Глава 15 Ось бытия (продолжение)

Риэра

Все тело дрожало — даже зубы стучали, когда я встала на огромную когтистую лапу Тара, но что может быть нормальнее, чем страх перед полетом на драконе? Как на него залезать? Может, ухватиться за шип на крыле, подтянуться, ступить на перепонку крыла — ой, она не порвется, надеюсь? А вот и спина — здесь, между основаниями крыльев, безопасно на вид. Я уселась между двумя… как их назвать? Он весь покрыт наростами, как шишка, между ними можно сесть, как в седло.

Руки пришлось вытереть о платье — от волнения они стали скользкими. Едва ладони мертвой хваткой сжали одну из пластинок, Алатар повернул шею назад, внимательно посмотрел на меня, проверяя, видимо, как я устроилась, и…

Сначала даже не поняла. Почувствовала лишь, как сильное тело начало двигаться подо мной, крылья расправились в стороны, обдав меня с обеих сторон сильными потоками воздуха, перепонки между костями надулись до предела и порозовели из-за сосудов, что проступили под кожей. В мое лицо ударила упругая волна, стало тяжело дышать. Но вскоре это уже не имело значения — мы летели!!!

Вспомнился полет на шаттле Деметрия. Но это было совсем не то! Сейчас я познала небо, словно у самой выросли крылья, вдохнула его, искупалась в первозданной свежести, породнилась с его чистотой! Ветер рвал мои волосы, холод забирался под платье, но я не замечала этого — глаза жадно впитывали ту красоту, что простиралась под сиреневой чашей. Деревеньки с такими крохотными домиками, что казались картонными игрушками, более крупные темно-серые мрачные замки, бесконечная зелень лугов, расчерченная коричневыми штрихами дорог. Жаль только, что все так быстро меняется, не успеваешь разглядеть.

Водная гладь огромного озера, серебристого под светом темной луны, что царствовала над нами, ослепила меня, отразив ее свет, пришлось закрыть глаза. А когда открыла, вдалеке на горизонте что-то сияло. Алатар несся так быстро, что этот теплый желтый свет мгновенно разросся в шар гигантских размеров. Я не успела и моргнуть, как он уже обнял нас, мельчайшими пылинками заполнив пространство. Мы словно оказались в золотом облаке.

Когда глаза привыкли, мне удалось разглядеть источник этого потрясающего света — огромная темно-желтая игла, проткнувшая, казалось, весь этот мир насквозь, стремилась ввысь в сиреневое небо и словно растворялась в нем. Тар подлетел поближе, сделал вокруг нее круг, и я поняла, что это столб энергии, бьющий из земли. А потом дракон вздрогнул, и пришлось с сожалением отвести взгляд от этой красоты, с запозданием догадавшись, что он приземлился.

— Ось бытия. — Пояснил мужчина, но мне было не до него.

— Как она прекрасна! — я подошла поближе к столбу энергии, что бил из недр мира с едва ощутимым равномерным гудением. Чем ближе к центру, тем свет становился белее.

— Говорят, Ось появилась в том месте, где Богиня впервые вступила на нашу ветку миров. — Встав сзади и положив руки на мою талию, сказал Тар. — С тех пор Ось пронзает все из них, но видна в физическом виде лишь в нашем. Честь хранить ее возложена на кахар. Они ответственны за гармонию в нашем мире, своими молитвами и наставлениями живущих, служениями в храмах Офель и уходом за ее древом. А мы, драконы, оберегаем самих жриц и подход к Оси. Сюда почти никому не позволено ступать.

— Но ты привел в это место меня? — я обернулась к нему лицом. — Тар, не стоило нарушать правила, чтобы впечатлить…

— Стоило, — перебил он, притянув к себе, — ради этого! — губы властно прижались к моим.

Жадный поцелуй ошеломил. Большие ладони, сжавшие мои ягодицы, рычание, что вырвалось изо рта дракона, его безудержное бешеное желание напугало меня. И до боли напомнило Деметрия — не того, в самом начале, когда он был нежен и осторожен, а того, для которого имели значения только его собственные желания, а принцесса была лишь средством их удовлетворения.

— Отпусти! — я с трудом вырвалась и вздрогнула, увидев его глаза — в них не было ничего прежнего, человеческого! Желтую радужку прорезала черная игла зрачка.

— Иди ко мне, Риэра! — прошептал он, улыбнувшись. Между губ, что раздвинулись в улыбке, мелькнул раздвоенный язык.

Я начала отступать, но ноги не послушались — шаг назад удалось сделать с трудом, а вот вперед меня понесло, словно кто-то сильно толкнул в спину.

— Иди ко мне, моя хорошая! — прошелестел Тар, драконьи глаза полыхнули.

