Глава 29

Вы никогда не сможете контролировать, в кого влюбиться, даже если это противоречит здравому смыслу. Вы влюбляетесь в него не потому, что он забавляет вас. Вы просто влюбляетесь.

На следующее утро вскочила до завтрака, сразу пошла в комнату к Максу. Мне хотелось поскорее узнать, что именно он узнал о покушении на меня. Или это был просто предлог?

Рассказывать Колетте о нём и о том, что из меня сделали наживку – не рискнула, опасаясь её реакции. Хотя сейчас после её клятвы мне, это относительно безопасно, но всё равно не хотелось, чтобы она переживала. Уж в надёжности своей охраны убедилась ещё вчера.

Постучав в дверь, услышала оттуда шум, но открыл мне Вуд только через несколько минут, выглядя очаровательно взъерошенным и в том же халате, который видела на нём вчера.

– Привет, – широко улыбнулся при виде меня, пропуская в гостиную.

Его вид слегка смутил, но всё же не отступила и прошла вглубь, присаживаясь в кресло.

– Прости что я так рано. Мне хотелось узнать подробности.

– Ничего, Алана. Я всегда рад тебя видеть. Просто допоздна расследовал это дело.

– Что-то удалось узнать?

– Немного, – помрачнел мужчина, устраиваясь во втором кресле напротив. – Во-первых, на кинжале был яд. И скорее всего при соприкосновении с твоим природным щитом, он бы отравил тебя.

– Чёрная смерть? – приоткрыла рот от удивления этой новостью.

Об этом яде ходили легенды среди природников. Убивающий всё живое! Он был очень редким и невероятно дорогим. Так просто его не достать даже королям. По крайней мере, за несколько часов.

– Это наводит меня на мысль, что это всё же был наш убийца. Если бы кто-то спонтанно решил убить фаворитку отбора, то у него просто не было бы времени раздобыть его. Такое не хранят в домашней аптечке. И у яда есть срок годности. Так что покушение готовилось заранее.

– А что второе? – кивнула, принимая эту мысль. – Ты сказал, что это во-первых.

– А во-вторых, – устало вздохнула мужчина. – Я установил, откуда именно он был брошен. Здесь есть целая сеть тайных ходов и известно о ней немногим. Так что это существенно облегчает задачу понять кто это. Я уже запросил полный список посвящённых. Их от силы человек двадцать, включая королевскую семью. Вечером список будет у меня.

– То есть, возможно, сегодня всё разрешится? – обрадовалась такому исходу. – А если и разбуженная Рашисса расскажет кто именно сотворил с ней такое, то…

Я оставила свою мысль незаконченной, но она в этом и не нуждалась.

– Пока не радуйся раньше времени, но надеюсь, ты права, – усмехнулся мужчина.

– Прекрасно, – подскочила со своего места. – Тогда пойду на завтрак, чтобы не привлекать лишнего внимания к своему отсутствию. Но после обеда обязательно приду. Хочу присутствовать при том, как драконесса очнётся.

– Здравая мысль, – улыбнулся Макс, тоже вставая и подходя ко мне. – Только сначала хочу поздороваться с тобой как следует, дриадочка.

Он обнял меня, прижимая к себе. Думала меня ждёт один из его фирменных поцелуев, от которых кружится голова. Но мейстер просто стоял и наслаждался мгновением невинной близости, от чего я начала таять.

Кажется, догадка Колетты верна и меня угораздило влюбиться в Максимилиана Вуда. Но страшно почему-то не было. А должно. Для дриад разбитое сердце – означает быстрое увядание и смерть. Об этом не знал никто. Это тщательно скрывалось от остального мира, как слабость, которой могли воспользоваться. И хотя в последние столетия нимфы, не смотря на страх смерти, пытались заводить серьёзные отношения устав от монотонности праздной жизни, но… всё равно опасались. И их можно понять.

Многие истории о нас говорили о ветрености и распущенности. Но мало кто хотел знать причины этого, клеймя нас за нашими спинами. Но такова воля Праматери, хотя иногда от этого становилось грустно. Ни одна нимфа не признается, что её веселье напускное, а существование обречено на вечное одиночество среди мужчин, ищущих развлечений.

– Иди, Алана, – Макс отошёл от меня на пару шагов. – Я буду ждать тебя после обеда тут.

– Я буду, – кивнула и тихо вышла.

Сдаётся мне, мейстер старается меня… приручить, боясь спугнуть. Ну что сказать? У него вполне действенные методы.

Уже по пути на завтрак попыталась проанализировать свои чувства. Этим собственно и занималась вплоть до времени после обеда. Колетта видя мою задумчивость, не лезла с расспросами, хотя и выглядела подавленной. Кажется, она уже искала следы тоски и разбитого сердца.

Но я не чувствовала ничего подобного. Впервые в жизни по-настоящему влюбившись – была счастлива, хотя и отдавала отчёт о том, как это глупо. Душа замирала только от одних этих мыслей, а разум продолжал твердить, что совершаю большую глупость. Но побеждало наивное сердце. Упрямое сердце не желало слушать доводов разума. В итоге решила в первый раз в жизни расслабиться и получать удовольствие от ситуации, доверившись неизбежному.

Каким-то образом, но это уже случилось и может надо искать положительные стороны, а не впадать в пессимизм? Возможно, у нас всё серьёзно? И опять-таки обещал амнистию, что уже было за гранью добра и зла для главы Геликона.

Когда подошла и постучала в дверь, мейстер открыл мне почти сразу.

– Готова? – спросил с улыбкой, дождавшись, когда я войду.

– Нет, – покачала головой с усмешкой. – Но жду с нетерпением. Неужели всё может проясниться?

Мужчина хмыкнул и прошёл в свою спальню с моим художеством, так и стоящим рядом с кроватью, где я увидела его вчера. Закатила глаза при виде него, невольно фыркнула, вспоминая какие эмоции мной владели, когда рисовала его, и перевела глаза на того самого лекаря, сейчас сидящего рядом с Рашиссой и проверяющего ей пульс.

– Давай, – приказал ему Макс.

Лекарь послушно приложил руки ко лбу принцессы. И через мгновение она распахнула глаза. Не так словно спала, а будто просто сморгнула.

– Рашисса! – кивнул ей Вуд, приветствуя. – Вы помните, что с вами произошло?