Глава 7 Трон

Риэра

Я вновь смотрела на Пандемониум с того же холма, с которого увидела его в первый раз. Город Падших вырос, обзавелся крепостями и замками, а в центре, оберегаемом широкими лентами вотчин Экзархов, блистал он — дворец Люцифера, словно несравненный бриллиант в короне. Несмотря на то, что небо казало темный лик, он переливался огнями, сиял изнутри белым светом и казался огромным кристаллом, устремленным ввысь.

Мое сердце учащенно забилось от восхищения этим произведением искусства. Но не только. Как ни странно, я предвкушала встречу с его господином. После того дня, когда он наведался ко мне в гости с тем приглашением на праздник, не могу перестать думать о нем.

Почему все так внезапно изменилось? Ведь совсем недавно намеревалась забыть мужчину и продолжать жить, как и до встречи с ним. Видимо, мне это свойственно — чувства к Гаяну тоже вспыхнули внезапно, да еще именно в то время, когда в душе зарождалась любовь к Деметрию, пробудившему мою чувственность.

Но несмотря на странность этих ощущений, они были мне приятны, будоража душу, сжимая сердце в сладкой тоске, заставляя глупую улыбку бродить на губах. Я пришпорила коня, и Красавец стрелой понесся к Пандемониуму, где меня уже ждали — чувствовала это сердцем.

Люцифер

Праздник не радовал. Громко, ярко, надоедливо. Поприсутствовав на его начале, я ушел в свои покои и встал у окна, глядя на темный диск луны, плывущий по сиреневому небу. Мне нравилось это время дня, его тайна, неспешность, истинная красота.

Оно похоже на Риэру — даже в самом простом платье из грубого сукна девушка будет выигрывать на фоне самой ярко разряженной и красивой демоницы. Потому что обладает настоящей красотой, которую не спрячешь ничем, той самой, что никогда не приобрести искусственным путем, раскрашивая лицо и укутываясь в самые дорогие ткани.

А ведь раньше я презирал тщедушные смертные тела, обремененные бесконечными нуждами, нуждающиеся в тщательной заботе и постоянном уходе. Моей силе было тесно в той телесной оболочке, в которую меня заточило Падение. Я словно ворочался в узком шкафу, упираясь боками в стены, согнувшись в три погибели и бодая лбом дверь.

Ничего, ей придется стать гибкой и послушной, ведь моя мощь будет только расти. Особенно после того, как мы полностью наладим перехват душ. Многие после смерти поступают сюда, проходя через Ось, чтобы отправиться дальше на пути реинкарнации. Даже это Отец дал им — возможность исправить те ошибки, которые полностью запороли предыдущее воплощение. Для нас же, Архангелов и ангелов, детей Света, ошибки были табу, за которые следовала вечная расплата!

Отчего такая суровость? Почему требование быть непогрешимыми предъявлялось именно нам, а не им, этим смертным, которым и так всего дано с лихвой?! Но теперь души, отягощенные грехами, не будут очищены так легко, пусть и не мечтают! Отныне мы, Падшие, будем использовать их, как энергию, топливо, как простые дрова для костра! На большее они и не годятся!

Никто более не видит эти души, кроме демонов. Ни одно существо этого мира не в состоянии использовать подобный дармовой источник. А мы сможем. Уже смогли. Я вгляделся в темно-лиловые под светом луны горы. За ними спрятано сокровище — глубоко под землей, там, где пролегают пути магмы, покоится он, кристалл, через который в этот поступают души из других миров. Его сила перенаправляет их.

Вернее, так было до сегодняшнего дня. Отныне все изменилось. Я уже ощущаю, как эта энергия питает меня, делает сильным, неуязвимым, пробуждает новые способности, раскрывает те возможности, о которых и не догадывался, дарует могущество. Вскоре мне будет по плечу обуздать Ось бытия. И тогда я не удовольствуюсь властью над этим миром! «Ветки» многочисленны, и каждой из них придется покориться мне, Люциферу!

— Господин? — вкрадчивый голос Баала змеей вплелся в сознание. За каждым из них нужно следить, все они спят и видят, как занять мое место!

— Что ты хотел? — я посмотрел на демона. Его костюм почти в точности копировал мой.

— Сообщить тебе приятную весть, — он едва заметно усмехнулся. — Риэра прибыла в Пандемониум.

Сердце, сделав кульбит, провалилось в нутро. Лишь собрав всю силу воли в кулак, смог остаться невозмутимым — внешне, а внутри же царил такой же праздник, что сейчас громыхал и переливался в главной зале дворца.