Что происходит?!

Гур

— Так, — я огладил свою бороду и оглядел новобранцев.

Два хилых подростка из людей — не смотри, что грудь впалая, зато спина колесом, толстяк-дракон, ковыряющий в носу, и… Помоги, Богиня! Моя челюсть шлепнулась на пол казармы. Айка! Голый! Стоит, со скучающим видом, привалившись плечом к косяку, выставив все свое хозяйство напоказ.

— Не холодно? — осведомился я.

— Неа. — Айка пожал плечами.

— Что ты вообще тут забыл?

— Как и все, решил вступить в охрану Оси.

— Чем вызвано такое похвальное стремление? У своих не пригодился?

— Карьеру решил сделать, — огрызнулся серокожий. — Может, тебя подсижу, горный?

— Да с мамкой он разоср…ся, — сдал айку пацан из людей, — видел я. Та ему нашпенделяла и сюда притащила. Сказала, может, тут сгодится, дома всех задолбал уже.

Новобранцы захихикали.

— Запомнил, — процедил сквозь зубы серокожий.

— Да хоть ща, — парень гоготнул и развел руки в стороны.

— Отставить! — рявкнул для острастки я, хотя, ежели по-честному размышлять, своих сдавать — за то не грех и навалять. Ну, да ничего, жизнь всегда догонит таких поджопником.

Айка фыркнул и вразвалочку направился к выходу из казармы.

— Куда попер?

— А чего время терять? — он развернулся, кисло улыбаясь. — Все равно погоните.

— Остаться разрешу, — я сделал паузу. Ага, в глазах паренька появился огонек надежды. Не такой ты толстокожий, каким себя рисуешь, пацан! Деться-то тебе, похоже, и вправду, некуда больше! — Только с условием одним.

— Чего за условие? — он насторожился.

Ершистый, с характером. Что ж, может, и выйдет из тебя толк.

— Прикройся, — я взял с койки форму и кинул ему. — И чтобы не светил мне тут своим… этим… органом.

— Ладно, — он натянул коричневые штаны и серую рубаху.

— Впору?

— Ага.

— Тогда бегом в строй, живо! — я мысленно улыбнулся — строем этих юнцов не скоро можно будет звать. — Как зовут-то тебя?

— Малько.

— Ясно. Чего стоим? — остальные вздрогнули от моего крика. — Живо переодеваться!

Новобранцы засуетились, только толстяк-дракон остался стоять.

— Особого приглашения, что ль, ждешь? — я насупился.

— Нее, просто лучше в своем останусь. — Лениво протянул он.

— С каких харчей?

— Так ну сам гляди, батька Гур, — парень взял с койки рубашонку, показал мне, развернув, потом то же самое проделал с брюками.

— Ему в эти портки и одно полужопие не уместить, — захихикали людские.

— Я дракон, меня и должно быть много, — назидательно отозвался парень, ничуть не обидевшись.

— Непорядок, конечно, — я почесал затылок, — но пока так ходи, чего сделать. Скажу девкам, пошьют на тебя отдельную выправку. Мерки только надо снять.

— А можно мне тоже пошить? — айка навострил ушки.

— Ага, ща, тебя к девкам нельзя и близко подпускать! — я с трудом сдержал хохот, а потом просек, в какую угодил неприятность и крякнул с досады — парни-то мои все семейные, у многих дочери растут, ладный да нахальный айка под боком их вовсе не порадует. — Ты мне вообще смотри, забалуешь, попортишь девчат, мигом к мамке отправлю! Да еще и наваляю в довесок, понял?

— А нам, стало быть, девок портить можно? — коварно осведомился стукач. — Мы ж не айки!

— А вам никто и не даст! — пригвоздил я. — Все, хватит лясы точить! За мной!

Под хохот серокожего новобранцы вышли следом за мной из казармы. После краткого инструктажа что где находится, последовала вводная лекция об Оси бытия. Слушали они, конечно, вполуха — все и так это с младенчества знают. Но — положено довести информацию до салаг, значит, доведем. И только решил перейти к интересному — владению оружием и навыкам ближнего боя, как с небес буквально рухнула драконья туша. Промчавшись над нами, она подняла смерч из пыли, заставив нас зайтись в кашле.

— Что за?.. — прохрипел я, продрав глотку, забитую песком. Все легкие выкашлял ведь, клянусь Богиней!

— Да Алатар это, — толстяк выудил козявку из носа, сунул в рот и с аппетитом начал жевать.

— Почем знаешь?

— Да братка мой во дворце прислуживает. — Парень помрачнел. — Туда только красавчиков берут. А меня вот сюда выпнули.

— Потому что во дворце тебя не прокормили бы! — людской загоготал.

