Глава 7

Лето

– Итак, ребятки, – выстроив своих работников в шеренгу и по-деловому сложив руки на груди, муштровал нас Олежка Александрович, – сегодня, наконец, настал тот день, к которому мы стремились долгое время. Очень важно проявить себя должным образом, быть ответственным и работоспособным рабо…

Устав от скучного для всех бубнежа, я закатила глаза и смело шагнула вперед, деловито уставившись на зевающих Сему с Мишей.

– Объясняю просто, доступно и популярно, – нагло перебила босса, вытягивая руку вверх, и под испепеляющие голубые глаза отчеканила от зубов: – Облажаетесь сегодня – уволены. За любую мелочь крупный штраф из зарплаты. Все понятно, малыши мои?

Все прямо оживились, подобрались, спинку ровно вытянули. И взгляд сразу осознанный, заинтересованный.

– Ну, – поторопила их с ответом я, низко и шёпотом прокричав: – «Да, капитан!»

Совсем обнаглевший Семочка с мольбой посмотрел на замершего Олега:

– А ее вы уволите, если что? – и пальчиком в меня еще тыкнул. Я лишь резко бровью дернула, и тот испуганно отшатнулся. – Наш терминатор точно сегодня что-то натворит!

За время работы в клубе «Огонь» эта кличка за мной плотно закрепилась. Сперва я злилась, а потом решила: чем черт не шутит? Зато боятся меня и приказы выполняют. Семочка так вообще, от одного взгляда моего готов в штаны наложить. Миша хоть виду и не подавал, но тоже далеко не ушел.

– Лена ответственная за вечер, – произнес Олег деловито, – и если что-то пойдет не так – я отчихвощу ее, а она, соответственно, – вас.

Вытянув палец вперед, я ударилась лбом о лоб Семочки, опасно прошипев:

– А я не буду такой доброй, как Александрович, ясно вам? – тот нервно сглотнул, а я припомнила былое, скривившись: – И чтобы без уединений с клиентами в подсобках, ясно?

– Так, а это… – послышался смешок Миши, – а если ради дела будет надо?

– Раз ради дела, дорогой, – отстранившись, смело похлопала по плечу Мишу, – то дерзай. Боюсь, правда, жена твоя не очень «за»!

Обстановка разрядилась, все вокруг тихо хихикали, когда Олег хлопнул в ладоши.

– Все по местам, через тридцать минут открытие клуба! – работники разбежались, как мухи, я следом… Но одна крепкая рука сжала шиворот платья, потянув за собой. – А ты куда собралась, Леночка? В кабинет! У нас планерка!

Совмещать работу и учебу оказалось сложно, но возможно. Я даже кайфовала, получая истинное удовольствие. Но, как ожидалось, организация мероприятий вышла более сложным делом, чем казалось на первый взгляд. Во-первых, нельзя было в одночасье заработать репутацию открытого для меньшинств клуба. Сперва мы устраивали вечера по приватным приглашениям, где ведущим был известный трансвестит.  Там даже засветился один известный в правильных кругах мужчина… Это добавило клиентов так, что пришлось выкупать соседний зал.

Планомерно мы добивались принятия «Огня» в ЛГБТ-сообществе. Люди это оказались ранимые, но очень даже платежеспособные. И вот теперь, летом, наконец смогли позволить себе организовать ту самую безумно дорогую вечеринку с «ВИП» билетами. Звезды нестандартной ориентации получили приглашение бесплатно. Для простых смертных обычный вход стоил двадцать тысяч. Тем, кто бронировал столики, – пятьдесят, а выбравшим застекленные кабинки на балконе – сотка за душу.

Буквально затащив меня в кабинет, Олег толкнул в кресло, сам чеканя ногами пол:

– Сколько предварительно оплаченных мест?

– Двести семьдесят, – с гордостью заявила. Не зря в тетрис играла, удалось разместить столики так, что спокойно садились тысяча только на первом этаже.

Удовлетворительно Олег кивнул, продолжая:

– На брони?

– Пятьсот, – не сдержалась, улыбнулась. – Будет аншлаг! Наш клуб уже все здание занимает, Олежка! О нем элитный журнал написал!

– Не «наш», а мой! – рявкнул тот, испортив все настроение, продолжая террор: – Сколько звезд подтвердили присутствие?

