Глава 22 Глаза Саяна Деметрий

Саяна

Наползающий с гор туман осторожно, как опасный хищник, обходил стороной, окружал, легко ступая на мягких лапах и прикидывая, надо ли со мной связываться — стоит ли овчинка выделки. Я пыталась уговорить себя, что это всего лишь нервы и шагала дальше по равнине. Она огромным зеленым ковром раскинулась со всех сторон — да, избитое сравнение, но именно на ковер эта зеленая поверхность похожа более всего.

Мне было не до метафор — теперь, зная, где находится озеро, я хотела как можно быстрее к нему добраться. Не знаю, на что рассчитывала. Найти там волшебную палочку? Ответ на вопрос, как жить дальше? Снадобье для возвращения памяти? Мозг пытался взывать к моей разумной составляющей, но я отмахивалась от него и упорно шла к горной гряде на горизонте.

Ее верхушки утопали в небе, которое опухшими от влаги тучами сползало по ним на равнину. Клубы этого плотного серого «дыма» быстро утопили все вокруг в непроглядном желе, и мне стало понятно выражение о плотном воздухе, что можно ножом резать. Но мало того, он оказался еще и таким ледяным, что я почувствовала себя вмурованной в айсберг.

Его щупальца схватили за нос и заморозили щеки. Как только мне пришлось вдохнуть эту мистическую субстанцию, легкие пошли в отказ — лающий кашель скрутил тело, заставив согнуться и начать жалеть себя. Словно водой дышишь! «Дым» тем временем скользнул за воротник ненавистного колючего свитера, купленного в магазине у продавца с честными глазами, который уверял, что эта шерсть колоться не будет, она нежная, как попка младенца, обнял и как бесцеремонный напористый кавалер ощупал все тело, будто собирался продать меня арабскому шейху в тайный гарем. Вскоре не осталось ни одного уголка, куда не добрался бы влажный холод.

Хихикнув, я пришла к выводу, что домогательства нахального «дыма» не оставили меня равнодушной — соски затвердели, тело задрожало, щеки разрумянились, с губ срывались стоны. Вот только между ног все тоже заледенело. Смех смехом, но замерзающий мозг транслировал только одну мысль: а вдруг этот туман — мой погребальный саван? Упаду, сожмусь в комочек и все, умру. Потом оживу, я же все-таки существо с высокой регенерацией, в теории бессмертное, снова замерзну и умру. Невеселая перспектива! Лучше уж думать о том, что гора должна быть совсем близко. А за ней — озеро.

Но как бы ни так! Скальный ошейник, сжавший долину в тиски, выплыл передо мной гораздо позже, когда уже совсем вымоталась. Оказалось, что бессмертный ежик, блуждая в тумане, сильно сдал влево. Пришлось выправлять крен, потратив драгоценные силы. Но вот и склон горы. Здесь он еще был покрыт травой, словно зеленое море равнины лизнуло его, оставив свои следы. Но чем выше я поднималась, тем более чахлой выглядела растительность. Сначала она мельчала, потом стала едва заметной, будто это просто напыленная краска, а затем и вовсе исчезла. Под ногами осталась только оголенная плоть горы.

Тропинка, по которой я шла, медленно ползла вперед, извиваясь. А потом вдруг оборвалась, словно очнулась от задумчивости, испугалась собственной наглости и опрометью бросилась обратно. Но мне следовать ее примеру не хотелось. Я перла вперед, как танк. Возможно, моему упорству можно было бы отыскать куда более разумное применение. Что ж, не все логичное — правильно.

До вершины пришлось добираться уже практически ползком, «на четырех костях», попой кверху. Но то, что я увидела, встав на ноги, того стоило! Вот оно — «House Lago en el Cielo» — «Озеро на небесах». Теперь понятно, откуда такое название — вокруг озера на самом деле плывут облака, даже кажется, что они окунают свое брюшко в темно-серую воду. А в солнечную погоду здесь, наверное, райская красота.

