Глава 16

Я отпрянула от неожиданности, чувствуя, как по спине пробежал неприятный холодок. Эти странные звуки, исходящие от паука, заставили мое сердце биться чаще. Арахнофобия мгновенно дала о себе знать: в голове зашумело, ладони вспотели, вдруг стало тяжелее дышать.

Дрим продолжал свои странные манипуляции, словно не замечая моего состояния. Его лапки мелькали в воздухе с невероятной скоростью, создавая причудливые узоры, а треск становился все более отчетливым. Мне казалось, что я слышу, как скрипит хитин, как пощелкивают его суставы при каждом движении.

— Пожалуйста… прекрати это, — прошептала я, чувствуя себя так, словно вот-вот упаду в обморок. Нечто похожее произошло при встрече с Максимусом. Но ведь Дрим гораздо меньше размером, так почему же издаваемые им звуки воспринимаются так пугающе. — Мне… мне не по себе от твоих попыток общения.

Паучок на мгновение замер, будто действительно понял мои слова. Затем медленно опустил лапки и повернулся ко мне. Я с трудом заставила себя не отвести взгляда, хотя каждый инстинкт кричал бежать прочь.

— Будем считать, извинения приняты, — продолжила я уже более уверенно. Паника отхлынула, уступив место привычной рассудительности. — Не нужно этих… танцев и звуков. Возможно, ты действительно не знал, что дары богини нельзя трогать. И хоть я не представляю, каким образом ты принес в дом столько еды… Ладно, опустим этот момент. Но больше так не делай. Никогда. Если хочешь помочь, делай это иными способами.

К моему удивлению, Дрим снова издал тихий щелчок, но на этот раз он не казался угрожающим. Словно… словно он действительно понял мои слова и принял их. Он медленно двинулся к шкафу, за которым часто проводил время, и я смогла наконец-то выдохнуть.

Привыкание к необычному соседу будет непростым, но я готова была попробовать. Главное, найти способ общения, который не будет вызывать у меня панических атак. Возможно, со временем я даже смогу воспринимать эти странные звуки как… как своеобразную форму дружелюбия. Возможно. Когда-нибудь. В конце концов, что значит какой-то маленький паучок в сравнении с огромными арахносами, населяющими Темный лог.

Чтобы не вынуждать паучка вновь решиться на воровство и не голодать самой, я решила заранее озаботиться обедом и ужином. Потому, отложив другие дела, отправилась на разведку. К тем самым грядкам, что видела из окна второго этажа.

Но и тут меня ждал сюрприз.

Издалека показалось, будто неухоженные грядки какой-то затейник укутал диковинным пуховым одеялом. Или одичавшие заросли неизвестных мне растений покрылись белым мхом? Движимая любопытством, я приблизилась. И вот замерла, как вкопанная.

«Одеяло» шевелилось.

Все оно состояло из довольно приличных кочек или пушистых шариков. Глазастых, надо отметить, шариков. Завидев меня, они обернулись, выпучились. А после испуганно и бесшумно схлынули. Только в этот момент я поняла, кем были эти «шарики». Маленькими паучатами. Видимо, в юном возрасте они все имеют такой вот белый оттенок шерсти.

«Это дети, — мысленно произнесла я для себя самой, одновременно растирая виски. Слишком много пауков за один день. — Только дети. Пусть и… такие необычные».

Убеждение помогло.

Подступающая паника отступила, позволив заняться тем, за чем я, собственно, и пришла. Растительность на грядках и прежде выглядела плачевно, а после нашествия паучат превратилась в настоящее поле битвы. Растения были сплошь оплетены тончайшей паутиной, липкой и тягучей, точно патока. Листья покрылись мелкими проколами от крошечных клыков. Некоторые стебли поникли, словно устав от бесконечной борьбы за выживание. Земля между грядками была истоптана множеством маленьких лапок, повсюду виднелись следы недавней трапезы маленьких хищников.

Я осторожно присела на корточки, рассматривая повреждения. Казалось, что паучки действовали весьма организованно — они не просто хаотично уничтожали растения, а словно проводили какую-то свою стратегию. Некоторые растения были практически нетронутыми, другие же пострадали настолько сильно, что вряд ли уже удастся их спасти.

«Интересно, что привело их именно сюда?» — задумалась я, разглядывая характерные следы на листьях. Паучки явно питались не только растительной пищей: на стеблях и листьях были заметны следы борьбы и остатки какой-то мелкой живности. Возможно, паучки охотились на насекомых-вредителей, но в процессе нещадно уничтожали и сами растения.

Ага, теперь все ясно.

На огороде обнаружились гусеницы и личинки. Как видно, любимое лакомство местной детворы. Что, в общем-то, не удивительно, учитывая проблемы с провиантом, озвученные Максимусом. Притащив из дома глиняную крынку с высоким горлышком, я собрала в нее остальных вредителей. Растения при этом остались нетронутыми. На некоторых я заметила завязи, так что вполне вероятно, удастся получить хоть какой-то урожай.

Паучата наблюдали за моими действиями с безопасного расстояния.

— Вот так это делается, — я показала им, как собирать насекомых, уверенная, что это не останется незамеченным. — Ни одна гусеница не ускользнет. Только надо действовать аккуратно и бережно. А вы, малыши, не бойтесь. Я вас не обижу.

«Сама вас побаиваюсь», — добавила я мысленно и отчего-то улыбнулась.

Полную крынку гусениц я оставила на краю огорода.

А для себя и Дрима накопала чудом уцелевших корнеплодов, напоминавших помесь картошки и имбиря. Если добавить к ним немного вяленого мяса и ароматных трав, получится вкусно и питательно.

Дойдя до крыльца, я обернулась и убедилась в том, что паучки забрали угощение. Пусть странное, но им оно определенно понравилось.

Довольная проделанной работой, а главное, пусть небольшой, но победой над приступом арахнофобии, я вошла в дом и застыла с раскрытым от изумления ртом. Дрим, маленький проказник, нашел новый способ помочь, чем ввел меня в некоторый ступор.