Она здесь! Моя Риэра! Пришла! Больше я ее не отпущу, никогда!

Риэра

Платье, туфельки, высокая прическа. Как давно я не наряжалась, о Богиня! В последний раз танцевала на балу в честь годовщины свадьбы родителей, кажется. Ромир тогда напился и полез целоваться, папа и Кассий вовремя вмешались, научили его уму-разуму. А потом мы с братом тайком убежали в город, там тоже нашли приключения, домой вернулись только под утро. Кажется, все это было не со мной, а с кем-то иным.

— Не нравится? — забеспокоилась Эльви, по-своему истолковав мою печаль. — Тогда давай по-другому уложу, я много причесок умею делать! Найдем ту, что тебе подойдет, обязательно!

— Что ты! — я через силу улыбнулась. Прошлому место в прошлом. — Волосы изумительно лежат, а эта заколка просто чудо!

— На заказ делали! — драконица довольно кивнула. — Вот тут нажмешь, и все по плечам рассыплется, запомнила?

— Да.

— Давай серьги другие примерим, — она вынула из моих ушей тяжелую гроздь, что свисала до плеч, и я облегченно выдохнула — было неловко ей говорить, что это тихий ужас.

— Ты такая изящная, что все крупное тебе не подходит, — девушка приложила к моему лицу тоненькие сияющие ниточки и кивнула. — Другое дело!

Чувствовалось, что помогать мне со сборами на бал Эльви искренне приятно, она словно вновь вернулась в то время, когда играла в куклы. И теперь драконица с упоением колдовала надо мной. А мне побыть ее куклой только в радость!

Платье, подаренное Люцифером, она сочла простоватым, это было видно по носику, что слегка сморщился, но девушка промолчала. Ее наряд был густо расшит камнями, бабочками и цветами, но Эльви это шло, как и крупное колье на шее, объемные серьги, толстые браслеты и массивные заколки в волосах.

— Ты потрясающе выглядишь! — выдохнула она, когда мы закончили.

— Ты тоже. Спасибо, родная, что бы я без тебя делала!

— Всегда пожалуйста! — драконица довольно улыбнулась. — А теперь идем, Мулцибер ругаться будет, что опаздываю!

— Прости, — я покаянно посмотрела на подругу, подхватила накидку и поспешила вслед за ней.

— Ничего, чем дольше мужчина ждет, тем лучше! — она хихикнула, мы зашагали к дворцу. — Хотя, мне ли говорить, когда встретились, я его сразу в постель утащила, не удержалась! И больше не отпустила! Наверно, дочку мы в ту же ночь и зачали!

— Девчушка получилась — загляденье!

— Конечно, мы же так старались, без устали! — Эльви с хитрецой во взгляде покосилась на меня. — А ты и Люцифер, у вас что-то намечается, или как?

— Без понятия. — Из груди вырвался вздох. — Не понимаю, что происходит.

— Но ты улыбаешься, — констатировала драконица, — когда говоришь о нем. Мечтательно так!

— Пусть идет, как идет.

— И лежит, как лежит. И стоит, — она рассмеялась. — Прости!

— Нажалуюсь Мулциберу, непременно!

Хохоча, мы вошли во дворец. Какой же он красивый! Глядя по сторонам, я только успевала ахать. Сначала нас обнял цветущий сад, благоухающий изумительными ароматами. Затем мы по лепесткам, что разбегались из-за легкого дуновения ветерка из-под ног, прошли к небольшому водопаду, что наполнял огромное озеро. По нему уже катались на лодках воркующие парочки.

Резной хрустальный мост, что выгнулся над водной гладью, привел нас к просторному двору, по которому невесомо парили бабочки из золотой пыльцы. Их крылышки, самых разных причудливых форм, издавали нежнейший звон. Одна из таких малышек села на протянутую мной руку и тут же упорхнула, оставив след из золотистой вуали на ладони.

— Как Мулцибер до такого додумался, Эльви? — потрясенно прошептала я, медленно шагая к широкой белой лестнице, расписанной разноцветными вензелями.

— Его воображение не знает границ, — в ее глазах протаяла такая любовь, что у меня перехватило дыхание. Но все мысли тут же разбежались, потому что я почувствовала на себе его взгляд.