Кстати, раз уж вспомнила о метафизике. Почему же демоница, убитая Алексом, хотела, чтобы я нашла это озеро? Мои глаза остановились на доме неподалеку. Три «кубика» — каждый чуть меньше предыдущего, поставленные друг на друга, одной стороной упирались в склон холма, другой, прозрачной, были обращены на озеро, что обложилось тучками. Две оставшиеся стены, из серо-голубого камня, навевали водные ассоциации, и не зря, ведь назывался дом тоже «Озеро на небесах». Может, демоница имела в виду именно дом? Или того, кто там живет? Ладно, выясню. Но чуть позже — сейчас меня с неудержимой силой тянет к водной глади. Все остальное — потом!

Озеро и в самом деле манило к себе — как море зовет человека, который впервые его увидел. Вряд ли я в первый раз вижу озеро, конечно. По дороге передо мной что-то промелькнуло — прямо на уровне лица. Потом еще раз, и еще. Во влажном воздухе разносилось равномерное гудение, словно шмель облетал свои владения. Понятия не имею, есть ли в Колумбии шмели. Наркобаронов и плантаций коки — сколько угодно, но вряд ли кокаиновый куст нуждается в опылении. Слышала только о кузнечиках, которые рады «закинуться» за бесплатно и бессовестно обгрызают драгоценное растение, если его не обработали пестицидами. Интересно было бы посмотреть на обдолбанного кузнечика, кстати!

Какой бардак в моей голове! Я хихикнула и остановилась, внимательно приглядываясь. Вот снова — гудение нарастает… Прелесть какая! Так это колибри! Маленькие пичужки с длинным клювиком, как раз чуть крупнее шмеля!

Перед глазами вдруг замелькали какие-то картинки. Старик с голубыми глазами, белой шапкой волос и бородой до талии — такого на роль бога без проб утвердили бы! Вот только он почему-то голый. При этом такое тело не зазорно иметь и элитному фитнес-тренеру. Прессом на самом деле можно было колоть орехи. А взгляд хитрющий!

И чем я занималась вообще до потери памяти? Алекс явно не все рассказал. Хотя, может быть, он и не в курсе был. Так, хватит, не хочу строить догадки по поводу того, что в моей жизни делал голопопый старикан, о котором муж понятия не имел.

Сама на себя смеясь, я спустилась с пригорка и подошла к озеру. Поверхность изгибалась мягкими волнами, на мгновение ощетиниваясь мелкими чешуйками, когда по ней пробегал порыв ветра. Все-таки есть в нем что-то завораживающее! Прямо омут, в котором черти водятся! В памяти всплыло лицо рыжеволосого мужчины с бельмом на глазу. Кажется, его я уже видела — когда демоница упоминала о демоне Баале. Что ж, ежели в этом озере такие обитают, не прочь с ними познакомиться и задать несколько вопросов! Точнее, схватить их за рога и не отпускать, пока все не расскажут!

Моя рука медленно погрузилась в воду. Ледяная и… Додумать я не успела — скопом набросились воспоминания. Хаотичные, яркие, много — они словно все сидели в омуте, ожидая меня. Я почувствовала себя флэшкой, на которую заливают гигабайты информации!

Опять голый старикан с хитрым прищуром глаз, колибри, мужчина, за спиной которого дрожит тень в виде бабочки, блондин с кудряшками и голубыми глазами, в которых плещется ненависть, бесконечная терракотовая равнина — я отчего-то точно знаю, что это не земля! Еще один блондин — какая силища взвивается в его глазах! «Хочешь испить мой яд, Ангел?» Пауки — размером с джип!

Дракон, парящий в вышине, такой огромный, что закрывает собой небо! Его кожа горячая и жесткая наощупь — я помню это потрясающее ощущение, когда шелковистые изгибы драконьего тела скользят под ладонью. Когда он обращается в человека, под светом одной из двух лун видна тонкая вязь на его лице. Так хочется покрывать ее поцелуями, заставляя мужчину терять контроль над собой — пока зрачок не сверкнет вертикальной иглой!

