Глава 25

– Добрый день! – здоровается со мной старший из двух мужчин, стоит мне перешагнуть порог кабинета.

Я лишь киваю в ответ. Настроя на разговор нет. И я здесь лишь для того, чтобы как можно скорее выслушать незнакомцев и вернуться к себе в комнату.

Чувствую на себе взгляд второго мужчины, что даже не отводит глаз в сторону, когда я поворачиваю голову к нему. Он не здоровается, лишь молча смотрит. Его взор ничего не выражает, но меня не покидает ощущение, будто меня оценивают. Словно товар на рынке.

– Луна, присаживайся, – Рэм проводит меня к креслу, удерживая за руку, пока я опускаюсь на сидение, а сам садится в кресло напротив.

Гости, расположившиеся на диване, внимательно разглядывают меня и ждут. Чего-то ждут. А меня это нервирует.

– Можем перейти к делу? – обращаюсь я к Молотову, игнорируя незнакомцев.

– Да, разумеется, – кивает он. – Луна, это Давид и его сын Марат Сафины.

Я никак не реагирую на них, лишь перевожу уставший взор на мужчин.

– Мы давно и плодотворно сотрудничаем с семьей Сафиных, и у нас сложились доверительные отношения. Дело в том, что сейчас Давид и Марат занимаются развитием бизнеса в Европе.

– Это все хорошо, но ко мне какое отношение имеет? – задаю вопрос Рэму.

– Луна, – произносит он серьезно, словно я не взбалмошная девчонка, а его партнер по бизнесу, – сейчас есть возможность провернуть все так, что ты не выжила после покушения, и под другими документами отправить тебя за границу, где тебе больше не придется волноваться за свою жизнь.

– А они тут при чем? – киваю на мужчин, не удосуживаясь назвать их фамилию.

– Мы можем вывезти тебя как супругу Марата, – взгляд прямой и равнодушный.

А у меня в груди что-то обрывается от его слов.

– Прости, не поняла? – игнорирую мужчин.

– Это нужно только для того, чтобы тебя вывезти. Потом та личность, которую Марат возьмет с собой в Европу, перестанет существовать. Что именно с ней случится, не проблема придумать. А для тебя подготовят новые документы, и таким образом ты окажешься в полной безопасности, Луна. Никаких покушений, опасных игр и заговоров.

В висках пульсирует, и я думаю лишь о том, что он не может предлагать мне это на полном серьезе.

Да, я хочу вырваться из этой чертовой западни. Хочу вернуть себе нормальную жизнь. Но не в другой стране, где все для меня чужое. Я просто мечтаю быть собой и заниматься тем, что я любила. А сейчас я лишь тень самой себя.

– Подумайте, Луна, – говорит этот самый Марат, чье мнение меня сейчас совершенно не интересует.

– То есть, – облизываю пересохшие губы, чувствуя, что сердце колотится так быстро, что вот-вот проломит грудную клетку, а во рту наступает настоящая Сахара, – если я правильно поняла, ты хочешь, чтобы я свалила к херам с твоих глаз и больше не доставляла тебе головняков. Верно? – смотрю на него прямо, не собираясь больше играть в долбаные игры.

– Я хочу, чтобы ты была в безопасности и смогла построить счастливую нормальную жизнь.

– Вот как… – задумчиво говорю я, ощущая, как внутри меня разбивается очередной стеклянный шар с надеждой.

Выкинуть на помойку, где никому не будет до меня дела. Где я останусь совершенно одна.

– Подумай об этом, Луна. У тебя еще есть время…

– Мне не нужно думать, – перебиваю его.

В кабинете виснет тишина, и все внимание обращено на меня.

– Я уже все решила, – не знаю, как именно, но мне удается выдавить из себя улыбку.

– Озвучь свое решение, – великодушно позволяет Молотов, словно гребаный патриарх. И у меня в душе снова вспыхивает ненависть. Та самая, жгучая, неукротимая. Ненависть, которая накачивает энергией и помогает двигаться дальше.

– Идите к черту все вместе. Особенно ты, Рэм, и твое щедрое предложение, – поднимаюсь на ноги и следую к выходу.

– Луна, – окликает меня Молотов.

– Пусть идет, – спокойно говорит кто-то из Сафиных.

Я же поднимаюсь к себе в комнату, кипя от злости.

А сколько было громких обещаний! Но как стала неудобной, проблемной, сразу решил отправить меня на помойку.

Хожу из угла в угол, на удивление бодро, когда раздается стук в дверь.

– Можно? – спрашивает незнакомый голос, и в дверях появляется младший Сафин.

– Нет! – отвечаю резко.

– Я думаю, мое предложение вас заинтересует, – говорит он.

– Вряд ли! Мне неинтересны прятки.

– Это не о прятках, – мужчина нагло вторгается в мою комнату и закрывает за собой дверь.

– О чем тогда? – хмурюсь.

– Что вы знаете о смерти своего отца? – спрашивает Марат, и моя защита мгновенно осыпается мелкой крошкой.

– Я вас слушаю, – опускаюсь в кресло, приготовившись прояснить тайну гибели моего папы.