Глава 5

Прекрасное время – ночь. Полное романтики, тайн, приключений… С последними мне особенно везло по жизни… Надо было мне, горемычной, придумать хоть какой-то план… Хоть что-то, чтобы уговорить эту злосчастную пальму на конструктивное сотрудничество, но нет! Я поперлась в кабинет ректора, надеясь на собственные слабоумие и отвагу.

Дверь, как и сказал ректор Рир, спокойно меня пропустила. Однако, я кинулась прежде всего не к столу, где лежала папка с заданием, а к пальме.

– Привет! Ну что, проводим ритуал?

– У тебя крыша поехала, девочка… Советую посетить психолога. Он тут, в академии этажом ниже обитает… Наш ректор частенько туда захаживает…

То, что ректор захаживал к местному психологу было просто потрясающей новостью, поразившей меня в самую пятку! В переносном смысле, разумеется. Хуже оказалось то, что проклятая пальма не одумалась и даже не собиралась мне хоть как-то помогать.

Ладно. Использую план номер два. Уговоры.

– Ну пожалуйста! Я на все согласна! Скажи просто чего ты хочешь!

– Стать царевной! Корону с сапфирами в виде сердечек и кошачьих мордочек, и бриллиантовую брошь в форме ананасика!

– Издеваешься?! Где я тебе все это возьму?!

– Укради. Наколдуй.

– Может, я просто все это нарисую тебе, а?!

– Все! Иди отсюда! Катись, колючка, колбаской…

– Стой! Пожалуйста, сжалься! Ну, мы же все-таки почти родственные души! Ну придумай мне другое задание!

– Другое?! С чего ты взяла, что я хочу что-то другое?!

– Ну есть же у тебя мечты? Тайные желания… Помимо ананасиков. Что-нибудь выполнимое.

Пальма задумалась. Даже какое-то время многозначительно помычала. Потом вздохнула.

– Ладно! Признаюсь тебе… Но только ради того, чтобы получить желаемое! Смотри, не подведи!

– Чего ты хочешь? – сразу же взяла я быка за рога.

– Я страсть как люблю любовные романы! Ну, где он – темный властелин, а она – нежная робкая фея…

– О! Хочешь, чтобы я тебе принесла книжку? Почитала?

Пальма гаденько так заржала.

– Щаз! Это мне и студентишки за ответы к итоговым экзаменам читают… С тебя я хочу нечто иное! Шоу! Представление! Феерическую драму! Ну, или не драму. В общем, я хочу увидеть страсть… Нежность… Любовь… С тобой в главной роли!

Ненормальная! Ладно… Попрошу Дубка… Или кого из студентов уговорю на театральное представление…

Но я рано радовалась. Потому что главный герой, оказывается, уже тоже был найден пальмой. Зар-раза!

– А главным героем будет ректор Рир! Ну что, согласна, драгоценная моя елка-колючка-зеленючка?

– Он не согласится играть роль моего возлюбленного, – сказала я.

– А кто говорит, что он должен играть? Мне нужны настоящие чувства! Эмоции! Страсть, в конце концов! И чем скорее, тем лучше. Смотри, я могу и передумать…

– Нет-нет-нет… Я согласна.

Пожалуй, пару раз поцеловать ректора проще, чем украсть чью-нибудь бриллиантовую корону или вставную челюсть с инкрустированными в нее изумрудами.

Не уверена, что мой выбор был правильный, но другого плана не было… Вздохнула. Ладно. Изображу эмоции… В конце концов, я хоть и дриада, но все же девушка. И очень даже симпатичная. Вон, даже Дубок не устоял… Чего мне какого-то ректора в себя влюбить? Подумаешь! Да это мне раз плюнуть!

Договорившись обо всем с пальмой, я, наконец, подошла к столу, где Кьяртан Рир оставил для меня инструкции по поводу того, что я должна была сегодня сделать.

– Что?! Да он издевается! – фыркнула я, как только взяла в руки бумажку с заданием и прочитала то, что было на ней написано.

Задание для адептки Е. Писклявой. От ректора Рира.

Разобрать и систематизировать согласно алфавитному порядку всю имеющуюся литературу в шкафах.

Протереть пыль в кабинете.

Вымыть полы в кабинете

Полить несчастное растение в горшке

Написать сочинение в свободной форме на три листа на тему “Как я раскаиваюсь в содеянных нехороших поступках. Как я встаю на путь исправления”.

Скажем так, если с систематизацией книг было все ясно, то остальные все пункты заданной для меня работы вызывали если не бешенство, то хотя бы вопросы! Вымыть пол?! Протереть пыль?! Полить пальму?! Ей не часто будет? Вчера только поливала… А она вроде того, тропическая… Но самое ужасное было – это конечно же сочинение. И дело было даже не в недостатке у меня фантазии, нет… С ней было все в порядке, хвала богам. Дело было в полном отсутствии раскаяния! Как я могу раскаиваться, если не раскаиваюсь?!

– Гад! – с чувством заявила я и разорвала оставленный мне листок в клочья.