А потом я напрочь забыла о драконах, потому что увидела их — те самые глаза, что пришли ко мне вспышкой видения в «Чуде над пропастью» — в Лас-Лахас. Карие. Нет, ореховые. Тоже нет. Коньячные. Янтарные. Да что же это за оттенок, черт подери?!

Горячая грудь под ладонями, сердце в ней бешено бьется. Обжигающее дыхание на моей шее, кровь вскипает от желания. Стальное кольцо рук стискивает талию. Он во мне — это блаженство! Его атласная спина под ладонями, тяжесть тела, обжигающее дыхание, сдавленные стоны.

Его чувства свободно льются в меня, а мои перетекают в него, словно нет между нами никаких преград, словно не существует законов земного мира, словно мы стали единым целым. Никому не отдам, никогда! Крылья мои, любимый мой, родной! Блаженство надвигается волной мощнейшего цунами. Тела, объятые пламенем, наполняются неземным светом. Это что-то невыразимо большее, чем просто мы. Нечто вечное, прекрасное и всесильное, сливающее нас воедино — навсегда!

— А-ах! — я отшатнулась и приземлилась на мягкое место, дрожа всем телом. Глаза изумленно оглядели ладонь, с которой еще падали капельки. Что это было?! И мне еще казалось, что у нас с Алексом классный секс! Да по сравнению с тем, что я испытала в объятиях мужчины из видений, с Охотником был лишь средненький перепихончик! Я душой слилась с этим глазастым, обжигающим и таким любимым! Кто он? Воспоминания это или какой-нибудь глюк мозга? Нет, он есть, где-то он точно есть, этот мужчина!

«Найди своего суженого» — велела мне недавно свекровь Мачу-Пикчу. «Суженому плохо — он дышать не может без тебя!» — сказала колумбийская сборщица коки, которая оказалась права — Алекс не мой мужчина, сердце к нему глухо.

Теперь я знаю, что должна сделать — найти его, того, чьи глаза вижу. Если потребуется, весь мир обойду, всем мужчинам в глаза загляну, но найду его, непременно найду!

Я дошагала до дома рядом с озером, бормоча это как заклинание. И, как и всегда, дверь открылась за секунду до того, как я постучала в нее. Хозяин дома посмотрел на меня и улыбнулся:

— Здравствуй, Ангел!

Деметрий

— «Глаза»? — я повертел в руках небольшой мягкий кусочек розового силикона. — Почему именно такое название?

— Позвольте продемонстрировать, Повелитель. — Андриан взял новое изобретение моей лаборатории, подошел ко мне и замер в нерешительности.

— Демонстрируй уже.

— «Глаза» крепятся вот так, — он осторожно прижал силиконовый шарик к коже за моим ухом. — А теперь присядьте.

Я проигнорировал его предложение и вскоре пожалел об этом. Легкое покалывание там, где словно присосалось изобретение, сменилось на вполне ощутимое жжение. Это было терпимо. Но потом перед глазами замелькали крохотные серые мушки. Пара секунд — и я уже ничего не видел, словно оказался в темной комнате. На ногах удалось устоять с трудом.

— А теперь вам нужно лишь мысленно задать «глазам» нужную задачу, — донесся издалека голос Андриана. — Они все вам покажут.

Я ухмыльнулся. Что ж, вот вам задача — Касикандриэра. Дыхание замерло на вдохе — передо мной появилась она. Как живая! Золотистая кожа сияет, распущенные волосы локонами закрывают грудь. Хм, а если… Через секунду она стояла напротив нагая. Нисколько не смущаясь, откинула волосы на спину, показав высокую грудь с затвердевшими сосками, улыбнулась зазывно. Я сделал шаг навстречу.

— Осторожно, Повелитель! — Андриан удержал меня, не дав оступиться. Риэра рассмеялась.

Я сорвал кусок силикона с кожи и вновь оказался в лаборатории.

— Вам не понравилось?

— Протестирую их позже. — С трудом сохраняя размеренность шагов, чтобы не сорваться на бег, как мальчишка, я дошел до своей каюты, лег на кровать и вновь прикрепил «глаза» за ухом.

