такая страшная?

— Гаян, а во что ты веришь? — спросила я, резко затормозив. — Расскажи, чтобы мне тоже можно было поиздеваться над твоими верованиями!

— Не хотел вас обидеть, принцесса, — он приложил руку к сердцу. — Простите, это больше не повторится.

— Хорошо, — рассеянно сорвалось с моих губ. Я поспешно отвела взгляд от Кассия и Ромира, что пересекали смежный внутренний двор. А ведь несложно догадаться, куда они направляются!

— Благодарю.

— А теперь пойдемте.

— Можно спросить куда?

— К новому крылу с комнатами для паломников! — я невинно улыбнулась. — Надо сделать благое дело и выкупить парочку! — когда мы дошли до места, мои глаза обратились к Гаяну. — Ты обещал, что…

— Да, госпожа. — Мужчина кивнул. — Буду ждать вас здесь, идите.

— Спасибо, Гаян.

Я взяла Лию под локоть и увлекла к темно-синим дверям.

— Ты на самом деле будешь выбирать комнаты? — усомнилась в нашем прикрытии девушка.

— Буду, — подтвердила я, внимательно вглядываясь в таблички над входом. Как много горожан, оказывается, уже поучаствовали в проекте Ромира, надо же! — ноги сами остановились перед одной из комнат. Теперь понятно, почему они так популярны!

— Вот засранец! — сказала, как есть, Лия, увидев золотым выведенное над входом мое имя.

— Он всегда был хитрым. — Я толкнула дверь. Заперто. Пришлось постучать. Не с первого раза, но нам открыли.

— Простите, не могу вас пропустить, — слуга опустил глаза. — Мне дано указание…

— Иди сюда, — перебила я. Он сделал шаг ко мне. — Видишь это? — мой палец ткнул в табличку. — Читать умеешь?

— Да, госпожа. — Промямлил мужчина.

— Молодец! Что там написано?

— «Покои принадлежат наследной принцессе Касикандриэре».

— А я кто, по-твоему?

— Принцесса Касикандриэра.

— Соображаешь! А теперь объясни, как ты смеешь не пускать меня в мою же собственность?

— Господин Ромир приказал… — слуга прикусил язык.

— Пусть объяснит сам! — я прошла в комнату с богатым убранством. Пустую комнату.

— Его здесь нет! — мужчина встал у камина во всю стену.

Кого он пытается обмануть? Мы с Ромиром выросли вместе, все его уловки мне знакомы.

— Отойди-ка, — я плечом подвинула слугу и пошарила под массивной кованой решеткой. Щелчок. Камин уползает в сторону, обнажая черное нутро в полу, в которое сбегает лестница.

Преодолев ее, мы с Лией попали в еще одну комнату — полную громко спорящей золотой молодежи. Но стоило им увидеть нас, все разом затихло.

— Что ты здесь делаешь? — прошептал Кассий.

— Владения свои изучаю, — я усмехнулась. — А вот вы здесь что делаете?

— Ничего, у нас просто встреча мужского клуба! — соврал брат.

— За дуру меня держишь?! — терпение закончилось. — Всем понятно, что вы в героев решили поиграть! Против Покорителя миров вздумали пойти?!

— Кто-то же должен! — загорячился Кассий. — Надо прогнать захватчика с нашей земли!

— Идиот!!! Кого ты прогонять собрался? Ты летающие корабли его видел? Он планеты обращает в пыль! Нам нечего противопоставить такой мощи!

— Надо просто убить его!

— И что тогда? Думаешь, вся армия растает в воздухе?! Да ты хоть знаешь, что он уничтожил весь народ того, кто покушался на его жизнь?! Представляешь, что случилось бы, если бы его убили на наших землях?

— И что нам тогда делать?! — взбешенно крикнул Кассий.

— Ждать! Это тебе не игры! Повзрослей уже!

— Вот кто нам нужен! — воскликнул Ромир и подошел к нам.

— Это ты придумал?! — я схватила его за кружева на груди. — Ты брату голову задурил?!

— Спокойно, женщина! — рыжий наглец ухмыльнулся. — Послушай, все же может получиться! Ты выйдешь за Покорителя, а когда мы его прикончим, станешь наследницей всей его империи! — взгляд идиота засиял. — Конечно, тебе придется снова выйти замуж, чтобы муж всем управлял, — добавил Ромир, мечтательно глядя в потолок и уже, очевидно, предвкушая, как сам станет Покорителем миров.

— Что ты несешь, придурок?! — взорвалась я, влепив ему пощечину. — А ты и уши развесил! — мой взгляд вновь уперся в брата. — Неужели тебе так сложно смириться с тем, что твоя задница не сядет на трон?!

— А ты весьма рада тому, что на нем окажется твоя задница! — проорал он прямо мне в лицо.

— Придурок! — едва сдержав слезы, я выбежала из комнаты.

— От правды удрать решила? — брат нагнал меня у самого выхода из покоев. — Тебя-то все устраивает, спишь и видишь, как занять мое законное место! — он дернул меня за локоть, заставив развернуться к нему лицом. — Или тебе попросту не терпится раздвинуть ноги для этого ублюдка Покорителя?!

Во мне полыхнула ярость, я замахнулась, но ударить не успела — но моего обидчика налетел Гаян. Шансов выстоять против него у Кассия не было. Удар под ребра, потом в лицо, и вот он уже на полу. И сероглазый поднимает его за шкирку, чтобы продолжить.

— Хватит! — я положила ладонь на грудь охранника. — Гаян, пожалуйста!

— Этот идиот не заслужил твоей доброты, — мужчины усмехнулся и отшвырнул принца. — Неблагодарная свинья!

— Ты привела этого сюда? — потрясенно прошептал брат, поднимаясь с пола. — Ты предала всех нас! Правильно говорит мать — ты нас всех погубишь! Шлюха! — выкрикнул он и убежал.

Я не удержалась и расплакалась.

— Не слушай его, у мальчишки еще не хватает опыта и мозгов держать язык в узде. — Тихо сказал Гаян, подойдя сзади.

— Так устала! — развернувшись, я всхлипнула и уткнулась лицом в его грудь. Он обнял, и стало спокойно, словно мужчина поделился своей силой. Какая же у него горячая кожа — сквозь одежду жжется! Как и ладони на моей талии.

Что же я делаю! Нельзя себе такое позволять!

Я отстранилась.

— Мы снова враги? — он усмехнулся.

— Да. Прости. Спасибо за поддержку. Но это не должно повториться, сам знаешь, почему.

— Госпожа, — окликнул меня мужчина, когда я подошла к двери. — Поговорите с братом. Растолкуйте этому идиоту, что он играет с огнем.

— Ты… — я помедлила, — не расскажешь Деметрию?

— Нет.

— Спасибо, Гаян.

[1] Озеро на небесах (исп.)