– Вот так и начинаются все любовные истории! – восторженно сообщила пальма, а я застонала.

Ну вот за что мне все это?! За что?!

С систематизацией я худо-бедно справилась. Полы тоже помыла и пыль протерла. Даже “Несчастное растение” в горшке полила. Когда же настал черед писать сочинение, я поняла, что, откровенно говоря, сдулась. Почти не одной мысли в голове не было. И все же нужно было что-то написать.

С чего начать? Это ведь вранье будет? Вранье. Ну и пусть… Зато проникновенное! По крайней мере я на это надеялась. Верила, так сказать, в свои силы и неограниченные возможности.

Чуть кашлянула. Взяла чистый листочек. Села на ректорское место, закинула ноги в ажурных чулочках на стол и откинулась на спинку стула, мечтательно прикрывая глаза. Это я так волну ловила. С вдохновением. Ага. И спустя несколько минут, кажется, поймала.

– К подвигам готова! – выдохнула я, понимая, что хочешь-не хочешь, а марать бумагу все равно придется.

Поэтому ножки я со стола все же убрала, стульчик поближе пододвинула и, еще раз томно-тоскливо глянув на чистый лист бумаги, взяла-таки в руки заточенное перышко, обмакивая его в чернила и ставя на листе первую жирную кляксу.

С сомнением оглядела свои художества. Ладно. Переживет же ректор Рир как-нибудь заляпанный листик. Эта мысль меня успокоила и я вывела заветное:

Сочинение Ели.

Кьяртан Рир

Утром не мог удержаться от соблазна сразу же посмотреть на работу, которая проделала одна строптивая адептка, а потому сразу же помчался в кабинет, который, кстати, сиял чистотой.

На моем столе лежал сложенный в несколько раз листок, который я сразу же развернул, и, вчитавшись в первую же строчку, расхохотался.

– Сочинение ели… Ели! Судя по кляксам и мятой бумаге, ели его действительно. Жаль, что без излишнего аппетита!

Я продолжил свое увлекательное занятие и прочитал то, что было написано дальше.

Раскаяние мое не знает границ. Как река, которая течет в одном направлении и никогда не меняет своего русла, так и мои намерения к покаянию сильны, могучи и упрямы. Могучи, пожалуй, больше всего…

О! Счастливый день, когда я встретила прекраснейшего, замечательнейшего, добрейшего и благороднейшего из гад… ( зачеркнуто, но отлично читается ) из представителей рода драконьего и мужского. Наставление на путь истинный пошло мне на пользу. Я с глубоким уважением и пониманием отнеслась к заданию по систематизации литературы и макулатуры ( зачеркнуто ) документов, а так же с упоением посвятила час своей жизни на то, чтобы отдраить пыльные шкафы, затоптанный вашими невероятно восхитительными ногами пол, убраться на вашем столе… Выброс лишних на мой взгляд бумаг доставил мне отдельное удовольствие. От переполняющих меня эмоций благодарности к вам, я рвала их зубами…

Я закашлялся, откинув от себя душещипательное послание адептки Писклявой. Чего она там делала? Рвала зубами ненужные по ее мнению бумаги?! Вопрос в том, что наши взгляды на нужность некоторых вещей могут весьма разниться, а это значит, что… Что она могла повыкидывать из личной “особой симпатии” ко мне много чего того, что было мне очень необходимо.

Скрипнув зубами, я кинулся проверять ящики своего действительно слишком идеально-чистого стола.

Увиденный результат проделанной Елью работы меня потряс. Ящики, все до единого, были чистыми! Бумаг там не было от слова совсем! Действительно, очень просто систематизировать документы, когда их попусту нет!

– Ну держись, колючка… Раскаивается она, как же!

Я скомкал ее сочинение и запустил им в горшок, в котором росла раскидистая пальма, так понравившаяся дриаде, а после выбежал из кабинета, понимая, что кое-кто только что нажил очередные неприятности на свою пятую точку.

Когда замолотил в дверь ее комнаты, понял, что ее попросту там нет.

– Сегодня мы решили все же посетить пары? Что ж… Молодец. Тяга к знаниям – это хорошо. Пригодится на очередной отработке!

Я пошел на первый этаж, где обычно вывешивалось расписание лекций и практических занятий для студентов. Без труда нашел там ее группу, и направился в кабинет, где у нее должно было проходить занятие. Я немного остыл по дороге, но все равно жаждал увидеть ее лицо, когда она узнает о том, какое задание на этот раз я для нее подготовлю…

Преподаватель по лекарственным сборам и зельям был невероятно хорошим рассказчиком. Речь его лилась, словно горный ручей, бойко и звонко. Все записывали, скрипели перья, слышались шепотки. Я тоже записывала, хотя совершенно не понимала, почему вдруг увлеклась.

Рядом со мной за партой сидела Андра, которая больше рассуждала о бородавках на лице у профессора Фуфли, чем слушала лекцию.

Бородавки и правда были очень примечательные. Магически-заговоренные на удачу и успех и еще вдобавок ко всему разных цветов! Розовые, фиолетовые, коричневые в зеленую пупырышку. Зачем ему их так много?