Вот на этом моменте радости мои и закончились.

– Сперва семеро… – поморщившись, отвела взгляд к полу. –  А когда узнали тематику, отказали все.

– КАК «ВСЕ»?! –  зарычал тот, как бешеный.  Глядя на меня в упор, Олег уничтожал меня голубыми глазами. Один из которых уже заметно дергался на нервной почве. Но я – позитивный человек и в душе представляла, что это он просто в такт музыки за дверью «пританцовывал». – Ленка! У нас на приглашениях написано «звезды эстрады»!

– О, придумала! – хлопнула в ладони, пока Коробейников замер в ожидании гениальной идеи. – А что, если всем говорить, что звезды как бы есть, но они на втором этаже в «ВИП» кабинках и трогать их нельзя?

Олег почернел, голос стал жестким и хриплым:

– Лена, не пугай меня своими умственными способностями.

– Олег, – пожала плечами, – денег-то мы со всех все равно срубим, и мой долг будет…

– Во-первых, даже при условиях лучшей выручки ты долг сегодня не погасишь. Даже не надейся! – как-то уж слишком панически воскликнул тот. Прокашлялся, ворот поправил и серьезно продолжил: – Во-вторых, мы работаем на перспективу. Столько зарабатывали репутацию, чтобы всего за раз лишиться?

Тяжело вздохнув, я вынуждена была прибегнуть к плану «Б», тяжело махнув рукой:

– Ладно, знаю я одного… Он придет, зуб даю.

В поисках артиста на праздник я переобщалась со всеми вокруг, и, о чудо, один из столичных ловеласов запал на мои длинные ноги. Видимо, не только мои, потому как «перелюбил» он полстраны, а потом даже по второму кругу пошел. И это притом, что дома жена с детьми. Так вот, я точно знала, что он в столице, по первому моему горячему сообщению с обещаниями продолжения прилетит. Только вот вряд ли даже знает, как ЛГБТ расшифровывается, а бонус вечеринки заключался в том, что звезды раскроют свои нетрадиционные предпочтения, появившись в нашем клубе. По факту, я его подставляла.

– Отлично, – кивнул Олег невинным тоном, аки ангелочек, принимаясь рапортовать: – Декорации все установлены?

– Вчера еще, – кивнула.

– Микрофоны проверили, акустику, стереосистему? – продолжал изображать из себя биг босса наш Олежка.

– В лучшем виде! – отдала честь, как в армии.

– Бар наполнили? – загибал пальцы. – На кухне полный набор продуктов?

– Больше, – кивала, как собачка на капоте, – чем когда бы то ни было у тебя ранее.

– На свидание со мной пойдешь? – все тем же будничным тоном выпалил этот умник.

В панике я листала страницы блокнота, ища это распоряжение, и не находила. Волосы на голове уже встали дыбом, когда я вдруг поняла – этого в задачах не было.

– Олег, – бровь вздернулась ко лбу, – ты чего это вдруг?

Про «вдруг» я лукавила, потому как и дня на рабочем месте не прошло без его томных взглядов мне вслед и многозначительных фразочек. Только вот мне не нужен был секс на раз, я хотела отношений и чувств, всячески игнорируя все предложения зайти вечером после работы или уговоров подвезти до съёмной квартиры. Однажды он вообще приперся с букетом цветов и бутылкой вина… Надушенный, красивый до одури! Знала я, что, если впущу, – до утра он уже не выйдет, но каким-то чудом сдержалась и выставила за дверь.

Все было за эти месяцы, но на свидание прямым текстом он приглашал меня впервые! Притом краснея, как будто впервые это делает.

– Я столик заказал, – прямо задыхался на нервной почве, – в хорошем ресторане.

Едва сдерживая счастливую улыбку, внутри я прыгала от счастья с криками: «Ура, ура, ура!», пока внешне кокетливо моргала:

– Что, даже конфеты будут с цветочками?

– И шампанское, – мой капитулировавший мужчина явно махал белым флагом, – лучшее, Лен.

– Знаешь, – поднимаясь на ноги, я как можно эротичнее расправила праздничное платье, слушая многозначительное рычание в мой адрес и взгляды пониже спины, – я подумаю, Олеженька. Посмотрю свой график… Сегодня работы столько, боюсь не вывезу. Да и вообще, плохо это – на свидание с начальством ходить.

