Глава 13.
Сергей Хорольский
Это пиздец, конечно… Никогда не думал, что она мне такое предложит. Хотяяя… Зная её интерес ко всему, можно было догадаться… Но это если бы мы не расставались на четыре года. А так… С её стороны прям неожиданный ход. То ли она меня тупо проверяет.
Приезжаем к моей квартире в центре, поднимаемся на десятый этаж, поглядывая друг на друга в лифте. Нет, я держу себя в руках. Не стану я лезть к ней столь нагло. Обойдётся. А-то только этого и ждёт, судя по всему. Уже глазки свои и уши навострила… Стерва, блин.
– Прошу… Дамы вперёд…
– Так галантно с твоей стороны, особенно перед просмотром порнухи, – ржёт она, выходя из лифта первой. Я никак это не комментирую, потому что чувство, будто ещё спрыгнет. Зажмётся. Ну не верю я чё-то… Хз. Как пойдёт…
И, кстати, насчёт тренировочных тёлок… Я их действительно сюда водил. Но не к себе в спальню. Потому что это особенное место. Для отдыха. Все остальные поверхности в доме… Да, есть грешок – марал таким образом…
Открываю дверь, запускаю кракена внутрь… Она, естественно, моментально включает свои пеленгаторы. Это те, на которые у меня встроенная реакция. Кароче, такое дело, я чувствую, когда она хочет сказать какую-то хуйню. У нас так всегда было… И сейчас тоже… Но пока всё нормально, хвала яйцам.
– Где руки помыть?
– Ща, погоди… Тапки надень… Мне было лень полы мыть, я трое суток этого не делал…
– Засеря…
– Кто бы говорил…
Она хихикает, потому что в подростковом возрасте в её комнате творилось такое, что глаза можно было просто выколоть… Но мне было вообще пофиг. Я как-то не реагировал. Даже когда её батя говорил что-то вроде «ну, Софа, вот Серёжа сейчас увидит бардак в твоей комнате, и из окна вывалится. Вся в мать». А мы с ней как лежали с телефоном в руках, рубясь в какую-то стрелялку, так и продолжали… Зато её отец ходил там и прибирал за ней…
С тех пор многое изменилось, конечно… Но насчёт её комнаты не знаю. У меня обычно чисто, только порой полы ленюсь ебенить…
– Да чисто у тебя… – ныряет в мои тапочки. – Пошли… – шоркает по полу, потому что они больше на шесть размеров и ржёт. – Что за лапти, Хорольский?
– Ну у меня как бы сорок третий…
– А у меня тридцать седьмой… Ээээх… А раньше у нас примерно одинаково было, да?
– Да у меня всегда больше было, не гони… И выше я был всегда!
– А вот и врешь всё! Обманщик! У меня до сих пор на стене отметины!
– Ты что их не стёрла?
– Нет… – замирает она. – А зачем…
Я пожимаю плечами.
– Потому что ты всё выбрасывала при любой ссоре… Или сжигала… Вот я и подумал…
– Ой, ну всё… Привет, нытик, я скучала…
– Кароч… – веду её за собой. – Тут мой руки… Там писай. Там ешь… А вон там смотри со мной порно… Если ещё хочешь?
Она моет руки и ловит мой взгляд в зеркале над раковиной… Улыбается, как дура и зловеще хихикает.
– Ты думаешь, я передумаю? Ухаха! Не надейся! Пошли!
– Да погоди ты… Мне-то тоже надо рожу да руки помыть… Жди… Иди пока на кухню. В холодильнике всякое говно есть…
– Говно я не ем, Хорольский…
– Неужели? А шоколадки, соки, чипсы?
– Редко теперь… Очень редко… Практически никогда… А ты?
– Бывает время от времени, но обычно доставку. Могу заказать?
– Давай… Я буду пиццу.
– Окей, не вопрос…
Умываюсь, вытираюсь, делаю заказ. Беру газировку, пока она рассматривает мою квартиру с довольным выражением лица.
– Чё нравится?
