Глава 20

– Теперь будем видеться раз в месяц, – говорит Александр Викторович, мой лечащий врач.

– Знаете, не думаю, что буду слишком по вам скучать. Поэтому встречи раз в месяц тоже можно отменить, – не могу дождаться, когда он наконец-то уйдет.

Вся эта реабилитация и лечение сильно напрягают меня. Вместо того чтобы заниматься поисками убийц отца, постараться вывести Рэма на чистую воду и как можно скорее освободиться от этого гнета, теперь я чувствую себя абсолютно беспомощной и жалкой.

Неудивительно, что Молотов проводит так мало времени дома.

С тех пор как я пошла на поправку, он снова возобновил свои многочисленные поездки и стал задерживаться допоздна в городе. А порой и вовсе не возвращается домой. И меня это выводит из себя.

Мне хочется крушить все вокруг и прежде всего расцарапать его наглую рожу.

Но каждый раз, когда приходит домой, он первым делом навещает меня. А я в такие моменты веду себя совершенно неадекватно. Будто абсолютно не управляю собственным телом и эмоциями.

Я то плачу и прошу его не оставлять меня, то поддаюсь своему гневу и швыряю в него все, что подворачивается под руку. Но он терпеливо принимает любую мою истерику. Отчего потом мне становится стыдно, но ровно до тех пор, пока он снова не пропадает на несколько дней. А когда возвращается, опять ничего не объясняет.

– Боюсь, без этого никак. Поэтому придется, – усмехается доктор и выходит из комнаты. – Если будет что-то нужно, звони.

– Не будет… – бурчу в ответ, чувствуя при этом себя настоящей сукой, но не в состоянии совладать с собственными эмоциями.

Поднимаюсь с дивана и подхожу к окну, наблюдая за тем, как доктор уходит, а в ворота въезжает кортеж из трех машин.

Сердце, как и всегда при возвращении Молотова, ускоряет ритм. Слежу за тем, как джип останавливается и Рэм вместе с его абмалами выходят из салона.

Сжимаю плотнее зубы, сдерживаясь, чтобы не разбить к херам проклятое окно. Но я должна сохранять спокойствие, верно? Принцессы так себя не ведут.

      К нему подходит Александр Викторович, что-то ему рассказывает, кивая на дом, и тут Рэм смотрит прямо на меня.

Я вздрагиваю от того, насколько резким получается это движение, но не прячусь и не отворачиваюсь. Даю понять, что я здесь и пора бы нам обсудить то, что происходит.

Дожидаюсь, когда он идет к дому, и тоже выхожу в холл, встречать хозяина.

– Как поездка, Рэм Виленович? – подлетает к нему Зоя, когда он перешагивает порог дома.

– Продуктивно, – отвечает Молотов. – У вас тут как?

– Спокойно, – произносит женщина и резко оборачивается, когда Молотов находит меня взглядом.

Я стою, подперев плечом косяк, не собираясь идти к нему навстречу.

– Привет, – говорит он, осматривая меня с ног до головы.

Да, Рэм. Я специально так оделась, чтобы провоцировать доктора и тебя… И, видимо, мой белый короткий сарафан с тонкими бретельками и открытой спиной не остался незамеченным.

– Это что? – вижу, как раздуваются его ноздри и темнеет взгляд, останавливаясь на моей груди.

Сквозь тонкую материю сарафана бесстыдно торчат соски, и похоже, моему жениху это вовсе не по душе.

– О чем ты? – делаю вид, будто не понимаю его.

– Об этой тряпке! Ты что, в этом занималась с реабилитологом?

– Да, а для массажиста я и вовсе раздеваюсь, – пожимаю плечами и отворачиваюсь от него, возвращаясь в малую гостиную.

– Луна, что за херня? Мне кажется, мы уже все это проходили… – идет следом.

– Что именно, Рэм? То, что ты не отвечаешь, куда уезжаешь и с кем, или то, что не хочешь назвать мне имя убийцы папы и суки, решившей меня отравить? – пытаюсь говорить спокойно. – Ты обо всем умалчиваешь, а я, как покорная кукла, должна сидеть дома и ждать тебя, поверив в идиотскую сказочку со свадьбой, которая, видимо, нужна, лишь чтобы заткнуть меня. Это мы проходили? – смотрю прямо ему в глаза, чувствуя, как по венам у меня расползается раскаленная магма.

– Луна, это все для твоей же безопасности…

– Пошел ты на хер со своей безопасностью! – все же не сдерживаюсь. – Твоя безопасность чуть не убила меня! Так откуда мне знать, что это не твоих рук дело?

– Что? – удивленно моргает он.

– Что слышал! Может, все дело в завещании?! И нужна я тебе только из-за него, да? А сама я тебе на хрен не упала! Поэтому вариант с тем, чтобы я превратилась в овощ, тебя вполне устроил бы и ты мог бы и дальше ездить по приемам со шлюхами! – мой самоконтроль слетает окончательно.

– Да что с тобой? Я даже приехать не успел, как ты снова превратилась в это…

– Ах да… Именно поэтому ты ездишь на вечеринки не с одной блядью, а с двумя. Чтобы тебя бедного успокоили, пожалели и приголубили. Ведь невесту даже тронуть пальцем нельзя, потому что она не женщина, а так, аксессуар!

Молотов замирает, но я вижу в его глазах осознание.

– Принцесса, с чего в твоей голове подобные глупости?

– А с того! – дергаю со стола телефон и протягиваю ему.

Рэм берет гаджет и, сжав крепко челюсти, играет желваками, листая изображения. Потому что там сотни фотографий с какого-то приема, на который он приехал в сопровождении двух блондинистых блядей.

– Откуда у тебя это? – спрашивает он сквозь зубы, и я понимаю, что это конец.

Не хочу я от него больше ни правды, ни защиты, ни тепла… С меня хватит!