И последних сил спокойно я вышагивала к выходу, когда у самой двери мне перекрыл дорогу широкоплечий гигант:

– А я тебя уволю!

– А долг? – проведя кончиком языка по нижней губе, я видела мучительное желание в глазах Олега. – А то, что я дочка Вити?

Сглотнув ком, он размашисто провел пятерней по шевелюре, смахивая наваждение. Видимо, не вышло, когда он рыча отмахнулся:

– Ты пойдешь со мной на это гребанное свидание, Лена!

И он поцеловал меня, жадно и измученно. Пятерней сжимая предплечья и буквально поднимая вверх под нужный рост. Его язык вторгся в мой рот, как полноправный хозяин, проверяющий свою территорию на целостность, а я таяла в надежных и сильных руках, готовая сдаться здесь и сейчас.

Голова изрядно кружилась, когда губы Олега скользнули от мочки уха до шеи и к ложбинке груди. Сделав упор ногой мне между ног, он освободил руки, скользя ими по моему телу, импульсивно и ненасытно.

Я таяла, в горле застыл немой стон. Когда Коробейников хрипло прорычал:

– Ле-е-ен, – слова явно давались ему сложнее, чем рычание из недр груди, – может, ты задержишься на планерке, а?

И тут меня прошибло током осознание, горечь заставила слезы пеленой встать в глазах. Резко уперевшись в грудь Олега, я усиленно толкнула его в сторону, и тот, будучи дезориентированным, поддался. Спрыгнув на землю, я с удивлением взглянула в его помутневшие голубые глаза, полные желания и чего-то нечеловеческого.

– Не понимаю, – взорвался он, кулаком ударяясь в дверь за моей спиной, – ты ведь сама хочешь?!

Покачав головой, опустила взгляд к полу:

– Ты еще сам не понял, в чем дело? Серьезно?

Он поддел мой подбородок, заставляя смотреть лишь на него. Прищурившись, Олег словно пытался сделать рентген на расстоянии. Кашпировский, блин, на минималках!

– У тебя кто-то есть? – каждое слово вылетало из его губ, словно острые ножи. В тот момент я поняла, что, будь у меня другой, до завтра он бы не дожил. Нас бы обоих под ближайшей елочкой в лесополосе прикопали.

– Нет, Олег, – громко и четко напомнила, разводя руками, как в детском садике для лучшего усвоения информации показывая на пальцах. – Мне не нужен чисто секс. Я хочу отношений!

– Лена, – рассмеялся тот бархатно, вызывая мурашки под кожей. Подушечкой пальцев мужчина очертил контур моего носа, после спустился к губам, и только в конце сжал щеки, будто это две половинки самого желаемого им наливного яблочка, – в отношениях люди занимаются сексом, представляешь? Может, тебе урок по анатомии провести? Пестики, тычинки… Завтра книгу тебе притащу!

– Мне плевать, почему у тебя дома есть такая литература и кому ты там до меня что объяснял, но…  Может, в твоем возрасте сперва трахаются, а только потом выясняют: «Что это между нами: дружба, страсть или крепкий союз?» – взорвалась, вдруг разозлившись. – А в моем хочется сперва романтики: цветочков, подарков, свиданий… И только потом, когда ты будешь уверен в человеке, прикипишь к нему всей душой, то…

– То есть, – перебил меня блондин, вытянув палец вверх, – за все эти месяцы мы не перешагнули этот этап?

– Нет, – невинно моргая ресницами, спокойно себе пожала плечами.

– Я ведь дарил тебе цветочки! О, а еще дал охренеть какую оплачиваемую должность! Может, ты не в курсе, но ты наравне со мной получаешь, чтобы иметь возможность выплачивать долг и жить не голодая! – взорвался он. Да так, что в ушах моих едва перепонки не лопнули, но свист остался.

В шоке моя челюсть едва ли об пол не ударилась, а нижняя губа позорно затряслась от осознания шокирующего факта:

– То есть ты это делал не из-за чувств ко мне, а чтобы быстрее переспать?

Олег замолчал. Явно пытался простроить логическую цепочку в голове, как я к этому выводу пришла. Но мне тишины хватило, чтобы обидеться до глубины души и броситься к выходу, рукой нащупав ручку двери:

– Придурок ты, Коробейников!