– Ну как тебе сказать, – снимает с себя кофту и отбрасывает её на стул. А я мысленно подмечаю, что у неё соски торчат через тонкую ткань майки. Специально сделала… Сучка. – Ничего так вроде…
– Ничего так? Семьдесят штук в месяц…
– Ты серьёзно? Оно того не стоит… Ужас какой…
– Стоит… Отдельно жить охуенно на самом деле…
– А мне нравится с родителями! – отвечает важно, хотя знаю я, что это не правда. Она всегда хотела отдельно жить, когда вырастет… Ну, может, конечно, что-то изменилось, но не настолько…
– Чё покажу тебе спальню? – спрашиваю, медленно перекочёвывая к арке, ведущей в гостиную. А она же как кошка сразу… Распушает хвост и грациозно крадётся следом, ведя пальчиком по столешнице.
– Ну не знаю даже… Крутая у тебя кровать?
– Крутая… Тебе понравится…
– И мы будем на ней прыгать и бросаться подушками?
– Ага, типа того, – отвечаю, схватив её за руку и дёргаю к себе, пока она не упирается в меня ладонями.
– Хорольский… Отпусти… – уводит хитрый лисий взгляд. – Показывай лучше свою крутую кровать и… Включай это безобразное видео.
– А ты точно к этому готова, деточка? – спрашиваю и ржу. У меня, конечно, много любимых… И всё чаще девки там две. Но придётся искать что-то из мирного…
– Я же сказала, что готова, блин! Пошли! – важно заявляет, и мне ничего не остаётся, как сделать именно то, о чём договаривались…
Но это, я вам скажу… Полный кринж…
Я, София… В моей комнате… Нам по восемнадцать… Везде выключен свет, плотно завешены шторы, и мы с ней… Садимся на мою огромную кровать. И она ждёт, когда я включу нам жаркое порево… Что ж. В этом есть что-то такое…
Едва всё начинается, как она смотрит на экран и ржёт, как ненормальная.
Особенно, когда девчонка садится на колени и начинает отсасывать.
Тут у неё просто глаза на лоб лезут…
– Куда? Как??? Что… Это жесть просто…
– Учись лучше, – ржу, получая подушкой по башке.
Она ставит на стоп, и округляет глаза, когда та самая бабища погружает его хер в рот полностью да вдобавок вместе с яйцами.
– А-а-а что это такое?! Она его съела?! Господи, это каннибализм какой-то!
Я просто ухохатываюсь, свернувшись пополам и понимаю, что для меня теперь даже порнуха будет чем-то вроде рилсов в сети. Где просто можно поржать полчаса, хотя она создана для другого…
– Ты чё не возбуждаешься даже?
– А чем тут возбуждаться?!
– Ну бля… Они ебутся так то…
– Вот именно, что это делают они, а не я! – выпаливает, на что я просто закрываю глаза и залезаю под подушку, начав плакать от смеха…
Ну а потом… Ни с того, ни с сего… Как гром среди ясного неба…
– Давай лучше ты мне покажешь…
– Как глотать член? Я сам не умею, – ржу, пытаясь разбавить атмосферу, а она…
– Нет… Ну просто член…
– Софаааа…
– Ну, Серёёёжааааа…
– Ты издеваешься, да? Ты там меня в машине чуть не прибила из-за моих невинных касаний… А тут… Член ей покажи…
– Ну я просто испугалась… Это же ты меня трогал… А не показывал… А так я хочу видеть…
– Так вон на экране…
– Я хочу твой… – вновь добавляет, заставив меня нервно усмехаться и взвывать… Да за что мне это всё, а?!
– Точно хочешь? – спрашиваю, и она кивает, расположившись рядом и схватив в руки подушку.
– Ага!
– Ну ладно… Готова? – спрашиваю, и она прям горит от предвкушения, а я показываю ей средний палец.
– На… Наслаждайся…
– Козлина, блин… Я тогда сама посмотрю! – налетает на меня и нагло начинает тащить вниз мои джинсы, пока я ржу, держа её за руки и катаюсь с ней по кровати. Неугомонная бесцеремонная дурочка, блин… – Да дай мне посмотреть!
– Отвянь, а… Извращенка, блин…
– Серёжааааа! – касается меня через ткань, ну а у меня там естественно уже огромный стояк. И наши глаза встречаются. Она лыбится так, словно дорвалась до шкатулки с секретами.
– Ты точно ебанько…
– Покажи… – просит настойчивее.