— Что Алатар забыл-то тут? — я снова почесал затылок. Вот неспроста встал сегодня с левой-то ноги! Надо будет в храм наведаться, Богиню о защите попросить.

— Вон круги-то нарезает вокруг Оси, — толстяк приставил ладонь козырьком ко лбу. — Чего это он?

Оставалось только поверить ему на слово — дракон дракона видеть мог, а вот нам не судьба, только если он вот такую, как сейчас было, штуку вытворит.

— Ладно, новобранцы, первый день, считай, закончен. Вопросы имеются у кого?

— Неа, — айка пожал плечами.

Людские помотали лохматыми головами.

— У меня вопрос. — Толстяк перестал ковырять в носу толстым пальцем. — А когда обед?

Да уж, козявками сыт не будешь!

Я почти дошел до холма, из которого Ось устремлялась в небеса, когда понял, что сзади кто-то идет. Оглянулся. Айка, надо же!

— Тебе чего?

— Ничего. — Он с показным равнодушием пожал плечами.

— Малько, ты мне тут морды не корчи. Говори напрямую, я, сам знаешь, из горного народа, к этим вашим танцулькам вокруг да около не привык.

— Помочь решил. — Парень отвел черные глаза.

— Вот так и этак! — я хлопнул себя по ляжкам. Только айки не хватало, чтоб приблудился и хвостом ходил! Эк Богиня шутит! — Не было печали!

— Как знаешь, — огрызнулся Малько и пошлепал обратно.

— Новобранец, стоять!

— Чего?

— Идем уже. — Я скрыл усмешку. — Только перед драконом молчи, хавальник не раззевай, понял?

— Чего не понять.

Мы молча зашагали к Оси. Вот и золотая благодать, сколько не вхожу в нее, все одно, до слез пробирает! Мальца тоже, гляжу, тронуло — в глазах слезы стояли.

— Батька Гур, — начал он, но я вскинул руку.

— Тихо! Голоса, слышишь?

— Ага, женский один.

Еще хлеще! Значит, ошибся толстый, не может это быть Алатар, у него жена нареченная имеется, а опосля свадьбы с такой дракон и смотреть не будет на разных раскрасавиц! Если только… Я охнул. А ежели Алатар сюда супругу притащил? Может, такие у этих драконов игрища эти, брачные?

— Иди ко мне, Риэра! — донеслось до нас.

Жену-то Алатарой кличут. Вот ведь напасть!

— Иди ко мне, моя хорошая! — мужской голос был ласковым, но… Вот был бы девицей, не пошел бы на такой зов! Эх, была не была! Я быстро зашагал вперед.

Из золотого света вынырнула женская ладная фигурка — высокая в меру, все при ней, что надобно, локоны до… хм, ниже пояса струятся, да какие, никогда таких не видывал!

— Что надо? — рык мужчины вывел меня из любования незнакомкой. Вот ведь какая, даже о драконе запамятовал, едва такую красоту увидал! Он Алатар и есть. И дюже злющий!

— Простите, что потревожили, Ваше…

— Убирайтесь! — перебил дракон, за секунду оказавшись около меня.

— Моя обязанность узнать, что вы здесь делаете. — Батьку Гура рычанием не испужать. А вот девица-то явно расстроена.

— Ты знаешь, кто я?! Вон отсюда!

— Ты в порядке? — Малько подошел к красотке.

— Да. — Она улыбнулась, но как-то странно, словно через силу.

— О том, что видел, молчать! — прошипел Алатар и поспешил к девушке. — Давай отвезу домой. — Он сорвал с себя одежду, перекинулся, дождался, когда девица усядется ему на спину, и, подхватив одежу лапой, свечкой взмыл в небеса.

— Батька Гур, а что это было-то? — глядя в золотое облако, прорезанное сиреневой прорехой, прошептал айка.

Самому бы понять.

— Идем, — я сурово глянул на парня. — И о том, что видал, не трещи ни с кем, понял?

— Как не понять. — Малько вздохнул. — Но странно все-таки!

Помоги, Богиня!

Алатар

Я сел у той же заводи, откуда забрал Риэру. Спрыгнув с меня, она быстро пошла прочь. Наспех натянув штаны, я побежал за ней.

— Подожди!

Идет дальше, словно и не слышит!

— Да постой же! — строптивая какая! Но оттого еще более желанная! Что с тобой делать, простолюдинка моя!

— Не трогай меня! — рявкнула так, что мурашки по коже пошли! Пришлось перегородить дорогу и раскинуть руки в стороны, чтоб остановить ее. — Чего тебе?

— Прости, что так получилось, Риэра! Ты все неправильно поняла!

— Что именно?