– Сама такая, – на автомате повторил он, опомнился, лишь когда дверь почти захлопнулась, панически тараторя: – Нет, Лен! Все не так, как ты там себе надумала, и…

Быстро семеня ногами по полу, я захлебывалась слезами. Да так, что едва ли не врезалась в человека.

– Простите, пожалуйста! – попыталась обойти, сделать шаг в сторону, незнакомка мое движение повторила, и мы обе рассмеялись. Наконец, я подняла на нее взгляд. Ею оказалась симпатичная блондинка, высокая и худощавая модель. Видно, что не восемнадцать, а немного за тридцать. Но еще отлично бросается в глаза наличие дорогостоящего косметолога. С хорошим достатком краситься не надо, твоя кожа и так всегда на миллион долларов.

– Ничего страшного, малышка, – мило усмехнулась она, а голос я этот узнала сразу. Замерла на месте, как вкопанная, по спине прошел холодок. – Олег тебя, что ли, так довел?

– Я ответственная за вечер, – на автомате выпалила с едва не выпавшими из орбит глазами. – Рабочие моменты…

– Это похоже на моего муженька, – закатила глаза она, похлопав меня по плечу. А после коварно улыбнулась, заглядывая за спину. – Я знаю, как его нрав усмирить… Сейчас часик с его душевной организацией поработаю, и не будет он больше людей пугать.

Обида и злость всколыхнулись внутри, но внешне я лишь приветливо улыбалась, пожимая плечами:

– Где же вы раньше были? Битый месяц уже начальник-зверь.

– Здесь я всегда была, – похлопала меня по плечу эта кур… женщина, которая вдруг резко стало глубоко неприятна. – Просто ему теперь, оказывается, больше надо, чем обычно.

И она просто ушла, напевая себе под нос веселую песенку. Только в тот момент я увидела, что она в плаще, а на улице лето. «Под ним ничего нет!» – догадалась я, и по телу прошла судорога.

Честно? Хотелось долго плакать перед телевизором с ведерком острых крылышек, но не успела я даже со всех сторон облюбовать эту идею, как на меня буквально налетел ошпаренный Сема с глазами, как два огромных блюдца:

– Терминатор, там первые гости пришли!

– И что? – закатила глаза, тяжко вздыхая. И секунды без меня не могут, все на пальцах надо показывать… – Пусть им наш охранник популярно объяснит, что ждать нужно открытия около клу…

– Лена, мать твою! – взорвался тот, буквально втолкнув меня в общий зал и аккуратненько показывая пальчиком на долларового миллионера. Я воздухом так и поперхнулась. Довольно оценив мой ошарашенный вид, Сема театрально махнул руками в сторону мужчины: – Вот иди и сама ему все расскажи, раз такая умная.

И я пошла… Правда, не выгонять, а приветствовать. С широкой улыбкой и расправленными плечами.

– Добро пожаловать! – вежливо обратилась к каждому из друзей нашего ВИП-гостя. – Вы первые, какая удача! В подарок бутылка великолепного вина.

– Вина, говоришь, – посмаковал на языке этот наглый тип, а после и вовсе тыкнул в кого-то за спиной. – Вот ему его отдай, поняла меня?

«Терпи, Лена! – уговаривала я себя. – Терпи! Гость дорогой во всех смыслах!»

– Конечно, конечно… – серьезно закивала, нервно рассматривая Семочку дергающимся глазом. С перепугу тот даже стакан на барной стойке уронил, пытаясь улизнуть по-тихому. – Извините, меня ждут дела, а вас обслужит наш лучший официант.

Взглядом я передала Семочке: «Быстро сюда!» «Не-а» – испуганно помотал головой тот. «Уволен!» – произнесла одними губами четко и внятно. И когда ничего не последовало, то добавила не менее убедительно: – «Без зарплаты три месяца будешь!» «Терминатор!» – с полной ненавистью произнес он, направляясь к нам со скорбным видом.

– Семен, – хлопнув его между лопаток, когда подошел, доходчиво пояснила, что гостям надо улыбаться, – удовлетворит все, даже самые смелые, ваши запросы!

– Так-то и все! – закатил пошлую песню наш гость-придурок, совсем не дружески осматривая рыжего. В тот момент я вспомнила, чего он сюда вообще приперся.