Я отвлеклась и именно в этот момент взгляд профессора Фуфли устремился ко мне.

– Адептка Писклявая! У меня что-то не так с лицом?

Я сглотнула вставший в горле ком. Как он узнал, что я именно о его лице сейчас думала? Или, может, он услышал Андру, сидевшую рядом со мной и теперь заметно побелевшую.

– Все. Тебе конец… – прошептала девушка. – Он терпеть не может, когда кто-то рассматривает его бородавки.

– Я вас спрашиваю, адептка! – повысил голос до визга профессор.

А внутри меня разгорался пожар протеста. Какая разница, на что я смотрела? Ведь я не хохотала об этом на весь кабинет! Зачем специально заострять внимание на этом?

– Простите, у вас просто очень примечательная внешность, – просто сказала я.

– П-примечательная?! И чем же примечательная?! Вот этими вот.. Вот этими вот цветными… – затрясся Фуфли.

– Ну наверное… Но они придают вам некий шарм!

Мужчина был явно ошарашен. Неловко коснулся лица рукой.

– Вы так считаете?

Кивнула.

– Да. А еще мне очень нравится, как вы ведете лекцию. Интересно рассказываете, в отличие от других. Вас приятно слушать.

Фуфли смутился, и даже покраснел. Бородавки на его лице заиграли новыми красками, как и перевернувшийся в голове профессора мир.

– Я рад! – выдохнул он. – Бесконечно рад! Ну… Если инцидент исчерпан, вернемся тогда к продолжению лекции.

Я улыбнулась.

– Хорошо.

Стоило мне только сесть, а профессору Фуфли начать рассказывать свой предмет дальше, как дверь в аудиторию открылась, а на пороге замер ректор Рив, который, скрестив руки на груди, уставился прямо на меня. Что вот за день сегодня такой? Мне просто не везет во всем!

– Добрый день, профессор Фуфли, – поздоровался Кьяртан.

– Добрый… Чем обязан вам, ректор Рир?

– Адептка Писклявая опять провинилась. Хочу назначить ей отработку, – просто сообщил дракон, а я Фуфли непонимающе распахнул пошире глаза.

– Как?! Не может быть! И вы сказали опять?!

– Да. А что?

– Ничего… Просто я имел честь общаться с адепткой Писклявой несколько минут назад и могу с уверенностью заявить, что это хорошая девочка! Одна из лучших моих учениц!

На лице у ректора Рира отразился здоровый такой скептицизм.

– Вы уверены, что мы сейчас с вами говорим об одной и той же адептке?

Профессор Фуфли был уверен. В чем и заверил Кьяртана Рира.

– Но если вы все же считаете, что адептка должна что-то отрабатывать, прошу вас, отдайте ее мне. Я хочу организовать театральную постановку к празднику Новолетия. Осталось времени всего ничего. Пусть она примет участие.

– Театральная, значит, постановка… Мило… Весьма. Я бы даже сказал, что это слегка неординарное решение, если учесть, что предмет, который вы преподаете, не очень-то и свзяан с подобного рода идеями.

– Вы знаете, я ведь тайный поэт… Сочиняю иногда стишата. И у меня есть много идей! А театральной постановки у вас нету! Вот. Так что предлагаю этот… Как его… Бартер!

– Отлично! – скрипнул зубами ректор. – Один вопрос… И на роль кого же вы берете адептку Писклявую?

– О! У меня есть для нее отличный образ! Она будет оленем!

– Оленем?! – вырвалось у меня невольно, а Фуфли зыркнул на меня так, что спорить сразу расхотелось.

Да ладно. Чего уж там. Олень, значит олень. Подумаешь….

– Прекрасный образ! Ей подойдет! – хмыкнул Рир, подозрительно довольно. – Ладно. Забирайте ее… Но! Адептка Ель, зайдите сегодня ко мне в кабинет после пары.

– Хорошо.

Ректор Рир ушел, а я с благодарностью посмотрела на профессора Фуфли.

– Спасибо большое!

– Не за что. Вы первая, кто назвал мои бородавки очаровательными и придающими шарм! Теперь моя жизнь стала светлее и лучше! Гхм! Продолжим лекцию!

Остаток пары прошел незаметно. Разве что на меня косилась и Андра и остальные студенты, которые разве что уже не воспели меня в легендах и гимнах. Моя соседка по парте шепнула мне даже, что Фуфли впервые проявляет такой невероятный акт щедрости.

Когда занятие завершилось, Андра позвала меня в столовую на обед, но я отказалась, на этот раз сославшись на железный повод – ректора Рира.

Кстати, сейчас, уже бредя по коридорам академии к нему в кабинет, я думала о том, что у меня будет сейчас отличная возможность попробовать свои актерские навыки не просто в театральной постановке, на репетицию которой мне велели, кстати, заглянуть завтра, а в жизни! Так сказать исполнить экспромт и воплотить заветную мечту пальмы! Ну, и спасти собственную шкуру, разумеется! Три в одном!