Глава 16

– Здравствуйте! – подплывает к нам пожилая пара. – Рэм, Луна, поздравляем вас! – смотрят на меня с любопытством. – Луна, наконец-то мы увидели вас воочию. Ваш папа вами очень гордился.

Стараюсь вытащить из архивов памяти имя мужчины. Он точно был на похоронах.

Хромов. Точно. Он особенно долго стоял у гроба с грустным лицом. Меня заинтересовал этот мужчина, потому что если он был так расстроен папиной кончиной, то почему я никогда раньше не встречала его?

– Вы знали моего папу?

– О да… – у него на лице появляется растерянный вид. – Мы вели общие дела.

– Какие? – да, дядя, со мной просто не будет.

Хромов переводит растерянный взор на Рэма, которого я держу под руку, в надежде на помощь, но мой жених не намерен его спасать.

– Он помогал мне с легализацией бизнеса, – говорит он без особого желания.

– Очень интересно. Я бы с вами пообщалась еще наедине, узнала бы больше о ваших с папой делах, – сразу прикидываю в уме, может ли он меня обманывать и могло ли между ним и папой стоять еще что-то.

– В любое время, – довольно улыбается собеседник и достает из пиджака визитку.

Я мажу взглядом по пластику, стараясь запомнить последние цифры.

– Непременно воспользуюсь, – убираю визитку в клатч.

– Даже не вздумай, – говорит Рэм, как только пара отходит в сторону.

– Что именно? – старательно делаю вид, будто не понимаю, о чем он.

– Ты не будешь с ним общаться за моей спиной.

– Ну, если ты знаешь, что я планирую с ним поговорить, то это уже не за спиной. И разве это преступление? Я хочу знать, чем именно занимался мой отец… раз за это его убили, – во рту снова пересыхает, когда я говорю о папе.

– Мы обсудим это позже, – закрывает он тему, когда к нам подходят следующие гости.

Около получаса мы, словно статуи, приклеенные к месту, приветствуем новоприбывших, перекидываясь с каждым парой фраз. Практически все они говорят о моем папе и знакомстве с ним.

Для меня все происходящее воспринимается странным и нереальным. Я будто наблюдаю за собой со стороны.

Мы жили в другом городе, даже в другом регионе. И все эти люди так спокойно путешествуют между городами, посещая сначала поминки, а спустя пару дней веселясь на помолвке.

К тому моменту, когда нам удается переместиться к столику, я чувствую себя как выжатый лимон. Кажется, что меня со всех сторон расстреливают любопытные взгляды.

– У меня для тебя сюрприз, – закидывает руку на спинку стула Молотов, касаясь пальцами моих обнаженных лопаток.

От его прикосновения кожа покрывается мурашками.

– Какой? – я поворачиваю к нему голову, встречаясь в потемневшим взором.

Он смотрит на меня так, будто это я заигрываю с ним и возбуждаю, и кажется, если бы не все эти люди, то он давно накинулся бы на меня.

– Если я скажу, то сюрприза не получится, – приподнимаются уголки его рта, и я залипаю на том, как порочно выглядит его рот и весь он в целом, сразу вспоминая те жаркие поцелуи в моей спальне.

Но затем взор Молотова перемещается куда-то в глубину зала и трезвеет. Он внимательно смотрит на кого-то, словно на надвигающуюся опасность.

Я поворачиваю голову, стараясь проследить за его взглядом, и вижу высокого русоволосого мужчину лет тридцати.

Он идет целенаправленно к нашему столику, и с ним под руку вышагивает высокая брюнетка.

– Добрый вечер! – лучезарно улыбаясь, она встречается с Молотовым взглядом, а затем переводит глаза на меня.

– Богданов, – говорит холодно Рэм. – Не припомню твоего имени в списке приглашенных.

– Считай меня представителем всей коалиции.

– Что же Косой тогда не пожаловал?

Несмотря на внешнюю невозмутимость, Рэм напряжен. Даже его пальцы на моем плече теперь просто лежат, без движения. Будто накрывая меня от опасности.

– Дела. Я смотрю, и Барона тоже нет, – демонстративно оглядывается он.

– Семейные проблемы, – отвечает Молотов. – Свадьбу обещал не пропускать.

– Как интересно, – задумчиво чешет подбородок мужчина и при этом смотрит прямо на меня. – Жениться на дочке Панка и тем самым устранить все проблемы… – хмыкает он.

– Шел бы ты, Боря… за стол. Пока охрана тебя не вывела.

– Конечно, конечно. Слышал, будет шоу.

– Жаль будет, если пропустишь, – отвечает ему Рэм.

– Уже бегу занимать свободные места, – хмыкает этот самый Богданов, от которого у меня почему-то мурашки по коже. – Хорошего вечера, – подмигивает он мне и удаляется в сторону.

– Кто такой? – тихо спрашиваю Рэма.

– Не бери в голову, – как обычно, отмахивается он.

А я чувствую на себе чей-то пристальный и враждебный взгляд.

По коже будто что-то ползет. Хочется почесаться и скинуть с себя это, но когда дергаю рукой, то ожидаемо ничего не нахожу.

Осматриваю зал в поисках источника дискомфорта и вижу мелькнувшую в толпе копну блондинистых волос, взмахнувших в воздухе и удаляющихся к служебному выходу.

Пульс учащается, а под ребрами чувствую тревогу. Мне это не нравится.

– Рэм… – зову Молотова, собираясь поделиться своими опасениями.

Почему-то именно в этот миг я начинаю себя чувствовать под прицелом. Кажется, что здесь совершенно нет друзей. Это сборище шакалов, но никак не союзников. И эти жалящие взоры… Теперь я чувствую, что большинство из них мечтает меня устранить.

– Да, принцесса?

Но я не успеваю ничего сказать, как в зале гаснет свет.