Темнота. Риэра. Я ухмыльнулся. Нет, для моей богини есть более подходящие декорации! Та планета, что станет подарком ей на свадьбу. Лучшая среди моих владений, такая красивая — лишь она достойна моей супруги! А вот и дом, вписанный в скалу — из него открывается потрясающий вид на долину водопадов, окантованную на горизонте голубыми скалами, что тонут верхушками в белом небе.

Именно этой красотой она любуется сейчас, стоя у окна. На ней все еще надето голубое свадебное платье. Волосы собраны в высокую замысловатую прическу. Около шеи плавно покачиваются длинные серьги с самыми редкими камнями во Вселенной — тоже мой подарок. Как и все на ней и вокруг. А сама она — мой подарок!

Я обнимаю ее сзади, прижимаю к себе, начинаю целовать шею, уже сходя с ума от желания. Но нужно помнить, что она невинна, и не торопиться. Впереди вся ночь и целая жизнь! Но, боюсь, не хватит и вечности, чтобы насытиться ею!

Губы — такие податливые! Как и она сама, моя супруга! Я задыхаюсь от страсти и схожу с ума, когда ее дыхание тоже становится сбивчивым. Девушка льнет ко мне, не представляя, конечно же, что с мужем делают ее постанывания. Я отстраняюсь от нее на секунду, чтобы насладится румянцем, что разгорелся на щечках, затуманенным взглядом и зовущей улыбкой.

— Спасибо, что дождался, — шепчет принцесса и легонько прикусывает мою шею, — Деметрий!

— Знала бы ты, чего мне это стоило! — выдыхаю я.

— Теперь ждать не нужно, — льется в уши ее шепот. — Сделай меня своей!

Помогаю ей снять платье. Как же это долго! Срываю его едва ли не силой, заставив ткань жалобно трещать. С губ девушки срывается смешок. Она переступает через первый слой тяжелого свадебного облачения. Прижимается ко мне и шепчет, юная искусительница:

— Распакуй свой подарок, Повелитель!

Рычу, стаскивая с принцессы нижние платья, корсеты, эти бесконечные юбки и понятия не имею, что еще! Ничего, я заставлю ее носить наши платья, они снимаются на раз-два! Супруге придется научиться подчиняться мужу. Но сейчас больше всего на свете я хочу видеть ее обнаженной. И в ближайшие несколько недель тоже!

Скомкав, отбрасываю последнюю тряпку. И вот, наконец-то, она стоит передо мной нагой. Дав себе лишь несколько секунд, чтобы навсегда запечатлеть в памяти это зрелище, я подхватываю ее на руки и несу на огромное брачное ложе.

— Какая же ты красивая! — хрипло вырывается из моего рта. Взгляд скользит по золотистой коже, впадинке пупка, опускаясь к самому интимному. Следом тот же путь проделывает рука. Прости, Риэра, я обещал, знаю, что буду бережным и не стану торопиться, но нет сил ждать, тебе придется потерпеть!

Раздвинув коленом ее ноги, я занимаю свое место — среди широко разведенных бедер, и одним мощным толчком врываюсь в нее. Это то, чего я жаждал столько времени! Теперь она моя! Стоны Риэры лишь заводят меня еще сильнее. Знаю, ей сейчас не до удовольствия, но в данный момент даже думать об этом не хочу. Достаточно долго ждал, пришло время насладиться тем, от чего так долго отказывался. Теперь она вся моя!

Оргазм разрывает на части, заставив кричать, уткнувшись в ее волосы. Каждая клеточка тела пульсирует в такт толчкам крови. Моя Касик! Сколько же удовольствия ты подаришь мне! Я целую ее заплаканное лицо и уже через секунду вновь набрасываюсь — страсть сметает все препятствия! Девушка умоляет остановиться, но противостоять мне не может, и супруг получает все, что должен. Такова женская доля — смириться и терпеть.

Писк интеркома ворвался в мой рай. Картинка помутнела. Раздраженно рыча, я сорвал кусок силикона с кожи. Кому вздумалось?.. Злость сменилась на тревогу — когда понял, кто это.

— Говори! — коротко выдохнул я, нажав кнопку.