– Если покажу, будешь сосать, поняла?
– Щас ага! – выпаливает гадина. Я не могу на неё смотреть. Она, блядь, мои светлые к ней чувства превратила в какой-то блядский цирк. Аж бесит…
Склоняюсь к её лицу, прибивая руки к кровати и нависаю над ней, коснувшись кончиком носа её, а она кусает меня за нижнюю губу и тянет на себя.
– Ты что делаешь?
– Кусаю тебя, – отвечает без каких-либо преград.
– Ты в курсе, что мы давно не дети… И ты провоцируешь…
– А-а-а… Ты это о своей штуке, которой утыкаешься в меня и стесняешься мне показать…
– С-с-сука. Я не стесняюсь… Хули тут стесняться? Мне нечего!
– Докажи! Может у тебя меньше просто?
Я тут же ржу и утыкаюсь лбом в подушку.
– Бляяяя…
Знала бы она о чём говорит… Убежала бы, наверное…
– Думаешь, я поведусь на это дерьмо, а? Давай так… Покажу, если ты перед этим разденешься до трусов…
– М-м-м… а ты тоже?
– Тоже…
– Ладно давай… – соглашается, и я смеюсь, слезая с неё. Знал ли я, что это будет настолько смешно и странно? Нет… Я уже ору. – Насчёт три… Да?
– Ты только по-настоящему давай… А не как обычно. Когда мы считали до трёх, я прыгал в воду, а ты ржала сверху стояла… Идёт?
Слышу её заливистый смех.
– Чё не так было?
– Да мне просто понравилось, как ты сказал «как обычно»… Такого же сто лет не было… Ты же бросил меня! – в очередной раз напоминает. – Так что не имеешь право назить! Всё. На счёт три… Раз – два…
– Три… – начинаем раздеваться… Она тянет вверх свою майку, потом штаны и остаётся только в носочках и трусах, как договаривались… Ну и видок, конечно… Пиздец… Да ещё и у меня на кровати… Вроде обычные белые трусы, но… Я тут уже растёкся, нахрен…
Сам тоже остаюсь в трусах, и демоница ждёт, когда я вытащу для неё свой хуй. Это немыслимо просто. Видел бы это кто… Особенно наши родители…
Ничего не говорю, просто снимаю и демонстрирую… Стыд какой, Господи… Но у неё, походу, аж дыхание спирает от увиденного…
– Ну что… Довольна?
– Ага… – завороженно отвечает, продолжая глазеть.
– Могу одеваться…
– Нет, не надо…
– Софаааа, – ржу, щёлкнув резинкой трусов обратно и роняю рожу в ладони. – Это пиздец… Так не должно быть…
– Кто сказал?
– Да блядь… Все…
– Ты что у всех спрашивал, как должно быть? Я хочу тебя всего увидеть, что тут плохого… Ты душнила, Хорольский…
– А ты извращенка… Понравился хоть? Больше, чем у того мужика, да же?
– Больше, – хихикает как дурочка… – А потрогать дашь?
Я смотрю на неё с покер фейсом, и она смеётся, отвернувшись. Вот дурочка, а… Просто жесть…
– Я пошутила! Конечно, пошутила…
Только вот у меня чувство, что нихуяшеньки она не пошутила… И я тут же приближаюсь к ней, обхватив за талию и бодая лбом. Я-то, сука, уже завёлся пиздец.
– Ты чего… Хорольский…
– Ничего, – толкаю и заваливаю на лопатки. Пока она смотрит на меня со всей своей одновременной нежностью и дерзостью, но молчит. Чуть целую губы… Подбородок… Шею… Чувствую её мурахи. Я их снимаю с неё… Заставляя дрожать… Придавливаю сильнее и трусь членом о её промежность. Просто на инстинктах, пока она держится за меня и скулит с закрытыми глазами, намочив свои миленькие беленькие трусишки…
Взять её не могу сейчас, но…
– Ты же не пошутила, да?
– Нет… – отвечает серьёзно. – Я бы потрогала…
– Отлично… Тогда… Вперёд…
– Что…
– Потрогаем друг друга… – выдыхаю и в то же мгновение снимаю с неё бельё, пока она, нахрен, не спрыгнула…