Люцифер

Она вошла в залу, улыбаясь и что-то говоря драконице, с которой живет Мулцибер. Как же ты красива, моя принцесса! Платье обнимает тонкий стан, не затмевая тебя, глаза сияют огнем, изящную посадку головы подчеркивают волосы, уложенные вверх, а серьги, танцуя около тонкой шеи, вызывают нестерпимое желание прильнуть к ней губами.

Сердце вновь скакнуло, по-моему, даже слышно было, как оно ударилось о грудную клетку. Для кого эта ведьма провела обряд на крови и что она там нахимичила, мерзавка?! Придушу Эриннию! Риэра должна была полюбить меня, а пока что только я сам схожу с ума, как…

Все сравнения вылетели из головы, когда девушка посмотрела в мое лицо. Она никогда так не глядела на меня! Нежно, с радостью и желанием! Подобное выражение мелькало в золотых очах принцессы, когда у нас был разговор о прошлом, и речь зашла о Гаяне. Помню, как обжегся о ту любовь, что сияла в ней в тот момент, и понял, что сам жажду вызывать в любимой подобные чувства. А сейчас она так смотрела именно на меня! Так, словно никого более в зале не было!

— Добро пожаловать, — я спустился к ней и протянул руку. — Рад, что ты пришла, Риэра. Великолепно выглядишь.

— Спасибо, ты тоже, — ее ладонь легла в мою. Как приятно прикосновение шелковистой кожи! — Дворец выше всяких похвал! Просто нет слов! Где Мулцибер? Хочу его поздравить!

Фраза обидела меня. Это мой дворец, а не Мулцибера. Глупо привязываться к словам, впрочем. Она пришла, это главное. Теперь лишь бы не вспугнуть.

— Если желаешь, покажу всю красоту сего творения, — я взял кубок с подноса, что держал дракон, стоявший рядом. Мельком глянул на лакея, усмехнувшись. Приятно видеть этих сильных существ в прислужниках. Тот, кто силен, служит только тому, кто еще сильнее. Взяв второй кубок, я передал его Риэре, и мы не спеша пошли вглубь дворца.

Риэра

Не думала, что буду так рада увидеть Люцифера! Едва наши глаза встретились, внутри полыхнуло так, что стоило огромного труда удержаться и не подбежать к нему, чтобы обнять. Когда он взял за руку, по коже пробежали мурашки. Чтобы скрыть смятение, я сделала глоток из кубка, что он протянул мне, и даже не поняла, что там было.

Шум праздника стих. Мы медленно шли по залам, погруженным в приятную полутьму. Гулкое эхо шагов отражалось от стен и набирающим силу отзвуком уносилось к высоким потолкам, надежно скрытым сумраком. Арки, покрытые резьбой, поблескивали от света факелов в нишах стен. Тишина плыла рядом с нами, протяни руку, и она ляжет под нее. И хоть меня и поражала красота дворца, который уже получил место в моем сердце, мысли были совсем о другом. О том, кто шел рядом.

— Я скучал по тебе, — выдохнул Люцифер и притянул меня к себе. Нежное, как крылья бабочки, прикосновение губ к шее заставило выгнуться со стоном, еще теснее прильнув к нему.

— И я по тебе, — шепот поплыл по зале.

— Риэра! — он заглянул в мое лицо, льдинки глаз полыхнули. От поцелуя задрожали ноги. Не понимаю, что происходит. Да и важно ли это? Вдруг сердце, наконец-то, нашло того, кого будет любить, просто и без постоянных терзаний? Можно ведь и мне немножко счастья, правда?

— Идем, — он оторвался от моего рта, и я недовольно заворчала. — Хочу потанцевать с тобой. — Мужчина взял меня за руку и повел за собой.

Мы влились в поток гостей. Шум стих, в центр зала вышли мальчики в черных балахонах до пят и почти обнаженные девушки. Ребята достали свирели, воздух наполнился нежными переливами. Мелодия плыла между слушателями, заставляя покачиваться в такт — как делали едва прикрытые парой полосок ткани танцовщицы.

Темп резко ускорился, и девушки пустились в пляс. Это было безумно красиво — изящно скрещенные над головой руки рисовали замысловатые фигуры, тела изгибались, длинные волосы водопадом покачивались из стороны в сторону, танцуя что-то свое.

— А вот и Мулцибер! — когда свирели затихли, я увидела нашего архитектора и потянулась к нему, но Люцифер меня остановил.

— Теперь наша очередь, — он махнул кому-то, и помещение наполнилось сильными, страстными звуками неизвестного инструмента. Выяснять, что эта за помесь арфы и скрипки, времени не имелось — мужчина подхватил меня, обняв одной рукой за талию, а другой сжав мою ладонь.