– К-конечно, – и голос мой таки дрогнул, когда я увидела, как чья-то волосатая рука тянется к филейной части моего официанта. – Только…

– Оливье хочу! – хлопнул в ладоши этот г… Герой! – Три килограмма. Чтобы всем хватило. Двадцать минут хватит?

Сема посмотрел на меня победно, мол: «Съела? Не одному мне мучиться сейчас!»

– Вы знаете, – вежливо начала было отказывать я, ибо всем надо вокруг меру в прихотях знать, – к сожалению, наш бар не выдает…

В этот момент Сема наклонился к моему уху и шепнул уже оплаченный депозит столика. Если он и не покрывал мой гигантский долг, добрую его часть точно составлял. Прокашлявшись в кулак, не сразу, нервно улыбаясь, браво махнула рукой:

– Вам? Да хоть пять!

– Отлично, – поддержал мою шутку наш гость. – Пять килограмм «Оливье» на нашем столе через двадцать минут. И пусть лично Семен принесет.

Рыжий отправился провожать дорогих гостей, а я – сверкая пятками на кухню, где три человека, включая меня, улетели в ближайший продуктовый и следующие двадцать минут в экстренные сроки варили овощи в микроволновке. Нарезали все, даже уборщица. Когда Семочка, пыжась и кряхтя, понес бидон «Оливье», я быстро нашла в телефоне номер рэпера Бат. Только и успела, что настрочить сообщение пулей: «Ты. Я. Клуб «Огонь». Срочно!»

«Что меня ждет?» – пришло незамедлительно.

«О, дорогой мой, – даже врать не пришлось, – то, что ты даже представить не можешь!» По факту, даже врать не пришлось. Вряд ли он мечтал посетить ЛГБТ-тусовку…

«Там сегодня что-то закрытое, меня не пустят!» – ожидаемо не знал сути вечеринки тот. Ведь только после СМИ дозволено будет осветить событие.

«Вписала тебя в список!» – победно улыбаясь, я только успела глаза поднять, как гости заходят. Все, кроме ВИПов, выбрали экстравагантные костюмы. Главным развлечением следующего часа стало: «Доведем Лену до нервного срыва сотней однотипных тупых вопросов!» И когда диджей наконец переманил внимание публики окончательно, я выпила шот текилы и готова была посидеть хоть минутку, но… Не судьба.

– Да какого, мать твою за ногу, хрена! – прокричала себе под нос. Благо услышал только Миша, испуганно покосившись на меня и делая спасательный шаг назад. – Кто его сюда позвал!

– Сам билет купил! – протараторил Миша, готовый хоть сейчас на Библии поклясться судя по расширенным глазам. – Знаешь его?

Зарывшись лицом в ладони, я сдавленно выдавила из себя:

– Арсен мой старый знакомый… И, пожалуйста, сделай так, чтобы он не знал, что я в клубе.

Выглядел старик бодро и свежо, но само появление его здесь не радовало. Либо он пришел Олега доставать, либо после пожара переосознал ориентацию. Час от часу не легче.

В этот же момент из центрального входа послышались довольные свисты и визг, а после вошел сам рэпер Дед. Глупый до одури, он радостно фотографировался со всеми на своем пути, сдерживая самодовольную улыбку. Даже пройдя почти весь зал, он так и не понял, куда попал… Искал меня глазами, нашел и шаг ускорил.

Когда ситуация уже не могла быть более патовой, из коридора выбежала та самая блондинка Светочка, старательно почему-то закрывая лицо руками. Черт знал, что с ней. Узнавать не хотелось. Может, у них с Коробейниковым игры такие специфические? Воск в глаз капает и кончает. Ну его в длинное сексуальное путешествие!

– Привет, бэйба, – извиваясь, как глист в чьей-то филейной части, деланно сексуально говорил Дед. С трудом удалось сдержаться и не закатить глаза. – Почилим вместе?

Не желая и секунды даром провести с очередным придурком, я не двусмысленно кивнула на сцену, где его порядком ждали.

– Споешь мне? – слово «споешь» сказала и внутри перекрестилась. Нет, рэп я любила, но его песни больше на отпев покойника были похожи.

Минуту понадобилось моему ухажеру, чтобы дебет с кредитом свести в своей голове, а после он хищно усмехнулся:

– А то! Если только со мной пойдешь. Мне подтанцовка нужна.