Ну да, вот прямо сейчас и признаюсь, что пытался использовать драконье внушение, как же!

— Дракон, умирающий от желания — вот что ты видела сегодня! Не хотел пугать, поверь! Просто… я влюбился в тебя, Риэра!

— Этого только не хватало, — пробурчала она.

Нет, ну какова! Дракон ей признается в любви, а она еще и недовольна! Да откуда же ты только такая взялась, простолюдинка моя необыкновенная?

— Ты оттолкнула меня. — Мои руки осторожно легли на ее талию. — Во время поцелуя. У тебя кто-то есть? — я напрягся.

— Что-то. — Тихо ответила она. — Прошлое. В котором есть то, о чем не хочу вспоминать. Хватило ошибок, Тар.

— Ты считаешь меня ошибкой? — это уязвило, заставило почувствовать боль.

— Отпусти. — Она высвободилась из моих рук и повернулась спиной.

Я, Алатар, о котором все дамочки этого мира могут только мечтать, ей не нужен?! Я уже заранее обозначен как ошибка?! Меня опалила ярость, заставив схватить Риэру за пояс. Развернуть ее лицом к себе, заглянуть в глаза и всего лишь пожелать — это все, что мне нужно сделать! Сверкнет вертикальная игла зрачка, и эта несносная простолюдинка будет податливо стонать подо мной, желая более всего на свете, чтобы я взял ее!

— Мне причинили много боли, Тар, — прошептала она. — Достаточно.

Ярость испарилась. Понимая, что едва не натворил, я вынул из рассыпавшихся по плечам локонов заколку, что почти выпала из них, и замер, вдыхая аромат ее волос и благодаря Богиню, что вовремя остановился — что в тот раз у Оси, что сейчас. Похоть удалось обуздать, мозг снова заработал, но мысли были невеселые. Мне нечего ей предложить. Замужество, статус, дом, дети. Ничего из этого правящий принц Алатар, который может все, не в состоянии дать Риэре. Но я люблю ее, желаю и душой, и телом! Не представляю, что делать. С ней быть не могу, без нее мне тоже свет не мил! Как умудрился угодить в эту ловушку?! И самое ужасное — ни в коем случае не хочу из нее выбираться!

— Ты сам вокруг нее круги наматываешь! Думаешь, тебе удача улыбнется?

— А если и так, то что? Тебя-то Риэра давно раскусила! Уже знает, что Асатар — просто потаскун, у которого в каждом углу по бастарду!

— А ты, Аматар, прям непорочный, да? Да кроме нот своих ты и не видел ничего! Чего вылез-то? Закопайся в них обратно и сиди там, не суйся к Риэре!

Я замер, прислонившись к дереву, слушая, как ругаются братья. Из-за Риэры. Что ты за девушка такая, простолюдинка моя, что рассорила все драконье семейство, сама того не желая? Как влюбила в себя всех трех братьев? Как сотворила невозможное — похитила мое сердце, правящего принца-дракона Алатара, который обязан хранить непогрешимыми семейные узы со своей нареченной, супругой Алатарой?

И ведь самое горькое в том, что они — Аматар и Асатар — не наследные принцы, могут мечтать о тебе, могут взять тебя в жены, им позволено. Им позволено! А мне нет!!!

— Она выберет меня, увидишь! — голос Аматара вывел из горьких раздумий.

— Я ее к Офель отведу, женой моей будет! — Асатар переполнил чашу гнева.

Размечтались, братцы! Рыча, я вышел из-за дерева, подхватил за грудки одного, воткнул колено в живот и отшвырнул в кусты, второму врезал в лицо, уронил на дорожку и размаху вдарил ногой в челюсть. Как же это приятно! Мерзавцы, Риэру они тут вздумали делить! Мечтать вам о ней, не более того! Если надо, увезу и ото всех спрячу, ни одному из вас не достанется, только моя будет!!!

Я снова подхватил их — одного правой рукой, другого левой, столкнул лбами со всей силой, на которую только был способен, и зарычал от удовольствия.

— Алатар, что ты делаешь! — крик жены дошел до затуманенного удовольствием разума только со второй попытки. — Прекрати, ты же их убьешь! — она повисла на моих руках. С трудом сконцентрировал взгляд на ней. В сиреневых, как небеса, глазах бился ужас.

— Дракона ничто не может убить. — Отведя взгляд, прошептал я. — Ты же знаешь. Кроме…

— Молчи! — вскрикнула она и зажала мой рот рукой. — С ума сошел?! Об этом нельзя говорить, знаешь ведь!

— Ты права. — На меня обрушилась усталость, придавив к земле. Столько «нельзя» и одни сплошные «должен». А что делать с тем, что я на самом деле, только для себя, впервые в жизни хочу?