Мы буквально запорхали по залу, вплетая танец в яркую, полную жизни мелодию. Все, что было вокруг, слилось в одно размазанное движением разноцветное яркое пятно — словно художник прошелся кистью, очертив полосу, отделившую мир от нас. Я видела лишь прозрачно-голубые глаза, тонула в них, полностью доверившись их обладателю, позволив ему вести и в танце, больше похожем на полет, и в жизни.

Когда он закончился, захотелось плакать — и от восторга, что наполнял душу, и от сожаления. Не дав прийти в себя, Люцифер потянул меня вверх по лестнице, где стоял резной, красиво драпированный тканью золотой трон. Я видела его, когда мы с Эльви вошли в зал. Вот только сейчас рядом с ним поставили второй, чуть меньше, но в таком же стиле.

— Это для моей королевы! — громко провозгласил мужчина и указал на него, приглашая меня сесть. В зале стало так тихо, что я слышала ток крови в висках. — Займи свое место, Риэра. — Люцифер напряженно посмотрел в мое лицо.

— Спасибо. — С губ смог сорваться лишь дрожащий шепот. Под взглядами гостей я подошла ко второму трону и села. Мужчина присел рядом и взял меня за руку. Зал взорвался приветственными криками, заставив вздрогнуть всем телом.

— Принцессы должны становиться королевами, — прошептал Падший мне на ухо, — не так ли? — Горячее дыхание обожгло кожу, заставив думать не о титулах и власти, а кое о чем куда более приятном и сокровенном.

А праздник продолжился — шумно, ярко и вкусно. Время полетело вскачь. Но я так и не смогла сосредоточиться на торжестве из-за руки Люцифера, что почти не выпускал мою ладонь, поглаживая время от времени большим пальцем запястье, рассылая по телу горячие волны. В конце концов пришлось встать:

— Хотелось бы отдохнуть. Покажешь, где покои королевы?

— Там, где их общая с супругом опочивальня, — встав, ответил мужчина. Глаза полыхали. — Но если пожелаешь, у тебя будут свои комнаты. Лучшие во дворце.

— Меня вполне устроит супружеская опочивальня, — едва слышно прошептала я в ответ, ибо решение уже приняла.

— Уверена?

— Да.

Я не успела рассмотреть спальню, потому что едва мы вошли, Люцифер крепко прижал меня к себе. Настойчивые губы завладели моим ртом, его стон отозвался сладко ноющим эхом в теле. Кончики языков соприкоснулись, и острое желание накрыло с головой. Руки быстро расстегнули пуговицы на его кафтане. Одно движение ладоней — и тяжелая ткань полетела на пол. Как приятно ощущать кончиками пальцев горячую кожу под рубашкой!

— Риэра, — прошептал мужчина, прекратив поцелуй.

— Что? — я с улыбкой заглянула в его глаза.

— Ты должна кое-что знать.

Я напряглась и замерла, ожидая услышать — я женат или что-то подобное. Всегда есть какое-то «но». Почему, Богиня?!

— Говори.

— Там, на Небесах, и Архангелы, и ангелы были бесполыми. — Мягко проговорил он. Что-то в его тоне показалось странным. Поняла — Люцифер в кои-то веки смущен! Никогда его таким не видела! — В день Падения все получили физическую оболочку, это стало нашим рождением. Мы пришли в этот мир невинными.

— То есть ты…

— Девственен, Риэра. — Мужчина замолчал, глядя в мои глаза. Теперь смущена оказалась и я. — Интересен ли я тебе теперь? — мягко спросил Люцифер. В прозрачных льдинках металось беспокойство. — Или уже нет?

— Почему ты считаешь, что это должно что-то менять?

— Потому что ты, вероятно, рассчитывала на умелого любовника, способного…

— Замолчи! — перебила я, накрыв его рот ладонью. — Твоя королева рассчитывала не на умелого любовника, а на любимого мужчину! Мой опыт тоже нельзя назвать обширным. — На щеках расцвели пятна стыда. — У меня был, по сути, лишь один мужчина, потому что Алатара таковым считать не могу. Уж извини за интимные подробности.

— Значит, это не отталкивает тебя? — осведомился Люцифер, убрав руку со своего рта.

— Вовсе нет.

— Тогда научи меня любить тебя, моя королева! — глаза вновь полыхнули.