Не плати мне за шоу, в жизни бы так не позорилась перед толпой народу. Как известно, деньги не пахнут, а долг не ржавеет!.. Вывел меня Дед на сцену, включили ему «случайно» завалявшуюся фонограмму, и тут началось… Если не стриптиз, то что-то вроде этого вокруг моего застывшего тела.

Ровно в тот момент, когда парень на сцене сбросил майку, обмотал ею мою шею, корпусом изображая половой акт, среди толпы зажигающих заметила два недовольных глаза. Голубых. Обещающих что-то нехорошее.

«Что-то не нравится?» – с яростью вскинув бровь, подумала я и решила включиться в игру.

«Остановись!» – всем видом приказывал Коробейников. В полутьме мигающих разноцветных огней его звериный оскал казался еще более диким, чем обычно в моменты крайней степени ярости. Искры летали вокруг, воздух дымился. Даже ничего не подразумевающие гости бросали на блондина испуганные взгляды и обходили стороной.

Но мне было плевать. Все, что я хотела знать про Олега, уже упорхало на стройных ножках в неизвестном направлении! Загнанной и уставшей мне хотелось лишь одного – мести. Так что, гордо вскинув голову, я прошептала лишь одно слово, прежде чем многозначительно развести руками: «Это моя работа!»

– Дед, – сама не веря, что говорю это, томно прошептала на ушко парню, рукой скользнув по его напрягшейся вмиг спине, – споешь еще одну песню?

– Бэйба, – скривился, пока толпа во время проигрыша скандировала его имя снова и снова, – я пришел отдыхать и зажигать с тобой, а не работать…

– Малыш, – сексуально закусив ноготок, я медленно провела им по шее, а после и очертила вырез платья. Мой кандидат прямо слюной поперхнулся, – обещаю, тебя ждет грандиозное шоу!

Недолго думая, Дед зачарованно кивнул, а я махнула рукой диджею. Мол, включай вторую заготовку.

– Ты моя должница теперь, – прорычал Дед, а после нагло ущипнул меня за задницу буквально у всех на виду.

Пока по виску моему стекала капля пота, я буквально каждой клеточкой тела ощущала сгусток негатива где-то рядом со сценой, но… Принципиально туда не смотрела, решив отработать вечер по полной.

Дед запел, и я начала обещанное шоу, вспомнив все уроки в школе танцев. В детстве нас не учили сексуальным маневрам бедрами, а лишь динамике и плавности. Этого хватило, чтобы за последние годы нахвататься самых «рабочих» па.

И теперь уже было не понятно, толпа скандирует вою из губ Деда или тому, как после ритмичных качаний филейной части я упала на колени и, совершив парочку кратких извиваний, села на шпагат, старательно закрывая то, что между ног, платьем.

– Ты просто… – покачал головой парень, пока мокрая я, с облепившим тело платьем, кружилась вокруг него юлой. – Просто… Просто! Не зря пришел, в общем!

– Ну, я рада, – загадочно улыбнувшись, я подала Мише тот самый знак, что мы успели обсудить за барной стойкой, и тот, не стесняясь в эмоциях, выругался матом прямо перед клиентами. Тем, правда, было глубоко плевать, но выводы я сделала, как мой любимый бармен любит исполнять боевые задания начальства. Краем глазом заметив, что Олег куда-то пропал, я толкнула Деда на стул, что вынес Семочка, и протянула плотный атласный кусок ткани, что бантиком был обвязан на спинке. – Завязывай глаза, сейчас будет мой тебе сюрприз.

– Может, это… – совсем уж омерзительно поиграл бровями этот придурок, меня чуть не стошнило, – до спальни дойдем?

Толпа вокруг ждала чего-то феерического, мы буквально делали им контент для социальных сетей и спонсировали новостные паблики сенсациями. Коробейников хотел сделать клуб популярным и прибыльным? Именно это я и собиралась сделать, затевая свою маленькую махинацию.

– Начнем здесь, – толкнув того на стул, я увидела его победную улыбку. Видимо, Дед так и видел меня уже в своей постели, ага-ага. – Сейчас заиграет музыка и…

Свет резко погас. И не только на сцене, а по всему клубу. Мое сердце буквально остановилось в тот момент, душа упорхнула из тела. В ужасе решив, что какого-то черта выбило пробки, я в стрессовой ситуации мгновенно вспомнила, куда именно надо лететь сломя голову.

