Глава 24

Разговор с Рэмом оставляет тягостное ощущение.

Я уже свыклась с мыслью, что он станет моим мужем. Готовилась ко всему вытекающему из нового статуса и моего положения.

Но кажется, все это претит Рэму. Иначе для чего он предоставляет мне выбор?

Уехать и забыть все, как страшный сон, – идеальный вариант.

Но я не могу так просто оставить тайну папиной смерти. Не могу жить в неведении. Вот только и терпеть эти качели сил нет.

Мысли роятся в голове, окончательно изматывая. Я отключаюсь, наполненная тревогами и сомнениями, а просыпаюсь с чугунной головой и тяжестью на сердце.

– Доброе утро! Проснулась? – тихо спрашивает Мила, поставив поднос на столик. – Я открою шторы?

– Не нужно.

– Так нельзя, Луна. Нужно хотя бы изредка выходить на свежий воздух.

– Для чего? – все эти “нужно” окончательно потеряли для меня смысл. – Чтобы и дальше сидеть взаперти позабытой и ненужной?

Мила замирает. А мне даже не нужно на нее смотреть, чтобы понять ее замешательство.

– Что? Теперь уже не кажется, что прогулки так необходимы? – хмыкаю.

– Да, необходимы! – девушка подходит к окну и распахивает шторы.

Яркий дневной свет падает в комнату и заставляет поморщиться.

– Закрой немедленно!

– И не подумаю! А еще сейчас вы позавтракаете, а после я помогу вам принять ванну, – девушка говорит твердо.

– Для чего? Я ничего не хочу! Дай мне подохнуть спокойно! – злость на девушку становится такой сильной, что мне даже в какой-то момент хочется вскочить на ноги и вытолкать ее за дверь.

Но кажется, что моего физического состояния хватает только на разговоры.

– Ну уж нет! – проявляет твердость горничная и сдергивает с меня одеяло. – Ты молодая, красивая девушка, у тебя вся жизнь впереди! – внезапно переходит она на “ты”. – Радуйся, что вообще жива и можешь чувствовать. Понравилось бы твоему папе видеть тебя в подобном состоянии, м? А Рэм… Он же не знает, с какой стороны к тебе подступиться. А между прочим, ты не одна страдаешь. Твой мужчина тоже осунулся, переживая за тебя.

– Он не мой мужчина, – почему-то теперь ощущаю это еще отчетливее, чем после выписки из больницы.

Пока я лежала там, мы были парой. А теперь прежний образ жизни закрутил его так, что для меня снова нет места.

– Не говори глупостей! – горничная тянет меня за руку так, чтобы я села. – Он заботится о тебе…

– Как заботился бы о дочке любого другого друга.

– Прости, Луна. Но ты сейчас просто давишь на жалость.

– Ничего я не давлю! – от последней фразы девушки снова вспыхиваю. – Я просто не знаю, как дальше жить.

– Начнем с простого. Сейчас ты поднимешься, позавтракаешь, потом ванна и прогулка. А что будет после, время покажет.

Сцепив зубы, я делаю так, как сказала мне горничная. Вот так бывает, да. Хоть она и влюблена в Рэма, но отчего-то заботится обо мне и пытается вытащить из той ямы, куда я забилась и не хочу вылезать наружу.

А когда спустя час я выхожу на улицу и просто сижу в беседке, смотря на опадающую листву, слышу звук мотора. Поднимаюсь на ноги, обхожу дом, когда уже хлопают дверцы машин. Вижу, как из одной выходит Рэм, но сегодня не испытываю волнения или трепета. Я совершенно спокойно наблюдаю за ним и за тем, как он стоит и разговаривает с кем-то из своих людей.

А затем из второго авто появляются двое незнакомых мне мужчин. Один из них выглядит моложе Молотова лет на десять. Русые волосы уложены в стильную прическу. Он застегивает пуговицы на пиджаке и смотрит прямо на Рэма, когда второй, постарше, незнакомец обходит автомобиль.

Они ждут, когда хозяин дома закончит разговор, и только после этого следуют за ним в дом.

Я же стою в стороне и молча наблюдаю за происходящим. А когда они скрываются внутри, возвращаюсь в беседку. Теперь нет никакого желания идти внутрь.

Не знаю, сколько времени проходит, но я слышу приближающиеся шаги.

– Луна! – говорит Рэм.

– Я здесь, – отзываюсь глухо и кутаюсь сильнее в куртку.

– Ты гуляешь! – заходит он в беседку и смотрит на меня с таким удивлением, будто перед ним настоящее чудо.

– Ага, твоя горничная и мертвого заставит дышать свежим воздухом, – отвечаю без энтузиазма.

– Горничная? – мужчина приподнимает одну бровь. – Значит, нужно будет ее поблагодарить.

И когда я не отвечаю, он присаживается на скамейку напротив.

– Луна, – смотрит как-то странно. – Я хочу тебя кое с кем познакомить.

– С кем? – мгновенно напрягаюсь.

– Ты просто пообщаешься с этими людьми, и все. Если будет неприятно, то уйдешь к себе.

– Для чего? – смотрю прямо ему в глаза.

– Чтобы ты смогла определиться, – наконец-то отвечает он без всяких загадок и тайн.

– Значит, я могу не ходить, если я уже приняла решение?

– А это так? – вглядывается он в мои глаза.

– Нет, – признаюсь честно.

– Тогда просто поговори с ними. И если что, я прекращу эту встречу.

– Кто они?

– Они тебе сами расскажут, – он дожидается моего ответа, а я нахожусь в полной растерянности.

Но терять мне все равно нечего. Поэтому я поднимаюсь на ноги и сухо говорю:

– Идем.

Знала бы я, какие последствия будут у этого знакомства…