Поцелуй возобновился, желание вновь растеклось по телу. Я сняла с мужчины рубашку, погладила по твердой груди и спустилась чуть ниже — там тоже все было каменным. Брюки полетели на пол. Он остался обнаженным, горящим от страсти, но напряженным, словно и в такой момент пытался контролировать себя.

— Ты красивый, — прошептала я, Люцифер улыбнулся. — Разденешь меня?

— С удовольствием, — его руки пробежались по застежкам платья, и вскоре оно упало к моим ногам. Быстро справился, со сноровкой бывалого дамского угодника. — Какая ты! — ахнул мужчина и отступил на шаг, разглядывая открывшееся взгляду тело. — Риэра! Знал, что ты красива, но не догадывался, что так прекрасна! Ты совершенное творение Отца!

— А кто тебя научил тому, что надо говорить женщине? — прошептала я, прильнув к нему. — Признавайся!

— Догадался! — он пресек дальнейшие расспросы поцелуем и увлек меня к кровати.

Мы не торопились, познавая тайны тела. Ладони скользили по коже, губы пробовали ее на вкус. Желание росло. Целуя Люцифера, я уложила его на спину, села сверху и нажала на запорчик заколки, как учила Эльви. Кудри рассыпались, окутав меня, мужчина восхищенно ахнул. Склонившись к нему, я поцеловала его и одновременно направила внутрь себя. Его стон был выпит мной до дна. И совсем некстати вспомнилось, что также было с моим сероглазым…

— Риэра! — выдохнул он, когда бедра заскользили вверх-вниз. Руки легли на ягодицы. Зарычав, мужчина перевернул меня на спину.

Сначала он медленно двигался во мне, словно привыкая, но потом мы нашли общий ритм, что ускорялся, как и биение сердец. Его тело накрыло мое, мягко подчиняя. Я раскрылась ему, с упоением отдаваясь мужчине. Внутри расцветал огненный цветок. Пылая, он заставил меня притянуть Люцифера к себе, чтобы чувствовать его тяжесть и мощь, это сводило с ума!

С губ сорвался крик, когда наслаждение — такое сильное, что даже стало больно, завладело телом. Мужчина вгляделся в мое лицо, улыбаясь. Мне оставалось лишь отдаться блаженству, прикрыв глаза и чувствуя, как и он содрогается вместе со мной.

— А говорил, девственник! — со смешком выдохнула я, придя в себя.

— Это тело само знало, что делать. — Люцифер погладил меня по лицу. — Теперь понимаю — оно мост между душевными желаниями и их физическим воплощением. — Мужчина усмехнулся. — Это сложно, да?

— Нет, но глубоко настолько, что сразу не осмыслишь.

— Тебе было хорошо со мной? — Люцифер пристально вгляделся в глаза.

— Да, мой король, очень хорошо!

В его взгляде засияла гордость. Все-таки все мужчины одинаковы, будь они Падшими, людьми, айками, горными, драконами — озабочены своими размерами и тем, насколько хороши в постели.

— Хочу научиться всему! — требовательно заявил Люцифер.

— Какой энтузиазм! — я рассмеялась.

— Продолжим?

— О, да!

В эту ночь он был ненасытным, словно пытался взять от меня так же много, как дал, впустив в свое сердце. Лишь когда темная луна ушла на покой за горизонт, и небо окрасили краски новорожденного рассвета, мы без сил рухнули на простыни, что местами были разорваны.

— Будем спать, королева моя? — спросил Люцифер.

— Не хочу. — Я накинула на себя его рубашку и прошлепала по холодным плитам пола к окну.

— Значит, не будем спать. — Он, обнаженный, встал сзади и обнял. — Можем делать, что хотим. Это наш мир!

— Все будет хорошо, правда?

Но прежде, чем мужчина успел ответить, с вышины обрушился грохот, от которого заложило уши. Залитый малиново-персиковыми тонами небосвод вздыбился черными облаками. Он словно вскипел, рыча и отплевываясь во все стороны серыми тучами. Вскоре из-под них показалось что-то огромное, охваченное огнем и медленно падающее вниз.

Я вгляделась в эту махину, что под страшный шум разорвала небо и рухнула вниз, уйдя за горы, и вскрикнула, потому что поняла — случилось то, о чем было страшно даже думать. В голове взвился крик безумной старухи — «Когда огромная птица упадет с небес, отвергнутый Отцом утопит всех нас в крови!»

— Это «Резолют», космический корабль! — прошептали омертвевшие губы. — Деметрий нашел меня!