– Это часть программы, – шепнула Деду на ухо совершенно расслабленно, – считай до десяти вместе со зрителями!

И сама бросилась за кулисы, где в конце коридора у самого рабочего выхода находилась заветная комнатка с рубильником. Доставая из лифа телефон, подсветила пространство и замерла в панике. Ведь кто-то просто вырубил весь свет сам, и напряжение тут было ни при чем.

– Черт тебя дери! – напрягаясь всем телом, я так и не смогла сдвинуть рубильник с места. Силы, оказалось, надо иметь не меряно. Именно от внеплановых выключений и придумали такой естественный «предохранитель». – Да как же ты…

Кто-то громоздкий за спиной, особо не напрягаясь, просто опустил железку вниз, клуб снова запылал, как раз в нужный момент: толпа прокричала цифру двадцать. Злая и рассерженная, развернувшись, собралась ругаться:

– Я сейчас полицию вызову и…

К стене меня прижал холодный до паники взгляд голубых глаз.

– Звони, – рявкнул он со сложенными на груди руками.

– Олег… – мне понадобилось целых пять секунд безумного сердцебиения, прежде чем осознать то, что произошло. – Ты зачем свет выключил?

– Так было надо, – рявкнул он, я аж подпрыгнула. – Лучше объясни свое поведение!

Сцепив зубы, я испытала огромное желание зарядить ему чем-то тяжелым прямо в лицо, полным явного неодобрения:

– Не стану тебе напоминать, что именно ТЫ владелец клуба и именно ТЫ теряешь огромные деньги, выключая свет во время мероприятия! Скажу лишь, что у меня был план, а твоя выходка его чуть ли не разрушила!

– План, блядь, у нее был!.. – выплюнул он каждое слово мне прямо в лицо, буквально скалясь. А потом и вовсе руками с грохотом уперся по обе стороны моего тела, обрезая наглухо пути отступления. – Какой план, Лена? Отсосать у него в подсобке?

Поперхнувшись вздохом и сжав кулаки до боли, предупреждающе покачала головой:

– Закрой свой рот прямо сейчас или…

– Или что? – перебил меня тот громко, импульсивно и злобно. – Пойдешь еще раз потрешься жопой об его яйца? Или сиськами об член? Или еще раз всем свои булки покажешь?!

– Олег! – во мне разрывались противоречивые чувства: срывали слезы досады и рука так и тянулась к его лицу для пощечины от раздражения. – Этого не было!

– НЕ БЫЛО?! – у меня едва перепонки не лопнули от пробирающего до нутра ора. – Да если бы я свет не выключил, вы бы прямо на сцене поебались!

Вот тут меня и пробило напрочь стрелой… Жаль, не амура!

– Это говорит человек, который мне почти с Нового года мозги морочит, а сам в тихую трахает бывшую! – кулаком я зарядила Коробейникову прямо в грудь, а этот гав… Хороший человек даже не шелохнулся!

– Что-что ты там сейчас сказала? – прислушался он, голос осел до шокированного шёпота. – Я не понял сейчас…

– То, Олеженька, – еще один удар и хоть бы хны. И все равно мне было на душе легче, вымещая обиду на рубашке Коробейникова. – В своем глазу бревно не видно, да? Я, между прочим, за зарплату на сцене позорюсь, а ты ради удовлетворения своих мерзких похотливых мыслишек Светочку…

– Заткнись! – рука нагло сжала рот, обрезая возможность говорить. Будь я способна стрелять глазами, от Олега бы сейчас живого места не осталось. Глубоко вдохнув, рвано и нервно выдохнув, он обвиняюще предъявил мне на полном серьезе: – Знаешь, я был бы рад уже с кем-то переспать, потому что от одной мысли о тебе я злой, как черт!

– Так спи, Коробейников! – укусив того за ладонь, прокричала, пытаясь вырваться и уйти. Краем глазом заметив, что Олег нас еще и запер в чертовой каморке с проводами! – Иди и трахайся! Вон, сколько желающих!

– Не могу, еб твою мать, Лена! – фыркнул он. Да еще и таким тоном, будто обвинял в недостаче. – Я же тебя люблю, идиотку.